Липкость все ещё ощущается, а ткань на теле начала терять мягкость, поддавшись свёртыванию крови и постепенно застывая.
— Эй, кис.. кис, подожди. Взгляни сюда. Ты ведь тоже это видишь, да? Вон там. Это… это такой бред, согласись, Эйвери. Мне столько тебе нужно расказать, я.. — Чуть охрипшим голосом зовет шатенка знакомую, потянувшись к ней. Опираясь на холодную поверхность, девушка поднимается не сводя обеспокоенного взгляда с Дакоты. Ноги подкашиваются и дрожат от усталости и острой необходимости в спокойствии и отдыхе. Наблюдая как та, чуть вздрогнула и сменила положение. Астория хотела продолжить поток мысли, лишь бы заглушить панику, которая разливается по телу. Но её прерывают.
— Что ты несёшь? Гринграсс, какого черта? — Возмущённо и слишком грубо отзывается блондинка. Презрительный взгляд окатывает ледяной водой дрожащую змею. Она не узнает её. Откуда столько гнили на губах? Это не та Эйвери с которой она провела зимние каникулы.
— Кис, ты.. Неужели не видишь? Тут надпись, кровь и.. что у тебя с вещами? — С нескрываемым интересом спрашивает шатенка, не сводя пристального, почти хищного взгляда с когтевранки. Та одаривает ведьму ещё одним презрительным взглядом и цокнув удаляется.
— Совсем из ума выжила? Нет тут ничего.
Нет? Как нет? Но вот же. Чертова надпись. Кривая и с разводами. Или.. Нет, не может быть. Мир рухнул вместе со словами однокурсницы. Внутри словно все оборвалось.

" 𝐁𝐫𝐮𝐜𝐢𝐚 𝐜𝐨𝐧 𝐦𝐞 — Сгорай со мной. "

– You love him, don't you?
– No, of course not. We're not even friends.
– You're lying, Greengrass.
– …I miss him.

Они были связаны судьбой. Им было предначертано встретится, но не суждено принять свою историю. Слишком глубокое чувство вновь рвется наружу спустя годы разлуки. Астория не справляется с тоской по тому, кого должна ненавидеть всем сердцем.
Каждый со своим прошлым, с изувеченным сердцем. В настоящем тоже было не мало забот в которых им пришлось тонуть. Не оставалось сил и возможности взглянуть правде в глаза и отбросить гордость. Обречены вгонять себя в рамки из-за собственной глупости. И никто никогда не перешагнет через себя, чтобы исправить это. Они будут долго врать другу другу, а когда поймут? Когда та крошечная связь будет на грани исчезновения. И сколько бы времени не утекло ничего не изменится. В каждой истории будет единый конец.

        …How deep is your love?

      Ненависть росла и процветала в её груди с самого детства. Но была ли это ненависть к нему или к расположению их судеб? Она была обещана ему ещё задолго до того, как будет выпущено официальное заключение помолвки.
Астория знала его слишком хорошо, слишком долго. Проводила летние вечера наблюдая за своей сестрой и белокурым мальчиком, пока те вместе находились в саду. Чета Малфоев была частым гостем в поместье Гринграсс. Ради Дафны, но не ради Астории. Такая ли уж большая разница в два года? Как оказалось — да. До шестилетнего возраста Асти ходила за ними хвостиком, пытаясь поспеть за ними и влиться. Сестра относилась нейтрально и терпеливо к её обществу. Малфой? Не стесняясь демонстрировал непринятия этого недоразумения рядом. Вскоре младшая Гринграсс перестала проявлять интерес к их общению и отдалилась настолько, насколько это было возможно.
Очередной знойный вечер в заходящих лучах солнца. Астория привалилась к окну, наблюдая как две фигурки идут обратно в дом. Руки мягко и скучающе сложены на белоснежном подоконнике, лоб касается теплого стекла. Драко и Дафна. Асти все чаще и чаще стала наблюдать за ними со стороны. Слез не было, лишь тихое принятие своего одиночества. Реакция шла вразрез с её возрастом и привычным темпераментом. С самого своего рождения шатенка была импульсивным ребёнком. Юная Гринграсс все чаще и чаще проявляла свою капризность и требовательность, а с ростом и приближению к более осмысленному возрасту приобрела полезный навык — изворотливость. Астория затаила долгую обиду на них, сама того не осознавая. В этом и была её тишина. В принятии и осмыслении положения дел.
Шли годы и от той маленькой девочки не осталось и следа. Ведьма взрослела не только телом, но и ментально. Первоосновой её душевных устремлений становится желание к высоким оценкам со стороны отца, нежели чувство безопасности. Ожесточённые споры являлись отдушиной для её вспыльчивой натуры. Юная Гринграсс росла красавицей не отставая от Дафны. Темные локоны стекали водопадом по изящной линии спины, ловя свет от свечей в коридоре Хогвартса.

