Эндрю Лэнг, за много лет до появления религиозных теорий Фрейда, указывал, что у очень примитивных народов, таких как аборигены Ау Хань, была религия с высшим Богом или Верховным существом, которое не было призраком умершего или каким-то низшим божеством, вознесенным к высшей власти. Совсем недавно Э. О. Джеймс, выдающийся ученый в области ранней религии, отмечал, что Лэнг и, особенно, Вильгельм Шмидт и его коллеги установили, что этот вид монотеистического Высшего Бога является “подлинной чертой незагрязненной первобытной религии”, повторяющейся среди самых примитивных народов, таких как “коренные племена Австралии, Фуэгийцы в Южной Америке, калифорнийские племена в Северной Америке и некоторые негритосы, негроиды в Африке и в других местах”. В общем, эти племена находятся в самой неудовлетворительной среде обитания, будучи загнанными туда своими более агрессивными и продвинутыми соседями—один из признаков их примитивности. Эти культуры-собиратели пищи, и им еще предстоит развить искусство земледелия. Все, что они делают на охоте, очень примитивно.

Шмидт сообщал, что " имя "отец" применяется к высшему существу в каждой отдельной области примитивной культуры, когда к нему обращаются или к нему обращаются. . . . Мы находим его просто в форме "отца", а также в индивидуальной форме ("мой отец") и коллективной ("наш отец")."Имя создатель также применяется, но не всегда встречается. Третье общее имя Верховного Существа-Небесный Бог или Небесный Владыка. Кроме того, эта фигура достоверно воспринимается как совершенно праведная, его единственная реакция на что-либо морально плохое-это отвращение и наказание за это. Нравственная жизнь этих первобытных племен во многом определяется их пониманием нравственно благого Высшего Существа, которое рассматривается как автор наград и наказаний.

Некоторые этнологи, такие как Шмидт, утверждают, что все самые примитивные народы, о которых мы хоть что-то знаем, демонстрируют ту или иную форму простого монотеизма, хотя этот вопрос и обсуждается. Для наших целей нам нужно только наблюдать бесспорное открытие, которое состоит в том, что многие—возможно, большинство—из самых примитивных народов являются монотеистами в предшествующем смысле. Следовательно, никакая эволюционная модель, которая делает монотеизм относительно поздним развитием, не может считаться приемлемой на эмпирических основаниях. На самом деле, многие комментаторы разных эпох, наблюдавшие примитивный монотеизм этих простых людей, отмечали его большое сходство с иудаизмом, христианством и исламом в этом отношении.

Политеизм и распространение божеств, по-видимому, начались тогда, когда культуры или племена встретились и смешались, особенно когда одна группа завоевала другую. Более того, по мере того как культуры превращались в политические империи, число божеств становилось все больше. Мы могли бы назвать это "эффектом Пантеона": заключите мир с соседним племенем или с тем, которое вы завоевываете, добавив в свой список их важных богов.

В Соединенных Штатах происходит нечто подобное этому социально и политически мотивированному изменению. Мы перешли от протестантской страны к христианской нации (протестантско-католической), затем к справедливому Богу (иудео-христианской), а теперь ко многим религиям и мировоззрениям, включая буддизм без Бога и явный атеизм, в наших публичных воззваниях, и все это под давлением все более и более расходящихся групп.

С этой точки зрения религиозное историческое изменение, как правило, представляет собой эволюцию, регрессию или размывание. То есть культуры переходили от одного Бога к нескольким богам, ко многим богам— и, наконец, в современный период, к бесчисленным видам Бога, или к отсутствию Бога. Это в некотором роде чрезмерное упрощение, но оно выглядит ближе к истине, чем моя первоначальная, второкурсническая модель.

