Абсолютно любой человек: решил собрать адронный коллайдер в домашних условиях, посмотрел пару видосов по теме, за три дня собрал, запустил, работает.

Я: решил сделать палку-копалку. Отрезал себе руку, палка оказалась из ценных пород дерева, меня объявили в международный розыск, ножом случайно расщепил атомное ядро, взрыв уничтожил половину земного шара, прилетевшие на радостях инопланетяне истребили другую, потом на них напали разумные роботы, все взаимоаннигилировались, жизнь на планете прошла новый путь эволюции от микроорганизмов, обезьяна сделала палку-копалку, зародилась новая человеческая цивилизация, наступил новый 2025-й, рандомный чел сделал у себя дома адронный коллайдер, а я в этом воплощении родился срау без рук и дебильным наглухо, ПОТОМУ ЧТО НЕХУЙ, БЛЯДЬ!!!

Сегодня мы запустили новинку про "Призрачный отель". Городское фэнтези в современном Смоленске. Как по мне, душевная вещь получается. В кои-то веки получилось реализовать актуальные для меня мысли и идеи в художественном тексте, а не в постах. Призрачный отель, где душам помогают расстаться с земным бытием и отправиться дальше. Работа, которая действительно нужна вселенной. Но, разумеется, не всем эта идиллия по нраву. Кое у кого на людские души совсем иные планы...

https://author.today/work/438086

Внезапно шёл по улице и задумался о "Властелине колец", а конкретно о распространённых предъявах. Во-первых, орлы. Какого чёрта сразу не летели на орлах? Во-вторых, Гендальф. Какого чёрта он, маг, то и дело хватается за меч? Лучше бы колдовал побольше.

И вот чего надумал. С поправкой на то, что читал я "Властелина Колец" где-то двадцать лет назад, хотя кино пересматривал с тех пор многократно.

Насколько я помню основное направление событий, оно следующее. Некто Мелькор выступил с особым мнением против остальных айнур (впоследствии - валар) и, в частности, против Эру Илуватара. Мелькора обвинили в экстремизме и посадили в тюрьму. Но влияние его было столь высоко, что просочилось в одного майара и отложило там яйца.

Этого майара звали Саурон. И вот он пришёл в Средиземье. Зачем? Это не помню. В идеале он, наверное, хочет освободить Мелькора (тюремная кличка - Моргот). А для этого нужно очень сильно расшатать основу власти валар и, в частности, Эру Илуватара. В прямой кофронтации Саурон этого сделать, разумеется, не может - слишком мелкая сошка. Но Мелькор, который знает всю эту кухню изнутри, передаёт ему инструкции.

Валар изначально не то пели песню, не то играли музыку. Это было нечто вроде программного кода, на который впоследствии наложили графическую оболочку: так появилась Арда, физический мир. Конфликт с Мелькором, собственно, и был обусловлен тем, что он кодил какую-то фигню под себя. Тимлид (Илуватар) несколько раз предупредил, а потом и выгнал его за неумение работать в команде.

Так вот. Всё могущество валар и их тимлида завязано на этом коде. Ну, это команда программистов, занимающихся сайтом, который написали с нуля. Снести сайт - власть программеров кончится. Они, конечно, могут написать новый, но это уж потом.

Крч, Саурон - это эдакий вирус, который приходит в Средиземье и создаёт множественные баги и глюки. Программеры видят проблему и понимают одну очень неприятную вещь. Если сейчас полноценно вмешаться, то уничтожение этого вируса будет равносильно уничтожению сайта, он слишком сильно поразил код. И они видят единственный способ хоть как-то выкружить: отпор вирусу должна дать сама система. Причём, уже совершенно очевидно, что ни на эльфов, ни на гномов ставку делать нельзя. Если будет победа над Сауроном, то дальше настанет эра людей.

В Средиземье засылают отряд майар для противостояния Саурону. Пятеро (кажется) против одного. Почему так много? Да потому что открытого противостояния не планировалось изначально. Майар должны были стать людьми и изнутри найти ресурсы на борьбу. Потому что открытое противостояние уничтожило бы Арду, а Мелькору того и надо.

Став людьми, майар повели себя разно. Два голубых мага потерялись, карий ушёл в тайгу, белый продался Саурону, а серый, собственно, делал то, чего от него и ждали. И его магические вмешательства потому и были минимальны, что их, блин, вообще не должно было быть. Каждое - это огромный риск тотального обрушения.

Другая аналогия. Саурон - это болезнь. Её можно вылечить терапевтически - и тогда всё будет ок. А можно прооперировать, но пациент, всего вероятней, умрёт. И вот идёт лечение. Пока капельницы работают - ок, но как только ситуация входит в критическую фазу, хирург берёт скальпель и устраняет проблемный участок. Но не лезет дальше. Потому что организму нужно дать шанс справиться самостоятельно.

