Сегодня «Илиада»:
τῷ σ᾽ αὖ νῦν οΐω ἀποτεισέμεν ὅσσα ἔοργας.
(гомеровский греческий оригинала)
Τώρα λοιπόν νομίζω ὅτι θά μοῦ πληρώσης ὅσα μοῦ ἔκαμες
(•перевод на Νεοελληνική Κοινή от Κώστας Δούκας)
Μα ήρθε η στιγμή που τα όσα μού 'καμες θαρρώ θα ξεπλερώσεις!
(перевод на Νεοελληνική Κοινή от Νίκος Καζαντζάκης)
Ты причинила мне боль и за это теперь мне заплатишь!
(перевод Шуйского)
В оригинале глагол ἔοργας – перфект от поэтического ἔρδω (делать, совершать) и делает отсылку к прошлому событию, результат которого имеет актуальность для говорящего на момент речи. То, что само действие (причинение боли) все-таки прошлое, то в поздних переводах на новогреческий его можно передать через аорист ἔκαμες без особого изменения значения.
τῷ σ᾽ αὖ νῦν οΐω ἀποτεισέμεν ὅσσα ἔοργας.
(гомеровский греческий оригинала)
Τώρα λοιπόν νομίζω ὅτι θά μοῦ πληρώσης ὅσα μοῦ ἔκαμες
(•перевод на Νεοελληνική Κοινή от Κώστας Δούκας)
Μα ήρθε η στιγμή που τα όσα μού 'καμες θαρρώ θα ξεπλερώσεις!
(перевод на Νεοελληνική Κοινή от Νίκος Καζαντζάκης)
Ты причинила мне боль и за это теперь мне заплатишь!
(перевод Шуйского)
В оригинале глагол ἔοργας – перфект от поэтического ἔρδω (делать, совершать) и делает отсылку к прошлому событию, результат которого имеет актуальность для говорящего на момент речи. То, что само действие (причинение боли) все-таки прошлое, то в поздних переводах на новогреческий его можно передать через аорист ἔκαμες без особого изменения значения.
❤2
В истории духа не может быть резких и строгих временных границ. Дух, а точнее язык, знает только постепенное изменение. Тут лучше избегать термина «развитие», наводящее на мысль о некой цели и объективных законах, что неизменно ведут язык к этой цели. Лучше всех об этом высказался Бодуэн де Куртенэ: другой («... Язык как общественное явление раз вития не имеет и иметь не может. Он может иметь только историю»). За более чем три тысячи лет существования греческого языка в нем не было революций, ни внезапных остановок, хотя некоторым языковедам и хотелось бы разделить историю греческого языка на непроницаемые отсеки и различные «греческие языки». Тем не менее, на протяжении долгой его истории мы можем осторожно выделить определенные тенденции и изменения на различных языковых уровнях, которые показывают, что язык изменился или начал меняться. Периодизаций немало и все они несовершенны, главным образом потому, что положить в её основу некий лингвистический критерий сложно, так как эти изменения очень постепенны и текучи. Приведём несколько:
Одна из периодизаций (от Chrys Caragounis) на иллюстрации.
Еще одна от другого грека (Γεώργιος Χρ. Σακελλαριάδης)
Αρχαία — с 15 века до н.э. по 330 год до н.э.
Αλεξανδρινή Κοινή — 330 г. до н.э. по 330 г. н.э. В целом, «александрийская койне», как красиво зовут её греки, просуществовала до времен Юстиниана, то есть до 600 года нашей эры.
Μεσαιωνικής — 3 го или 6 века года нашей эры до 18-го века нашей эры. Многие делят этот долгий период на два периода: византийский период, с 3 или 6 века нашей эры до 1453 года, и пост-византийский период, с 1453 по 18 век нашей эры.
Νεοελληνικής — с 19 века до сегодняшнего дня.
Третья (от Robert Crellin):
Микенский период (1400-1200 гг. до н.э.) архаический (охватывает эпические поэмы Гомера, записанные после восстановления письменности в C8/7 г. до н.э., но возникшие из гораздо более древней традиции устной поэзии, восходящей к бронзовому веку;
Классический греческий(C5-C4 до н.э.)
Постклассический (C3-й - C4-й вв. до н.э. - 6-й вв. н.э.)
