Рубрика «раньше было лучше».

Какими логическими аргументами мы убедим их начать спрягать λύω и рассказывать смысл переведённой гомеровской песни? Что когда-нибудь они будут зарабатывать на этом деньги? Об этом не может быть и речи. Школьники на это не поведутся. Что тот, кто выучит древнегреческий, станет хорошим христианином? Ну, быть может, если только он избегает Аристофана. Что, изучая древнегреческий, мы становимся лучше как люди? Если бы это было правдой, то преподаватели древнегреческого языка и литературы были бы лучшими из людей.

Ὁ Γιώργης Γιατρομανωλάκης, καθηγητὴς τῆς Κλασσικῆς Φιλολογίας ἐν τῇ Φιλοσοφικῇ Σχολῇ τοῦ Πανεπιστημίου Ἀθηνῶν.

Дорогие абитуриенты, сегодня выходят приказы о зачислении! Тем, кто поступил на отделение славянской, греческой и классической филологии, предстоит выбрать кафедру, на которой вы проведёте минимум четыре года. И если вы читаете это, значит, вам действительно интересны греческий язык, античность, Византия и всё, что с ними связано. На кафедре византийской и новогреческой филологии МГУ изучают не просто набор языков, а получают системное гуманитарное образование. Кроме новогреческого языка, вы будете изучать древнегреческий и латынь, а также познакомитесь с итальянским и немецким. Помимо общих филологических дисциплин на кафедре преподаются история Греции, Рима, Византии, византийская литература, греческая литература, история античного и византийского искусства.
Кроме того, кафедра живёт активной жизнью. Проводятся собственные мероприятия, встречи с выпускниками: вы сможете увидеть, куда приводят эти знания и как они работают в реальности. Выпускники преподают, занимаются наукой, переводят, работают в международных проектах.
Навыки, которые вы получите, останутся с вами навсегда, независимо от того, свяжете ли вы жизнь с наукой или выберете другую сферу.
Попав на нашу кафедру, вы проникнетесь атмосферой страны с грандиозной историей и узнаете её со всех сторон. Греция - это не только архитектура, язык и литература, это поэты и художники-постмодернисты, необычные традиции и праздники. Со всем этим вы познакомитесь на нашей кафедре!
Поступление - это только первый шаг. Дальше начинается настоящее обучение, и оно стоит того, чтобы решиться. Ждём вас на кафедре византийской и новогреческой филологии!

#греческаякафедраМГУ
#греческаяжизньмгу
#абитуриентам

Мама (не слишком удачливая актриса, дочь шофера и секретарши) сказала мне, когда я был в девятом классе: «Молодой джентльмен должен изучать либо математику, либо древнегреческий. По алгебре у тебя три с минусом. Так что сам понимаешь…»

Этой мамой был Никос Казандзакис.

Восковая табличка II века: греческий школьник коряво переписывал текст учителя:

Σοφοῦ παρ’ ἀνδρὸς προσδέχου συμβουλίαν· μὴ πᾶσιν εἴκῃ τοῖς φίλοις πιστεύεται — От мужа мудрого принимай совет, но не всякому другу безрассудно доверяй

Νέα τοιχογραφία ὑπὸ τοῦ καλλιτέχνου INO εὑρίσκεται εἰς τὴν ὁδὸν Ἑρμοῦ 121 καὶ Ἀστύγος, εἰς τὸ Μοναστηράκι τῶν Ἀθηνῶν.

Юлиан Отступник однажды подарил ритору Евагрию, другу юности, поместье и в своём письме описывает его так:

Ἀπῴκισται μὲν τῆς θαλάττης σταδίους οὐ πλέον εἴκοσι.

«Оно отстоит от моря не более чем на двадцать стадий».

Тут перфект от ἀποικίζω, как и сейчас, — это «заселять, основывать и колонизировать».

Значения у глагола следующие:

1. Переселяю, отправляю в другое место жительства, удаляю от дома, от отчего очага:

Ὀδ. Μ 125 — «τὰς μὲν .. Θρηνακίην ἐς νῆσον ἀπώκισε τηλόθι ναίειν» — «их же … на остров Фринакию он переселил, чтобы жили вдали»;

Διον. Ἀλ. Ῥωμ. 1,16 — «ἀνδρωθέντας ἀποικίζουσι τοὺς παῖδας ἐκ τῆς σφετέρας» — «когда сыновья возмужают, родители выводят их из своего дома».

Не съехал от родителей наконец-то, а я у мамы колонист.