Тут же и орлы. Да, Гендальф мог договориться с орлами сразу. Да, валар могли просто удалить весь код вместе с вирусом и перезапустить сайт с нуля. Да вообще без вопросов. Но цена?..

Я так вижу, что это - история о том, что человек должен сам управляться с проблемами человеческого мира, а всякого рода боги - они несколько про другое. Но вообще, надо бы перечитать, конечно.

Готовлю новый выпуск подкаста. В тексте уже практически был готов, но тут я взялся писать отчётную работу по первому модулю курса по литературоведению. Для этого понадобилось обратиться к Юнгу. Почитав Юнга, обнаружил, что он говорит, в сущности, то же, что я собираюсь дать в подкасте, вернее, я невольно развиваю его идеи. Теперь придётся чуть глубже уйти в Юнга, чтобы избежать изобретения велосипеда.

А в планах был простенький выпуск, чисто тишину заполнить. «Ну ни**я себе, сходил за хлебушком»©

Где-то в нулевых Летов в интервью сказал, что такие песни как «Винтовка — это праздник», «Мы — лёд» и прочие хиты 80-х он сейчас может пачками писать. Но зачем — непонятно. Интересно замахиваться на что-то, что тебе не по силам, делать что-то, что сделать невозможно.

«Адаптацию» я начал слушать где-то в те же годы. Раннее почти не нравилось. «Так горит степь» и «No pasaran!», по-моему, должны входить в какую-нибудь золотую серию, настолько это было страшно мощно. Хорошо зашла «Цинга», хоть уже и без вау-эффекта. Плохо и совсем никак — «Оруэлл», «Олдскул» и «Радио».

Потом неожиданно мощный «Карнавал», умудрившийся на каком-то фоносемантическом уровне пробрать до мурашек строчками «собирались в рай, звали за собой».

И вот на днях вышел коротенький «Массаракш». Слушая, вспоминал интервью Летова. Настойчиво думалось, что вот это Ермен уже может писать пачками, не приходя в сознание. Ощущение потока ради потока. Ощущение болота самоповторов. Мысли понятны, идеи ясны, эмоций — ноль.

Заключительный трек не дослушал. Возможно, просто требуется время. Самый лучший альбом Глеба Самойлова «Здравствуй» поначалу тоже воспринимался никак. И лишь год спустя после выхода вспомнился, переслушался и был осознан, как одно из величайших звукопоэтических явлений во вселенной.

Сама по себе точка мало что означает. Её, собственно, и не видно вовсе - это бесконечно малая величина на бесконечно большой плоскости, как мы помним из курса геометрии. Она не имеет ни длины, ни ширины, ни веса. Условность.

Другое дело - линия. Она имеет хотя бы длину. И если хотя бы две линии пересекаются, то получившаяся в итоге точка уже весома. Она как бы становится центром композиции, притягивает к себе внимание. Потому что зародилась не в пустоте от нефиг делать, а обозначает пересечение двух линий. Или больше. Чем больше линий сходятся в одной точке, тем более значимой она представляется.

Однако плоскость, опять же, если разбирать геометрически, это, по сути, бесконечное количество точек и бесконечное количество линий. А то, о чём мы говорили выше, это лишь только те точки и линии, которые мы решили "подсветить", сделать видимыми.

Отсюда неумолимо вытекает следующий момент: можно ткнуть карандашом в любую точку на этой плоскости, и через неё получится провести любое количество линий. Разница между точками А и Б будет только в их координатах на плоскости. Но плоскость - бесконечна, а куда именно воткнуть оси координат, опять же, решаем мы сами. Так что разница между точкой А и точкой Б лишь в том, что они не совпадают. Это единственное, что мы можем про них сказать с абсолютной уверенностью. Всё остальное - в глазах смотрящего, который делает одни линии видимыми, а другие - нет.

Так вот, когда мы говорим о точках зрения, всё вышесказанное так же верно. Если смотреть с абсолютной объективностью. Через одну ТЗ проходит много линий (доказательств, подтверждающих её правильность), через другую - меньше. Но это лишь потому, что мы не захотели/не сумели провести больше.

Множество людей увлечены тем, чтобы найти точку, через которую кто-то уже провёл достаточно убедительных линий, и восславить её. Несколько меньше - стараются провести через неё свои линии, отвоёвывая их у бесконечности. Ещё меньше людей обладают решимостью шагать от точки к точке и даже играючи создавать новые точки на той же плоскости и проводить через них линии. Когда понимаешь, как это делается, это превращается в игру, тогда как для людей из первого множества происходящее может казаться мистическим чудом.

