ἀγάννιφος «весь в снегу»

«Несмотря на существенную языковую общность, чрезвычайно аттикизизированный и изысканный язык (характерный, например, для эпохи Комнинов и ранних Палеологов) был весьма сложен для не столь образованных византийцев. Поэтому, обращаясь к широкой аудитории (скажем, в качестве проповедников), более искушенные авторы подстраивались языком и стилем под возможности аудитории. По этой же причине чрезвычайно языком рафинированные историографические и риторические сочинения XII и XIII веков были переложены на язык обычной прозы (или литературную койне) в XIV веке, metaphraseis»

The Oxford Handbook of Byzantine Literature

ἐγγηράσκω τῇ δυναστείᾳ «стариться на престоле»

καὶ ἤρξατο ἐκθαμβεῖσθαι καὶ ἀδημονεῖν (καὶ ἄρχισε νὰ συνταράσσεται καὶ ν᾿ ἀγωνιᾷ) начал ужасаться и тосковать.

Ευαγγέλιον κατά Μάρκον, Ἀγωνία Ἰησοῦ ἐν Γεθσημανῇ.

ἐκθαμβοῦμαι «изумляться, столбенеть от ужаса»(сохранилось в новогреческом)
ἀδημονῶ «томиться, мучиться, тосковать» (сохранилось в новогреческом)

Ещё одно пособие языка древнегреческого в стиле Lingua Graeca Per Se Illustrata. Дело хорошее, хотя, иногда, немного l'art pour l'art, где затушёвывается главная цель, а именно, чтение оригинальных произведений. По схожему поводу, один американский эллинист с юмором заметил, что слишком много развелось учебников изобилующих примерами в духе: «Яростный пророк бросает дерево в спокойное море».

φιλεῖν ἄγαν καὶ μισεῖν — быть неумеренным как в любви, так в ненависти.

Ἅγιος Νικόλαος • ἐπίσκοπος Μύρων τῆς Λυκίας. Ἵδρυσεν ἐν τῇ ἐπαρχίᾳ αὐτοῦ νοσοκομεῖον, ξενῶνα, πτωχοκομεῖον κλπ. Κατά τὴν ἐν Νικαίᾳ σύνοδον διεκρίθη ὡς ἔνθερμος ὑποστηρικτής τῆς ὀρθοδοξίας.

Святитель Николай - епископ Мирликийский. Основал в своей епархии больницу, гостиницу, богадельню и тому подобное. Во время Никейского Собора отметился как убежденный сторонник православия.


Ἡ εἰκών πεποίηται ὑπὸ Σβετλανα Τσεπροβα

«Как и утончённая литературная идиома, официальный письменный язык имперского и церковного законодательства и управления значительно варьировался в зависимости от типа документа и времени его издания. Так, классицизирующие тенденции литературы эпохи Комнинов нашли отражение в императорских документах этого периода, особенно в προοίμια и χρυσόβουλλοι λόγοι, наиболее литературном типе деловых бумаг. Однако, в большинстве своем и юридические, и административные тексты были написаны на относительно простом языке (сродни писаниям, кои создал сам или поручил составить Константин Багрянородный). Хотя по различным праздникам и торжествам при императорском дворе звучали речи высокого штиля, язык, на котором придворная элита общалась друг с другом, а также за пределами дворца, должен был быть близок к обычному разговорному языку, возможно, несколько отполированной его разновидности (взгляните на передачу придворных бесед в "Хронике" Георгия Сфрандзи, гл. 13.3-4 или 15.4 и 5.7-8). Языком международных дипломатических контактов также был разговорный греческий того времени, который, порою, использовался для дипломатических писем почти без уступок традиционному письменному языку»

The Oxford Handbook of Byzantine Literature

«Почему я призываю писать слова «древнегреческий» и «новогреческий» в кавычках? Дело в том, что эти термины – не более чем условные обозначения двух произвольно выбранных точек в трехтысячелетнем языковом континууме. Они удобны нам для составления учебных планов, но видеть за ними какие-то самотождественные сущности очень опасно. «Древнегреческий» – это язык классической аттической прозы, Ксенофонта и Платона, «новогреческий» – язык ежедневной газеты Καθημερινή. От этих точек мы можем двигаться в любую сторону, обнаруживая совершенно другие «языки», например, в лирике, трагедии или эпосе. Даже Гомер (что может быть более «древнегреческим»?) студенту-второкурснику кажется собранием «неправильностей». Я до сих пор подчас ловлю себя на том, что противопоставляю (конечно, не вслух!) Гесиода или Сапфо «норме», «обычному древнегреческому» из учебника А.Ч. Козаржевского или С.И. Соболевского.
Столь же опасно говорить о «древнегреческом» как о «мертвом языке». На греческом (без уточнений – древне- или ново-) создают литературные произведения уже около 2700 лет (и это если не забираться в доалфавитный микенский период). Греческий был родным языком для миллионов современников Платона, Иисуса Христа, крестоносцев, Христофора Колумба, Вольтера и Дж. Ф. Кеннеди. Момент превращения «древнегреческого» в «новогреческий» отследить невозможно.»

