Весьма наглядная карта, отражающая цели американо-израильских воздушных атак на территорию Ирана. Нужно отметить, что восточная и северо-восточная части страны по сей день недосягаемы для группировки вторжения. Кроме того, мы можем предположить, что по итогу Двенадцатидневной войны Иран провел передислокацию наиболее значимых военных активов именно в данные регионы, обеспечив их противовоздушную оборону стратегической глубиной.

В качестве дополнительного факта следует отметить, что в ходе Двенадцатидневной войны Израиль вывел из строя значительную часть иранских ракетных баз в западной части страны (там размещались устаревшие БРСД с ограниченной дальностью), однако не уничтожил их; в частности, речь идет о ракетных хранилищах. Высокоточные бомбы парализовали транспортные узлы данных объектов, но их содержимое оставалось сохранным. Стоит предполагать, что уцелевшее военное оборудование было изъято после расчистки и сейчас активно применяется по назначению.

@atomiccherry 💯

Про время, когда центр тяжести становится точкой уязвимости

Читаю пост прекрасного атомика и хочу его достроить немного другим примером.

Наблюдая за текущей турбулентностью, ловишь себя на мысли: единственная по-настоящему устойчивая конструкция в период нестабильности — децентрализованная.

Звучит как мантра криптоэнтузиастов, но если посмотреть шире, это чистая инженерия устойчивости. Любая система, где критически важные узлы стянуты в одну точку, обречена. Достаточно «купировать» центр — и периферия превращается в тыкву.

Особенно это видно на примере технологической инфраструктуры.
Представьте: все ваши данные, сервисы, управление городским хозяйством или логистикой завязаны на сервера в одном регионе, в одной компании, в одном дата-центре. Пока центр жив — всё летает. Как только случается коллапс (не важно, физический или административный), остальная страна выпадает в офлайн. Без связи, без денег, без карт.

Технологический монополизм — это та же самая централизация, и она так же хрупка.

Пример Китая (который многие привыкли видеть монолитом).

В Китае, где я прожил 4 года, очень четко осознали этот риск. Именно поэтому там культивируется внутренняя автономия регионов. Хотя бы посмотрите как децентрализовано производство 217 Китайских авто-брендов по стране.

Каждый регион старается быть самодостаточным, чтобы в случае перебоев с «центром» (будь то погода, политика или логистика) система не рухнула. Они строят не просто вертикаль, а горизонтальные связи. Это прагматичный подход к выживанию: если центр временно потерян, страна не перестает дышать.

К чему это я?

Мы привыкли думать, что круто, когда «всё в одном приложении». Удобно же, когда один техногигант закрывает все потребности. Но с точки зрения устойчивости — это катастрофа.

Самые надежные системы не те, у которых есть мощный центр, а те, у которых нет единой точки отказа. Где компетенции, производство и сервисы распределены. Где каждый узел может жить своей головой.

Количество (узлов, мощностей, игроков) в данном случае создает не свалку, а подушку безопасности. Качество же системы определяется тем, сможет ли она работать, если из нее выдернуть «главный процессор».

В мире, где дрон может залететь на кухню к конкретному лицу, хранить все яйца в одной технологической корзине — непозволительная роскошь.

Продолжая тему Второй Иранской войны, невозможно вновь и вновь не возвращаться к теме противовоздушной обороны Исламской Республики — или, как многие бы справедливо сказали, её отсутствия. Несмотря на десятилетия инвестиций в военную промышленность, Иран оказался фактически бессилен в вопросах войны в воздухе; единственными реально работающими инструментами в арсенале страны стали фортификации и стратегическая глубина.

Но чем вызвана подобная беспомощность — воздушной мощью противника? Слабостью собственного арсенала? Или, быть может, проблема лежит в иной плоскости — в самой специфике философии иранского военного строительства?

Как выглядит техническое состояние ПВО Исламской Республики на самом деле и на каких разработках базируются используемые Ираном системы? Как именно выглядела иранская идея воздушной войны, под какие условия она создавалась и почему оказалась недееспособной в реальной войне? Вы можете получить ответы на многочисленные вопросы, терзающие многие пытливые умы, ознакомившись с нашим новым материалом.

⏹️ Слепые стражи революции: реальное состояние противовоздушной обороны Ирана

Boosty: https://boosty.to/atomiccherry/posts/25993112-017e-4a7c-94bf-0cfabb772bc8

Patreon: https://www.patreon.com/posts/slepye-strazhi-152211753?utm_medium=clipboard_copy&utm_source=copyLink&utm_campaign=postshare_creator&utm_content=join_link

@atomiccherry 💯

Сегодня утром иранские беспилотники нанесли удар по международному аэропорту Нахичевани — и это событие уже успели окрестить как акт бессмысленной и необоснованной агрессии. Объяснить значение атак на монархии Залива, предоставляющих инфраструктуру для дислокации ВС США, можно. Но Азербайджан?..

В Сети можно встретить много конспирологии, связанной с темой тесных отношений Баку и Тель-Авива — но есть и крайне интересные факты. WikiLeaks в свое время опубликовали ряд любопытных документов, связанных с данным вопросом, и сегодня как никогда удачный момент, чтобы их вспомнить.

Речь идет о дипломатических телеграммах посольства США в Баку 07BAKU224 (2007 год) и 09BAKU297 (2009 год). Это не домыслы и не слухи, а официальные доклады американских дипломатов, направленные в Госдепартамент. Первая, к примеру, описывает встречу израильского посла Артура Ленка с американским послом, где обсуждались высказывания президента Алиева об Иране как о «загнанном диком животном», которое «не отступит перед санкциями». Впрочем, куда более занимательными в этих документах выглядят зафиксированные факты военного сотрудничества.

Согласно телеграмме 09BAKU297, Азербайджан и Израиль связывают отношения, которые сам Алиев метко сравнил с айсбергом — «девять десятых под водой». Обе страны рассматривают Иран как экзистенциальную угрозу безопасности, и именно это определяет глубину их взаимодействия. Телеграмма 07BAKU224 фиксирует наличие двух секретных соглашений о безопасности между странами, которые не подлежат публичному разглашению. Также приводятся следующие данные: помощник президента Алиева по безопасности Вахид Алиев выезжал в Израиль на встречи с замминистра обороны Эфраимом Снэ и с представителями «Моссад»; кроме того, и сам замминистра обороны Израиля лично посещал Баку для обсуждения темы Ирана.

Американские военные атташе в своих отчетах фиксировали следующие любопытные факты: по их сведениям, Азербайджан предоставлял для размещения израильских средств технической разведки собственные военные объекты вблизи границы с Ираном; кроме того, в Баку рассматривались варианты размещения израильских ударных самолетов (в контексте идущих сегодня боевых действий это означает кардинальное сокращение логистического плеча, что делает восточные провинции Ирана столь же уязвимыми, как и западные).

Безусловно, в настоящий момент у нас отсутствуют четкие факты, свидетельствующие о размещении израильских сил на территории Азербайджана — тем не менее, нельзя и отвергать такую возможность. Израиль на протяжении почти двух десятилетий использовал инфраструктуру данной страны в качестве удобного плацдарма для действий своей разведки — так что действия Ирана (если атака действительно совершалась Исламской Республикой) более чем обоснованы.

P.S.: Министерство иностранных дел Ирана опровергает факт нанесения удара и называет его провокацией, с чем вполне можно согласиться, учитывая, как странно он был спланирован и реализован.

@atomiccherry 💯

Сегодня через Ормузский пролив не прошло ни одного нефтяного танкера — СNN.

По данным S&P Global Commodities at Sea, переданным CNN, в среду ни один нефтяной танкер не прошёл через этот ключевой водный путь.

«Вы видите, как пролив фактически блокируется. Судам трудно как войти, так и выйти», — сообщил CNN представитель нефтяной отрасли.

По данным S&P, танкеры со сжиженным природным газом (СПГ) не проходили через Ормузский пролив с воскресенья.

@brieflyru
@rusbri

С новой Танкерной войной складывается крайне интересная история.

С одной стороны МИД Ирана убеждает, что пролив не блокируется. Китай всячески поддерживает данные заявления и требует обеспечения свободы судоходства (что кажется вполне логичным, учитывая заинтересованность Пекина в функционировании мировых транспортных артерий).

Но фактически попытки прохода через Ормузский пролив жестко пресекаются — за прошедшие Иран атаковал не менее 10 танкеров, которые пытались прорвать блокаду. По сути, данный логистический узел не функционирует.

С военной точки зрения данная ситуация выглядит крайне любопытно — да, США формально уничтожили ВМС Исламской Республики и сделали это предельно наглядным образом. Это неоспоримый тактический успех, но при этом стратегически они допустили колоссальный просчет, дав Ирану возможность создавать давление на мировой энергетический рынок и формировать непозволительные издержки для союзных Вашингтону стран Залива (судя по динамике событий я бы осторожно предположил, что янки в принципе не рассматривали такой сценарий, рассчитывая на обезглавливание иранского руководства и дальнейший распад вооруженных сил. Но что-то пошло не так).

Фактически, фактор истребления иранского традиционного флота де-факто никак не сказался на блокаде пролива — как можно наблюдать, она отлично поддерживается при помощи средств ассиметричной морской войны. Ирония ситуации может крыться и в том, что США, уничтожив иранский флот как централизованную структуру, усложнили себе задачу. Иранские операторы роботизированных вооружений, которые раньше были частью более-менее централизованной структуры, действуют как автономные партизанские отряды. Их сложнее отследить, сложнее уничтожить, и они продолжают делать своё дело, обеспечивая децентрализованную блокаду пролива.

P.S.: почему блокаду будет сложно прорвать, несмотря на количественное и качественное превосходство американо-израильских сил, можно понять, ознакомившись с нашими материалами о Войне в Красном море — открытой для всех читателей статьей и циклом текстов.

И, пользуясь случаем, напомню о большом и важном тематическом материале «Роботизация морской войны».

@atomiccherry 💯

Война против Ирана длится вот уже более недели, и мы можем осторожно приступать к фиксации некоторых закономерностей и формированию общей картины происходящего. На первый взгляд, американо-израильская коалиция доминирует: уничтожен иранский флот, уничтожено большое количество иранских военных объектов на северо-западе, западе и юге страны, а Тегеран ежедневно подвергается воздушным атакам. И все же это тактические успехи, которые едва ли способствуют реализации заявленных Вашингтоном стратегических целей — и откровенно не укладываются в первоначальные сроки проведения операции.

Иран несет потери — большие потери, — но и наносит их противнику. Анализируя обстановку комплексно, необходимо еще раз акцентировать внимание на важном факте, о котором мы писали еще в первые сутки боевых действий. Иран методично выбивает «глаза» американской противоракетной обороны в регионе. За неделю поражены РЛС СПРН AN/FPS-132 в Катаре стоимостью 1,1 миллиарда долларов, два радара AN/TPY-2 систем THAAD в ОАЭ и Иордании, а также ещё одна аналогичная станция на базе Принц Султан в Саудовской Аравии. Спутниковые снимки подтверждают эти данные. «Купол» ПРО над Заливом критически ослаблен — соответственно, у Ирана больше нет необходимости преодолевать его массированными пусками.

Сократив возможности региональной противоракетной обороны, иранцы получили возможность применять более дорогие, менее массовые и сложные оружейные системы по типу тяжёлых баллистических ракет «Хорремшехр-4» (с дальностью 2000 километров, полуторатонной боеголовкой и скоростью до 16 Махов). Например, более суток назад их целью стал аэропорт Бен-Гурион, где спутниковый снимок от 5 марта зафиксировал около 30 американских танкеров KC-135 и KC-46. Ракета задокументированно доставила полторы тонны взрывчатки и рассеяла её над стоянками самолётов, после чего началось самое интересное...

Американская компания Planet Labs экстренно ввела 96-часовую задержку публикации снимков над странами Залива, Ираком, Кувейтом и Израилем, «чтобы предотвратить анализ ущерба» — стоит ли говорить, что такие экстраординарные меры принимают, когда есть что скрывать. Вслед за этим в Израиле ещё больше ужесточен режим военной цензуры: запрещены прямые трансляции и показ городов во время атак (вплоть до прямого давления и противодействия на журналистов, что было отмечено персоналом BBC News).

Отдельного внимания заслуживает морская война. Атаки на танкеры продолжаются — фактически судоходство в одном из наиболее важных мировых транспортных парализовано, что прямо отражается на стоимости нефти, а также настроениях союзников США в регионе, которые ожидали очень короткой и победоносной кампании, но не войны на истощение, в которой они выступают в роли приоритетных целей для иранских самолетов-снарядов и баллистических ракет.

Американо-израильская коалиция демонстрирует превосходные возможности в поражении отдельно взятых военных целей, но определенно не выигрывает войну. США рассчитывали на молниеносный блицкриг и обезглавливание, но получили устойчивого, децентрализованного противника, который методично, день за днём создаёт непозволительные издержки. Американские военные планы смещаются «вправо» с невероятной скоростью: от нескольких суток они стремительно переместились в неопределенное «до сентября», и вот Дональд Трамп заявляет о «многих десятилетиях», пока Иран-таки не рухнет.

Война, очевидно, только начинается.

@atomiccherry 💯

Говоря про монархии Залива, стоит отметить один важный фактор сугубо военного содержания.

Ранее я неоднократно упоминал о том, что от ударов (по крайней мере, пока) преимущественно пострадали военные объекты на западе и юге Ирана — но восток и северо-восток, откуда происходит значительная масса ракетных запусков, остаются вне досягаемости ударной авиации коалиции. Аналогичная ситуация была и в ходе Двенадцатидневной войны 2025 года, и иранцы, конечно, извлекли из неё некоторые уроки, переместив наиболее ценные военные активы в удаленные провинции.

Резонно спросить, почему они изначально не выстраивали массив защищенной инфраструктуры именно на востоке, используя стратегическую глубину как пассивный инструмент противовоздушной обороны, не так ли? Проблема такого решения крылась в характеристиках ранних (и все еще наиболее массовых) моделей иранских баллистических ракет — производить атаки на Израиль с их применением было возможно исключительно из западных областей ИРИ. Как итог, в ходе прошлой войны фактически все ракетные базы были парализованы высокоточными ударами и выведены из эксплуатации. На ход боевых действий они влияния не оказали, но содержимое их уцелело... и, как мы можем судить, хотя бы частично было эвакуировано в восточные провинции (это объясняет, почему у Ирана до сих пор есть что запускать, несмотря на массированные удары коалиции).

Так вот, как это связано с монархиями Залива? Самым прямым образом. В текущей войне Иран в корне изменил тактику ракетных ударов — Исламская Республика больше не стремится атаковать Израиль (делает это предельно дозированно и точечно), но обширно атакует американские военные объекты и инфраструктуру стран Залива, стремясь сократить операционные возможности первых и подорвать ряд процессов мировой экономики путем давления на вторых.

И в данном случае недостаточная дальность иранских баллистических ракет уже не играет роли — её более чем хватает для поражения территории соседних государств. Даже при самых негативных военных сценариях Иран будет сохранять возможность атак на Эмираты, Катар и Оман, которые будут нести тяжелые последствия за решения, принятые в Тель-Авиве и Вашингтоне.

Ну и напоследок немного о политике. Заявление «не бить по окружающим Иран странам», которое сделал президент ИРИ Масуд Пезешкиан многими (в том числе людьми, которые позиционируют себя как экспертами в политологии!) было воспринято буквально — как обязательство. В действительности же это весьма изящный политический ход, который призван столкнуть интересы монархий Залива и Израиля: нет американских баз, закрыто воздушное пространство — нет ударов. Даст ли это какие-либо реальные результаты? Сомнительно, но боевые действия стремительно перетекают в кампанию взаимных ударов по инфраструктуре — и последствия таковой могут быть совершенно неожиданными.

P.S.: пока дописывал данный текст, пришла еще одна интересная новость, прямо связанная с его содержанием. Иранский удар повредил опреснительную установку в Бахрейне.

Война на истощение началась.

@atomiccherry 💯

Хотя в данный момент я бы не решился прогнозировать будущее Исламской Республики, но все же добавил бы к данному тезису некоторые собственные размышления.

В настоящий момент коалиция приступила к новому этапу боевых действий. Массив тактических успехов, связанных с поражением тех или иных военных целей, не привел к хоть сколько-нибудь значимому стратегическому результату — иранские власти сохранили контроль и управление, и не демонстрируют готовности к капитуляции. В подобных условиях американо-израильское руководство приняло решение приступить к структурному разрушению экономики ИРИ. Само собой, они добьются поставленных целей — незадолго до начала войны я давал обзор наиболее ценных экономических активов Ирана и писал об их географической уязвимости. К уже сказанному можно добавить и важный факт, вытекающий из опыта текущего конфликта — южные провинции Исламской Республики находятся в зоне полного доминирования ударной авиации коалиции, которая может или обеспечить захват острова Харк, или беспрепятственно разрушать нефтяную промышленность Ирана и инфраструктуру её экспорта. Никакой возможности препятствовать тому иранские вооруженные силы не имеют.

Естественно, это обернется масштабным гуманитарным и экономическим кризисом. Иранская экономика, и без того давно пребывающая не в лучшем состоянии, рухнет. И в подобных условиях самым крупным работодателем станут вооруженные силы — это естественная закономерность социологии войны. Выбор между голодной смертью и миской супа за военную службу всегда очевиден.

Будет ли это армия Ирана? Нет, полагаю. Иранская армия лишилась всех наиболее значимых военных активов и демонстрирует несостоятельность как организационная структура на фоне нынешних действий КСИР. Скорее всего, самым большим работодателем станет именно Корпус Стражей, который в скором времени будет вынужден не только вести боевые действия, но и обеспечивать жесткий контроль и порядок на улицах иранских городов, испытывающих продовольственный, топливный и инфраструктурный кризис. И для этого понадобится очень много людей.

Кроме того, нельзя отменять и фактор возможного наземного вторжения — и единственной здравой тактикой для иранцев в случае такого сценария станет техногерилья с превращением своих городов и населенных пунктов в оборонительные узлы. И это также требует массы человеческого ресурса.

Как бы то ни было, вопреки всем чаяния американского и израильского руководства власть и возможности КСИР будут только крепнуть — это неизбежно. Будучи по сути своей военно-гражданской структурой с высокой степенью автономии, Корпус Стражей обладает наибольшей организационной и боевой устойчивостью в условиях полномасштабного конфликта — и данная тенденция будет лишь демонстрировать усиление, которое возможно прервать только физической ликвидацией Исламской Республики.

@atomiccherry 💯

Контрпартизанская война, как известно, заслуженно считается одним из труднейших видов боевых действий. По иронии судьбы, доминирующая военная сила на планете — США — регулярно становится участником таких войн (в том или ином их изводе) вот уже лет 50 подряд, начиная от Вьетнама и заканчивая Афганистаном. Иронично и то, что во всех случаях эта ситуация неизменно трансформируется в ещё один труднейший вид боевых действий — асимметричную войну, — и в ней слабейший раз за разом доминирует над сильнейшим.

Уверенного превосходства в подобных конфликтах США так нигде и не достигли, и отовсюду были вынуждены уйти: последний самолёт из Сайгона словно перетёк в последний самолёт из Кабула. При этом для людей, увлечённых войной, такой тип боевых действий представляет собой настоящее интеллектуальное пиршество, потому что даёт широчайший простор для анализа тактик с обеих сторон: специфики применения передовых вооружений, циклов принятия решений, противопоставления централизации и децентрализации и так далее. США остаются одним из главных источников бесценного материала для аналитики, который потом годами перерабатывается — в том числе и в самой Америке. Какие-то уроки из него извлекаются, какие-то — упорно игнорируются.

В последние недели мы стали свидетелями любопытного парадокса, на который с первого взгляда сложно найти ответ. Первый удар по Ирану был нанесён блистательно — он проработан не менее качественно, чем удар по Венесуэле, если не выше. Фактически, традиционные иранские вооружённые силы были уничтожены в первые сутки боевых действий: уничтожено всё, что хоть отдалённо напоминало централизованную систему, — от верховного командования до системы ПВО (впрочем, довольно специфической) и классических военно-морских сил. В Белый дом рекой полились закономерные победные рапорты о том, как режим пал и вот-вот будет заключён мир. Однако что-то пошло не по плану. Арабские союзники США подверглись выматывающим волнам бомбардировок, которые и не думают прекращаться, а главное — силы КСИР успешно взяли под контроль Ормузский пролив и до сих пор удерживают его, блокируя перевозку 80% мирового трафика нефти. Неудивительно, что после нескольких дней отчаянных попыток что-то с этим сделать Дональд Трамп запросил помощи у НАТО (в которой ему отказали), его риторика стала совершенно невнятной и взаимопротиворечивой (версии колеблются от войны на много месяцев до победы, которая уже настала), а US Navy совершает серию необъяснимых манёвров, отводя авианосные ударные группы с театра военных действий.

Разумеется, эта ситуация обязана быть изучена, и далее мы предпримем попытку разобраться с этим парадоксом: как вышло так, что американская армия в очередной раз получила довольно болезненный щелчок, при этом формально победив в первый же день? И есть ли методы выхода из этого кризиса?

⏹️ Предварительный анализ Иранской кампании: централизация, оверинжениринг и предел информационной сложности против техногерильи КСИР (статья доступна для чтения всем желающим)

Boosty: https://boosty.to/atomiccherry/posts/e14ffc7d-38a5-477a-8b35-74b185dbb76c

Patreon: https://www.patreon.com/posts/predvaritelnyi-i-153510400?utm_medium=clipboard_copy&utm_source=copyLink&utm_campaign=postshare_creator&utm_content=join_link

@atomiccherry 💯

Разговоров про различные автоматизированные системы обработки данных (экспертные системы, нейросети и пр.) в наши дни стало невероятно много, но в массе своей они представляют собой не более чем пересказ рекламных буклетов о продукции той или иной компании. Все впечатлены возможностями подобных технологий и сосредоточены на них, но мало кто касается самого, пожалуй, важного вопроса: какова их реальная работоспособность и функционал? Какими ограничениями они обладают, если отстраниться от идеализированной картины, которую рисуют нам презентации технократов и вторящих им журналистов?

Для каких типов войны подходят данные системы?

Текст, опубликованный выше — первый из многих выводов, которые мы можем вынести из реального опыта боевого применения высокотехнологичных систем автоматизированной обработки данных и планирования задач. Но далеко не единственный — и мы ещё не раз будем касаться данной темы в дальнейшем.

@atomiccherry 💯

Предыдущая статья о потенциальных пределах сетецентрической войны США с Ираном подводит нас к логическому завершению рассказа о стелс-технологиях и, пожалуй, самой противоречивой вершине мирового авиастроения — программе F-35. Весь цикл уже готов и скоро будет опубликован полностью, а пока представляем вашему вниманию материал, посвящённый базовым возможностям этого неординарного самолёта.

Совпадение удивительное: мы заканчиваем этот рассказ в тот самый момент, когда можем в реальном времени сверять теорию с практикой. Сейчас F-35 впервые используется с такой интенсивностью — и именно в связке с тем, для чего он создавался: авианосной ударной группой во главе с не менее скандальным «Джеральдом Р. Фордом». Чрезвычайно поучительно сравнивать концептуальные идеи, заложенные конструкторами, с их реализацией и, главное, с реальным влиянием самолёта на ход кампании. С каждым днём объём новых данных растёт, и мы продолжим их анализировать, параллельно публикуя материал о том, как работа F-35 задумывалась в теории, с какими проблемами столкнулась на практике и с каким багажом USAF подошла к текущей войне.

⏹️ Технология «стелс» (часть XVII): F-35 — истребитель эпохи цифровых войн

Boosty: https://boosty.to/atomiccherry/posts/111f2cca-373b-4eeb-8afa-1a3f47ec5562

Patreon: https://www.patreon.com/posts/tekhnologiia-f-153722789?utm_medium=clipboard_copy&utm_source=copyLink&utm_campaign=postshare_creator&utm_content=join_link

@atomiccherry 💯

Несколько дней назад подразделение противовоздушной обороны КСИР смогло поразить американский истребитель F-35 Lightning II. Это событие вызвало закономерный ажиотаж, итогом которого стала масса далекоидущих, но совершенно лишенных какой-либо экспертности и профессионализма выводов. Например, о якобы «неуязвимости» зенитно-ракетных комплексов, использующих наведение по мультиспектральной оптико-электронной системе; в представлении комментаторов, отсутствие активного излучение равнозначно абсолютной маскировке, а значит может успешно и на регулярной основе применяться против самолетов пятого поколения в условиях их полного господства в воздухе.

Проблема такого подхода состоит в полном непонимании всего спектра возможностей военного хай-тека, сосредоточенного внутри корпуса F-35. Данный самолет оснащен передовой 360-градусной оптической и инфракрасной системой наблюдения Distributed Aperture System (DAS), способной буквально засечь вспышку пистолетного выстрела на расстоянии в 10 км. Вспышка же запускаемой зенитной ракеты засекается ею без каких-либо вариантов. Пропустить её невозможно технически.

Тем не менее, истребитель был поражен — и из этого определенно можно делать выводы. Но лежат они в абсолютно иной плоскости.

«Стелсы» уязвимы, но их уязвимость заключается прежде всего в самой концепции боевого применения. Вокруг каждого самолета и каждого боевого вылета выстраивается сложнейший контур информационного обеспечения, состоящий из десятков терабайт данных (буквально). Безупречная эффективность этого типа средств воздушной войны кроется прежде всего именно в высококачественной разведке и детальном планировании — и это работает.

Но не в условиях техногерильи, когда война представляет собой набор внезапных маневров, засад и концентрированной партизанской войны с опорой на современные оружейные технологии.

TBMCS и другие системы планирования миссий не умеют предсказывать засады. Они создавались для войны с предсказуемым противником в лице регулярных войск. Враг, который прячется в горах, ведет огонь с замаскированных под гражданскую технику пусковых установок для этих систем — terra incognita. Подобная война требует прежде всего отработанных навыков, подготовки и скорости реакции от самого пилота.

F-35 уже совершили тысячи боевых вылетов в зонах, насыщенных средствами ПВО. Один повреждённый борт на этом фоне — это не системный провал американской авиации, но очень, очень скромный тактический успех Ирана... который, впрочем, продемонстрировал уязвимость даже самой передовой техники при наличии определенных условий.

@atomiccherry 💯

Проблема заключается в том, что в этой истории куда больше сторон — далеко не только США и Иран.

Израиль уже дал более чем красноречиво дал понять, что американская «победа» им в качестве таковой не рассматривается.

Кроме того, я бы не рассматривал попытку США установить режим прекращения огня никак иначе, кроме как желание получить дополнительное военное преимущество. Пентагону необходимо время на изменение бомбардировочной стратегии (очевидно, что текущая далека от совершенства), стягивание дополнительных сил в регион (прежде всего для проведения наземных операций как минимум ограниченного характера) и решение части технических проблем, связанных с системами автоматизированной обработки разведывательных данных и управления.

Для Ирана подобная передышка обернется лишь кратным ухудшением стратегической обстановки (в том числе внутри страны). Весьма любопытно посмотреть, понимает ли это текущее руководство Корпуса стражей.

@atomiccherry 💯