Эти, последние, которые могут произвольно ставить точки и чертить линии, в большинстве своём, наверное, понимают одну вещь, которую тут уже просто невозможно не понять. Пока все озабочены проблемами истинности точек и линий, по плоскости, которую мы превратили в свой альбом для рисования, ходят трёхмерные люди и занимаются трёхмерными вещами там, куда у нас даже заглянуть не получается.

Эти, трёхмерные люди, оперируют уже не с плоскостью, но с трёхмерным пространством. Тоже ставят там точки. Большинство из них балуются тем, что соединяют точки - линиями. А меньшая часть проводит через три точки плоскость - такую же, как наш с вами мир. Единицы свободно перемещаются между плоскостями, вселяя священный ужас в души остальных. И эти единицы, должно быть, понимают, что они - пыль под ногами тех людей, которые ходят в четырёхмерном измерении. И играючи создают трёхмерные пространства...

Впрочем, конечно, не создают, а находят. Вычерчивают, подсвечивают.

Что делать, как жить? Не знаю. Как минимум, наверное, нужно постоянно отдавать себе отчёт в том, что одна точка отличается от другой только тем, что они не совпадают. Что она не имеет ни веса, ни длины, ни ширины, ни толщины. Что она может находиться где угодно. И что через неё можно провести любое количество линий. Ну а верить ли в четырёхмерных людей - не знаю. Это уже личный выбор каждого. Наверное.

Книгу Метью Рейли "Забег к концу света" я не то прикупил в аудиоформате, не то выхватил бесплатно по какой-то из литресовских акций несколько лет назад. Сегодня книга не продаётся - видимо, одна из жертв великого исхода западной литературы из РФ. Ну а я, наконец, добрался послушать.

Мотивы приобретения были просты: я не чужд бегу, сам писал повесть про бег, а идея о забеге в условиях постапокалипсиса у меня до сих пор висит где-то на задворках сознания. Так что название заинтриговало.

При ближайшем рассмотрении, конечно, оказалось, что название - плод креативного мышления наших издателей, в оригинале там что-то типа "Тайного нью-йоркского общества любителей бега". Но конец света в сюжете присутствует.

На Землю надвигается некое загадочное облако, которое вот-вот уничтожит большую часть человечества. Ок, принято.

У школьников из элитной школы есть развлекушечка: они по ночам спускаются в некий туннель, открывают некий магический портал в другой туннель, точно такой же, но пыльный и как будто из другого мира. Пробегают-проходят его, переносятся обратно в наш мир и вылезают довольные. Ок, принято.

Главная героиня - шестнадцатилетняя школьница, которая разрывается между желанием жить не по лжи и желанием иметь уважение со стороны одноклассниц. Плюс, там, всякая любовь. Ок, принято.

Вопросов к сюжету возникло немало. Например: что интересного богатые избалованные подростки находят в том, чтобы бегать по пыльному туннелю, где не происходит примерно ничего? Что не так со старыми добрыми наркотиками, голыми вечеринками, бассейном на крыше небоскрёба, покатушками на "Феррари" ночью по встречке и прочими нормальными мажористыми развлечениями?

Более того, эта развлекуха передаётся из поколения в поколение. Ну, то есть, мама говорит дочке подросткового возраста: "Ладно, доча, оторвись от своего смартфона, я сейчас покажу тебе, как в твои годы мы зажигали!" - и дочка такая: "Ого, вау, бегать по пыльному туннелю, где, может быть, сверху из люка на тебя кто-то неразборчиво поорёт! Это ж как раз то, чего мне не хватало в жизни! Надо рассказать друзьям, им тоже скучно в Тик-Токе".

Кгхм. Ну, ладно.

Ладно даже то, что роман очень плохо пытается притворяться, что он не только про банальные конфликты в банальном серпентарии старшей школы: популярность, репутация, делёжка парня и проч. Нам показывают глобальный конфликт богатых и бедных. Фоном. Никакого разрешения ему не дают, никакой трактовки не предоставляют. Вывод один: мир обречён тупо по факту, апокалипсис - единственный выход. Ну, ок, эта позиция вполне заслуживает права на существование.

Вырубило меня другое. Рассказ о том, кто выжил после катастрофы. С одной стороны, мрази и подонки с сорванными тормозами, агрессивные твари. С другой стороны - кроткие. Но не просто кроткие. А конкретно сидящие на антидепрессантах. Включая одного вышедшего из психлечебницы персонажа, который выжил, потому что там его пичкали всякими подавляющими медикаментами.

Тут у меня, признаться, поплыл мозг. Работа с психиатром, приём антидепрессантов... Всё это на моих глазах прошло у нас, в России, путь от "в смысле, ты к психологу пойдёшь, ты чё, дебильный, что ли?" до прямо противоположного: "в смысле, ты к психиатру не ходишь, ты чё, дебильный, что ли?".