        …Страх порождающий желание, которое закипает под поверхностью кожи.

Уже давно время подходило к концу последнего занятия на сегодня. Старинные коридоры освещались слабым светом огненных факелов. Астория тихо расхаживала по проходам, постепенно надвигаясь в сторону лестницы, ведущей на Астрономическую башню. Ей было необходимо спокойствие, пока приходилось старательно прогуливать лекцию. Иногда она включала Люмос на своей палочке, тем самым освещая дорогу и мешая картинам отдыхать. Уже подходя к ступенькам, Гринграсс услышала громкие шаги. Тяжелая поступь имела свой собственный ритм, который Асти запомнила слишком хорошо за годы совместного существования. Малфой.
— Ты должна быть лекции, а после на отработке. Какого хрена ты шаришься по коридорам, Гринграсс? — Вызывающе окинув её взглядом спросил юноша. Ему не было до этого дела, кристально плевать на неё и на её существование. Но все же он помнил её задолжности по учёбе, почти машинально делая пометки.
— С каких пор тебя волнует это? Иди за Дафной следи, блондинки должны держаться вместе. Не изменяй своим привычкам. — Тут же огрызнулась шатенка, разворачиваясь чтобы продолжить путь. Но ледяная ладонь быстро сжимает тонкий девичий локоть разворачивая к себе лицом. Легкий, почти неощутимый укол боли скользнул по фарфоровой коже слизеринки. Астория дернулась почти в жалкой попытке высвободится из его хватки. Каждый день разная динамика, граничущая от холодного игнорирования до подобных стычек. Напряженный взгляд впился в девичьи глаза. Но в тоже время что-то странно тянуло её к нему. От этого грубого, почти угрожающего голоса у ведьмы подступил ком к горлу. Отвращение, верно? Нет, что-то иное клубилось в груди. Его запах сжигал её изнутри порождая совершенно не те мысли.
— Ревнуешь? Хватит играть со мной, Гринграсс, — низкий хриплый голос донёсся до змеи.