О пчёлах:

Ξεν. Οἶκ. 7,34 — «ἐπειδὰν δὲ ἀξιοεργοὶ οἱ νεοττοὶ γένωνται, ἀποικίζει αὐτούς» — «когда молодые пчёлы становятся способными к работе, он их отделяет (выводит новый рой)»;

В страдательном залоге: быть изгнанным, удалиться от отчего дома, жить отдельно:

Ἀριστ. ΖΓ 740α 7 — «καθάπερ ἀποικισθὲν τέκνον ἀπὸ πατρός» — «как дитя, отделённое от отца».

2. Вообще — удаляю, отсылаю прочь:

Σοφ. ΟΚ 1390 — «καλῶ τὸ Ταρτάρου στυγνὸν πατρῷον ἔρεβος, ὡς σ᾽ ἀποικίσῃ» — «призываю мрак Тартара, чтобы он тебя удалил (погубил)».

Переносное значение — изгоняю:

Φίλ. 2,221 — «τὰς ψευδεῖς δόξας μακρὰν τῆς διανοίας αὐτῶν ἀποικίζων» — «изгоняя ложные мнения далеко из их сознания».

От-селяю, так сказать.

3. В страдательном залоге — находиться вдали, в отдалённой стране:

Πλάτ. Πολ. 519d — «ἡγούμενοι ἐν μακάρων νήσοις ἔτι ἀπῳκίσθαι» — «думая, что они ещё находятся на островах блаженных».

(На эти острова мечтают от-ъехать после кончины большинство филологов-классиков.)

4. Перен. — быть далёким, отстоять, отличаться:

Χαιρήμ. 18 — «χρεία δ᾽ ἀνάγκης οὐκ ἀπῴκισται πολύ» — «нужда от необходимости недалеко отстоит».

5. Посылать колонистов, основывать колонию:

Ἰσοκρ. 4,36 — «τοῖς ὕστερον βουληθεῖσιν ἀποικίσαι τινάς» — «для тех, кто позже пожелает вывести колонию».

Пример: «Γάλλοι ἀπώκισαν τὸν Καναδάν» — «французы колонизировали Канаду».

6. В среднем залоге — переселяться, уезжать на чужбину:

Πλάτ. Εὐθύδ. 302c — «ὅσοι ἐκ τῆσδε τῆς πόλεως ἀπῳκισμένοι εἰσί» — «все, кто переселился из этого города».

7. Основывать колонию в какой-либо стране:

Θουκ. 1,24 — «ταύτην ἀπώκισαν μὲν Κερκυραῖοι» — «этот город основали как колонию керкиряне»;

Παυσ. 10,3 — «Τάραντα μὲν ἀπῴκισαν οἱ Λακεδαιμόνιοι» — «Тарент основали как колонию лакедемоняне».

В страдательном залоге — в том же значении:

Πλούτ. Τιμ. 15 — «ἀπῳκισμένη πόλις ὑπὸ Συρακοσίων» — «город, основанный как колония сиракузянами».

Ἀπό даёт значение «от», на расстоянии от чего-то, поэтому колонизация — это поселение на расстоянии от дома. Вы «от-селяетесь» и в результате «от-стоите» на некотором расстоянии от некой точки.

У Юлиана тут глагол в значении (4): поместье «от-строено» и «от-стоит» на расстоянии примерно 3,7 км от моря. Скромно по меркам нынешней курортной недвижимости: это даже не третья линия, но зато никто не докучает (Юлиан так и пишет: οὔτε ἔμπορος οὔτε ναύτης ἐνοχλεῖ — «ни торговец, ни моряк не досаждают»).

καὶ ἐπί τινος ἀπὸ τῶν δωμάτων προελθὼν γηλόφου, ὄψει τὴν θάλατταν τὴν Προποντίδα

«И если выйти на один холм у дома, ты увидишь Пропонтиду [Мраморное море]».

Красивое слово Προποντίς — «предморье».

Тут слово δῶμα — это «здание, покои», от которых предлагается отойти, но уже в новозаветную эпоху оно имеет значение «крыша-терраса / плоская кровля», которое и сейчас таково:

Ἀνεβήκαμε στὸ δῶμα νὰ δοῦμε τὸ ἡλιοβασίλεμα.

«Мы поднялись на крышу (террасу) посмотреть закат».

Греки с древности и до сего дня живут в комнатах, маленьких палатах — τὰ δωμάτια.

Ἡσυχία δὲ πολλὴ περὶ τὸν τόπον κατακλινομένῳ καὶ εἰς τὸ βιβλίον ἀφορῶντι, εἶτα διαναπαύοντι τὴν ὄψιν ἥδιστον ἀπιδεῖν εἰς τὰς ναῦς καὶ τὴν θάλατταν.

«Вокруг этого места — великая тишина; когда ты лежишь, глядя в книгу, а затем даёшь отдых глазам, тебе сладостно смотреть на корабли и на море».

Мне нравится в оригинале: «покой возлежащему и смотрящему в книгу» (κατακλινομένῳ ... καὶ ... ἀφορῶντι).

