Должен признаться, что в доме нашем имеется гостиная, которая по какому-то странному недоразумению больше походит на окраину американской прерии, нежели на комнату в петербургской квартире.

Стены её песочного цвета, лепнина и пол деревянные. Проходя мимо, всякий раз думаешь: вот сейчас распахнётся нарисованное окно и влетит чья-то пуля.

Однако этого не произойдёт, потому что тут есть шериф.

Я медленно прохожу мимо домов, в которых легкомысленные люди могут заподозрить двухъярусные кровати. Но нет, это именно дома, стоящие вплотную один к другому, с крышами, стенами и намёком на деревянные фасады.

Между ними встроены двустворчатые ворота, какие полагаются всякому порядочному салуну. Я распахиваю их обеими руками, чтобы проверить, не замышляет ли кто беспорядка.

Всё выглядит так, будто жители вот-вот выйдут на улицу, прищурятся от солнца и поправят кобуру, хотя кобуры, разумеется, нет.

У стены где-то стоит телега. В ней лежит матрас и навешана ширма, так что, возможно, что внутри кто-то спит. Я останавливаюсь возле неё с особым вниманием, ибо шериф обязан быть бдительным.

К полудню в салуне начинается жизнь. Кто-нибудь непременно предложит сыграть в покер, и тогда я, сохраняя достоинство, буду наблюдать, чтобы ни одна карта не была подброшена нечестным образом.

Несмотря на то, что весь Дикий Запад умещается в пределах одной гостиной, порядок здесь держится твёрдо.

Вместе жить
Рубинштейна 38

Случилось это самым обыкновенным образом. Я уснул в мастерской. И видимо пыль на меня как-то подействовала. Мне приснился сон.

Там была та же мастерская, только стены её стали густо зелёными. Вдоль стен тянулись этажи, крепкие и ладные, словно их вырастили не плотники, а бобры.

К ним вели две лестницы. Но были они не простыми, а хитроумными. Внутри каждой ступени было пустое пространство, как в ящике.

Под потолком шелестели листья, трудно было сказать, настоящие ли они или лишь ловко сотворённые рукой человека.

Внизу висела одежда, причём держалась она на обыкновенных палках! Получилась гардина.

А ещё получился торшер. Он походил на молодую руку энта, по которой мягко вилась лампа.

Рядом где-то расположилась палатка, устроенная из паллет. Будто кто-то решил остановиться на привал.

Во всём этом не было ни показной роскоши, ни стремления удивить. Была лишь простота, доведённая до состояния тишины. Комната казалась плотной выдумкой, но жила она по-настоящему.

Проснулся я и понял, что лес постучался в эту квартиру.

Вместе жить
Рубинштейна 38

Комната называется домик принцессы.

По каменным углам расположены женские лица. Они являются лепниной, которая внимательно смотрит на людей с высоты.

Эти лица задают основной лейтмотив. Вокруг них струятся лёгкие ткани, которые зонируют и создают интимные углы.

Лепнина на стенах похожа на портретные ставки. Каждый, кто поселится здесь, сможет нарисовать себя и начать семейное древо проекта.

Воздух комнаты наполнен мягкостью. Балдахины ниспадают на кровати, касаясь пола. Свет мягко скользит по розовым стенам и создаёт вайб сказки.

Вместе жить
Рубинштейна 38