В прошлом посте я рассказала про элегантный эксперимент, который показал, как собаки могут чуять время. И про два эксперимента, которые это не подтвердили. 🙂

Вы наверняка слышали от знакомых или читали истории, как собаки заранее знают, что хозяева вскоре вернутся, и начинают их ждать. А может быть, и ваша собака способна на такое.

Учёный-биохимик по образованию Руперт Шелдрейк из Великобритании (и не откуда-то, а из целого Кембриджа) считает, что собаки предсказывают возвращение хозяев в результате телепатической связи между ними. Однажды Шелдрейк решил провести научный опыт, чтобы проверить, так ли это.

Снова ло-о-о-онгрид, поэтому читайте на сайте: https://www.baddogs.by/archives/6015

Видеоверсия: https://www.youtube.com/watch?v=OsoFqZ1hDuA

Вчера я смотрела интервью Аллы Пугачёвой Екатерине Гордеевой.

Вообще смотреть особо не собиралась: ну что такого Алла может рассказать, чего я о ней не знаю?

Её поступки в последние годы -- да и всю жизнь -- говорят сами за себя. Её музыка со мной последние лет пятнадцать...

Но я начала смотреть -- и не могла оторваться. От эмоций до сих пор перехватывает горло.

Алла выдала такую базовую базу, что стала в прямом смысле моральным ориентиром. Для меня это было как проверить, что стрелка компаса по-прежнему ведёт в верном направлении, а не сбилась из-за бесконечного "война -- это мир, свобода -- это рабство, незнание -- сила".

Изучая немецкое законодательство о содержании собак, узнала, что в Нижней Саксонии (и наверняка в других землях, только до них руки не дошли) существует экзамен для владельцев собак. Теоретическую часть необходимо сдать до того, как завести собаку, практическую — в течение первого года владения.

В теоретическом тесте будущий владелец должен продемонстрировать базовые знания о поведении и содержании собак, а также знание соответствующих законов Германии.

К тесту можно подготовиться самостоятельно, а можно пройти специальные курсы. Причём часть вопросов теста проверяет знание законов — то есть их всё-таки нужно почитать. А информация по содержанию собак компактно и доступно изложена в листовках и заявлениях Ветеринарной ассоциации защиты животных.

Попробуйте проверить себя: двадцать вопросов, один вариант ответа. Телеграм не даёт сделать квиз с длинными ответами, поэтому для затравки -- мой любимый вопрос, а остальные -- на сайте: https://www.baddogs.by/archives/6029

Непринятый «закон о прогулках»

Почитываю про содержание собак в Германии. Меня очень впечатлило, что несколько лет назад в Постановление о защите животных (TSchHuV) предлагали внести пункт, который обязывал бы владельцев собак выгуливать тех дважды в день по часу. Из-за этой правки постановление СМИ называли законом о прогулках (и игнорировали другие новшества).

Почему меня это впечатлило? Ну, во-первых, это было бы по-немецки педантично. Во-вторых, можно было бы говорить: ребята, вот у продвинутых немцев прямо в законе написано, сколько надо гулять с собакой — а чем ваша собака хуже? (О, я и себе говорила бы это, особенно после тяжёлого рабочего дня — а потом собиралась бы и безропотно шла гулять.)

Но, конечно, сразу появляется вопросик: а что делать с пожилыми, немощными и больными собаками? Федя мой, например, далеко не каждый день хочет гулять два часа. Заставлять его, что ли?

В общем, весьма спорная инициатива. И она не прошла.

В актуальной на сегодня версии постановления написано, что собака должна получать достаточную физическую нагрузку за пределами питомника. Хотя, конечно, чёткая цифра была бы вполне в духе этого документа. Он описывает, так сказать, технические требования к содержанию собак: контакт щенков с человеком не менее 4 часов в день, установленный минимум площади пола и световых пятен от окон в помещениях, где содержатся собаки (и это всё очень напоминает руководства по содержанию животных в вивариях или в хозяйствах).

Требование гулять 2 часа и ни минутой меньше вполне оправдано в случае коммерческого разведения собак: это работа, которую нужно регламентировать, чтобы животные получали достаточный уход и чтобы это можно было в случае чего оценить.

