Всё-таки вера в то, что всё написанное на древнегреческом немедленно становится мудрым, красивым и пленительно атмосферным несокрушима — персонаж пишет твит, где передаёт «он сказал» как εἶπεν, но через пару минут сносит свой x-чирик и постит снова лишь с одним изменением, вместо εἶπεν красуется ἦ δ᾽ ὅς. Так древнегречней в его понимании. Впрочем, ἦ δ᾽ ὅς это не стильная связка из платоновских диалогов, а аналог полупаразита, которым пацаны из моего двора в детстве, захлёбываясь рассказом, передавали чью-то косвенную речь: «и тут он такой…», «и он типа…».

Другой предпочитал передавать придаточное цели не через сослагательное наклонение, а через причастие будущего времени, потому, что, мол, первый способ есть и в древнем и в новогреческом, а второй лишь в древнем, посему ему, такому на аттической соли настоянному ревнителю древнего афинского слова, пристал лишь второй вариант.

Ἡ ἐκκλησία — συνέλευσις τῶν πολιτῶν.

Пётр: не надо мне тут подсовывать всякую плебейскую койне бечёвку, мне нужен настоящий гомеров канат или хотя бы верёвка классических эллинских мужей.

— Берите τὸ σπάρτον, Пётр, она и Гомера и у Фукидида имеется, не продешевите точно.

“In Ancient Greek”? Ну, не знаю, мой немецкий друг, наверное, как и сейчас в современном греческом. И в любом другом.

Ἡ τελευταία συλλαβὴ τῆς λέξεως, ποὺ ἔχει περισσοτέρας ἀπὸ μίαν συλλαβάς, λέγεται λήγουσα, ἡ πρὸ τῆς ληγούσης παραλήγουσα, καὶ ἡ πρὸ τῆς παραληγούσης λέγεται προπαραλήγουσα.

Как-то так.

Ἀγαπητοί μοι συνδρομηταί,

Καλὸν μῆνα

Σᾶς εὐχαριστῶ πολὺ διὰ τὴν ὑμετέραν ἀφοσίωσιν. Χαίρετε καὶ καλὴν μεγάλην καὶ ἁγίαν Τεσσαρακοστήν.

Μετ᾿ ἐκτιμήσεως, 

Μ.

Я снова мечу филиппики, что, мол, никто ничего не делает для русификации Athenaze.

Antibarbari:

Глагол «православить» и «ортодоксить» и флексить догматической правильностью в греческом есть, как видите. Впрочем, хорошо, что мы не ортофроны какие-нибудь, а то звучит как какая-то дикая секта в лесу, где все внешне на Джигурду похожи.

ὁ κύαμος ὁ ἀραβικός или ὑάσμινον ἀραβικόν — винтажное название кофе, ὁ καφές. Родительный падеж в разговоре о кофии («ἡ γενικὴ καφεϊκή»)

Γενικὴ κτητική — ἡ ζωή τοῦ καφενοβίου (жизнь сидящего в кофейне долгими часами)

Γενικὴ διαιρετική — ἄνθρωποι τοῦ καφενείου (предпочитающие традиционные кофейни)

Γενικὴ τῆς ὕλης — αἷμα τῆς καφεΐνης (кровь состоящая из чистого кофеина)

Γενικὴ τοῦ περιεχομένου — ἅλις κυάμου ἔχω (у меня кофия вдоволь)

Γενικῆς τῆς ἀξίας ἢ τοῦ τιμήματος — ἡ ἐργασία τῶν τριῶν καφέδων (работа на три кофейных чашки)

Γενικὴ τῆς αἰτίας — ἡ ἀυπνία τοῦ καφεϊσμοῦ (бессонница от злоупотребления кофием)

Γενικὴ τοῦ δημιουργοῦ — αἱ ἰδέαι τοῦ καφεπότου (идеи кофемана)

Γενικὴ ὑποκειμενική —πόλεμος τοῦ κυάμου καὶ ὑπνηλίας (война кофе с сонливостью)

Γενικὴ ἀντικειμενική — ἔμπειρος καφετιερῶν (разбирающийся в кофеварках)

Ἡ ἑλληνορωμαϊκὴ πάλη.

