«Дорогой Ники, как и следовало ожидать, твоя телеграмма произвела страшный разгром в дягилевской антрепризе, и, чтобы спасти свое грязное дело, он, Дягилев, пустил все в ход, от лести до лжи включительно… Очень надеемся, что ты не поддашься на эту удочку, которая, предупреждаю, будет очень искусно закинута, и не вернешь им ни Эрмитажа, ни декораций — это было бы потворством лишь грязному делу…» Из письма великого князя Андрея Владимировича императору Николаю II.

После успешной организации в Париже выставок русской живописи и постановки оперы Дягилев решил, что русским сезонам необходим и балет. Этот вид искусства во Франции в то время считался пережитком XIX века. В России же школа классического танца была на очень высоком уровне.
Программу задумали грандиозную. За несколько месяцев предстояло проделать работу, на которую театру оперы и балета с постоянными структурой и труппой потребовались бы годы. Дягилеву нужно было все начинать с нуля и найти, чем это оплатить. При русском дворе и в театральной среде репутация у Дягилева была противоречивая: его со скандалом уволили из дирекции Императорских театров из-за конфликтов с консервативным руководством. Но его успешный проект Русских сезонов все изменил.
Дягилев пригласил лучших артистов: признанных звезд Анну Павлову и Матильду Кшесинскую, а также Тамару Карсавину и юного Вацлава Нижинского, чьи способности считались

феноменальными.

Через высокопоставленных покровителей добился от Николая II субсидии в 25 тысяч рублей. Также император разрешил репетировать в Эрмитажном театре при Зимнем дворце. Это была площадка императорской фамилии. Часть костюмов и декораций монаршей волей бесплатно предоставила дирекция Императорских театров, что экономило Дягилеву время и средства.

Кроме того, что скончался главный покровитель Дягилева в семье Романовых — великий князь Владимир Александрович, импресарио обидел

Кшесинскую.

Составляя программу, он не дал любимой балерине великих князей значительных ролей. «Произошло бурное объяснение двух горячих и диктаторских натур — объяснение, во время которого в обоих „собеседников“ летели вещи…» — писал балетмейстер Серж Лифарь, который впоследствии участвовал в Русских сезонах.

«Наши артисты, костюмерши с корзинами и театральные рабочие шли следом, — вспоминал художник Бенуа. — Длинный хвост тянулся через весь город. Дух приключения, чуть ли не пикника, казалось, притуплял легкий привкус стыда из-за того, что «нас вышвырнули».

"Вы увидите, ждать недолго, - все наше хореографическое искусство, примером и заботами г-жи Павловой и ее подручных, очутится в кабачке за полушечку..'
Из письма С. Дягилева в редакцию "Петербургской газеты" 26 августа 1910 года.

Началом японского балета считается деятельность итальянца Джованни Витторио Роси, по его собственному утверждению, ученика

Энрико Чекетти.

В 1912 году его пригласили работать в токийский Императорский театр. Несмотря на то, что первый балет ему пришлось ставить на оперной труппе, поначалу Роси был полон оптимизма:
«Я сделаю из своих японских учеников отличных танцовщиков за шесть месяцев…Я сделаю всё, чтобы мои труды увенчались успехом» Вместо успеха приходили провалы и скандальные рецензии.
Через 7 лет работы в Японии Роси заявил в интервью американскому журналу: «Японцы не готовы (к балету). Даже Ямамото, управляющий директор Императорского театра, признаёт, что его люди не готовы подступиться к искусству

Терпсихоры.

Напрасно я пытался приобщить их к цивилизации. Они прекрасные люди, но их идеи и идеалы ровно противоположны тому, что представляет собой европейское искусство».

Первое выступление русских артистов балета в Японии в июне 1916 года прошло без успеха. Солисты Мариинского театра Елена Смирнова и Борис Романов в сопровождении двух пианистов и костюмерши приехали в Токио с программой из 17 номеров (включая па-де-де из «Лебединого озера» и миниатюру

Михаила Фокина

«Лебедь») Визит артистов носил дипломатический характер. Японский композитор и дирижёр: «Меня очень смутили и спина Смирновой, и движения от лопаток к запястьям, выражающие предсмертную агонию: они были слишком реалистичны. Ещё я всё время думал, что эти артисты русского балета не понимают музыку по-настоящему»

Старейший универмаг Японии «Мицукоси» (основанный в 1673 году как магазин кимоно) стал местом действия одного из балетов Роси «Отдел игрушек универмага „Мицукоси"», где по сюжету ночью оживали куклы разных национальностей.

С 1913 года универмаг размещал свою рекламу в программках Императорского театра. Многие героини, появлявшиеся на этих рекламных материалах, созданных арт-директором универмага и художником Хисуи Сугиура, были очень похожи на Анну Павлову.
Так, рекламный плакат «Мицукоси» 1915 года был очевидно вдохновлён знаменитой афишей Валентина Серова 1909 года для «Русских сезонов» Сергея Дягилева, изображающей Анну Павлову в балете

«Шопениана».

Страна Басков (Euskadi) — это уникальный регион на севере Испании и юго-западе Франции, расположенный на побережье Бискайского залива. Несмотря на то, что это не отдельное государство, а автономное сообщество, этот народ имеет собственную древнюю культуру.
Их язык не входит ни в одну из языковых семей. По одной из версий есть связь с грузинским языком. Басков не удалось завоевать ни вестготам, ни римлянам, ни арабам.
Суконный берет - традиционный баскский мужской головной убор, особенно популярен у старшего поколения.

Сортсико (баск. zortziko) - старинный баскский народный танец, песня или инструментальная пьеса, отличающаяся уникальным ритмом. Основная особенность — музыкальный размер 5/8 (реже 5/4), с характерным пунктирным ритмом. Танец часто исполняется под аккомпанемент чалапарты или продольной флейты (txulubita).
Популярная теория связывает название с цифрой «восемь» (zortzi), предполагая восьмидольную структуру или фразы из 8 тактов.
Зортзико считается одним из самых характерных музыкальных жанров басков, воплощающим их культурную самобытность.