Как давать собаке таблетки + задачка

В книге From Fearful to Fear Free (Марти Беккера и др.) есть совет, как давать собакам лекарства:

Освойте магию трёх таблеток. Это вариант старой доброй игры в напёрстки, которую вы могли видеть на улице или в казино. Чтобы провернуть этот трюк, дайте собаке сперва кусочек сыра или другого мягкого лакомства — обещание. Вторая порция лакомства содержит таблетку — игра. И в конце дайте собаке ещё одно лакомство (без лекарства) — на закуску.

(Нужно сказать, что в книге использовалась терминология карточных трюков, но я не нашла адекватных эквивалентов на русском.)

Трюк классный, но если вспомнить принцип Премака, который я уже разбирала, то чем будет первое лакомство, а чем — последнее?

Wolves that pee together stay together

Читала про дружбу у животных (Анне Иннис Дагг Animal Friendships) и вычитала такое: «Волки часто мочатся в одном и том же месте друг за другом, на что исследователь волков Дэвид Мек заметил: "Волки, которые писают вместе, держатся вместе"».

Элизабет Маршалл Томас в книге The Hidden Life of Dogs рассказывает о своих пожилых собаках, которые на утренней прогулки совершали один и тот же ритуал: сука по кличке Инукшук, подыскивала место и мочилась, пока остальные наблюдали за этим. «Закончив, она выпрямлялась и отходила в сторонку. В это время Фатима медленно присаживалась на то же место. Когда Фатима заканчивала мочиться, Суэсси занимал её место и, покачиваясь на трёх ногах, опорожнял мочевой пузырь, наполовину сложив уши и полуприкрыв глаза, думая о чём-то своём».

Интересно, зачем это нужно? Может быть, волки и собаки так создают групповой запах и родной «ольфакторный образ» своей территории? Но не для чужаков, а для самих же себя.

Почему кошки писают в хозяйскую кровать

У кошек порой «ломается» чистоплотность, и они начинают использовать в качестве туалета хозяйскую кровать.

Чем это точно не является: местью или злонамеренным действием. Во-первых, это не доказано для кошек. Во-вторых, даже если кошка хочет отомстить — какой в этом толк, ведь хозяин не только расстроится, но и может наказать?

Чем это может быть:
- симптомом болезни (при которой больно или неудобно пользоваться лотком),
- предпочтением мягкого субстрата (не нравится наполнитель),
- предпочтением места (не нравится место, где стоит лоток).

Но всё-таки использовать место отдыха как туалет кошкам не свойственно.

Чем ещё это может быть:
- меченьем (определяется по форме лужи, когда это возможно),
- проявлением тревоги разлуки.

Две последние причины, конечно, особенно интересны.

Кошки чаще всего метят на периферии территории, поэтому логично было бы ожидать меток возле окон или дверей. Но меченье внутри территории, особенно возле мест отдыха — это скорее действие для самоуспокоения: да, это моё, бояться нечего. За таким замечены не только кошки, но и волки. Это сигналы для самих себя.

Если кошка метит дома, то надо разобраться, почему она не чувствует себя в безопасности. Может быть, она враждует с кем-то из домашних — людей или зверей.

Тревога разлуки. Да, она, видимо, есть у кошек (они всё-таки социальный вид, хотя раньше так не считали). В первом исследовании, посвящённом признакам сепарационной тревоги у кошек, среди прочих отдельно упоминается мочеиспускание на хозяйской кровати: 41 из 55 кошек, у которых подозревалась тревога разлуки, вне лотка мочились исключительно на кровать и делали это в отсутствие хозяина дома.

Так что если вдруг ваша здоровая кошка начала использовать кровать вместо туалета, вполне возможно, что за этим кроется конфликт или тревожное расстройство. Поэтому не стоит наказывать питомца за «злонамеренность» или «мстительность», а следует обратиться за помощью к специалисту-поведенщику.

Elsevier напомнил, что у меня есть тридцатидневный доступ ко всем журналам издательского дома, так что я планирую читать последние номера журналов о поведении животных (а кое-что даже и скачаю на память) и делиться своими находками.

Про эффективность альфа-казозепина (Zylkene)
Статья, можно сказать, из будущего. Номер журнала Journal of Veterinary Behavior выйдет в номере за март-апрель 2026 г., но онлайн текст уже доступен.

Ветеринары-исследователи из Италии и США провели двойное слепое плацебо-контролируемое исследование эффективности альфа-казозепина (Zylkene) у собак во время посещения ветклиники. Результаты показали, что собаки, принимавшие Zylkene 6 дней, при посещении клиники больше нюхали (исследовали обстановку) и не так часто пригибались, как собаки, принимавшие плацебо. Однако препарат не повлиял на физиологические проявления стресса.

