Первым из литераторов Запада, кто после многовекового перерыва обратился к изучению греческого языка и литературы, был Джованни Боккаччо . В 1360 г. Боккаччо пригласил во Флоренцию грека из Калабрии Леонтия Пилата и гордился, что первым из латинян (еx Latinis) услышал в своем доме «Илиаду». Боккаччо был инициатором собирания греческих рукописей и сетовал по поводу полного забвения языка великой литературы древности своими современниками: "Я потому сострадаю латинянам, что они совершенно презрели занятия греческим языком (greca studia), из-за чего мы сегодня уже не помним даже его букв"
Пригласив из Калабрии этого грека и поселив его у себя дома, он выхлопотал для Леонтия Пилата стипендию Флорентийского университета для работы над переводами «Илиады», «Одиссеи», Платона и других авторов. Так возникла первая в Европе кафедра греческой словесности и в конце века на ней появился уже настоящий римлянин–византиец и превосходный учитель Maнуил Хрисолор. До этого попытки учреждения подобной кафедры проваливались самым жалким образом и даже постановление Венского собора (1312) об учреждении в университетах кафедр греческого языка не помогло.
Важным является то, что даже при том, что греческая диморфия (наличие консервативного аттического языка наряду с разговорной идиомой) существовала и тогда, но в сознании итальянцев не было современной оппозиции "мертвый язык vs живой", они просто изучали один живой греческий, в котором просто существовали разные регистры речи, выполнявшие каждый свою функцию в рамках пользования языком его носителями.
В последующие века в мозги многих западноевропейцев впечаталась парадигма, которую в полемически заострённом виде можно сформулировать так: "древнегреческий язык — мертвый и не имеет никакой связи с современным греческим языком и последний даже не является "настоящим" греческим, а так, порченой и деградировавшей тенью былого величия, которую и изучать особого интереса и смысла нет".
Закончим тем, что приведём отрывок из воспоминаний знаменитого испанского филолога Francisco Abrados, где он касается темы греческой диморфии:
"В Европе языковая ситуация была иной: письменный и разговорный языки были в основном одинаковыми. Конечно, во многих регионах Швейцарии, Германии или Италии, например, существовало множество народных диалектов, на которых почти никогда не писали; ученые люди едва ли обращали на них внимание. Но в Греции существование этого народного языка удивило европейских путешественников, особенно, как я уже говорил, тех, кто думал, что знает греческий язык; они знали древнегреческий и обнаружили греческий, который был другим, по крайней мере, частично! Здесь позвольте мне привести некоторые личные воспоминания. Когда в 1952 году я, молодой профессор греческого языка, впервые приехал в Грецию, чтобы принять участие в 9-м Конгрессе византийских исследований в Салониках, резко столкнулся с этой реальностью. Помню, как возле Акрополя в Афинах я встретил туриста, который спросил меня по-гречески (конечно, на древнегреческом), как пройти к тюрьме Сократа: Ποῦ ἐστὶ τὸ δεσμωτήριον τοῦ Ζωκράτους; сказал он с немецким акцентом. Очевидно, он думал, что греческий язык Перикла все еще жив и что все говорят на нем. Но в любом случае вопрос можно было понять, и любой грек понял бы его. То же самое произошло и с рекламой кино: "Το μαστίγι τοῦ Ζορρώ", - говорили они. Для человека с классическим образованием, который обнаружил в слове "Ζορρώ" испанское слово, это было нечто удивительное! Так что это был другой греческий, но не очень сильно отличающийся от классического аттического. Хуже был мой опыт, когда однажды ночью, в Дельфах, радио не давало мне спать; это был министр финансов. Он говорил по-гречески, естественно, но я его не понимал....Вновь прибывший в страну человек мог воспринять греческую диглоссию с некоторым недоумением: он находил, но не находил в греческом языке улиц греческий язык древних Афин. Однако для грека все это был греческий, но в нем было два языка."
