Маги шутят

– Значит, не поможешь? – тихо спросил он, болезненным движением укладывая ладонь на грудь, туда, где у обычных людей стучало живое сердце.
– Не помогу.

Черт вздохнул, опустил голову и замолчал. Подождав несколько секунд, я отложил молот, снял фартук и собирался было потушить огонь, но…
– Подожди, – остановил меня слабый, жалобный голос.
Я вскинул брови и обернулся. Черт сидел, ссутулившись, обхватив себя за тонкие плечи – а в его некрасивых серых глазах было столько отчаяния и мольбы, что мне стало не по себе. Слишком много человеческого было в этом взгляде.

– Я сниму проклятье, – прошептал он. – И сделаю все, что захочешь. Только помоги мне.
Несколько долгих секунд я молча смотрел на него. Ускорившее свой бег сердце болезненно сжалось.
– Да что ты можешь? – бесцветно произнес я, опуская взгляд.
– Скажи – только скажи, я… я все сделаю!

По моей коже прошли мурашки. Голос черта незаметно изменился, приобрёл мерзковато-вкрадчивые нотки. Я поднял глаза. Болезненный, отчаянный взгляд сочился лихорадочной надеждой.

«Почувствовал… догадался… проклятый бес!..»

– Не думаю, что это возможно.
– Скажи же!

Тяжело облокотившись о старенький стол с инструментами, я тихо выдохнул.
«Могу ли я? Должен ли? Связываться с мерзким обманщиком… Но она… Ради неё…»

– Ты не можешь лечить.
– Я? Могу! Ха-ха! Я могу! – бес громко и нервно рассмеялся. – Я больше не связан обязательствами – перекуй мне сердце, и я излечу любого, кого попросишь!
– Нет. Сначала ты излечишь. И только после я перекую твоё проклятое сердце.

Лицо черта исказила болезненная гримаса, он устало постучал себя по груди.
– Сейчас я трачу все свои силы на то, чтобы мое износившееся сердце работало. На второе такое чудо моей магии не хватит.
– Я не верю, что ты сдержишь слово.

Черт издал слабый, отчаянный звук и щёлкнул пальцами. В его руках появился небольшой грязно-серый листок бумаги и перо.
– Хочешь, подпишем договор? Ты… даже можешь составить его сам! Я согласен на все. Любое желание, любая просьба… все выполню!
– Ты же просто… мерзко лжёшь!

Я не мог объяснить это чувство. Но каждое обещание черта казалось вязким, скользким, фальшивым. Он жаждал получить своё. Но не собирался за это платить.
– Убирайся.
– Нет! Пожалуйста! Я правда… все сделаю! — в отчаянии воскликнул он. —Я… как мне доказать свою честность?

Узоры верного молота слабо засветились под моими пальцами. Я улыбнулся.
— Клятва чести. Ты дашь мне ее — и тогда я перекую тебе сердце.

Одним из первых заклинаний, которому обучил меня отец, была «клятва чести» — магическое плетение, что заставляло держать свое слово даже самых лживых и коварных существ. Иначе они лишались всей своей силы. Или жизни.

Черт вздрогнул, поежился и вжал голову в плечи. На его лице появилось жалобное выражение.
— Оно же… слишком…
— Обязательное? Да. Это будет честная сделка — я перекую твое сердце на века, а ты — снимешь проклятие и излечишь мою дочь.
— Но…
— Это мое последнее слово, черт.

Руберро поджал губы, что-то тихо прошипел себе под нос и потер виски. Я поднял молот и, перегнувшись через стол, вытянул руку.
— Ладно. Твоя взяла. Я согласен.
— Тогда клади ладонь на навершие.

Черт положил тонкую кисть на холодный металл — по узорам прошло багровое свечение.
— Я, Регрид Квадригарий, клянусь перековать сердце — оно будет служить долго и исправно.
Узоры вспыхнули расплавленным золотом. На моем предплечье появилась тонкая золотистая вязь.
Черт прищурился, скривился и тихо, сквозь сжатые губы прошипел:
— Я… Трилгорос Лжец, клянусь снять родовое проклятие с Квадригариев и излечить дочь Регрида Квадригария — ни один первенец в их роду более не умрет от моей магии, а дитя излечится от недуга, чем бы ни страдала.
Узоры вспыхнули темной кровью. Черт скривился, отдернул руку и отвернул рукав рубашки — на предплечье алела багровая вязь.

👍12❤2

1K views10:57