В эксперименте участвовали 22 собаки разных пород и беспородные. Это были клинически здоровые собаки без проявлений поведенческих расстройств и агрессии. Шесть дней половина из них принимала альфа-казозепин, вторая половина — плацебо. Потом собак привозили на приём ветеринара. Через полтора месяца эксперимент повторили, но первой половине на этот раз давали плацебо, а второй — альфа-казозепин, а потом снова привели в ветклинику.

Исследователи давали собакам время привыкнуть к обстановке (в комнате ожидания и в первые минуты приёма) и кардиомонитору. Во время приёма врач (один из исследователей) проводил рутинный осмотр (ощупывал лимфоузлы, осматривал уши, глаза, зубы, измерял температуру и т.п.). Всё это записывали на видео и после анализировали поведение: исследовательское (собака осматривается и обнюхивает комнату), сигналы примирения, социальное поведение (например, подходит ли к исследователям, виляет ли хвостом), избегающее поведение, одышка, а также позу и положение хвоста и ушей.

Помимо поведенческих признаков стресса учёных интересовала и реакция автономной нервной системы, а именно: частота дыхания и сердцебиения, вариабельность сердечного ритма и температура тела.

И что же оказалось? Собаки, которые принимали Zylkene, демонстрировали меньше постуральных признаков стресса (то, что называют low body posture, когда собака опускает голову, прижимает уши и опускает хвост, словно стараясь уменьшиться в размерах) и больше исследовали (обнюхивали) кабинет по сравнению с теми, кто принимал плацебо. Хотя все остальные поведенческие (одышка, сигналы примирения, социальное поведение) и физиологические параметры значимо не различались.

Последовательность приёма препарата и плацебо на результаты не повлияла.

Что тут можно сказать? Исследователи нашли несколько статистически значимых различий в поведении собак, и эти различия умеренные (не слабые и не сильные), но они касаются только части измерявшихся поведенческих переменных — положения головы, хвоста и ушей, а также обнюхивания.

В статье, к сожалению, показали только статистически значимые различия, но было бы интересно взглянуть и на остальные. Например, разницы в одышке не наблюдали, но насколько вообще она была выраженной? Может быть, она и так была едва заметной, и этот показатель не имело особого смысла учитывать. То же касается и физиологических параметров: может быть, они в принципе распределены так, что интерес представляют не средние значения, а максимальные или минимальные. Интересны были бы попарные сопоставления того, как одна и та же собака вела себя после курса Zylkene и плацебо.

Это второй известный мне двойной слепой плацебо-контролируемый эксперимент, в котором изучали эффект кратковременного курса альфа-казозепина на здоровых собак при ветеринарном осмотре. Исследовательская группа из Мюнхена пару лет назад обнаружила слабый успокоительный эффект альфа-казозепина после двух дней приёма Zylkene. Причём на физиологических проявлениях стресса (концентрацию вазопрессина и кортизола в слюне) препарат не повлиял.
⬇️

Интересен ещё момент с дозировкой. Собаки получали не точную дозу (например, 15 мг/кг), а один из трёх вариантов — капсулу, содержавшую 75, 225, 450 мг, или две капсулы по 450 мг альфа-казозепина в зависимости от массы тела по инструкции производителя. Что это значит? Например, собака, которая весила 9 кг, получала 75 мг, а собака, которая весила 11 кг, — 225 мг, то есть в три раза больше, хотя массы тела различались не насколько сильно. Неточность дозировки (кто-то получает 7,5 мг/кг, а кто-то — 20 мг/кг) может приводить к большому разбросу данных, и из-за этого трудно понять, эффективен ли препарат. С другой стороны, это имитирует реальное применение альфа-казозепина в составе коммерческого препарата: во многих случаях владельцы знают вес собаки весьма приблизительно и дозировка получается «на глазок».

Давать ли собакам альфа-казозепин перед поездкой в клинику или другими запланированными неприятными событиями? Почему нет, но надо понимать, что эффект может оказаться малозаметным. Хотя если есть возможность помочь питомцу легче пережить неприятные события, то стоит ею воспользоваться.

Книга про кошек, которые сводят с ума
Мне в руки попала книга французского ветеринара-психиатра Клода Беата «Кошки, которые сводят с ума. Почему кошки психуют и что делать с их проблемным поведением». Прочла её с огромным интересом и таким же огромным удовольствием.

