"Госпожа Евстафия была вознаграждена Господом. Зять матушки Галини позаботился о ней и пристроил её в министерство печати, где работало много журналистов. И когда у них возникали сомнения в написании того или иного слова, они тут же бежали к госпоже Евстафии и просили у нее совета. А когда какой-то не шибко грамотный утверждал, что слово не пишется или не имеет ударения определённым образом, другой его тут же срезал:

"Спрашивай у госпожи Евстафии".

И она, знавшая грамматику Дзардзаноса от и до, каждый раз ссылалась на соответствующее правило:

"Все слова, дитя мое, имеют ударение во всех падежах там же, где и в именительном, насколько последний слог это позволяет".

«Ну и что это значит, госпожа Евстафия?" — вопрошал полуграмотный журналист.

"Это значит, - отвечала она, что когда последний слог долгий, третий с конца ударения иметь не будет. Оттого-то, ежели вы знаете эти два простых правила, вы никогда не ошибетесь в просодии".

Магия греческого языка оставляла недоучку равнодушным, как партитура композитора оставляет равнодушным непосвященного. Что значат для последнего долгая гласная и краткая? Что ему знак острого ударения, густого придыхания, тупого и облечённого ударений, да придыхания тонкого? Это напасть для тех, кто не освоил греческий толком. Вот тут-то и вылезли "реформаторы" языка и устроили орфографическую анархию, наплодив армии неучей.

Учителя и мать заставляли Константиноса учить правописание с юности. Дети могут выучить все, чему вы их учите, правильно или нет. Это миф, что упрощение языка облегчает его изучение. Чем больше язык упрощается, тем больше он отрывается от своих древних истоков»

Κώστας Δούκας Ἡ πύλη τῶν ἐλεφάντων

Τὰ περισπώμενα ἤ συνῃρημένα ῥήματα.

Αὐτὰ ἔχουσι χαρακτήρα α ἢ ε ἢ ο καὶ διαιροῦνται εἰς τρεῖς τάξεις: α) τῶν εἰς -άω (τιμάω), β) τῶν εἰς -ἑω (ποιέω) καὶ γ) τῶν εἰς -όω (πληρόω). Εἶναι συνῃρημένα μόνον εἰς τὸν ἐνεστῶτα καὶ παρατατικὸν καὶ κλίνονται κατὰ τὰ ἑξῆς παραδείγματα:

Бомбический фотосет из грамматики Швицера и моего кота Прохора.