Пригласив из Калабрии этого грека и поселив его у себя дома, он выхлопотал для Леонтия Пилата стипендию Флорентийского университета для работы над переводами «Илиады», «Одиссеи», Платона и других авторов. Так возникла первая в Европе кафедра греческой словесности и в конце века на ней появился уже настоящий римлянин–византиец и превосходный учитель Maнуил Хрисолор. До этого попытки учреждения подобной кафедры проваливались самым жалким образом и даже постановление Венского собора (1312) об учреждении в университетах кафедр греческого языка не помогло.
Важным является то, что даже при том, что греческая диморфия (наличие консервативного аттического языка наряду с разговорной идиомой) существовала и тогда, но в сознании итальянцев не было современной оппозиции "мертвый язык vs живой", они просто изучали один живой греческий, в котором просто существовали разные регистры речи, выполнявшие каждый свою функцию в рамках пользования языком его носителями.
В последующие века в мозги многих западноевропейцев впечаталась парадигма, которую в полемически заострённом виде можно сформулировать так: "древнегреческий язык — мертвый и не имеет никакой связи с современным греческим языком и последний даже не является "настоящим" греческим, а так, порченой и деградировавшей тенью былого величия, которую и изучать особого интереса и смысла нет".
Закончим тем, что приведём отрывок из воспоминаний знаменитого испанского филолога Francisco Abrados, где он касается темы греческой диморфии:
"В Европе языковая ситуация была иной: письменный и разговорный языки были в основном одинаковыми. Конечно, во многих регионах Швейцарии, Германии или Италии, например, существовало множество народных диалектов, на которых почти никогда не писали; ученые люди едва ли обращали на них внимание. Но в Греции существование этого народного языка удивило европейских путешественников, особенно, как я уже говорил, тех, кто думал, что знает греческий язык; они знали древнегреческий и обнаружили греческий, который был другим, по крайней мере, частично! Здесь позвольте мне привести некоторые личные воспоминания. Когда в 1952 году я, молодой профессор греческого языка, впервые приехал в Грецию, чтобы принять участие в 9-м Конгрессе византийских исследований в Салониках, резко столкнулся с этой реальностью. Помню, как возле Акрополя в Афинах я встретил туриста, который спросил меня по-гречески (конечно, на древнегреческом), как пройти к тюрьме Сократа: Ποῦ ἐστὶ τὸ δεσμωτήριον τοῦ Ζωκράτους; сказал он с немецким акцентом. Очевидно, он думал, что греческий язык Перикла все еще жив и что все говорят на нем. Но в любом случае вопрос можно было понять, и любой грек понял бы его. То же самое произошло и с рекламой кино: "Το μαστίγι τοῦ Ζορρώ", - говорили они. Для человека с классическим образованием, который обнаружил в слове "Ζορρώ" испанское слово, это было нечто удивительное! Так что это был другой греческий, но не очень сильно отличающийся от классического аттического. Хуже был мой опыт, когда однажды ночью, в Дельфах, радио не давало мне спать; это был министр финансов. Он говорил по-гречески, естественно, но я его не понимал....Вновь прибывший в страну человек мог воспринять греческую диглоссию с некоторым недоумением: он находил, но не находил в греческом языке улиц греческий язык древних Афин. Однако для грека все это был греческий, но в нем было два языка."
Ἱκανῶς εὖ Ἑλληνίζετε - хорошо говорите по-гречески.
Второй диалог (смотри выше) из главы 20 учебника "Speaking Ancient Greek as a Living Language (Level One Student's Volume), базового учебника Polis института, где я когда-то начинал учить древнегреческий как живой язык.
К диалогу будет идти два аудиофайла (см. выше ☝️)
1) начитка от Polis с "восстановленным" произношением 2) начитка с современным живым произношением от носителя греческого языка.
Перевод:
Меня любят и меня ненавидят
Александр и Николя гуляют и разговаривают друг с другом на школьном дворе.
—У меня проблема [лит.: "я в беде"], Александр. Меня зажат с двух сторон, и я не могу понять, какой путь выбрать [дословно: "и я плохо вижу, что выбрать"]
-В чем проблема? -Я ненавидим Родой и любим Вероникой
-Что ты хочешь сказать, Николай? Что ты любим Вероникой? -Это серьезная проблема; на меня постоянно смотрят, наблюдают и следуют за мной. Она не оставляет меня.
Как странно, я не верю, что это так. Ты единственный в школе, кто не не ненавидим ею. А откуда ты знаешь, что тебя любят?
-У нее в сумке моя фотография. Каждый день фотография целуется Вероникой.
Александр оставляет его и идет к Филиппу
-Николая любят, Филипп, и ненавидят.
-Он счастливчик, Александр. А кем он любим?
-Удивительно. Вероникой.
-Она постоянно смотрит на него, наблюдает и следует за ним.
-Даже больше: его фотографию целуют...
-Она не чувствует его запаха? -... Но он ненавидим Родой. Так что у них серьезная проблема,
Николя, Бернике и Рода.
-Почему на нас никто не смотрит, не наблюдает, не преследует? -Тебя ненавидят, за тобой не следуют и тебя не любят, потому что ты не знаешь, как разговаривать с девушками. Не надо смущаться перед девушками.
Неизбежно быть и любимым, и ненавидимым: но одни хотят быть ненавидимыми, а их любят, а другие хотят быть любимыми, а их ненавидят.
Ἔχετε τὰ ἐρωτήματα; (у вас есть вопросы?)— вы всегда можете написать мне лично https://t.me/MikhailLinguist
Остальные главы по хештегу
#Polis_Ancient_Greek
Навигация по сообществу https://t.me/atticista/974
Второй диалог (смотри выше) из главы 20 учебника "Speaking Ancient Greek as a Living Language (Level One Student's Volume), базового учебника Polis института, где я когда-то начинал учить древнегреческий как живой язык.
К диалогу будет идти два аудиофайла (см. выше ☝️)
1) начитка от Polis с "восстановленным" произношением 2) начитка с современным живым произношением от носителя греческого языка.
Перевод:
Меня любят и меня ненавидят
Александр и Николя гуляют и разговаривают друг с другом на школьном дворе.
—У меня проблема [лит.: "я в беде"], Александр. Меня зажат с двух сторон, и я не могу понять, какой путь выбрать [дословно: "и я плохо вижу, что выбрать"]
-В чем проблема? -Я ненавидим Родой и любим Вероникой
-Что ты хочешь сказать, Николай? Что ты любим Вероникой? -Это серьезная проблема; на меня постоянно смотрят, наблюдают и следуют за мной. Она не оставляет меня.
Как странно, я не верю, что это так. Ты единственный в школе, кто не не ненавидим ею. А откуда ты знаешь, что тебя любят?
-У нее в сумке моя фотография. Каждый день фотография целуется Вероникой.
Александр оставляет его и идет к Филиппу
-Николая любят, Филипп, и ненавидят.
-Он счастливчик, Александр. А кем он любим?
-Удивительно. Вероникой.
-Она постоянно смотрит на него, наблюдает и следует за ним.
-Даже больше: его фотографию целуют...
-Она не чувствует его запаха? -... Но он ненавидим Родой. Так что у них серьезная проблема,
Николя, Бернике и Рода.
-Почему на нас никто не смотрит, не наблюдает, не преследует? -Тебя ненавидят, за тобой не следуют и тебя не любят, потому что ты не знаешь, как разговаривать с девушками. Не надо смущаться перед девушками.
Неизбежно быть и любимым, и ненавидимым: но одни хотят быть ненавидимыми, а их любят, а другие хотят быть любимыми, а их ненавидят.
Ἔχετε τὰ ἐρωτήματα; (у вас есть вопросы?)— вы всегда можете написать мне лично https://t.me/MikhailLinguist
Остальные главы по хештегу
#Polis_Ancient_Greek
Навигация по сообществу https://t.me/atticista/974
Telegram
Μιχαήλ
Преподаю древнегреческий и новогреческий языки.
Ἡ γλῶσσα αὕτη δὲν εἶναι θυγάτηρ τῆς παλαιᾶς Ἑλληνικῆς, ὡς ἡ Ἰταλικὴ τὴς Λατινικῆς∙ εἶναι ἡ ἰδία παλαιά, τῆς ὁποίας τὸ ἀπαράμιλλον κάλλος παρήλλαξεν ὀλίγον ὁ πολὺς χρόνος /Этот язык не является дочерью древнегреческого, как итальянский - латыни; это тот же древний язык, чью непревзойденную красоту время мало изменило.
Spyridon Trikoupis’ Ιστορία της Ελληνικής Επαναστάσεως
Пользуясь выходным днём, я перевел статью замечательного британского филолога 19 века John Stuart Blackie, новатора и борца с пыльной тухлятиной концепта "мертвого языка", говорящего о единстве греческого языка на протяжении всей его истории и той пользе, которую классические филологи найдут в изучении современного греческого языка.
https://link.medium.com/2D3X1MQbSgb
Spyridon Trikoupis’ Ιστορία της Ελληνικής Επαναστάσεως
Пользуясь выходным днём, я перевел статью замечательного британского филолога 19 века John Stuart Blackie, новатора и борца с пыльной тухлятиной концепта "мертвого языка", говорящего о единстве греческого языка на протяжении всей его истории и той пользе, которую классические филологи найдут в изучении современного греческого языка.
https://link.medium.com/2D3X1MQbSgb
Medium
О живом греческом языке и его пользе для классических филологов (John Stuart Blackie, 1853)
Перевод с английского Михаила Полякова
МФ-28.pdf
2.4 MB
ὅπου γάρ ἐστιν ὁ θησαυρός ὑμῶν, ἐκεῖ ἔσται καὶ ἡ καρδία ὑμῶν / ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше.
Двадцать восьмая и последняя глава Евангелия от Матфея в греческом оригинале с подстрочным переводом (+литературный). Выше дана аудиоверсия текста в двух вариантах произношения—эразмианском (prof. John Schwandt) и современном греческом (prof. Σπύρος Ζωδιάτης)
Остальные главы по хештегу ниже.
#Евангелие_греческое
Двадцать восьмая и последняя глава Евангелия от Матфея в греческом оригинале с подстрочным переводом (+литературный). Выше дана аудиоверсия текста в двух вариантах произношения—эразмианском (prof. John Schwandt) и современном греческом (prof. Σπύρος Ζωδιάτης)
Остальные главы по хештегу ниже.
#Евангелие_греческое
Курс грамматики древнегреческого языка. Все парадигмы озвучиваются, что помогает вам запомнить их и пользоваться в речи.
Сегодня начинаем третье склонение.
*(Ranieri использует восстановленное аттическое произношение эллинистического периода, которое он назвает Lucian Pronunciation)
Работайте с материалом, например, так:
прочитайте любую из парадигм склонения, слушая сопровождающую аудиозапись; делайте это столько раз, сколько необходимо, пока не почувствуете, что закрепили ее в кратковременной памяти.
Затем произнести по памяти устно любую из приведенных парадигм для данного склонения не менее 100 раз (растяните на несколько дней, может неделю другую, раскидав по кривой Эббенгауза)
Повторение засчитывается после того, как вы ознакомились с парадигмой и можете произнести ее вслух или записать почти идеально по памяти.
- Как только парадигма закрепилась в кратковременной памяти, подкрепляйте ее повторениями.
- Нагонять повторения можно путем:
- написания парадигмы от руки (при этом произнося слова вслух)
- устного проговаривания парадигмы вслух
- используя сопровождающие аудиозаписи для подсказки каждой формы, чтобы проверить вашу память, прежде чем вам будет предложен ответ, т.е. произнести её раньше, чем её проговорит диктор.
#грамматика_древнегреческого_языка
Сегодня начинаем третье склонение.
*(Ranieri использует восстановленное аттическое произношение эллинистического периода, которое он назвает Lucian Pronunciation)
Работайте с материалом, например, так:
прочитайте любую из парадигм склонения, слушая сопровождающую аудиозапись; делайте это столько раз, сколько необходимо, пока не почувствуете, что закрепили ее в кратковременной памяти.
Затем произнести по памяти устно любую из приведенных парадигм для данного склонения не менее 100 раз (растяните на несколько дней, может неделю другую, раскидав по кривой Эббенгауза)
Повторение засчитывается после того, как вы ознакомились с парадигмой и можете произнести ее вслух или записать почти идеально по памяти.
- Как только парадигма закрепилась в кратковременной памяти, подкрепляйте ее повторениями.
- Нагонять повторения можно путем:
- написания парадигмы от руки (при этом произнося слова вслух)
- устного проговаривания парадигмы вслух
- используя сопровождающие аудиозаписи для подсказки каждой формы, чтобы проверить вашу память, прежде чем вам будет предложен ответ, т.е. произнести её раньше, чем её проговорит диктор.
#грамматика_древнегреческого_языка
Чтение и перевод текста (номер прописан в названии аудио, сам диалог выше) из учебника Athenaze (британская версия).
Приложено два варианта произношения (смотри 👆 )
—реконструированное произношение эллинистического периода, названое Lucian Pronunciation (читает Luke Ranieri)
–современное греческое произношение (читает ваш покорный слуга и рекомендует его для всех, кто хочет учить древнегреческий как часть живого и развивающегося и ныне греческого языка).
-------
Перевод:
Когда Тесей собрался отплыть на Крит, отец говорит ему: "Я очень боюсь за тебя, сын мой; но все же отправляйся на Крит и убей Минотавра и спаси своих товарищей, а потом поспеши домой. Пока тебя не будет, я буду каждый день подниматься на вершину мыса, желая увидеть твой корабль. Но послушай меня: у корабля паруса (черные). Если ты убьешь Минотавра и спасешь своих товарищей, поспеши домой, а когда подойдешь к Афинам, сними черные паруса и подними паруса (белые). Так я узнаю, что ты в жив и здоров.
И вот Тесей говорит, что намерен послушаться отца, и уплывает на Крит. А Эгей каждый день поднимается на вершину мыса и смотрит на море.
Но когда Тесей, оставив Ариадну на Наксосе, спешит домой, он забывает слова отца, и он не убирает черные паруса. И вот Эгей узнает корабль, но видит, что у него черные паруса. И тогда он очень боится за Тесея. Он громко кричит и бросается со скалы в море и погибает. По этой причине море называется Эгейским
Учебник по ссылке https://t.me/atticista/563
#Athenaze_UK
Приложено два варианта произношения (смотри 👆 )
—реконструированное произношение эллинистического периода, названое Lucian Pronunciation (читает Luke Ranieri)
–современное греческое произношение (читает ваш покорный слуга и рекомендует его для всех, кто хочет учить древнегреческий как часть живого и развивающегося и ныне греческого языка).
-------
Перевод:
Когда Тесей собрался отплыть на Крит, отец говорит ему: "Я очень боюсь за тебя, сын мой; но все же отправляйся на Крит и убей Минотавра и спаси своих товарищей, а потом поспеши домой. Пока тебя не будет, я буду каждый день подниматься на вершину мыса, желая увидеть твой корабль. Но послушай меня: у корабля паруса (черные). Если ты убьешь Минотавра и спасешь своих товарищей, поспеши домой, а когда подойдешь к Афинам, сними черные паруса и подними паруса (белые). Так я узнаю, что ты в жив и здоров.
И вот Тесей говорит, что намерен послушаться отца, и уплывает на Крит. А Эгей каждый день поднимается на вершину мыса и смотрит на море.
Но когда Тесей, оставив Ариадну на Наксосе, спешит домой, он забывает слова отца, и он не убирает черные паруса. И вот Эгей узнает корабль, но видит, что у него черные паруса. И тогда он очень боится за Тесея. Он громко кричит и бросается со скалы в море и погибает. По этой причине море называется Эгейским
Учебник по ссылке https://t.me/atticista/563
#Athenaze_UK