Я не спорю, когда у человека есть проблемы - эти проблемы нужно решать. Тут нечего стыдиться, но и гордиться нечем. Однако сейчас конкретно у нас это превращается в предмет для гордости. За рубежом, видимо, эту стадию уже перешагнули и добрались до конкретной пропаганды. Потому что посыл книги, как мне видится, весьма однозначен: пей антидепрессанты или умрёшь.

В целом, впечатление такое, как будто действительно заглянул в другой мир. Откровенно говоря, западная литература чем дальше, тем больше удручает торжеством формализма с одной стороны и вялым конформистским бунтом с другой. "Забег" - пример причудливого смешения этих двух тенденций.

Как понять, что ты настоящий античный герой:

1. Старший мальчик забирает у тебя девочку

2. Ты бежишь жаловаться маме

3. Мама дёргает связи на самом верху, и множество людей, которые вообще не при делах, огребают страшные последствия

4. Пока все сражаются, ты сидишь и дуешься

5. Из-за того, что ты дуешься, погибает твой друг

(В очередной раз перечитываю "Илиаду". Категорически заявляю: хуже поэма не становится!)

Восьмая песня "Илиады" - это буквально суть не только всей поэмы, но и античного греческого мировоззрения. Всё, что раньше было лишь намёками, здесь поворачивается к читателю лицом и обрушивает бетонную плиту понимания.

Только что была бодрая битва. Ахеяне режут троян, трояне - ахеян. Иногда вмешиваются боги. Кого-то спасают, потому что красивенький, или потому что родственник. Кого-то, напротив, губят. Вот Диомед, человек, вламывает Арею так, что тот в панике бежит на Олимп и жалуется Зевсу, получая в ответ: "Да и *** на тебя, ты мне никогда не нравился". В общем, весёлый боевичок.

Но вот дело доходит до восьмой песни, и Зевс категорически кладёт конец веселью. Он запрещает богам вмешиваться под страхом низвержения в Тартар (это настолько хуже и страшнее того, что мы называем адом, что даже сравнивать смешно). Зевс больше не комический муж-брат Геры, готовый ей позволять на себе ездить и острящий с ней в диалогах. Он становится верховным богом.

И Зевс открыто произносит: трояне будут побеждать ахейцев, будут их истреблять и оттеснят до самых кораблей. И только тогда, когда разразится битва за тело Патрокла, Ахиллес поднимет оружие, и Троя будет повергнута.

То есть, он буквально спойлерит не только кульминацию поэмы, но и финал всей войны, остающийся за пределами текста. Всё уже расписано, ничего не изменить.

А заканчивается песнь тем, как в стане троянцев Гектор произносит ободряющие слова. Они победили сегодня. Боги на их стороне. Ещё немного, и ахейцы будут изгнаны, истреблены. Трояне жгут жертвы богам, дым поднимается к небу. Но боги отвергают жертвы троян. О чём трояне, разумется, не знают. Они ждут рассвета. Смотрят на небо, ощущая единство со всей одухотворённой вселенной. Они верят.

Тут я пока срубился. Раньше ничего этого не замечал, а теперь время пришло, и в этой песни для меня слишком многое, что пока не даёт читать дальше. Это и невозможность угадать волю богов. Это и понимание, что любые твои несчастья могут быть частью высшего плана. И что план этот может быть хоть и высшим, но ничтожным по сути. И то, что твоя жизнь - песчинка. Но даже это ерунда.

Главное - вот это вот чувство внутреннего покоя, уверенности, что ты идёшь верным путём. То, что в наше время замещает собой религию и философию. Состояние комфорта, если можно так сказать. То, что испытывают трояне в эту ночь. Им уготованы победы. Гектор будет краткий миг торжествовать, думая, что поверг самого Ахиллеса.

Но после всего Троя будет стёрта в порошок. Так уже решено, и ни один человек не властен изменить судьбу.

Когда я писал "Место Силы", я работал именно с этим. Там мы ломали судьбу. Но не сами. Сами люди могли только играть по правилам. Даже когда им казалось, что они заплывают за буйки.

Всё-таки вели их - не люди. Всё-таки кто-то сумасшедший сверху должен спуститься и указать путь. А к человеку лишь один вопрос: хватит ли у него стойкости пройти этот путь до конца. Путь, не предназначенный человеку совершенно.

И ещё более жуткое: готов ли он к свободе, которая откроется за гранью власти богов.

В "Месте Силы" готовы оказались не все. Только два человеческих персонажа решились на свободу. Не принятые человеческим обществом, духовно искалеченные, которым нечего было оставлять в человеческом мире.

Может быть, только такие люди и могут стать богами. Достаточно безумные, чтобы перестать быть людьми. Достаточно человечные, чтобы не заиграться. И в любом случае они - не правило, а статистическая погрешность, глюк системы.

Правило и система - это троянцы, глядящие на небо в ночь своего триумфа.

В американском и европейском нарративном искусстве заметил такую тенденцию, что ли. Группа людей оказывается в непростой ситуации. Единственного человека, который обладает необходимыми знаниями и опытом, объявляют негодяем и убивают, либо оттесняют от принятия решений. Ситуация скатывается в сраное говно.

Потом этому человеку (если он выжил) предстоит вернуться и помочь стаду дебилов выпутаться. Но хорошим он уже не будет до конца. Мы будем понимать, что человечек-то с гнильцой. Не нашего круга, увы, горбатого могила исправит.

Встречалось много где, но навскидку вспомню: сериал «Ходячие мертвецы», роман Ш. Роган «Шлюпка», сериал «Бумажный дом» (про ограбление банка). Что-то подобное делали с Сойером в первом сезоне «Lost-а».

Мне вот интересно: это что? Демонстрация отсутствия у людей базовых инстинктов? Массовое слабоумие? Или реализация каких-то национальных коллективно бессознательных комплексов?

Самое идиотское, что напрашивается: попытка осмыслить роль СССР в победе над нацистами. Либо признают: «Да, было, но это ничего не меняет, они — фу, кака!», либо истерическое: «Да лучше бы мы все сдохли, чем вот это вот всё! А может, и не сдохли бы! Бог бы нас выручил!»

Печально, если настолько идиотское предположение окажется верным. В его пользу говорят следующие три момента:

1) такой поворот свойствен именно Штатам и Европе;
2) вводится всегда топорно и вызывает недоумение, хотя сделать всё органично можно запросто;
3) персонажи, на которых обрушивается гнев микросоциума — либо работяги, либо маргиналы. В общем, резко выделяются на фоне «настоящих, качественных» людей «первого сорта». Даже если остальные члены микросоциума — такие же маргиналы («Бумажный дом»).

Против гипотезы говорит то, что она настолько очевидна, что я её выдумал за минуту размышлений над вопросом.

Многострадальный "Демон Кометы", над которым я работал около 4-х лет, наконец, дополз до публикации. Тлен, мрак, безысходность, загробный юмор отвратительных персонажей, тёмное городское фэнтези, возможно, русреал. В общем, впроцессник пошёл: https://author.today/work/374541

Смотрю вполглаза на комментарии к "Демону Кометы". Кто-то пытается понять мир... Забавное. Мира-то там и нет, от слова абсолютно.

Пока писал, сам неоднократно задумывался над такими нюансами, как, например, религия. Христианство вряд ли бы прошло точно такой же путь и пришло к точно такому же состоянию, если бы всю дорогу бок о бок с ним была магия, были демоны.

Или СССР, наличие которого в прошлом в книге ощущается. Как вообще материалистическое мировоззрение могло существовать, когда вот они, демоны. И вот он, магический институт, который явно был выстроен и функционировал в самом разгаре двадцатого века.

Я всерьёз думал над тем, чтобы это как-то утрясти. Проработать историю, логику мира... А потом отказался от этой идеи. Потому что писал не фэнтези, а реализм. Нашу сегодняшнюю действительность. И говорить хотел о ней, но маги и демоны были нужны в качестве художественных средств.

Выпиши я полноценный непротиворечивый мир - и получилось бы просто фэнтези. А его не хотелось совершенно. Нужна была некая фантасмагория, гротеск. Чтобы нечто главное вышло за пределы художественности. Чтобы парадоксальным образом история казалась более реалистичной.

По эстетике "Демон Кометы", наверное, ближе всего к комиксу, где логика может свободно гулять лесом, а в основе - визуальная линия, персонажи и история. И в визуальном плане роман представляется мне крайне перспективным. Даже, прямо скажем, легко экранизируемым.

Начинающий писатель: «Надеюсь, мою книгу прочитает хоть кто-нибудь».

Опытный писатель: «Надеюсь, моя новая серия взлетит, попадёт в топы и будет приносить прибыль несколько лет».

Василий Криптонов: «Надеюсь, новая серия закроется на третьем томе, и можно будет написать такую книгу, которую, надеюсь, вообще никто читать не станет».

Получил зачёт по первому модулю курса "Литературоведение". Просматривая замечания к зачётной работе, впал в задумчивость.

Когда учился в университете, и преподаватели комментировали работы подобным образом, на них смотрели ласково, как на дебилов. Спорить с ними лучше не надо, просто молча покивать и сделать вид, что принял к сведению.

У нас еженедельно - русская литература, зарубежная литература, лингвистическая дисциплина, латинский язык, плюс, какой-нибудь факультативный дегенерат, ведущий что-то типа "концепций современного естествознания", которые тут просто для галочки, упирается и визжит, что его предмет для филологов самый важный, и он будет требовать знания учебника наизусть. При этом поезд не стоит на месте, надо делать всё быстро, здесь и сейчас.

И вы, значит, хотите, чтобы мы для вот этого крохотного эссе на максимальные полтора балла прочитали хоть что-то сверх необходимого минимума? Из списка, одна книга из которого читается неделю? Ну, ха-ха, очень смешно. Напиши идеальное эссе и вылети из универа за неуспеваемость по всем остальным предметам.

Сейчас у меня нет концепций современного естествознания, и поезд никуда не едет. По условиям курса я могу хоть в год по модулю сдавать. Никто меня не ограничивает, читать материалы можно столько, сколько нужно. А всё-таки - пошёл по привычной модели упрощения.

Возникает вопрос: а чего я, собственно, хочу? Приложение к диплому или полноценный академический уровень понимания литературы? Ну, как бы, ещё одна бумажка, подтверждающая филологическое образование, мне вряд ли сильно пригодится в жизни. Так что ответ очевиден.

И всё же, какая подлая штука - мозг. Работает по принципу "вижу цель - не вижу преград". Если за работу платят - её надо выполнять так, чтобы точно заплатили. Если впереди маячит зачёт - надо его скорее получить и успокоиться. Главное - побыстрее перейти в ждущий режим.

Я считаю, человек начинается тогда, когда он начинает делать что-то сверх необходимого минимума. И вот по этим действиям его можно пытаться судить.

Если уж совсем откровенно, то я с большим скрипом могу заставить себя поверить во взрослого попаданца в ребёнка или подростка. Нет, технически-то, допустим, может быть. Вопрос психологии. Ты только что был взрослым человеком и вдруг превратился в немощного бесправного звездюка.

То есть, всё, над чем ты работал всю жизнь, слилось в унитаз, все твои усилия и страдания обнулились. Почему? Да потому что. Ну, тут просто руки опускаются и наступает апатия. А смысл дёргаться? Если ты по факту ничего не контролируешь, и тебя в любую секунду могут отбросить на исходные позиции.

Ладно взрослые. А сколько попаданцев стариков. Человек прожил длинную жизнь, к чему-то пришёл, сделал какие-то выводы, наконец, уже просто устал. И — на тебе ещё один «шанс», живи ещё 70-80-90-100 лет, двигаясь к тому же финалу. Здесь не то что апатия, здесь я бы уже хороший такой нервный срыв прогнозировал. А то и вовсе заезд в психиатрическую клинику.

И то, и другое можно понять и принять, если у попаданца есть конкретная цель, ради которой он готов выдержать ещё одну жизнь. Но сейчас мы имеем тенденцию к созданию этакого «антуражного порно». Ну, как порно снимают-пишут только для того, чтобы показать известный процесс, так и книги о попаданцах часто сводятся к тому, что герой просто наслаждается вторым шансом в каком-то антураже и уже постфактум находит себе какие-то цели.

Цели тоже вызывают скепсис. Петь в СССР чужие песни, писать в другом мире чужие книги?.. Тебе дали второй шанс, и ты тут же кинулся продавать ворованное? Ну, кому и кобыла невеста, конечно…

Или же, стиснув зубы и вытаращив глаза, строить империи, вести свой род к величию, страстно овладевать заводами, газетами, пароходами… Ты, умирая, вот об этом жалел, что у тебя империи не было и могучего рода, гарема из семнадцати девственниц? Прожив одну жизнь, ты понял лишь то, что надо было больше и усерднее грести под себя? Простите, там вторые шансы только ущербным выдают, в надежде, что хоть со второго раза дойдёт? Так не доходит же. Ни до кого.

Мне 36, и я бы не хотел вновь стать подростком или ребёнком. Не хотел бы ничего менять. Мысль о том, чтобы повторить школу, пугает меня сильнее смерти. Универ… Ну, там было весело, однако менять я бы ничего, по большому счёту, не стал. А просто переживать всё по второму кругу — зачем? Посмотреть как кино — куда ни шло, но вновь на своей шкуре перенести это всё… Нет уж.

С большим уважением отношусь к жанру «Назад в СССР», потому что благодаря ему в художественной форме воскресает эпоха. Но мне кажется, что если убрать оттуда попаданцев, жанр бы только выиграл.

Все эти «вторые шансы» — ещё одна попытка закрыть глаза на смерть, притвориться, будто её не существует, что есть лишь бесконечное повторение жизни… Знаете, если и есть, то, может, отсутствие памяти о прошлых жизнях — действительно хорошая идея. Потому что, как в том анекдоте про чукчу, второй раз есть одну и ту же шоколадку — совсем не так вкусно.