И наконец, определение «постклассиче кий греческий (Ἡ μετακλασική ἑλληνικὴ) имеет и ещё более широкое определение (Rafiyenko and ISeržant) «вся совокупность устных и письменных разновидностей периода с 323 года до н.э. до 1453 года н.э.»
Этот период начинается с возвышения койне (Κοινὴ Ἑλληνική) во время распространения эллинизма в период македонского империализма и включает в себя более поздние римский и византийский периоды, выходящие за койне-период в принятом понимании. Затем начинается новогреческий (Νεοελληνική), в своей ранней стадии. При этом традиционный термин "древнегреческий" (Ἀρχαία Ἑλληνικὴ) применяется к периоду от Гомера до "конца койне", которое "кончается" где-то в ранневизантийский период
Одна из периодизаций (от Chrys Caragounis) на иллюстрации.
Еще одна от другого грека (Γεώργιος Χρ. Σακελλαριάδης)
Αρχαία — с 15 века до н.э. по 330 год до н.э.
Αλεξανδρινή Κοινή — 330 г. до н.э. по 330 г. н.э. В целом, «александрийская койне», как красиво зовут её греки, просуществовала до времен Юстиниана, то есть до 600 года нашей эры.
Μεσαιωνικής — 3 го или 6 века года нашей эры до 18-го века нашей эры. Многие делят этот долгий период на два периода: византийский период, с 3 или 6 века нашей эры до 1453 года, и пост-византийский период, с 1453 по 18 век нашей эры.
Νεοελληνικής — с 19 века до сегодняшнего дня.
Третья (от Robert Crellin):
Микенский период (1400-1200 гг. до н.э.) архаический (охватывает эпические поэмы Гомера, записанные после восстановления письменности в C8/7 г. до н.э., но возникшие из гораздо более древней традиции устной поэзии, восходящей к бронзовому веку;
Классический греческий(C5-C4 до н.э.)
Постклассический (C3-й - C4-й вв. до н.э. - 6-й вв. н.э.)
И наконец, определение «постклассиче кий греческий (Ἡ μετακλασική ἑλληνικὴ) имеет и ещё более широкое определение (Rafiyenko and ISeržant) «вся совокупность устных и письменных разновидностей периода с 323 года до н.э. до 1453 года н.э.»
Этот период начинается с возвышения койне (Κοινὴ Ἑλληνική) во время распространения эллинизма в период македонского империализма и включает в себя более поздние римский и византийский периоды, выходящие за койне-период в принятом понимании. Затем начинается новогреческий (Νεοελληνική), в своей ранней стадии. При этом традиционный термин "древнегреческий" (Ἀρχαία Ἑλληνικὴ) применяется к периоду от Гомера до "конца койне", которое "кончается" где-то в ранневизантийский период
👍5
Стоящая внимания страница из уже классической монографии «The phonemic system of the Attic dialect, 400-340 B.C by Teodorsson (далее его текст в кавычках, я же позволю себе лишь пару скромных маргиналий)
«Однако, тот очевидный факт, что язык может функционировать как с помощью фонематической или графической, так и любой другой системы, заставляет нас усомниться в том, что понятие "мертвый язык" можно считать адекватным, как его определяет Л. Ельмслев: "Под мертвым языком мы понимаем состояние языка, при котором произношение и, соответственно, фонетическая система остаются предположительными, гипотетическими...".
Тут Ельмслев даёт самое узкое и несколько необычное определение мёртвого языка из тех, что мне встречались, используя в качестве критерия гипотетичность произношения, не говоря прямо о критерии неиспользуемости подобного произношения нынешними носителями языка, что, конечно, при его определении является подразумеваемым, ибо если точное произношения неизвестно, проще говоря нет аудиозаписей того периода, то и знать совершенно точно, говорим ли мы с произношением того периода, невозможно и нам доступны лишь реконструкции, которые являются лишь более или менее правдоподобными гипотезами. Однако, критерий, Хемслева, где язык мёртв, так как фонетическая форма его бытия умерла, так как она неизвестна, не совсем удовлетворителен в тех случаях, когда мы знаем, как звучал язык, но так ныне уже не говорят, допустим нам доступны записи носителей того или иного языка, но так их уже не произносят, т.е. есть записи этак 150 летней давности, но так никто не говорит и следовательно, по критерию Ельмслева он жив, а по критерию используемости ныне — нет.