Клод Беата вместе с коллегами и студентами изучает патологическое поведение кошек и собак. В книге он пишет не о только о расстройствах поведения и настроения, но и рассуждает о безумии кошек — о таких симптомах, которые трудно объяснить иначе чем временной потерей рассудка, психозом.

Но, что, по-моему, гораздо важнее, большая часть книги посвящена тому, как сделать жизнь кошки нормальной — с её точки зрения. Каким должен быть дом, в котором кошка сможет жить полноценной жизнью? Так ли уж нужно выпускать кошек гулять? Почему они подходят за лаской, а потом вдруг кусают хозяина? В чём причина вечерних тыгыдыков и что с ними делать?

Многие непонятные и противоречивые действия кошек кроются в их двойственной натуре: этот маленький зверёк и хищник, и жертва. К нему неприменимы традиционные методы «воспитания» (читай: наказания), которые до сих пор широко распространены, например, в кинологии.

Беата убеждён, что все кошки — яркие индивидуальности, и нужно уважать их уникальные черты. Иначе ваши питомцы начнут страдать. Автор иллюстрирует это случаями из практики, когда из недопонимания между людьми и кошками у последних развивается тревожное расстройство.

Книга написана с большой любовью и состраданием к кошкам и людям. Когда животные ведут себя «плохо» и «неправильно», страдают все вовлечённые — и люди в том числе. Работа ветеринара-психиатра — помочь не только кошкам, но и людям. И Клод Беата очень здорово с этим справляется. Он рассказывает о природе кошек. Он показывает, как можно гуманно корректировать и контролировать их поведение. И самое главное — Беата не обвиняет владельцев, а помогает им посмотреть на кошку другими глазами и наладить их взаимоотношения и жизнь.

Как очень придирчивый читатель я, конечно, отметила пару огрехов — но они появились, судя по всему, при переводе (например, про генетические ассоциации свиней и птиц: видимо, имелись в виду генетические ассоциации вирусов гриппа свиней и птиц).

Не могу согласиться и с тем, что Беата категорически отрицает способность кошек строить социальные отношения, т.к. представители этого вида не образуют иерархии. Во-первых, при определённых условиях образуют. Во-вторых, моделей социальных отношений много, а не только линейная. Ну и в-третьих, это люди принимают социальную иерархию как основу взаимоотношений в группе, а про животных мы такого не можем сказать наверняка. Есть ли в сознании собаки, мыши, кошки само понятие иерархии? Все научные модели — это результат человеческих наблюдений, а человек не свободен от предубеждений.

Впрочем, в наших ментальных установках есть и польза: кошек воспринимают как социальных партнёров, а значит, включают их в сферу этики. Беата пишет о спорных вопросах, которые разделяют владельцев на множество лагерей: кастрировать кошку или дать познать «счастье родительства»? Отпускать погулять или не запретить даже выйти на улицу? Этично ли донорство органов? Как и когда прибегать к эвтаназии?

Кто-то скажет, что Беата очеловечивает кошек… Чего-чего, а этого я в книге не увидела. Но даже если и так, то у нас с кошками есть одно общее свойство: мы способны привязываться друг к другу. А это значит, что волей-неволей мы всё равно будем считать своих кошек чуть-чуть людьми.

Собака скулит и перебирает лапами во сне. Она видит сон?

Недавно я читала книгу "Wag. The Science of Making Your Dog Happy" Зази Тодд (про её «кошачью» книгу Purr я уже как-то рассказывала) и вычитала следующее: ветеринар Дейдра Барретт утверждала, что когда собаки видят сны, они никак не могут двигаться, а если уж двигаются, то именно в этот момент видеть сны никак не могут. И вот тут я сделала стойку.

Мы видим сновидения в основном во время фазы быстрого сна (REM-фаза). Но именно во время неё почти все мышцы парализованы, то есть в норме во время сновидений люди практически не двигаются. Есть фаза медленного сна, во время которой мы не видим снов, но некоторые из нас могут ходить и говорить (это называют лунатизмом).
Наблюдая за животными во время сна и сопоставляя активность мозга с «поведением» во время разных фаз, учёные отметили, что помимо характерных движений глаз в REM-фазе у собак, кошек и других животных подёргиваются конечности (у собак сильнее, чем у кошек), хвосты, учащается дыхание, вероятно, сокращаются и расслабляются мышцы гортани и глотки (отсюда и причмокивания, поскуливания и повизгивания).