Лев Луховицкий

"Какая сложная вещь язык, какие тонкие правила, а кто выдумал? Мужики греческие и латинские!"

Сергей Иванович Соболевский

ἐλάλει τε καὶ συνεζήτει πρὸς τοὺς Ἑλληνιστάς· οἱ δὲ ἐπεχείρου αὐτὸν ἀνελεῖν (Ἐπίσης μιλοῦσε καὶ συζητοῦσε μὲ τοὺς ἑλληνοφώνος. Ἀλλ᾿ αὐτοὶ ἐπιχειροῦσαν νὰ τὸν φονεύσουν) — Говорил также и состязался с Еллинистами; а они покушались убить его.

Ἡ ἀποκάλυψις — откровение. Греческий язык жив и греческий. Вау.

«Наше дело, классическая филология, — поучал нас Сер­гей Иванович Соболевский, — требует ежедневной работы. Я вот не сидел за письменным столом только раза три или четыре за последнее время, — например, когда немцы подходили к Москве и когда замерзли чернила. Работа у нас трудная, кропотливая, нужно все время глядеть в книги, рыться в словарях, а книги и словари чем старше, тем лучше, но и тем неудобнее для рук, тем утомительнее для глаз. Нельзя отвлекаться, нельзя ходить по театрам, ухажи­вать за девицами.
Последнее наставление в данной аудитории могло быть, строго говоря, адресовано только мне, но никто не улыбнулся, все поняли этот совет mutatis mutandis.
— Но зато, — продолжал С. И., — случаются и радости, вознаграждающие за наш труд»

«С. Апт о себе и других. Другие - о С. Апте»

τοῦ βίου πραγματεῖαι —житейские заботы.

Кстати, что в древнем, что в современном — ἡ πραγματεία ещё означает «трактат, научный труд и исследование», что, впрочем, первой дефиниции и не противоречит, ибо житейские заботы у людей разные бывают.

Для начинающих. Личные местоимения древнегреческого (а также византийского, нынешнего церковного, строгой кафаревусы, а также языка любого современного греческого писателя, если ему это надо для художественных целей).

Ἡ φρασεολογία современного греческого языка: δεῖ δὲ χρημάτων «нужны деньги». Это, разумеется, из демосфенова δεῖ δὲ χρημάτων καὶ ἄνευ τούτων οὐδέν έστι γενέσθαι τῶν δεόντων «А деньги нужны, и без них нельзя сделать ничего, что требуется».

Сентенция ясна любому греку, ибо деньги по-прежнему нужны. В нынешних Афинах не менее, чем в древних.

«Как уже неоднократно отмечалось, высокий регистр прозы отражал литературные амбиции византийских писателей, удовлетворяемые через использование определенных языковых элементов из старых греческих текстов, особливо из весьма уважаемой классической литературы пятого и четвертого веков до н.э., а также из классицизирующей риторики первых веков нашей эры. Сии анахронизмы исчезли из устной речи, но их особый архаизирующий аромат придавал им особый шарм в восприятии утончённой публики. Многие из этих особенностей были присущи древнему аттическому диалекту, оттого их называют аттикизирующими (т.е. подражающими этот диалекту). Наиболее распространенными были следующие особенности: -ρσ- (вместо -ρρ-), -ττ- (вместо -σσ-), ξυν- (вместо -συν-, дуалис, аттический синтаксис, аттический склонение, аттические местоимения, аттический μέλλων и разные частицы платоновых времен. Сходно, в области поэзии лингвистические особенности, характерные для гомеровского эпоса и классической трагедии (например, неслитные глаголы, окончания генетива на -οιο и - άων, типы на -φιν вместо датива) появились в византийских поэмах высокого стиля. Считалось, что повсеместное использование старых синтетических плюперфекта и перфекта, как и оптатива придают языку блеск. В итоге рафинированная высокая проза представляет собою впечатляющую и порою запутанную смесь одновременно античной прозы, так и поэтических классицистических элементов.

К этим языковые средствам ромейские литераторы прибегали, дабы повысить стилистическое качество текста. Характерно, что даже в текстах искусных писателей аттические элементы соседствовали с их неаттическими эквивалентами (например, θάλαττα/θάλασσα, ναός/νεώς, συγγράφω/ξυγγράφω в «Алексиаде»)»

The Oxford Handbook of Byzantine Literature под редакцией Ὁ Στρατής Παπαϊωάννου