Мнение грека (из Κατά Μπαμπινιώτου ή ο ολοκληρωτισμός της «νεοελληνικής» από Κ. Παναγής Αθανασάτος)

«Однако в случае с греческим языком есть одна особенность, которая не наблюдается в других европейских языках, ни один из которых не имеет истории длиннее десяти веков. Эта черта заключается в том, что как письменный язык он оставался почти неизменным в течение двух тысяч лет или около того, схематично со времен Геродота, около 450 года, до падения Константинополя, около 1450 года и позже. Когда я говорю "неизменным", я имею в виду, что Анна Комнина читала бы труды Геродота, Фукидида, Ксенофонта и т.д., как мы читаем газету. Да, горячий прогрессист нам скажет: «но как быть с необразованным простым человеком из народа»? Очень важный вопрос.

Последний год или около того я был занят чтением «Истории», Фукидида то есть, стараясь не пользоваться переводом и я достиг понимания более чем 80% (я не филолог, братья и, в конце концов, Фукидид, безусловно, самый вычурный писатель в греческой литературе)»

Уволился с работы, развёлся, продал всё и уехал жить на Санторини с чемоданом учебников, читая, яко Шлиман, диалоги полусумасшедшему старику-греку, расписав стены своей квартиры спряжениями глаголов, ходя каждый день на службу в церковь, писал письма друзьям на греческом каллиграфическим почерком перьевой ручкой, а затем, обрив полголовы, каждое утро декламировал отрывки из Демосфена, стараясь перекричать море.

Ἴωμεν δὴ καὶ μὴ μέλλωμεν ἔτι — давайте же двигаться и не медлить более» (Платон)

Этот призыв не тормозить, не откладывать, а уже начать что-то делать вполне достоин того, чтобы сделать его принтом на футболку.

Тут мы имеем μέλλω не как вспомогательный глагол образования будущего времени, но лексический, и если его вспомогательная версия в составе конструкции μέλλω+инфинитив обычно переводится на английский оборотом going to, то лексический глагол тогда можно перевести как to be always going to do' (without ever doing), что, например, соответствует русскому «я уже полгода собираюсь прибить полку».

Если у вас вдруг пропали пододеяльник и простыня из стиральной машины, то проверьте нетрезвых античниц по соседству, это точно они в них замотались.

Помним этот старый мем с мистером let me speak ἐκ βάθους καρδίας (ab imo pectore)

«Варварского языка я не понимаю».

В словаре новогреческого языка от Μπαμπινιώτης Γεώργιος красуется существительное ὁ ἐπαΐων — знаток, эксперт, тот, кто понимает нечто. Так как изначально это причастие от глагола в цитате, то эксперт женского пола делается легко — ἡ ἐπαΐουσα.

Предлог ἀπό употреблялся с винительным падежом ещё до того как Рим пал. Так что, это вполне себе древнегреческий (пример из словаря Brill).

NB. Рим пал не из-за этого, если что.

Когда не можешь сделать жизнь такой, как хочешь,
ты попытайся быть способным хоть на это
по мере сил: не унижай ее мельчаньем
в несметном скопище сует, общений, связей,
речей, свиданий, посещений, жестов.
Не унижай преувеличенным значеньем,
и выворачиваньем с ходу наизнанку,
и выставленьем напоказ для любований
в бессмыслице собраний и компаний,
пока она не надоест, как жизнь чужая.

Κωνσταντίνος Π. Καβάφης

Поэтому история языковых форм и интересна, так как она подобна наблюдению за жизнью человека, это как фотографии детские разглядывать и с нынешними сравнивать, письма читать коим десятки лет уже, смотреть как лицо человеческое меняется, но это по-прежнему он, всегда в движении, но остаётся собой.

«Где мой кофе?!» или доброе утро всем, у кого утро не очень доброе без кофе.

λαλἠσαι ἐχω, καλὠς ἐχομεν — Я поговорю, у нас всё будет хорошо (взято из Psaltes, S. 1913. Grammatik der byzantinischen Chroniken)

Рабочая фраза для внушения людям уверенности, на средневековом греческом это звучит солидно. Технически первая часть ἐχω λαλἠσαι примечательна тем, что это аналитическое будущее из глагола «иметь» + аористный инфинитива. Эту конструкцию позднее немного допилили и сделали нынешним перфектом.

Новогреческий перфект конструкция появляется в письменных текстах к концу XVII в. в центральных областях Балканского полуострова, северной материковой части Греции, причем, именно в тех регионах, где и сегодня распространен перфект (при том, что в большинстве диалектов греческого он отсутствует). Естественно было бы предположить влияние языковых контактов, но греческий — единственный язык Балканского ареала, который использует в перфекте инфинитивную форму. Предположительно, перфект заполнил морфологическую лакуну греческого языка и похоже, это произошло уже после образования греческого государства.
Так, автор одной из ранних грамматик Димитрий Дарварис отмечает: «Греческий язык не использует перфект, но вместо него использует аорист. Некоторые тем не менее сконструировали (εσύνθεσαν) перфект по образцу французского и итальянского, он используется простолюдинами (όχλος) и поэтами — “я написал” (έχω γράψει), “я прочитал” (έχω διαβάσει)».

Конструкция используется рядом поэтов времен Дарвариса с северо-востока Греции, такими как Виларас, выросший в Яннине, Хатзи-Сехретис, автор Жизнеописания Али-Паши Тепеленского, происходивший из Дельвины (Албания). Показательно, что данная форма отсутствует в языке Константинополя, она не засвидетельствована в фанариотской поэзии.