      — Ты считаешь это игрой, Малфой? — в голосе звучала злость, — Думаешь, мне нравится стоять здесь и выслушивать твои обвинения? Думаешь, я наслаждаюсь этим «допросом»? Отвяжись от меня.
Драко схватил её за подбородок, заставляя посмотреть в глаза, и притянул к себе. Губы накрыли другие с такой резкостью, что Гринграсс на мгновение опешила. Первым побуждением стало оттолкнуть его, ударить по груди.. хоть что-то предпринять. Но вместо этого сердце, которое билось где-то в горле, оно жаждало большего. Она чувствовала, как постепенно начинает терять самообладание. Ответив на поцелуй, девушка притянула его ближе. Ей хотелось, чтобы он был как можно ближе, словно её тело не могло существовать без этого. Годы отстранения и тихой ненависти таяли под каждым касанием его губ напротив её. Глухой стон ударил молотом по сознанию Малфоя, и он отстранился. Два прерывистых дыхания сплетались в одно, говоря о продолжении.
— Заткнись, Малфой. Не говори ни слова. — Её тошнило от себя, от этой ситуации, от этого неконтролируемого порыва. Его рука продолжала сжимать локоть, пока вторая сместилась к её талии притянув ближе. Их положение было несносным и удручающим. Взаимная ненависть к друг-другу. Вечная погоня и игра в кошки-мышки.
— Ты боишься? — Прозвучал его голос, который едва был громче шёпота. Прямо в губы, почти не отрываясь. Вопрос повис в воздухе. Ведьма не могла переступить через свою гордость и ответить. Губы последний раз скользнули навстречу его собственным, теперь уже чуть мягче. Затем шатенка оттолкнула его от себя и, не говоря ни слова, удалилась. Куда? На занятия.
Так было всегда. Дальше они не заходили. Не хотели. Или может.. боялись?

| #𝐒𝐨𝐥𝐢𝐭𝐮𝐝𝐢𝐧𝐞 — Tormento. "

Я сопротивляюсь искушению воспользоваться маховиком, чтобы вновь ощутить его присутствие рядом. Болезненное ощущение в груди заполняет моё тело. Это излечимо?

| #𝐒𝐜𝐡𝐞𝐠𝐠𝐢𝐚 — Vai in fondo. "

Паранойя — психическое расстройство, которое порождает недоверие, подозрительность, манию преследования и ощущением постоянной угрозы.

Она была воплощением хаоса. Тихой, но несущей непоправимые разрушения. Все мысли, слова, все её действия. Одержимость.
Порой ведьму поглощают весьма мрачные мысли. Которые иногда пугают и заставляют ужаснулся собственной натурой. Постепенно её охватывает тревога. И что самое ужасное, так это незнание. Астория понятия не имеет, что ей с этим делать.
До глубины души и до кромки головного мозга. Все в ней испорчено.

        « 23 ноября 1997 года. »

Этот год перевернет её жизнь и разделит на «до» и «после».
В самую пасмурную погоду девушка обращается к своим воспоминаниям, хватаясь за них, как за спасательный круг. Отголоски светлого прошлого наполняют легкие девушки с каждым вздохом. Записи излучают тепло и пронизывают насквозь, обращая её в самую цветущую пору своей жизни.

Кончики пальцев пробегаются по страницам, ощущая мягкость страниц и нежность оставленных памятных вещей.
      Рыба начинает гнить с головы, человек с сердца. Избавить рыбу от гниющей части проще, чем человека. Молитвы и обращение к Господу не приведут к спасению, а лишь к большей утрате. С каждым днем она сталкивалась с большей гнилью, чем когда-либо раньше. Розовые очки вдребезги слетели с ангельского личика, грубо выплевывая девушку в суровую реальность. Солнечные дни остаются тусклым воспоминанием, а записи обрываются на полуслове, не в силах донести свои чувства и боль.
Гостиная Слизерина скрыта на дне Черного озера, куда заведомо никогда не проникает солнце. За толстыми магическими стеклами окон кипит подводная жизнь. Бездна. Вместо звезд студенты привыкли видеть проплывающие щупальца гигантского кальмара и прочей нечисти. Нужно ли упоминать о том, как часто в просветах мелькают сирены? Они любопытны в своей природе и с особым интересом изучают слизеринцев. Под толщей воды песни подводных нимф превращаются в чарующее эхо, сопровождающее тихую жизнь среди учеников змеиного факультета.
Астория была частым гостем возле окон, черпая вдохновения от столь знакомого вида непроглядных глубин. Тонкие пальчики скользят по каменному подоконнику, цепляясь за аккуратный скол. Она проводила здесь часы в тишине. Прислушиваясь к отдаленному шуму сирен и вглядываясь во мрак. