Писательская идея — Athenaze надо было сделать в трёх томах, раздуть объём, сделать хождения героев по-толкиновски долгими и ещё более опасными, привязать к ним ещё больше исторических событий и каждый том назвать своим именем Ἀθήνησι, Ἀθήνηθεν и Ἀθήναζε. В подарочном издании трёхтомник хорошо бы смотрелся.

Нынешнее τοῦ χρόνου «в следующем году» формально представляет собою старый родительный падеж времени. В течение года должны произойти какие-то события. За год (курить брошу, наконец). Нынешнее значение «год» слово χρόνος приобрело ещё в Античности.

Τὸ προνόμιον — привилегия.

«И призвал Нерон Пилата и спросил его о Симоне Волхве: «Это тот человек, которого ты отдал, чтобы его распяли». Внимательно рассмотрев Симона Волхва, Пилат сказал: «Нет, это не тот, у стоящего тут человека длинные волосы и он жирный»


Иоанн Малала «Хронография».

На греческом «притяжательное местоимение» звучит доминантно и социально — κτητικὴ ἀντωνυμία, местоимение приобретающее и владеющее, оно вместо κτήτωρ, который владетель и господин, а по-русски я притяжатель, звучит отвлечённой физикой, якобы я планета какая, что к себе всякий мусор притягивает. Надо бы на русском провести renaming и обозвать эти местоимения властительными или владетельными, чтобы для ушей лепота.

Ἡ Πηνελόπη, ἡ σύζυγος τοῦ βασιλέως τῆς Ἰθάκης Ὀδυσσέως, καὶ μήτηρ τοῦ Τηλεμάχου. ᾿Αφ᾿ ὅτου ὁ Ὀδυσσεὺς ἀπῆλθεν εἰς τὴν Τρωάδα, ἐπὶ εἴκοσιν ὅλα ἔτη, σώφρων καὶ αὐτῷ ἀφωσιωμένη, ἀπέκρουσε πάσας τὰς προτάσεις πολυπληθῶν μνηστήρων ἐκ τῆς νήσου καὶ τῶν πέριξ χωρῶν, οἵτινες τὴν περιεστοίχιζον καὶ τὴν ἐζήτουν εἰς γάμον διισχυριζόμενοι ὅτι ὁ Ὀδυσσεὺς δὲν θὰ ἐπέστρεφε πλέον.

Пенелопа, жена Одиссея, царя Итаки и мать Телемаха. С тех пор как Одиссей отбыл в Трою, она целых двадцать лет, благоразумная и преданная ему, отвергала все предложения многочисленных женихов с острова и окрестностей, которые окружали ее и добивались её руки, твердя, что Одиссей не вернется более.

Когда я разбогатею, я никому не скажу. Но будут знаки.

А что так дёшево? Я бы сразу за миллион выложил.

Студенты не сдаются и всё пробуют загнать Αthenaze в Google-переводчик. Тяжело.

Αἱ διαφοραί εἰς τὰ δευτερόκλιτα άρσενικά καὶ θηλυκά — различия во втором склонении существительных мужского и женского рода (древнегреческий/кафаревуса vs современный)

Конечное -ν в «причинном» падеже единственного числа ушло. Большинство θηλυκά с окончанием на –ος сменили род на средний: ή νῆσος → τὸ νησί, ἡ ἄμπελος → τὸ ἀμπέλι. Дательный падеж нашёл последний приют лишь у пишущих на кафаревусе, всяких теологов, литераторов и эстетов от словесности.

᾿Αφ᾿ ἧς ἐποχῆς ὁ Ὀδυσσεὺς ἐπεθύμει ν᾿ ἀποθάνῃ, ἀφ᾽ οὗ πρῶτον ἴδῃ καπνὸν ἀναθρώσκοντα ἐκ τῆς φίλης πατρίδος, μέχρι σήμερον ὁ κύριος πόθος τοῦ Ἕλληνος εἶνε, ὅπως οἱ ἀρχαῖοι Ἕλληνες ἔλεγον — ὁ νόστος.

Со времён Одиссея, желавшего умереть, но прежде увидеть дым дорогой отчизны, до сего дня, главное чаяние эллина это то, что древние звали — возвращение на родину.

Суровое древнее слово καθῆκον, «долг».

μάντι κακῶν, οὐ πώ ποτέ μοι τὸ κρήγυον εἶπας ~ «Зла прорицатель! Ни разу не скажешь приятного сердцу»

Агамемнон просит этого самого прорицателя открыть ему причины божественного гнева, но сказанное ему очень не понравилось. Сейчас греки могут сказать εἶσαι μάντις κακῶν

Слово κρήγυος очень древнее и встречается у Гомера один раз в значении полезный или приятный (ὠφέλιμος ἤ εὐάρεστος), потом это значение стало расширяться и уже ὁ βουκολικὸς ποιητὴς Θεόκριτος употреблял его в смысле истинный, действительный (ἀληθής, πραγματικός) — εἴπατέ μοι .. τὸ κρήγυον.


*в скобках перевод фразы на новогреческий.

Там наш Χριστιανικὴ Ἀδελφότης Νέων, более известный под аббревиатурой ПСТГУ, под руководством Петра Пашкова проводит сейчас конференцию на тему позднеромейского богословия с подводкой в виде «Византия владеет нами». Так вот слоган надо было на греческий перевести и в лёгкий мерч вложиться:

Ἐχόμεθα τῷ Βυζαντίῳ.

Вроде звучит.

Τῆς ἡμέρας ὀψὲ ἦν. (Ξεν. Ελλ. ΙΙ. 1, 23) ~ Ἦτο πρὸς τὸ τέλος τῆς ἡμέρας.

Одной из черт греческого языка, как было подмечено неоднократно, является ясность и смысловая прозрачность его лексики.