Гомер поистине прекрасен. Гера, решив в политических целях соблазнить мужа, приходит к нему с поясом Афродиты. Зевс, немедленно воспылав страстью, объясняет Гере, как сильно он её любит. Перечисляет всех своих любовниц (и рождённых от них детей) и заканчивает тем, что Геру любит он сейчас гораздо сильнее, чем их всех.

Вот... настоящий мужчина. Верю. Обнять и плакать. Так и видятся посиделки в баре с друзьями. "Я сказал, что люблю её, а она устроила скандал и уехала к маме..." "Ты ни в чём не виноват, дружище. Эти бабы, они такие, да..."

Зевс хочет Геру прямо здесь и сейчас. Она предлагает закрыться в опочивальне, вдруг кто увидит, болтать будут. Но Зевс говорит, что ничего не будет, он наколдует вокруг них волшебное облако. Гере приходится согласиться.

Но за всем этим наблюдает Гипнос, задача которого - усыпить Зевса. Чтобы боги успели порешать на поле боя свои вопросы, пока главный спит. Гипнос, дождавшись, пока установится волшебное облако, летит радостный к кораблям ахейцев и докладывает Посейдону: "Зевс с Герой трахаются! Можно делать всё, что захотим".

Геру по-человечески жалко. И муж - дубина, и союзники - сволочи. Нелегко было женщине в античные времена. Ну а за чувство юмора Гомеру - великий респект. Прекрасно понимал, когда мрачняк уже переполняет текст, и пора добавить лёгких красок.

В разное время я представлял себе по-разному признание, успех, вотэтовотвсё. Когда-то казалось, что высшая точка — это мои книги в магазинах, иногда думалось про деньги, интервью, экранизации… А сегодня мне представляется, что Фёдор Михайлович Достоевский говорит о моих книгах:

— Как ни странно, абсолютным говном я бы это назвать не дерзнул, хотя мальчик, безусловно, приложил к тому серьёзные усилия…

Высшей похвалы как-то даже и в голову не приходит.

Главная беда с нейросетями (да и не только) - это доступность. Искусство как-то постоянно мечется между элитарностью и массовостью. И в плане подачи, и в плане доступности чисто экономической... В разных планах.

Приведу пример. Музыка. Бетховен, Вагнер, Моцарт, вот это вот всё. Почему-то пик развития музыки, пик её популярности пришёлся на те времена, когда если ты хотел послушать музыку, тебе нужно было либо самому сыграть на рояле, либо попросить кого-то, кто умеет, либо пойти на концерт.

С развитием винила академическую музыку потеснила поп-музыка. Доступность плюс доступность. Бал стали править блюз, джаз, рок-н-ролл и дальнейшие их производные.

Но даже во времена винила у человека была возможность глобального выбора. Отправляясь в магазин, ты мог купить концерт Моцарта, а мог - альбом "Битлз". Выбрать, что ты будешь переслушивать день за днём на своём проигрывателе. И человек, который выбирал потратить деньги на Моцарта, совершенно точно любил и ценил Моцарта.

Сегодня выбор особенно ничего не требует, никаких жертв. За три копейки абонентской платы на стриминговом сервисе ты можешь слушать хоть Моцарта, хоть "Битлз", хоть "Красную плесень". Если хочешь, можешь вообще составить плейлист из всех вышеперечисленных и слушать вразнобой. Каждый из нас в любую секунду может включить что угодно, послушать несколько секунд, скипнуть, послушать следующее...

Если ты покупал пластинку, ты её слушал. И не раз. Даже если не зашло с первого раза, ты пытался понять, разобраться. В этом был смысл: ты уделял музыке часть своей жизни.

Сейчас наступил новый этап. Нейросеть может сделать по запросу абсолютно что угодно. Хоть оркестровое произведение, хоть рок-н-ролл, хоть гимн. Даже стихи напишет, если самому лень. Абсолютная доступность. Но... как-то не чувствуется революции. Меломаны не уходят от живых музыкантов к Suno. Наверное, есть какая-то тонкая грань между пусть рутинным и невзрачным, но сексом - и конкретным онанизмом.

Убили ли электронные книги литературу? Я склоняюсь к тому, что таки да. Не совсем, не насмерть, но удар нанесли серьёзный. Во-первых, электронные книги - это в первую очередь интернет. А интернет - это среда, в которой обитают прежде всего личности, которым больше негде истекать гноем, в реальной жизни они уже всех задолбали, и с ними никто не хочет в таком духе общаться, а в сети они могут навязываться бесконечно. Ярость человека, который схватил слишком сложную для себя книжку и не хочет признать, что ему не хватает квалификации, но готов обвинять автора, стала явлением обыденным. И мы видим в отзывах на "Одиссею" Гомера, что "читать невозможно, книгу как будто магистр Йода написал"(с).