В этом контексте еврейский народ был заметным исключением и может быть понят как возвращение к первоначальному состоянию простого монотеизма —состоянию, утраченному в более “продвинутых” культурах и из которого часто выпадали древние евреи. На самом деле, в истории евреев мы много раз видели, как политические, экономические и социальные отношения с другими культурами настойчиво подрывали их монотеизм, вводя новых богов (таких как Ваал и Астарта). Вновь и вновь перед лицом социального и политического давления им приходилось возвращаться к монотеизму, чтобы сохранить свою веру и культурную самобытность.

Но главные факторы, повлиявшие на то, что я стал атеистом—хотя в то время я еще не осознавал этого—были не интеллектуальными, а социальными и психологическими. Я обращаюсь к ним, поскольку они редко обсуждаются, хотя есть веские основания полагать, что, по крайней мере для многих людей, социально-психологические факторы имеют гораздо большее влияние, чем рациональные аргументы.

В пятой главе своей книги "Вера безотцовщин: психология атеизма" профессор Пол Витц начинает приводить личный пример, т.е. рассказывает о своем пути из атеизма в христианство, а заодно проясняет ряд интересных моментов.

https://t.me/hot_golova/1202

Ого! У Рамзана и волосы отросли так, как будто он их не брил.

Хорошая попытка, но, скорее всего, кое-кто в ближайшем будущем услышит хит 2010 года.

Правильно, все надо подвергать сомнению. СКФО Telegraph тоже написали, что для триумфального возвращения подобрана не самая лучшая фотография.

Но все же единственный более-менее официальный источник так жирно комментирует слухи о болезни Кадырова, вот пока и ссылаемся на это.

На всякий случай пожелаю еще раз Рамзану Ахматовичу скорейшего выздоровления и не повторения летнего хита 2010 года.

Новость о том, что Михалыч может пойти кандидатом от народа КПРФ на выборах губернатора края наглядно демонстрирует полный крах КПРФ как политической силы: руководство крайкома, похоже, не видит перспектив в бодании с Кондратьевым и предпочитает не тратить свое время, отдавая важнейшие выборы в крае человеку, которому будет не в лом потратить свое время.

А Михалыч рад стараться, тем более, что он от ситуации как раз выигрывает: статус кандидата на этих выборах явно пойдет в плюс его авторитету среди красных Кубани. Осталось еще этот авторитет конвертировать в какое-нибудь мягкое кресло, что в этом году произойдет очень вряд ли.

Лично мне эта ситуация до боли напоминает выборы 2004 года, когда против Путина на выборах шел Коля Харитонов от КПРФ и Олежек Малышкин от ЛДПР (если что, это охранник Жирика, которому дали статус депутата, чтобы он защищал патрона, когда тот лез драться - было такое шоу в Госдуме 90-х - начала 2000-х).

Если Михалыч при этом не откажется от намерений идти по 23 округу в Гордуму Краснодара, то имидж технического кандидата к нему может четко прилепиться - не самая лучшая репутация. Идти одновременно на двое выборов как-то дофига. Хотя, о чем это я? Если бы Михалыч думал про репутацию и, например, смотрел бы в толковый словарь или делал бы фактчекинг, то половины контента его канала не было бы, а другая половина была бы совсем пресной.

#Витц #Верабезотцовщин

ОБЩАЯ СОЦИАЛИЗАЦИЯ

Важным мотивирующим фактором в моей юности было значительное социальное беспокойство. Мне было немного неловко, что я родом со Среднего Запада, потому что он казался ужасно скучным, узким и провинциальным. Конечно, не было ничего романтичного или впечатляющего в том, чтобы быть из Цинциннати, штат Огайо, и из неопределенного, смешанного немецкого, английского и швейцарского происхождения-все это ужасно средний класс! Кроме того, помимо бегства от скучного и, по моему мнению, социально недостойного прошлого, я хотел принять участие, чувствовать себя комфортно в новом, гламурном светском мире, в который я двигался. Я уверен, что подобные мотивы сильно повлияли на бесчисленное количество высокомобильных молодых людей за последние два столетия. Подумайте об итальянских и еврейских гетто, из которых бежало так много американцев, или о последнем молодом арривисте в Нью—Йорке, униженном своими фундаменталистскими родителями. Давление такого рода социализации оттолкнуло многих молодых людей от веры в Бога и всего того, что эта вера символизирует и влечет за собой.