Нам всем не хватает виллы у моря с видом на проплывающие корабли.

Willy Maywald •
Le drapé de Madame Grès, 1955

Рецепция Античности.

Как поддержать разговор.

У Василия Великого есть письмо, которое удивительно похоже на те, что мне в детстве писали бабушка и дедушка:

1. Ἔγραφες ἡμῖν πρότερον μὲν ὀλίγα, νῦν δὲ οὐδ᾽ ὀλίγα·

Ты писал нам раньше мало, теперь же даже и «мало" не пишешь.

2. καὶ ἔοικεν ἡ βραχυλογία, προιοῦσα τῷ χρόνῳ, παντελὴς γίνεσθαι ἀφωνία.

И похоже, что эта краткость, с течением времени, становится полной немотой.

3. Ἐπάνελθε τοίνυν ἐπὶ τὸ ἔθος,

Вернись же к своей привычке

4. ὡς οὐκ ἔτι σοι μεμφόμεθα λακωνίζοντι πρὸς ἡμᾶς διὰ γραμμάτων

так как мы уже не упрекаем тебя за то, что ты столь лаконичен в своих письмах.

5. ἀλλὰ καὶ τὰ μικρὰ γράμματα, σύμβολα ὄντα τῆς μεγάλης σου διαθέσεως, πολλοῦ ἄξια ποιησόμεθα.

дословно и риторически пышно будет «но даже короткие письма, будучи знаками твоего великого расположения, мы сочтём очень ценными.», но если бы бабушка и дедушка писали внуку, который так редко им старикам пишет, то это было бы: «а твои короткие письма, мы же знаем, что это от большой любви, для нас они на вес золота.»

6. Μόνον ἐπίστελλε ἡμῖν.
Ты только пиши нам.

Я ещё чему смеюсь. У меня когда-то давно в районе бомжи собирали цветной металл. И когда они цветмет не находили, то, будучи премного удручены сим фактом, говорили примерно вот такие вещи. И, более того, они даже выглядели как вот этот Одиссей. Ровным счётом.

Αὐτοσκηνοθετούμενοι

Αὐτοσκηνοθετούμενος ἀνοίγει τὸ βιβλίο
με τὰ γραπτὰ τοῦ Μιχαὴλ Ψελλοῦ, κι ἂν τάχα πέσῃ
σὲ λέξη δίσημη, λοξή, θὰ πεῖ· «γιὰ πάμε πάλι»
στὸν σκηνοθέτη τοῦ μυαλοῦ. Μὰ κάποτε ταιριάζουν
οἱ μαῦροι κύκλοι στὸ χαρτὶ μὲ τὶς κρυφὲς ἰδέες.
Φαντάζει τότε σὰν ἀφίσα κλασικῆς ταινίας
τὸ προσωπεῖο ποὺ ἐπέλεξε γιὰ τὴν ἱστοσελίδα.
Θὰ ρέουν τὰ χρόνια – πῶς ἀλλιῶς; Θὰ 'ρθοῦν νέοι ταξιδιῶτες.
Ἐμεῖς διαρκῶς εὐάλωτοι στοὺς ἄγνωστους μᾶς κλέφτες·
θὰ δοῦν τὸ τί δὲν εἴδαμε στοὺς ἄφθαρτους καθρέφτες.

— Κωνσταντίνος Χρυσόγελος

САМОРЕЖИССИРУЕМЫЕ

Сам режиссёр раскрывает Пселла томик,
И если на трудное слово наткнётся,
Велит: «Начинай же сначала!» — но помнит,
Что часто кружок с тайной мыслью сольётся.
Тогда его маска, что для интернета
Избрал он, как афиша, предстанет ясна.
Года протекут — неизбежна примета,
Придут чужаки, и увидят сполна
В нетленных зеркалах то, что нам и незримо,
А мы всё так же — добыча для вóров,
Им будет открыто, что мы не храним,
Их взгляд разглядит то, что скрыто от взоров.

Αἰδώς, Ἀργεῖοι, κάκ' ἐλέγχεα, εἶδος ἀγητοί (Стыд, аргивяне, и срам: вы доблестны только по виду!)

Должен признать, что Станислав – мастер предварительных ласк. Уже второй пост на тему греческого языка, и в каждом подчёркивается, что вопрос произношения мал, незначим и второстепенен. Как говорится, ждём, пока мы перейдём к основной теме – а именно к ценности новогреческого языка, – но пока Станислав продолжает писать про произношение.

Кстати, если вопрос произношения настолько не важен, то, очевидно, он важен только для представителей новогреческого крыла. Ну, может быть, тогда стоит сделать приятное новогреку и перейти на современное произношение? Но это я так шучу.