"Когда мы видим, что функция языка не зависит от существования фонематической системы, так же как и от существования графической системы, становится очевидным, что язык не следует называть "мертвым" до тех пор, пока его пользователи могут общаться с помощью одной из существующих систем проявления этого языка"
Это логично, если есть знаковая система и с помощью неё передаётся информация, то это может быть жестовый язык глухонемых, историческая хроника на аттическом диалекте или разговор двух энтузиастов "живой латыни" о погоде, то этот язык не мёртв, а все эти признаки, вроде "это должен быть родной язык, воспринимаемый от родителей естественным путём" (господа, давайте посмотрим правде в глаза, ваш русский язык, которым вы пользуетесь, чтобы прочитать это, а я чтобы написать, не "воспринят естественным путем", а является продуктом многолетней социализации в школе, универе и многих прочих местах, которые связаны с напряжённым обучением, а никак не само собой прилипшим навыком), также лингвистически слабыми являются критерии "на нём говорят" (на нём могут писать и этого достаточно, так как ни одна система функционирования языка не "лучше " другой и устная и письменная формы его равны), ни регистр, т.е. тезис "живой язык" это неформальный разговорный, а, например, письма византийца на аттическом диалекте, который адресат мог прочитать и даже, по некоторым свидетельствам, говорить подобным высоким стилем в определенных ситуациях, в которых этот стиль был уместен, это, мол, "мертвый", простите к лингвистике имеет мало отношения. Димотика не хуже кафаревусы и наоборот, одни коммуникативные ситуации не "хуже " других, знаковая система работает, информацию переносит, а остальное лирика и прочие социальные конвенции. Однако, это не значит, что древнегреческий язык «жив» в том смысле, что если сейчас писать некие тексты, даже успешно имитируя древнегреческую грамматику и лексику, то вы пишете на «древнегреческом». Это невозможно, т.к. язык это не совокупность форм, а то, что происходит в головах и между ними посредством этих языковых форм в определённом месте и времени, иначе говоря, древнегреческий язык мог быть только в Античности, а сейчас может быть New-Ancient Greek, т.е. современный язык использующий античные языковые формы.
«Однако, тот очевидный факт, что язык может функционировать как с помощью фонематической или графической, так и любой другой системы, заставляет нас усомниться в том, что понятие "мертвый язык" можно считать адекватным, как его определяет Л. Ельмслев: "Под мертвым языком мы понимаем состояние языка, при котором произношение и, соответственно, фонетическая система остаются предположительными, гипотетическими...".
Тут Ельмслев даёт самое узкое и несколько необычное определение мёртвого языка из тех, что мне встречались, используя в качестве критерия гипотетичность произношения, не говоря прямо о критерии неиспользуемости подобного произношения нынешними носителями языка, что, конечно, при его определении является подразумеваемым, ибо если точное произношения неизвестно, проще говоря нет аудиозаписей того периода, то и знать совершенно точно, говорим ли мы с произношением того периода, невозможно и нам доступны лишь реконструкции, которые являются лишь более или менее правдоподобными гипотезами. Однако, критерий, Хемслева, где язык мёртв, так как фонетическая форма его бытия умерла, так как она неизвестна, не совсем удовлетворителен в тех случаях, когда мы знаем, как звучал язык, но так ныне уже не говорят, допустим нам доступны записи носителей того или иного языка, но так их уже не произносят, т.е. есть записи этак 150 летней давности, но так никто не говорит и следовательно, по критерию Ельмслева он жив, а по критерию используемости ныне — нет.
