Марина:

2 июля состоялся блестящий спектакль-видеопоказ Артема Томилова и Павла Дорохова "Настройщик". Я в восторге. И несмотря на то, что спектакль шел два часа и мы смотрели вроде как запись спектакля – два часа запись спектакля! – это можно было смотреть и пять часов – так это было круто.

Ну, во-первых, это дико смешно. Во-вторых, это… это было дико смешно, в общем это было сочетание стендапа, автофикшна, перформанса и производственной драмы, а у меня слабость к этому жанру. И это было… дико смешно.

И наконец, важно, как это сделано. Как написано в анонсе, Артем Томилов и Павел Дорохов поставили этот спектакль в Питере и там это был сайт-специфик, потому что история рассказывается в самой мастерской по настройке и реставрации пианино «Камертон», о чем, сексуально понижая голос, сообщает мастер по настройке музыкальных инструментов Павел Дорохов, он же автор, он же актер, рассказывающий про себя, про автора, про актера, про настройщика, про художника, перформера и музыканта.

Вот почему они придумали форму видеопоказа. Но это была не просто трансляция спектакля, а именно спектакль. Рассказчик и режиссер время от времени появлялись на сцене, останавливали видео, реконструировали творческий процесс, комментировали спектакль, и не только словами, но и телесно, если можно так сказать, один раз очень телесно!

Но внимание держалось вовсе не байками и шутками, как принято в стендапе (если я не ошибаюсь – я не большой знаток этого жанра). А даже наоборот, в какой-то момент, Рассказчик (Настройщик) прервал сам себя на видео, где собирался рассказать вторую байку про китайцев, чтобы не впасть в пресловутый нарратив, потому что «твоя жизнь не (сраная) история» (Саймон Кричли). При этом спектакль держит внимание, потому что драматургически он безупречен: в нем есть начало, середина и конец. В нем есть авторское высказывание – для чего это все здесь и сейчас происходит и о чем.

А это история о том, как молодой человек из Омска хочет стать актером, музыкантом, художником, а становится настройщиком, но жизнь продолжается и, подключая нас, зрителей, к своему кризису идентичности, автор истории говорит и нам: да, время идет быстро, всё меняется, но жизнь продолжается, и я тоже продолжаюсь.

реальность — это непрерывный процесс становления. мы захотели внимательнее посмотреть на себя как на часть этого всеобщего процесса и стали грезить проектом, который станет «лабораторией отношений» внутри команды, — мы окунулись в процессуальный театр.

в основу легло документальное исследование прошлого и настоящего театра место д…, которое, в свою очередь, превратилось в самоисследование для всех участниц и участников. документы прошлого встали в один ряд с событиями, произошедшими с нами во время производства проекта. всё смешалось и стало драматургией. это спектакль о том, как мы делаем этот спектакль, о том, что понимаем и чувствуем, пока его делаем, о том, чего хотим друг от друга и от жизни в целом. это добрый спектакль, видящий боль, и понимающий, что без неё порой никак, но она не обязана становится концом.

проект не репетировался в классическом понимании, он вырастал, проявлялся ото дня ко дню, чтобы 27 октября мы предъявили не результат сборки, а промежуточно схваченный эфир наших чувств и поисков совместности. названия у спектакля нет, потому что оно не родилось, видимо, было незачем, видимо, название могло стать ограничивающими берегами. поэтому мы просто называем его «спектакль ко дню рождения».

возможно ли такое повторить? да! несмотря на текучесть и заостренность на здесь и сейчас, спектакль может быть повторен. для этого его нужно насытить новой актуальной реальностью. если посмотрите спектакль повторно, то увидите как структура наполняется заново, напрямую отражая то самое непрерывное становление бытия.