Хм… Значит, мы, как говорится, не знаем в точности произношения Софокла и Демосфена. Да, мы не знаем (кстати, они не современники и можно предположить, что звучали они не одинаково). Поэтому я помню разговор с одним филологом-классиком, который сказал: «Да, даже если у нас есть надежда получить не сто процентов, а девяносто семь процентов точности того, как оно звучало, мы не должны отступать». Ну, простите, откуда вы взяли эту цифру – девяносто семь процентов? Откуда такой оптимизм? Это удивительно.

Мы имеем дело с реконструкцией, и с этим нужно смириться. Когда вошли в употребление гласные звуки, характерные для новогреческого? Ну, коллеги, вы знаете, что это начало происходить ещё до того, как античность закончилась. И даже ещё до того, как… ну, процесс этот был долгий. Ещё до рождения Господа нашего Иисуса Христа.

Весьма характерно замечание о том, что «произношение, описанное в грамматике Гудвина Изумрудного города будто бы ближе к речи древних, чем то, что мы слышим в Афинах сегодня.» Ну послушайте, что значит «ближе»? Эм… Ближе как реконструкция? Ну, возможно. Никто и не говорит, что произношение не менялось. Но это не тот случай, когда количество переходит в качество, что вот мы делаем, делаем, устанавливаем детали всё ближе, и в какой-то момент начинаем звучать как Платон. Мы не будем звучать как Платон.

Потому что если кто-то оденет тулуп или ещё какую-то одежду из старых, старославянских времён (простите, я не знаю деталей, что они там носили) и скажет: «Михаил, я ближе к своим предкам, чем вы» – ну, Михаил, вы должны это признать. Но послушайте: это не вопрос аутентичности тулупа, который ты сшил по заказу. Сейчас количество не перейдёт в качество, и ты не будешь древним славянином. Это не совсем так работает.

По поводу «приятности» мы отложим.

Ещё один вопрос: когда говорят «приятно» – «неприятно», «как лучше говорить», почему-то считается, что подразумевается, будто мы имеем дело с двумя живыми «найтивными» системами произношения – как если бы это происходило, например, с американским и британским акцентом. В этом случае вы можете выбирать из двух акцентов, говорить, что вам нравится больше, какая манера произношения более востребована и т.д. и имитировать носителей в меру своих способностей. У вас есть два условных носителя языка, которые произносят свой родной язык. Но восстановленное произношение, которое вы слышите от своих преподавателей, – это не то произношение, которое вы могли услышать из уст Платона или Ксенофонта. И это не потому, что я такой жестокий, это просто факт. Это нужно помнить, когда каждый раз мне говорят, что я буду лучше говорить как Платон. Окстись, друже. Окстись.

Типичное замечание « студента-грека мне не удалось встретить...». Разочарование западного филолога в конкретных живых греках – такая же обычная история, как разочарование, не знаю, юной девушки карамзинских времен в первой любви или ещё что-нибудь из романов.

Ох, у нас здесь, сразу, естественно, в вопросе произношения начинают говорить о поэзии, да, о метре. Пиндар, Эсхил и так далее. Господа, ну, метр – это немного другая история. Если уж вам нужно поговорить о поэзии, то вы бы сосредоточились на длиннотах и долготах, а также на музыкальном ударении, которое вы, скорее всего, почти наверняка уж точно не воспроизведёте. Это ещё более сложная задача, нежели реконструировать какие-то гласные и согласные. Госпожа Янзина пишет на странице тридцать шесть первого тома своего учебника следующее: «В современном реконструированном произношении типы ударения обычно не различаются по качеству, и все древнегреческие слова читаются силовым ударением».
Ха! как будто у вас есть варианты и вы можете спокойно перейти на музыкальное ударение. Нет, не можете. Это всё равно что в классе, полном безногих, сказать: «Ну, в принципе, давайте на скакалке мы прыгать не будем». Ну, вы и не можете.

Дальше пишет Янзина: «Впрочем, уже начиная со II века до нашей эры, древнегреческое музыкальное ударение стало перерождаться в силовое».

И, заканчивая эту тему: поэзия, конечно, хорошо, но что мне делать, если я хочу читать Ксенофонта или ещё какую-нибудь прозу? Зачем мне это как студенту?

Ну и заканчивается всё это тем, что «подлинный предмет спора заключается в ценности новогреческого языка». И по характеру вступления я подозреваю, что ценность его для Шори стремится к нулю. Ну, посмотрим.

Спокойная агора? Ребята концепцию античной ἀγορά, похоже, совсем не выкупают.

«Таксисты в целом, и особенно афинские, — это не только ходячие университеты, но и барометры... Прислушивайтесь к ним.»

Таксисты как барометры общественных настроений везде одинаковы, а κινητά Πανεπιστήμια» дословно «передвижные университеты», у нас это скорее «ходячая энциклопедия".