нет реальности, кроме той, которую мы носим в себе.

вся суть в тoм, чтобы умереть молодым как можно позже.

будет счастье после тебя,

но было счастье
из-за тебя тоже.

— я люблю вас.

— это ваша беда.

и самое страшное и прекрасное — это то, что всё в наших с тобой руках.

едва удается отвести одну трагедию, как на него уже надвигается следующая.

мы больше не кто-то и где-то.
мы больше не то и не это.
мы больше не что-то, когда-то, зачем-то.
отныне мы больше не мы.

мне вдруг показалось, что осенняя тьма выдавит стёкла, вольётся в комнату и я захлебнусь в ней, как в чернилах.

бывают моменты, когда я убежден, что не гожусь ни для каких человеческих отношений.

несчастье, которое мне нужно и о котором я тоскую другого рода. оно таково, что позволяет мне страдать с жадностью и умереть с наслажденьем.

слова острее шипов.

я
ранен,
но
не
убит.

твое молчание убивает настолько сильно, что кажется, пространство сужается до степени темноты, нейрона, каждая мысль врезается и бьет хлыстом по спине, оставляя рубцы на теле. и мне бы бежать от тебя, броситься в воду и никогда больше не видеть твоих глаз, не чувствовать рук, но я получаю безмерное наслаждение от этих мук, от каждого твоего ничего. иллюзия счастливых моментов накрывает и разрывается внутри меня на маленькие кусочки ненависти ко всем людям. она заглатывает меня полностью и выливается безмерным одиночеством. не хочется слышать, видеть людей, только тебя, только думать о тебе, только вдыхать твой запах, только встречать прилив эйфории в твоей постели, только наши воскресные завтраки, только вечерние прогулки по вторникам, только красное полусладкое из твоих рук, только твой плей-лист и наши ночные разговоры, когда душу наизнанку кладешь на блюдечко и отдаешь в твои золотые руки. только любовь к этим всем воспоминаниям, и огромная ненависть к каждому, кто не ты.
прости, милая, я ненавижу жизнь.

я вполне радикально настроен.
видеть, как закрывается дверь.

хранил всю свою жизнь тысячу слов о любви
и, оказалось, что они идеально подходят тебе.

на горизонте темно,
я лежу на траве,
темный-темный октябрь,
на земле темно
и в небе тоже темно,

и темно внутри.

я бы лучше был один, чем притворялся, что мне хорошо.

я не очень,
обойди меня стороной.
обведи меня,
но за черту заходить не смей.
бойся того,
что прячется за чертой.

ад за ней.
тьма за ней.
я за ней.

безнадёжность
смертельных
выстрелов,
ненасытность
горячих губ.

молчание затягивает молчащего, как трясина.