В ещё Кораис забраковал предложенную архаистами вполне себе умеренную свинью χοῖρος (даже не ὗς какой-нибудь).

Ещё один, чисто практический момент, создающий ощущение, что заимствований в современном греческом много, это то, что процент их выше в бытовой лексике, той с которой сталкивается начинающий изучать язык на уровне A1/2. Вот и думает он, что всё плохо. Если же мы посмотрим на отрывок их пособия МГИМО для журналистов уровня B1-C1, убедимся то абзац весьма «чист»:

Если перепишу его на кафаревусу для вас:

Ἡ δευτέρα περίοδος ὁριοθετεῖται ἀπὸ τῶν τελῶν τοῦ 19ου αἰῶνος ἕως τῶν ἀρχῶν τοῦ Β΄ Παγκοσμίου Πολέμου, ἧς χαρακτηριστικὸν εἶνε ἡ ἐμφάνισις τῶν ἐθνικῶν λεγομένων ἐφημερίδων.

то вы увидите, что ничего я особо и не изменил в плане лексики.

Как говорила подруга моей юности: «Люблю запах тестостерона по утрам».

Для писем в архаичном стиле, вместо приевшегося φίλε μου и прочих, есть пара вариантов обращений .

Δεύτερος διωγμὸς κατὰ τῶν Χριστιανῶν ἐγένετο ἐπὶ Δομιτιανού. Τότε δὲ καὶ ὁ ᾿Ιωάννης κατεκλείσθη εἰς Πάτμον ὅπου ἔγραψε τὴν ᾿Αποκάλυψιν αὑτοῦ.

Второе гонение на христиан было при Домициане. Тогда Иоанн и был заключен на Патмосе, где и написал свой Апокалипсис.

— «А правда, что в ваше время греческий язык был чистый, не утопающий в заимствованиях?» спросили потомки аттическую пчелу Ксенофонта.

— «Конечно» ответил Ксенофонт и прошёл ещё пять парасангов.

Ὁ παρασάγγης — περσικὸν μέτρον μήκους ἰσοδυναμοῦν πρὸς 5 περίπου χιλιόμετρα (ἀκριβέστερον ἐπὶ Ἡροδότου ὁ παρασάγγης — πρὸς 30 στάδια, ἤτοι 5250 μ. περίπου)

Парасанг — персидская мера длины равная примерно 5 километрам (точнее, во времена Геродота, 30 стадиям, т.е. 5250 метрам)

Кантор произносит речь в Дельфах на древнегреческом с почти современным произношением. Грекам в комментариях почти всё понятно. https://www.youtube.com/watch?v=pbZ6J1wqmlc

А если без шуток, то греческий язык, вплоть до поздней классической эпохи, находился на таком этапе развития, когда внешние заимствования не были особенно заметны и словарный запас пополнялся за счёт внутренних лексического богатства, путём словопроизводства и словосложения, что на практике выражается в особой «прозрачности» формы и значения слов, которую хорошо ощущают многие изучающие древнегреческий и ставшая менее выраженной в более поздние периоды жизни греческого языка, когда появляются заимствования как из других языков (ἐξωτερικὸς δανεισμός, внешнее заимствование), так и из более ранних периодов самого языка (ἐσωτερικὸς δανεισμός, внутреннее заимствование). Кстати, именно увеличение внутреннего заимствования и сокращение внешнего был главной идеей кафаревусы, а не архаизм как таковой, сохранение древних корней и словообразования было даже важнее консервации некоторых грамматических категорий или окончаний. Это позволяет современному греку видеть старые смыслы относительно легко, хотя и не без проблем. Для студента это означает, что зная определенное количество корней, а также функционирование производных форм, можно относительно легко запоминать, а возможно, и догадываться о значении большого числа слов.

Всегда есть кто-то базированее тебя.

«Древнегреческий — это орган Бога».

А. В. Белоусов

P.S. По всеобщему соглашению, ударение вариативно.

Эволюция способов замещать местный падеж от древнего до современного. Сам древний локатив был, например, οἴκοι. Впрочем, все эти способы можно было встретить в каком-нибудь 19 веке все вместе.

Если Неаполь у нас изначально Νέα Πόλις (Νέας Πόλεως), то неаполитанец на архаичный манер будет Νεο-πολίτης, вместо Ναπολιτάνος.

Свинья дождалась македонского эллинизма.

Чет подозрительно.

Как говорили древние: οὐθὲν διάλειμμα ποιεῖν, без всяких перемен.

С началом учебной недели всех.

Учивший новогреческий может рассказать историю о себе, учивший древнегреческий — про какого-то земледельца.