Архимандрит Рафаил (Карелин):

— Память о смерти вначале кажется страшной, но когда человек привыкнет к ней, то он чувствует, что она освобождает его от рабства этому миру, от оков страстей, от гнетущих помыслов, которые, как ноша, давят на него. Он начинает любить память о смерти, она представляется ему целомудренной подругой, верным другом, всегда готовым утешить в скорби. А самое главное, память о смерти учит человека, что истинный смысл дарованной ему жизни не в кружении в земной суете, а в приготовлении к вечности.

Преподобный Иосиф Оптинский (Литовкин):

— Не скорби, это пройдет, и смерть придет, для которой хорошенько убери келью душевную и покади благовонным ладаном прилежной молитвы.

Архимандрит Ефрем Филофейский, Аризонский:

— Каждая душа с минуты на минуту ожидает телеграммы с небес, дабы разорвать всякую связь с земным, закрыть торжище и дать точный отчет о духовной купле, чтобы получить вечную участь либо на небесах, либо в бездне.

Архимандрит Рафаил (Карелин):

— Память о смерти – это путеводитель к Богу. Приобретается она через понуждение себя, усилием воли. Первоначально нужно уделять хотя бы несколько минут в продолжение дня, чтобы размышлять о том, что вся земля – огромная могила, в которую ушли бессчетные поколения; мы попираем эти могилы, но скоро и нас покроет земля. Мы должны просить Господа, чтобы Он дал нам память о смерти как дар благодати. Произнося же слова молитвы, должны помышлять, что, быть может, эта молитва будет в нашей жизни последней.

Преподобный Симеон Новый Богослов:

— Память смертную постоянно имей, ибо она есть виновница смирения.

Преподобный Нил Синайский:

— Всегда ожидай, но не бойся смерти; то и другое — истинные черты любомудрия.

Святитель Иоанн Златоуст:

— Размышляя о тленности настоящего и о кратковременности нашей жизни, будем предуготовлять себе великое дерзновение совершением добрых дел.

Архимандрит Ефрем Филофейский, Аризонский:

— Естественно, смерть страшна. Душа Моя скорбит смертельно, – говорил Иисус. Да, так оно и есть. Но, к сожалению, страх, по большей части, приходит от совести. Совесть не удостоверяет душу в том, что душа жила как подобает. Она не привела в порядок свое брачное одеяние, не омыла его и стыдится предстать царю, помышляя о том, что с ней будет: да или нет – спасусь я или нет? И если душа отходит без исповеди и без полного покаяния, тогда горе ей. Это тот самый день лют, о котором упоминает пророк Давид. Будем молиться, чтобы святой Бог спас нас, даровав нам всецелое покаяние и дела, достойные покаяния, дела милости и любви, дух покаяния с истинным смирением, дабы мы приклонили Судию на милость по отношению к нам, чтобы в страшный час смерти душа с дерзновением сказала: «Уповаю на Бога, что Он поступит милостиво с моим ничтожеством». Аминь. Буди.

Архимандрит Рафаил (Карелин):

— Даже в природе ищи для себя напоминание о смерти. Видишь заходящее солнце, увядающий цветок, птицу, улетающую вдаль, — помни, что подобно сему проходит и жизнь человека. Скажи неверующему о смерти — он обидится или огорчится: для него смерть — тупик, черная яма, конец всех надежд, переход из бытия в небытие. А для христианина смерть — завершение земного пути, экзамен за всю прожитую им жизнь и раскрытие того, что он стяжал в течение ее в своем сердце.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):

— Одним из превосходнейших способов приготовления к смерти служит воспоминание и размышление о смерти.

Святитель Иоанн Златоуст:

— Будем помышлять, какие бы мы могли доставить утешения усопшим. Вместо слез, вместо рыданий, вместо поминок — милостыни, молитвы и приношения, чтобы и они, и мы достигли обещанных благ…

Преподобный Ефрем Сирин:

— Горе тому, кто говорит: «Пока наслажусь плотью, а в старости покаюсь», потому что, подобно сети, внезапно накроет его смерть и ожидание его погибнет.