Сравнительная таблица артиклей в стандартном греческом и кафаревусе (ну и в древнем, соответственно, ибо καθαρεύουσα сохраняет морфологию последнего). Датива нет, как отдельной формы, но строго синтаксически говоря, в функции непрямого дополнения он всё же есть, просто морфологически совпадает с родительным падежом. Что до «локативной» функции, то его роль исполняет винительный падеж с предлогом σέ (редуцированный εἰς). К слову, не совсем понимаю тех, кому σέ не нравится, ведь они, параллельно, с глубоким одобрением смотрят на древний староаттический ἐς, что, всё дело в положении έψιλον относительно сигмы? Слева, то это палец вверх, Фукидид и красота, а справа, то «фу, разве лень εἰς написать нормально?». По поводу слияния с артиклем в виде, скажем, στόν, то такая орфография тоже не должна напрягать людей, что через одного хорошо читают по-немецки и там слияние предлогов с определённым артиклем их эстетическое чувство не оскорбляет. И вообще, даже в гомеровском и классическом греческом, несмотря на то, что датив взвалил на себя функции «инструменталиса», он был наименее частотным падежом.

ΥΓ. Мне лично старый датив глубоко импонирует.

Вышел новый выпуск нашего журнала "Кафедра" № 20 (3-4) за 2024 год. Все желающие могут ознакомиться по ссылке https://kathedra-ens.ru/wp-content/uploads/2025/03/%D0%9A%D0%B0%D1%84%D0%B5%D0%B4%D1%80%D0%B0-20_%D1%8D%D0%BB.pdf

«Его впечатлил толстый том, что уже был готов упасть с края. Тканевый переплёт, золотые буквы. Он придвинулся ближе, чтобы разобрать название: Манолис Триандафилидис, Грамматика новогреческого языка, Историческое введение, Афины 1938 год. Она была открыта, со страницею загнутой на цифре 336. Наклонившись из любопытства, он прочёл, а скорее произнёс по слогам: «когда армада прибыла на острова, вся Румелия обнажила мечи и вырезала каждого неверного турка». Последняя фраза была подчёркнута чёрным маркером.»

Γιῶργος Ἀριστηνός, Ὁ δολοφόνος, 2000.

По-гречески дедлайн будет ἡ προθεσμία. Хорошей вам рабочей недели.

«Ну на что тебе эти глаголы? Что ты там все зубришь? Ведь никто на этом языке теперь не говорит?
— «Апетметесан тас кефалас», — отвечал Глеб. — Винительный отношения. «Апетметесан» — страдательный залог от «апотемно» — обрубаю. «Были обрублены по отношению к своим головам».
— Как? Как? «Обрублены по отношению...»
— У нас так требуют. Чтобы было точно.»

Б. К. Зайцев «Путешествие Глеба»

Англофоны генерируют ноу-хау беспереводного впадания греческого ποταμός напрямую в мозг, минуя river. Безriverное fluency.

Ἡ ᾿Αλεξάνδρεια.

Αὐτὴ ἐκτίσθη τὸ 311 π.Χ. Ἡ ᾿Αλεξάνδρεια ὑπῆρξε πρωτεύουσα τοῦ βασιλείου τῶν Πτολεμαίων καὶ ἐδέσποσεν εἰς τὸ πνευματικὸν καὶ οἰκονομικὸν τομέα.

Древние нередко опускали артикль перед существительным βασιλεύς, когда речь шла о царе персов. Обычно, артикль употреблялся в разговоре о предметах известных, однако, если ты уж очень известен, как, например, солнце или персидский царь, то твоя известность подчёркивается его отсутствием.

Для словаря — только самые устойчивые коллокации.

А у меня для вас вот такое: виды древнегреческого хлеба на стене кофейни на Эрму, и тоже безо всякого перевода

https://t.me/grekomimidia/1700