"Когда мы видим, что функция языка не зависит от существования фонематической системы, так же как и от существования графической системы, становится очевидным, что язык не следует называть "мертвым" до тех пор, пока его пользователи могут общаться с помощью одной из существующих систем проявления этого языка"
Это логично, если есть знаковая система и с помощью неё передаётся информация, то это может быть жестовый язык глухонемых, историческая хроника на аттическом диалекте или разговор двух энтузиастов "живой латыни" о погоде, то этот язык не мёртв, а все эти признаки, вроде "это должен быть родной язык, воспринимаемый от родителей естественным путём" (господа, давайте посмотрим правде в глаза, ваш русский язык, которым вы пользуетесь, чтобы прочитать это, а я чтобы написать, не "воспринят естественным путем", а является продуктом многолетней социализации в школе, универе и многих прочих местах, которые связаны с напряжённым обучением, а никак не само собой прилипшим навыком), также лингвистически слабыми являются критерии "на нём говорят" (на нём могут писать и этого достаточно, так как ни одна система функционирования языка не "лучше " другой и устная и письменная формы его равны), ни регистр, т.е. тезис "живой язык" это неформальный разговорный, а, например, письма византийца на аттическом диалекте, который адресат мог прочитать и даже, по некоторым свидетельствам, говорить подобным высоким стилем в определенных ситуациях, в которых этот стиль был уместен, это, мол, "мертвый", простите к лингвистике имеет мало отношения. Димотика не хуже кафаревусы и наоборот, одни коммуникативные ситуации не "хуже " других, знаковая система работает, информацию переносит, а остальное лирика и прочие социальные конвенции. Однако, это не значит, что древнегреческий язык «жив» в том смысле, что если сейчас писать некие тексты, даже успешно имитируя древнегреческую грамматику и лексику, то вы пишете на «древнегреческом». Это невозможно, т.к. язык это не совокупность форм, а то, что происходит в головах и между ними посредством этих языковых форм в определённом месте и времени, иначе говоря, древнегреческий язык мог быть только в Античности, а сейчас может быть New-Ancient Greek, т.е. современный язык использующий античные языковые формы.
❤5
Эти языковые формы функционируют в совершенно иной языковой среде и мы не древние греки и в этом смысле «древнегреческий язык древних греков», тот самый аутентичный, мёртв и на нем нельзя сегодня говорить или писать и дело тут не в успешном следовании грамматическим правилам, а в том, что в одну реку нельзя войти дважды, а всё остальное фантазии любителей ролевых игр, к лингвистике имеющие мало отношения.
Вернёмся к тексту:
"Следовательно, я хотел бы предложить новое понятие "мертвого" языка со следующим определением:
—Язык является мертвым, если он не проявляет себя ни одной функционирующей лингвистической системой.
Если мы примем это определение, мы сможем назвать живыми языки, функционирующие только посредством графических систем, такие как латынь и древнегреческий, точно так же, как мы называем живыми современные языки, даже если они не имеют графических систем и функционируют только посредством своих фонемных систем. С другой стороны, мы с полным правом могли бы назвать такой язык, как минойский, мертвым языком, поскольку его графическая система (linear А) не даёт нам информации как читаемый текст, а посему мертва."
Вернёмся к тексту:
"Следовательно, я хотел бы предложить новое понятие "мертвого" языка со следующим определением:
—Язык является мертвым, если он не проявляет себя ни одной функционирующей лингвистической системой.
Если мы примем это определение, мы сможем назвать живыми языки, функционирующие только посредством графических систем, такие как латынь и древнегреческий, точно так же, как мы называем живыми современные языки, даже если они не имеют графических систем и функционируют только посредством своих фонемных систем. С другой стороны, мы с полным правом могли бы назвать такой язык, как минойский, мертвым языком, поскольку его графическая система (linear А) не даёт нам информации как читаемый текст, а посему мертва."
❤2
Сегодня «Илиада»:
ταῦτ᾽ αἰνῶς δείδοικα κατὰ φρένα
(гомеровский греческий оригинала)
Γι' αὐτά τρομερό δέος μέ πιάνει κατά φρένα
(перевод на Νεοελληνική Κοινή от Κώστας Δούκας)
Φόβος τρανός κρατάει τα φρένα μου,
(перевод на Νεοελληνική Κοινή от Νίκος Καζαντζάκης)
Сильно тревожится сердце моё.
(перевод Шуйского)
В оригинале δείδοικα — это перфект описывающий состояние говорящего в момент речи, кстати, большинство перфектов архаического греческого (т.е. ранее 5 в.д.н.э) были подобными resultative, описывая с непереходными глаголами состояние подлежащего, противопоставляя их anterior perfect, где completed past situations, but with relevance to the present/ завершенные события прошлого, но актуальные в настоящем.
ταῦτ᾽ αἰνῶς δείδοικα κατὰ φρένα
(гомеровский греческий оригинала)
Γι' αὐτά τρομερό δέος μέ πιάνει κατά φρένα
(перевод на Νεοελληνική Κοινή от Κώστας Δούκας)
Φόβος τρανός κρατάει τα φρένα μου,
(перевод на Νεοελληνική Κοινή от Νίκος Καζαντζάκης)
Сильно тревожится сердце моё.
