Athenaze и прочая лингва латина — начало.

– А и Б сидели на трубе. А – упала. Б – пропала. Что осталось на трубе?
—На трубе осталась ваша земная буква «И».

Фильм «Отроки во Вселенной».

Εἶναι ἀμέτρητες οἱ λεωφόροι ποὺ τρέχουν στὸ ἄπειρο καὶ ἀμέτρητοι οἱ ἴσκιοι πού, τρέχοντας στὸ ἄπειρο, διασταυρώνονται μεταξύ τους. Ὁλόκληρη ἡ Πετρούπολη εἶναι ἡ ἀπεραντοσύνη τῆς λεωφόρου ὑψουμένη στὴ νιοστὴ δύναμη.
Πέρα ἀπὸ τὴν Πετρούπολη δὲν ὑπάρχει τίποτα.

Πετρούπολη, Αντρέι Μπέλυ

"Есть бесконечность в бесконечности бегущих проспектов с бесконечностью в бесконечность бегущих пересекающихся теней. Весь Петербург — бесконечность проспекта, возведенного в энную степень.
   За Петербургом же — ничего нет."

Андрей Белый «Петербург»

"Почти все лучшее, сказанное людьми, было сказано по-гречески"Ελένη Γλύκατζη-Αρβελέρ, греческий византинист, цитирует известную строчку из романа Маргерит Юрсенар.

Толковая семейная психология из Писания.

В детстве титульный герой романа Уильяма Теккерея "Pendennis" (1849-1850) Артур Пенденнис, или "Пен", неправильно переводит одно слово на греческий язык. Кризис наступает, когда его страшный учитель, доктор, "поставил его толковать греческую пьесу. Он не знал ни слова, хотя маленький Тимминс, его товарищ по классу, подсказывал ему изо всех сил, Пен сделал пару печальных промахов". В этот момент доктор произносит следующую тираду:

"— Пенденнис, сэр, — сказал он, — лень ваша неисправима, а тупость беспримерна. Вы позорите свою школу, позорите свою семью и впоследствии, я в том не сомневаюсь, будете позором для своей родины. Если тот порок, сэр, что зовется матерью всех пороков, действительно таков, как о нем говорят нравоучители (а в справедливости их суждения я не сомневаюсь нисколько), то для какого же неимоверного количества грехов и преступлений вы, несчастный юноша, ныне засеваете почву! Жалкий нерадивец! Мальчик, который в шестнадцать лет переводит δε словом "и" вместо слова "но", повинен не только в невежестве, легкомыслии и глупости неизреченной, но и в грехе, в страшном грехе сыновней неблагодарности, о коем я не могу и помыслить без трепета. Мальчик, который не учит греческой грамматики, обманывает отца, тратящего деньги на его образование. Мальчик, который обманывает своего отца, способен и ограбить, и совершить подлог. Человек, совершивший подлог, расплачивается за свое преступление на виселице. И не к нему я испытываю жалость (ибо кара его будет заслуженной), но к сломленным горем родителям его, кои безвременно сойдут под могильные своды, или, буде они останутся живы, познают на старости лет скорбь и бесчестие!"

νυστάζω — древнегреческий глагол «сонливость меня одолевает, клюю носом». Девушка требует кофе и описывает свою сонность именно им.

Значение несомое основами глагола в классическом греческом (The syntax and semantics of the verb in classical Greek : an introduction / Albert Rijksbaron.)

В практических целях студенту, как мне кажется, достаточно трёх (настоящее, аорист, перфект).

Немецкий историк Фридландер писал, что в Риме греческий был излюбленным языком имперских судей и влюбленных.

Читая написанное известными языковедами, имеет смысл следовать одному правилу, а именно, отделять их описательные суждения о языке от оценочных. Первые — следствие отправления профессиональных обязанностей, вторые — выражение человеческой субъективности и пристрастий, которые, возможно, не лучше тех, коими руководствуется сам читающий. Следовать этому простому правилу вдвойне сложно, когда сей языковед вас восхищает.

«Это было семнадцать лет назад в Красном Октябре - в Петербурге во время коммунистического переворота. В маленькой холодной квартире на Васильевском острове, при свечах (потому что, разумеется, электричества не было в те дни), нас собралось двенадцать человек во главе с нашим старым учителем, профессором Зелинским. Все мы — знатоки греческого языка, философы и поэты — общество, имевшее обыкновение собираться и обсуждать классические темы в их отношении к настоящему. «Союз третьего Возрождения» - так самонадеянно мы его называли. Потому что мы верили, что были первыми деятелями нового Ренессанса - окончательной и высшей интеграции современным миром эллинской концепции жизни. Потому что, как и все прочее в России, занятия классической филологией были не просто обучением, но, сверх того, способом пересоздать жизнь. Изучение греческого языка было подобно участию в опасном и волнующем тайном заговоре протии самих основ современного общества во имя греческого идеала.»

Николай Бахтин

«Медея Мендес, урожденная Синопли, если не считать ее младшей сестры Александры, осталась последней чистопородной гречанкой в семье, поселившейся в незапамятные времена на родственных Элладе Таврических берегах. Была она также в семье последней, сохранившей приблизительно греческий язык, отстоявший от новогреческого на то же тысячелетнее расстояние, что и древнегреческий отстоял от этого средневекового понтийского, только в таврических колониях сохранявшегося наречия.
     Ей давно уже не с кем было говорить на этом изношенном полнозвучном языке, родившем большинство философских и религиозных терминов и сохранившем изумительную буквальность и первоначальный смысл слов: и поныне на этом языке прачечная зовется катаризма, перевозка — метафорисис и стол — трапеза…»

«Медея и ее дети», Людмила Улицкая.

Оригинал на английском, отчего-то, выпустили в мягкой обложке, что для толстого тома, тягаемого с полки как справочник, не лучшее решение. Греки подошли к делу основательнее.

«Позади латыни всегда слышен тихий голос греческого»