Я помню небольшой семинар в аспирантуре, на котором каждый участник в свое время выражал такое смущение и реакцию на давление социализации в современной жизни. Один студент пытался убежать от своего южного Баптистского происхождения, другой-от мормонского детства в маленьком городке, а третий пытался эмоционально и интеллектуально (как и физически) дистанцироваться от своего Бруклинского еврейского гетто. Я был четвертым.

СПЕЦИФИЧЕСКАЯ СОЦИАЛИЗАЦИЯ

Еще одна важная причина, по которой я стал атеистом, заключалась в том, что я хотел быть принятым могущественными и влиятельными учеными в области психологии. В частности, я хотел, чтобы мои преподаватели приняли меня в аспирантуру. Будучи аспирантом, я был основательно социализирован специфической "культурой" академической исследовательской психологии. Мои профессора в Стэнфордском университете, как бы сильно они ни расходились во мнениях относительно психологической теории, были, насколько я мог судить, едины в двух вещах: в своих сильных карьерных амбициях и в своем неприятии религии.

Точно так же, как я научился одеваться как студент колледжа, надевая правильную одежду, я научился думать как настоящий психолог, надевая правильные—то есть атеистические—идеи и установки. Я хотел создать как можно меньше препятствий для своей профессиональной карьеры.

ЛИЧНАЯ НЕЗАВИСИМОСТЬ

Со времен Американской войны за независимость и французской революции преувеличенное стремление к независимости было характерно для большей части западного общества. Быть ”самодельным человеком“, ”автономным“ и ”подлинным" -вот общие идеалы. Бунтарский чип на плече, менталитет “никто не говорит мне, что делать " вызвал всеобщее восхищение и стал клише современной культуры. Очевидно, что такие установки особенно хорошо вписываются в психологию молодого мужчины. Такое отношение легко обобщается в независимость от всякого ограничения и тем самым поддерживает отказ от веры в Бога. Для меня, как, вероятно, и для многих других, стать атеистом было частью личного увлечения мятежной романтикой автономного "я".

ЛИЧНОЕ УДОБСТВО

Наконец, в этом списке поверхностных, но, тем не менее, сильных нерациональных побуждений стать атеистом я должен упомянуть простое личное удобство. Дело в том, что в современном могущественном секулярном и неоязыческом мире быть серьезным верующим довольно неудобно. Я должен был бы отказаться от многих удовольствий (вы можете использовать свое воображение) и не хотел этого делать. И кроме того, религия отнимает много времени, причем не только по утрам в воскресенье - серьезная практика любой религии требует гораздо большего. Есть и другие церковные службы, а также время для молитвы и чтения Священного Писания, не говоря уже о времени для разного рода “добрых дел”. Я был слишком занят, чтобы тратить на это время.

Профессор Витц продолжает говорить о причинах, приведших его когда-то к атеизму.

А вот эта фотка похожа на актуальную. Народ уже начал шутить про вампиров.

Будучи русским, чья семья более 100 лет жила в Грузии, я прекрасно понимаю, о чем говорит Роман и полностью согласен.

Записал большое видео, которое описывает мои взгляды в части федеративного устройства России.

Упразднение самого явления нацреспублик — важная часть нашего проекта Конституции. И вызывает едва ли не больше всего вопросов.

Для меня, как русского, выросшего в Казахстане, это важная тема. Я видел, что бывает, когда большие государства разваливаются, а люди оказываются оторванными от своей родины. Мне пришлось пережить это на собственной шкуре.

Увы, РФ идёт той же порочной дорогой, которой шёл Советский Союз. В составе нашего государства сегодня существуют ещё 22 суверенных государства, о чём прямым текстом написано в республиканских конституциях.

СССР разошёлся ровно по швам — он распался на те 15 союзных республик, которые были созданы советским руководством. И сейчас я не вижу причин, по которым мы не «можем повторить».