(перевод Шуйского)
В оригинале δείδοικα — это перфект описывающий состояние говорящего в момент речи, кстати, большинство перфектов архаического греческого (т.е. ранее 5 в.д.н.э) были подобными resultative, описывая с непереходными глаголами состояние подлежащего, противопоставляя их anterior perfect, где completed past situations, but with relevance to the present/ завершенные события прошлого, но актуальные в настоящем.
❤2
ἄλλῃ καὶ ἄλλῃ προσέπιπτον — они атаковали тут и там (Флавий Арриан «Поход Александра»)
внимания стоит выражение ἄλλῃ καὶ ἄλλῃ — тут и там, там и сям, в разных местах.
внимания стоит выражение ἄλλῃ καὶ ἄλλῃ — тут и там, там и сям, в разных местах.
👍9
Как мне поведала на днях студентка отделения византийской и новогреческой филологии, они грызут Прокопия Кесарийского, историка 6 века после Р.Х. Помню я как-то шутил неуклюжую шутку, обыгрывая вопрос о том хронологически заканчивается древнегреческий язык: «Встречаются, однажды, в тёмной подворотне филолог-классик и магистр византийско-новогреческой филологии и спрашивают друг друга угрюмо: «Чей Прокопий?»
Битва при Прокопии где-то там водораздел и проводит.
Битва при Прокопии где-то там водораздел и проводит.
❤14🤔2👍1
В позднесредневековом греческом была разница между θέλω γράφειν — буду писать и θέλω να γράφω — хочу писать. Если вам нужно показать аспектуальную разницу, т.е. совершенный вид (напишу/ хочу написать), то прибегаете к аористному инфинитиву и сослагательному наклонению аориста соответственно. Как видите, схема проста и удобна в работе.
👍3
«Но чего ради мы учим этих чертовых.. простите.. мальчишек в итонских воротничках латыни и греческому? Ради их образования? Нет. Только ради того, чтобы чертовы мальчишки без итонских воротничков не знали латыни и греческого»
"Двое" Алан А. Милн
Преподавание классических языков в старой доброй Англии было отличительным признаком частных привилегированных школ, я прочитал у одного британского филолога начала прошлого века следующую шуточную сентенцию: "Тех кто умел писать стихи на греческом отправляли управлять колониями британской короны, тех кто умел писать стихи на латыни—отправляли на дипломатическую службу, ну а тех кто ничего не умел, оставляли на британских островах".
"Двое" Алан А. Милн
Преподавание классических языков в старой доброй Англии было отличительным признаком частных привилегированных школ, я прочитал у одного британского филолога начала прошлого века следующую шуточную сентенцию: "Тех кто умел писать стихи на греческом отправляли управлять колониями британской короны, тех кто умел писать стихи на латыни—отправляли на дипломатическую службу, ну а тех кто ничего не умел, оставляли на британских островах".
😁10
Для демонстрации отношения эллинистического греческого к пуристическому и димотике дан оригинальный текст Нового Завета (Иоанн 3:1-4) с параллельным переводом этого отрывка в виде перифразы Нонна пятого века нашей эры гомеровским греческим, кафаревуса середины девятнадцатого и Νεοελληνική образованного афинянина шестидесятых годов века прошлого.
👍7❤2
Сегодня Писание.
ὃς εὑρὼν ἕνα πολύτιμον μαργαρίτην ἀπελθὼν πέπρακε πάντα ὅσα εἶχε καὶ ἠγόρασεν αὐτόν (MФ-13.46)
Современная греческая версия:
Κι όταν βρήκε ένα πανάκριβο μαργαριτάρι, πήγε και πούλησε όλα όσα είχε και το αγόρασε —
Кафаревуса (Νεόφυτος Βάμβας 1850)
ὅστις εὑρὼν ἕνα πολύτιμον μαργαρίτην, ὑπῆγε καὶ ἐπώλησε πάντα ὅσα εἶχε, καὶ ἠγόρασεν αὐτόν.
В димотической версии 17 века (Μάξιμος Καλλιουπολίτης, 1638):
ὁ ὁποῖος, εὑρίσκοντας ἕνα πολύτιμον μαργαρίτην, ἐπῆγε καὶ ἐπούλησε ὅλα ὅσα εἶχε καὶ τὸν ἀγό ρασε.