Иногда спящие двигаются очень активно. Это признаки расстройства поведения в быстрой фазе сна. При нём движения во время сновидений не подавляются, и спящий двигается так же, как во сне: бежит, дерётся, кричит. Такое состояние само по себе неприятно (больных мучают частые кошмары), а во многих случаях является предвестником нейродегенеративных расстройств. Но в человеческой популяции это расстройство сна встречается довольно редко (доли процента, если брать всю популяцию, а не группы риска). У собак это расстройство также встречается.

Мой Самир иногда спал беспокойнее обычного: бил хвостом, рычал и даже выл во сне. Тут же просыпался и не выглядел несчастным. Спросить у него о содержании сновидения, я, конечно, не могла. Может быть, это был кошмар, а может — наоборот.

В принципе, ветеринары признают, что у собак бывают сновидения (и, вероятно, они связаны с событиями в жизни), но по движениям и звукам во время быстрой фазы сна мы не можем ничего сказать о содержании сновидений, если только это не расстройство сна.

Про биодронов и животных

Прочла сегодня, что в России пытаются создать биодронов — в мозг голубей вживляют чипы, которые позволяют управлять полётом. Для чего это нужно? Для фронта, для победы. У меня по этому поводу ровно одна реакция: одни животные заставляют страдать других.

T-invariant написали хорошую статью, из которой понятно, что эта «инновация» (на самом деле никакая не инновация, подобные вещи делают лет шестьдесят) дойдёт до практической реализации примерно никогда. Это выглядит всего-навсего как распил бабла. (Никогда такого не было, и вот опять!)

Это напомнило мне историю, как Скиннер тренировал голубей-наводчиков во время Второй мировой войны. Тогда тоже никто и нигде не думал про этичность использования животных в качестве оружия: на войне все средства хороши.

Скиннера и других дрессировщиков животных-камикадзе можно оправдать тем, что все боролись с самым страшным злом на земле. А нынешние ребята (в том числе и известные учёные-физиологи, занятые в этом проекте) выступают как раз на стороне зла. И это просто пиздец.

Собаки войны
Как военные действия повлияли на украинских собак

Украинские и польские зоологи почти год (с апреля 2023 г. до середины января 2024 г.) собирали данные о том, как война повлияла на уличных украинских собак, в том числе на тех, которые живут возле линии фронта.

Данные поступали от ветеринаров, волонтёров и сотрудников приютов, а также от солдат. Зоолог Игорь Дикий (Львовский национальный университет) в 2022-м году ушёл на фронт и именно он руководил сбором данных о собаках, живущих в зоне боевых действий. Всего получены данные (фото, измерения роста и массы тела, образцы шерсти) о 763 беспородных собаках их девяти регионов Украины — как с линии фронта и с опасных (подвергающихся регулярным обстрелам) территорий, так и с «условно безопасных».

Авторы статьи, опубликованной в журнале Evolutionary Applications, составили портрет типичной собаки, живущей в прифронтовой зоне: худая, низкорослая (25-40 см в холке), с лапами нормальной длины, морда — ни короткая, ни длинная, прямые уши, хвост полукольцом, прямая шерсть средней длины светло-коричневого окраса почти без белых пятен. Причём фенотип (т.е. как выглядит собака) прифронтовых собак достаточно однороден. Собаки, которые живут в отдалении от линии фронта (западнее), крупнее, более разнообразны по окрасу, форме хвоста и ушей, длине шерсти. Кроме того, у линии фронта живут в основном молодые собаки без видимых увечий или болезней, причём эти собаки склонны жить в больших группах (до 11 особей) по сравнению с собаками на «опасных» и «условно безопасных» территориях.

Кажется, будто фенотип собак войны приближается к дикому: исчезают признаки одомашнивания (короткие морды и лапы, крючковатый хвост, белые пятна). Но дело, видимо, не в ускоренной эволюции (на молекулярном уровне изменения так быстро не происходят), а в том, что в опасных условиях отбор здесь и сейчас оставляет в живых только тех, кто способен втиснуться в очень узкие рамки экстремальных условий.

Слишком большие собаки подрываются на минах (задевают растяжки, под которыми маленькие собаки спокойно проходят), коротколапым труднее бегать и добывать пищу, брахицефальным в принципе тяжело даются физические нагрузки… Еды тоже на всех не хватает: измерение индекса массы тела и изотопный анализ шерсти показал, что собаки сильно недоедают.