И это не какая-то призрачная угроза из прошлого. Достаточно сказать, что президент Республики Татарстан планирует в этом году с размахом отметить 30-летие подписания декларации о суверенитете. Это официальный государственный праздник, который является в Татарстане выходным днём. Ещё раз: в одном из субъектов РФ на государственном уровне отмечается день, когда этот самый субъект провозгласил суверенитет.

Ползучий, «тихий» сепаратизм почти не заметен, пока Москва заливает деньгами местные национальные элиты. Как только этих денег не будет, как только случится первый серьёзный государственный кризис, снова поднимет голову сепаратизм публичный и агрессивный. И его носителями будут уже не радикалы, а респектабельные местные князья.

Я уверен, что от такой системы не выигрывает никто — ни жители самих республик, ни Россия в целом. Единственный выгодоприобретатель от существования национальных республик — коррумпированные этнократии. Именно они разыгрывают сепаратистскую карту, тайно подогревают русофобские настроения и тем самым шантажируют федеральный центр, выбивая для себя всё новые преференции.

А сохранить культурную самобытность коренных народов можно с помощью других механизмов: через не привязанные к территории национально-культурные автономии и возможность на уровне местного самоуправления принимать решения о дополнительных программах по изучению родного языка. Это позволит, допустим, изучать в школе татарский язык там, где компактно проживают татары в Башкирии или в Нижегородской области. А русское село в Татарстане будет продолжать изучать только русский язык.

Обо всём этом подробно рассказал на видео:

https://www.youtube.com/watch?v=MtACglbcW9o

Подписывайтесь на наш Ютуб-канал. Впереди ещё много интересного!

Михалыч демонстрирует полное непонимание того, что с ним произошло в последние дни. Чел не хочет превращаться из крикуна в кандидата, т.е. переходить от "критикуй" к "предлагай". Еще одно доказательство, что КПРФ сдохла и скатилась до уровня откровенно технических кандидатов. И это несмотря на высокий протестный потенциал в российском обществе. Такой уровень просирания полимеров мало кому доступен даже в РФ.

#Витц #Верабезотцовщин

Еще один пример: Мортимер Адлер (1902-2001)

Можно было бы подумать, что все вышесказанное относится только к особо неопытным молодым людям (таким, как я в свои двадцать лет). Но более зрелые люди обоих полов могут думать так же. Ведь если нет Бога и есть только материя, если атеизм истинен, то нет и загробной жизни, нет ни рая, ни ада. Как заметил Достоевский: "Если Бог мертв, то все дозволено". На довольно менее высоком уровне я воспринял сообщение так: «Хватайте все удовольствие, которое вы можете!» Например, атеистическое и материалистическое значение теории эволюции Дарвина для нашего сексуального поведения было одной из причин ее популярности. Как выразился Стэнли Джеки: "Никто иной, как Олдос Хаксли, не выделял сексуальную свободу как главную непосредственную выгоду, которую можно извлечь из согласия с «Происхождением [видов]».

Мортимер Адлер является показательным примером. Известный американский философ, писатель и интеллектуал, профессор Чикагского университета в течение многих лет, он провел большую часть своей жизни, размышляя о Боге и религиозных предметах. По-видимому, он был чем-то вроде деиста с абстрактным богом (богом философов, как выразился Паскаль). В одной из своих книг "Как думать о Боге: руководство для язычника XX века" (1980) Адлер решительно выдвигает аргумент в пользу существования личного Бога, и в последних главах он очень близок к тому, чтобы принять такого Бога. Но в конечном счете он отступает, он остается среди “огромной компании несвободных”. Адлер оставляет впечатление, что его проблема больше связана с волей, чем с интеллектом. В своей автобиографии “философ в целом”(1976), исследуя причины, по которым он дважды останавливался перед полным религиозным посвящением, Адлер признает, что ответ "лежит в состоянии воли, а не в состоянии ума". Он признает, что для того, чтобы стать серьезно религиозным, “потребуется радикальное изменение в моем образе жизни, фундаментальное изменение в направлении повседневного выбора, а также в конечных целях, которые следует искать или на которые можно надеяться”, и он признает: “Простая истина заключается в том, что я не хотел жить так, чтобы быть подлинно религиозным человеком”. Однако на этом история не закончилась, поскольку Адлер в конце концов преодолел свое нежелание и обратился в христианство, а еще позже, в 1999 году, в католицизм.