Посмотрим на этот πέπρακε — перфект («продал»), который в классическом греческом, обычно, описывал состояние на момент речи и был именно настоящим временем*. Однако, он смотрится немного не на своём месте в контексте притчи, представляющей собой повествование из цепочки действий в прошлом: «который, найдя одну драгоценную жемчужину, пошел и продал все, что имел, и купил ее». Вероятно, что это свидетельство размывания границы между перфектом и аористом, где именно перфект стал «аористироваться» из-за ослабления семантики перфектной основы. В результате, в поздней Античности перфект практически перестал существовать в разговорном греческом (в литературе его продолжали использовать, но скорее как «красивый» аорист, ибо, похоже, его уже не ощущали как собственно перфект, лишь эстетски играя с пустой морфологической оболочкой) и возродился лишь в средневековье. В греческих переводах оригинала, как вы можете заметить, греками везде употреблён аорист.
Конечно, то, что традиционные грамматики называют "перфектом", не обязательно соответствует семантической категории "перфект" в других языках, примером чему может служить классический латинский перфект, который, в основном, используется как прошедшее время совершенного вида (т.е. аналог греческого аориста и в этом смысле можно сказать, что древнегреческий аорист начал «латинизироваться» в римские времена). Кроме того, стоит отметить, что древнегреческий язык имел в своем распоряжении перифрастические конструкции для выражения перфектного значения, в частности, «быть» и «иметь» в сочетании с причастием перфекта или аориста. Хотя в большинстве языков перфекты преимущественно выражаются перифрастически, но в древнегреческом языке такие конструкции остались на периферии глагольной системы.
*Οἱ χρόνοι οὗτοι διακρίνονται δὲ εἰς δύο ὁμάδας — времена эти делятся на две группы:
α΄) Βασικοὶ (ἢ κύριοι ἢ ἀρχικοὶ) χρόνοι (Ενεστώς, Μέλλων, Παρακείμενος) — первичные времена (Настоящее, Будущее, Перфект)
καὶ
β΄) Δευτερεύοντες (ἢ ἱστορικοὶ) χρόνοι (Παρατατικός, Αόριστος, Ὑπερσυντελικός) — вторичные времена (Имперфект, Аорист, Плюперфект)
ὃς εὑρὼν ἕνα πολύτιμον μαργαρίτην ἀπελθὼν πέπρακε πάντα ὅσα εἶχε καὶ ἠγόρασεν αὐτόν (MФ-13.46)
Современная греческая версия:
Κι όταν βρήκε ένα πανάκριβο μαργαριτάρι, πήγε και πούλησε όλα όσα είχε και το αγόρασε —
Кафаревуса (Νεόφυτος Βάμβας 1850)
ὅστις εὑρὼν ἕνα πολύτιμον μαργαρίτην, ὑπῆγε καὶ ἐπώλησε πάντα ὅσα εἶχε, καὶ ἠγόρασεν αὐτόν.
В димотической версии 17 века (Μάξιμος Καλλιουπολίτης, 1638):
ὁ ὁποῖος, εὑρίσκοντας ἕνα πολύτιμον μαργαρίτην, ἐπῆγε καὶ ἐπούλησε ὅλα ὅσα εἶχε καὶ τὸν ἀγό ρασε.
Посмотрим на этот πέπρακε — перфект («продал»), который в классическом греческом, обычно, описывал состояние на момент речи и был именно настоящим временем*. Однако, он смотрится немного не на своём месте в контексте притчи, представляющей собой повествование из цепочки действий в прошлом: «который, найдя одну драгоценную жемчужину, пошел и продал все, что имел, и купил ее». Вероятно, что это свидетельство размывания границы между перфектом и аористом, где именно перфект стал «аористироваться» из-за ослабления семантики перфектной основы. В результате, в поздней Античности перфект практически перестал существовать в разговорном греческом (в литературе его продолжали использовать, но скорее как «красивый» аорист, ибо, похоже, его уже не ощущали как собственно перфект, лишь эстетски играя с пустой морфологической оболочкой) и возродился лишь в средневековье. В греческих переводах оригинала, как вы можете заметить, греками везде употреблён аорист.