Каково литературе развиваться в такой среде? Ну, ожидаемо плохо. Как чувствовал бы себя Пушкин, если бы презентовал свои первые стихи в каком-нибудь воровском притоне, под злобными взглядами тварей, которым ненавистно уже то, что этот сукин сын прилично одет и грамотно изъясняется?

Во-вторых, опять же, доступность. Когда я ещё был студентом, у меня постоянно был выбор: купить условного Ремарка или условного Перумова. Сегодня я могу стоя в троллейбусе переключаться с одного на другого и презрительно фыркать. "Так много книг, а почитать нечего".

Доступность убивает ценность. И сегодня можно увидеть, как люди пытаются этому противостоять. Культ (теперь уже, наверное, культ) бумажной книги постепенно растёт. Не умирают компакт-диски и виниловые пластинки. Постепенно возрождаются аудиокассеты. Всё это дорого и не так легко доступно. И в этом состоит львиная доля интереса..

Дело не в ретроградах, сопротивляющихся прогрессу. Дело в том, что наводнение как принцип устраивает отнюдь не всех. Книга - больше, чем текст. Музыка - больше, чем звук. Картина - больше, чем пиксели. Об этом есть хороший рассказ Севера Гансовского, который так и называется: "Доступное искусство". В финале герой выбрасывает молекулярную копию подлинника картины Рембрандта. Жест, не несущий практического смысла, но говорящий о том, что настоящая картина Рембрандта есть лишь одна. И человек, действительно ценящий искусство, готов это принять.

Так вот, про любовь. Когда я был маленьким, само собой разумелось, что сначала - любовь. Об этом писали ещё даже постсоветские авторы, советские - тем более, до советских - обязательно. Вы встречаетесь, влюбляетесь, начинаете ходить на свидания, целоваться, дальше секс и свадьба. Последние два элемента могут меняться местами, но основная последовательность сохраняется.

Брак без любви - это было самое страшное, что только можно представить. Ромео и Джульетта покончили с собой, чтобы избежать этого кошмара. Булгаковская Маргарита, вступив в такой брак, сначала завела любовника, а потом сошла с ума, учинила дебош с вандализмом в городе, бегала голая с метлой по лесам, инфернально хохоча, и, наконец, самовыпилилась у себя дома. Наталья Мелехова зарезалась косой, а потом скончалась от непрофессионально сделанного аборта. Пьер Безухов в глубочайшем кризисе из-за несчастливого брака ушёл в масоны, подсел на нумерологию, чуть не убил Наполеона, но забухал и проебался. Да даже Сомс Форсайт, женившийся без любви, прошёл путь от конченого чудовища до человека, осознавшего, что он просрал все полимеры и отравил жизнь собственной дочери.

Я долго не мог понять, а принять не могу до сих пор, что в современном «цивилизованном» мире, оказывается, в порядке вещей другое. Встречаетесь, начинаете ходить на свидания, целоваться, секс. А потом - как пойдёт. Если комфортно, можно и пожениться. Любовь?.. Ну, будет - хорошо, а нет - не надо. Ну её, эту любовь. От неё только драмы и нервотрёпка.

В современной популярной самиздатовской литературе, которую я иногда листаю, любовь вообще выносится за скобки. Симпатия - да, окей. Ну, на крайняк, девушка может любить героя. Если он сам влюбится - ну, всё. Тряпка, ничтожество, читатель возмущён, ему такого не надо.

Никогда не мог понять: зачем? Зачем встречаться? Зачем целоваться? Зачем вообще тратить время на всё это обоссанное говно, если нет любви? Какого мудака может интересовать секс без наполняющего его чувства? Какому мудаку нужна жизнь без любви? Оказывается, любому. И не только мудаку.

Это понимали герои американских фильмов, озадачивавших меня в 90-е и 00-е. Это понимали мои одноклассники и одногруппники. Это поняла и приняла вся страна, весь мир. Только я ходил, как ёбнутый мешком, и пытался найти в этом сраном пиздеце любовь.

Нашёл, но осадочек остался. Убийство любви я современному миру, скроенному по западным лекалам, не прощу. Тут никакими сникерсами не откупиться.

Когда коров откармливают и забивают на мясо, это неприятно, негуманно, малоэстетично, однако неизбежно и, в целом, принято обществом. Но когда корова вдруг обращается к работникам человеческим голосом и объясняет, как её правильно кормить, чтобы мясо было вкуснее, это уже какой-то страшный бред. Ты же всё поняла! Беги, дура! Спасайся и подруг своих спасай! Но — нет. Даёт советы по кормлению. Жуть. Так и живём…

"Демон Кометы" опубликован полностью на АТ: https://author.today/work/374541 Следующий шаг - Литрес. Но это уже после праздников.