Эта работа — летопись катастрофы, которая затрагивает всё живое.

Полный текст статьи: https://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/eva.70182
Небольшой текст The New York Times про это исследование: https://www.nytimes.com/2026/02/08/science/ukraine-dogs-war.html

Немного про расстройство быстрой фазы сна у собак

В посте про сон у собак я упоминала, что иногда активные действия во сне могут быть признаком особого расстройства.

Когда собака поскуливает во сне и легонько подёргивает лапами и хвостом, это обычно нормально. Дело в том, что во время быстрой фазы сна (REM-фазы) почти все мышцы тела парализованы — почти, но не все. Если бы мышцы оставались в тонусе, то мы двигались бы во сне, причём буквально проживали бы свои сны. В разных экспериментах животным разрушали голубое пятно — участок мозга, отвечающий за атонию мышц во время REM-фазы сна. И животные «показывали» наблюдателям свои сны: например, кошки умывались и ловили мышей, обследовали помещения.

Но бывает так, что мозг утрачивает способность парализовать мышцы во время REM-сна, и тогда люди тоже начинают «показывать» свои сны: кричат, смеются, разговаривают, размахивают руками, выпрыгивают из кровати… Могут даже ударить того, кто спит рядом с ними.

Это называют поведенческим расстройством фазы быстрого сна (REM-sleep behavior disorder, или RBD). Оно проявляется довольно редко (доли процента всей популяции людей), но в основном — у людей старше 50 лет, страдающих деменцией, болезнью Паркинсона, мультисистемной атрофией — в общем, заболеваниями, при которых повреждаются нейроны, а также те, кто принимает (или прекращает принимать) некоторые лекарства и алкоголь.

RBD диагностируют методом полисомнографии: к телу пациента прикрепляют датчики, которые снимают данные о работе мозга, сердца, о состоянии мышц, о движениях глаз, ног, грудной клетки и др., плюс идёт видеозапись пациента во сне. Получается довольно целостная картина, которая и позволяет сопоставить фазы сна и, допустим, движения пациента. И если он активно двигается во время REM-фазы, то у него соответствующее расстройство сна.

У собак такое расстройство тоже диагностируют. Понятно, что каждую собаку с подозрением на RBD исследовать с помощью полисомнографического метода невозможно, но как минимум один такой случай ветеринарии известен.
Золотистый ретривер Дрейфус начал, по словам хозяина, «сходить с ума» во сне, когда ему было всего два месяца. С каждым годом проблема только усугублялась: Дрейфус врезался в стены, опрокидывал мебель, ударял хозяина по голове… Хозяева обложили подушками стены и вообще все места, где их пёс мог улечься спать. Разумеется, страдали и домочадцы, которые не могли выспаться из-за болезни Дрейфуса.

Собаку привезли в ветеринарную клинику при Университете Флориды (США), где невролог Шерил Крисман и сомнолог Робин Гилмор смогли провести полисомнографическую диагностику и подтвердили предполагаемый диагноз Дрейфуса — RBD. После этого собаке назначили лекарства и выписали домой.

В основном расстройство можно заподозрить по слишком активным движениям и вокализации собаки во сне. Так, исследователи из упомянутой клиники при Университете Флориды проанализировали видео спящих собак, а также в некоторых случаях наблюдали за собаками в клинике (всего они описали 14 случаев). У большинства животных симптомы оказались такими: собаки резко двигать лапами, жевали и скрежетали зубами, кусали лежанки, воздух, лаяли, рычали и выли. Некоторые из них нападали на хозяев и сородичей, оказавшихся поблизости. В основном этих собак было легко разбудить, и они не выглядели дезориентированными.

Почему развивается RBD, не известно. В паре исследований изучали связь этого расстройства со столбняком, но во многих других описанных случаях причина осталась не известной.
Сколько и, главное, как живут собаки с предполагаемым расстройством быстрой фазы сна, не очень хорошо известно. В одном ретроспективном исследовании мнения владельцев сильно разнились: кто-то считал, что качество жизни их питомцев страдает из-за нарушений сна, кто-то — что оно не особенно сказывается на благополучии собак. Конечно, это всё зависит от силы и частоты проявлений предполагаемой BRD.

Лечить это состояние пытаются транквилизаторами и противосудорожными препаратами, но действуют они не во всех случаях.