Другие философы также выражают отношение к Богу, которое показывает какое-то необъяснимое или бессознательное желание. Например, Томас Нагель, известный философ из Нью-Йоркского университета, пишет следующее:

«Говоря о страхе перед религией, я не имею в виду вполне обоснованную враждебность по отношению к определенным устоявшимся религиям и религиозным институтам в силу их предосудительных моральных доктрин, социальной политики и политического влияния… Я говорю о чем—то гораздо более глубоком, а именно о страхе перед самой религией. Я говорю по опыту, будучи сам сильно подвержен этому страху; я хочу, чтобы атеизм был истинным, и меня беспокоит тот факт, что некоторые из самых умных и хорошо информированных людей, которых я знаю, являются религиозными верующими. Дело не только в том, что я не верю в Бога и, естественно, надеюсь, что я прав в своей вере. Это потому, что я надеюсь, что Бога нет! Я не хочу, чтобы был Бог; я не хочу, чтобы Вселенная была такой».

У Адлера мы видели выше ясное утверждение зрелого философа, что быть серьезно религиозным было бы трудно или, по крайней мере, слишком трудно, а у Нагеля он просто не хотел, чтобы Вселенная была такой. У Нагеля мы наблюдаем еще одну сильную эмоциональную основу для отрицания Бога. У меня нет никаких доказательств возможного происхождения страха Нагеля, но его происхождение вряд ли основано на разуме и вполне может проистекать из в детства или юности.

Что касается меня самого, то теперь я вижу, что именно из-за моей социальной потребности ассимилироваться, моей профессиональной потребности быть принятым как часть мира академической психологии и моей личной потребности в независимости и приятном образе жизни я выбрал быть атеистом. Таким образом, интеллектуальная основа моего атеизма, как и многих других, в ретроспективе представляется гораздо более поверхностной рационализацией, чем объективным обоснованием.

Копания в себе профессор Витц завершает проведением параллелей с Мортимером Адлером, философом 20 века.

Речь идет про пост Романа Юнемана о вреде нац.республик и реакции многонационалов на него.

Лучшая иллюстрация предыдущего поста.

Сепаратисты празднуют расчленение исторической России и создание на её обломках своего квазигосударства.

Ничего не стесняются и прямым текстом говорят про государственность Волго-Уральского региона, читай Идель-Урал. В недрах своего ханства этнократы ждут, когда русские снова ослабнут, настанут сложные времена и у них появится "шанс", который они не упустят.

Эту гадину нужно давить, а у нас их наоборот, накачивают ресурсами.

Зюганов не подвел, тоже празднует.

Не соглашусь, что Мелихова это ближайший конкурент Костылева. Ближайший или приоритетный конкурент это тот, кто продает максимально похожий товар. Мелихова продает радикальное неприятие сложившейся экономической системы, соответственно, ее ближайшие конкуренты - "живые-живорожденные", НОД, "истинные" и не очень коммунисты.

Костылев продает, наоборот, принятие этой экономической системы. По крайней мере, в обсуждаемом ролике, так что Мелиховой он так себе конкурент, как и она ему.

А вот претензию в свой адрес учту и тему огурцов и теплиц раскрою лучше.

https://t.me/kashchenkokrd/772

Алексей, так Михалыч давно потерял связь с реальностью. Иначе трудно объяснить его перлы, не только этот. Человеку реально стоит таблетки попить или где-то полежать с недельку, а то лето, жара, выборы, стресс - потерять можем.

На случай важных переговоров.