Конечно, то, что традиционные грамматики называют "перфектом", не обязательно соответствует семантической категории "перфект" в других языках, примером чему может служить классический латинский перфект, который, в основном, используется как прошедшее время совершенного вида (т.е. аналог греческого аориста и в этом смысле можно сказать, что древнегреческий аорист начал «латинизироваться» в римские времена). Кроме того, стоит отметить, что древнегреческий язык имел в своем распоряжении перифрастические конструкции для выражения перфектного значения, в частности, «быть» и «иметь» в сочетании с причастием перфекта или аориста. Хотя в большинстве языков перфекты преимущественно выражаются перифрастически, но в древнегреческом языке такие конструкции остались на периферии глагольной системы.
*Οἱ χρόνοι οὗτοι διακρίνονται δὲ εἰς δύο ὁμάδας — времена эти делятся на две группы:
α΄) Βασικοὶ (ἢ κύριοι ἢ ἀρχικοὶ) χρόνοι (Ενεστώς, Μέλλων, Παρακείμενος) — первичные времена (Настоящее, Будущее, Перфект)
καὶ
β΄) Δευτερεύοντες (ἢ ἱστορικοὶ) χρόνοι (Παρατατικός, Αόριστος, Ὑπερσυντελικός) — вторичные времена (Имперфект, Аорист, Плюперфект)
❤3🤔1
Ну, Яннарис, в этом случае, прав, ибо если, с одной стороны, некто утверждает, что современный греческий происходит от эллинистического койне, а не от классического греческого, а с другой, принимает никем ныне не оспариваемое положение, что койне происходит из классического, то у него логическая несостыковка. Происходит современный греческий от классического, как ни крути. Очень даже directly. Хотя можно зацепиться в тексте за это based и пытаться говорить, что речь не о «происхождении», а об «основанности на..», в смысле наличия большей близости койне к современному греческому, нежели аттическому, но это странное утверждение, ибо если какой-то то язык эволюционирует, то его более поздняя стадия ближе к современному его состоянию, недели более ранняя (браво, кэп!). Тогда уж говорите, что современный стандартный греческий образца 2022 года based directly на афинском греческом года 1922, уж точно не промахнетесь.
❤2😁1
Основным перфектом классического греческого был синтетический, но были и перифразы, например, так называемый σχῆμα Ἀττικόν или σχῆμα Σοφόκλειον. Этот софоклов перфект строится по схеме ἔχω+причастие аориста, таким образом один из самых известных перфектов в мире — фраза Пилата в Евангелии от Иоанна
ὃ γέγραφα, γέγραφα (Что написал, то написал) выглядел бы как:
ὃ ἔχω γράψας, ἔχω γράψας.
ὃ γέγραφα, γέγραφα (Что написал, то написал) выглядел бы как:
ὃ ἔχω γράψας, ἔχω γράψας.
❤4
В продолжение сегодняшней темы происхождения одного языка от другого трудно удержаться от Соссюра: "Я искренне рад, что самый выдающийся романист нашего времени, бесспорный глава нашей науки, который вот уже двадцать лет направляет все развитие филологии, г-н Гастон Парис посчитал небесполезным объявить беспощадную войну двум из наших самых обычных и с виду невинных оборотов речи. Во-первых, это выражение французский язык происходит от латыни, или же: такое-то слово, например chanter, происходит от латинского cantare. Французский язык не происходит от латыни, он и есть латынь, на которой говорят в определенную эпоху и в определенных географических границах. Слово chanter не происходит от латинского cantare, оно и есть латинское cantare. Подобным же образом мы могли бы утверждать, что французский язык, на котором мы говорим, происходит от французского языка Монтескье или Корнеля или что он происходит от французского языка Монтеня или Фруассара либо от французского языка "Песни о Роланде". Это, конечно, [банально], но поскольку все говорят, что наш язык есть французский язык Монтескье или "Песни о Роланде", то нет никаких оснований не говорить также, что он есть латынь Августа, латынь Плавта и латынь — как способ говорения - той доисторической эпохи, которая предшествовала латинскому способу говорения. Другое же образное выражение, над которым мы собираемся устроить экзекуцию вместе с г-ном Гастоном Парисом, - это выражение французский язык - сын латыни, или латынь - мать романских языков. Срeди языков нет ни сыновей, ни матерей, нет и никогда не было."
👍11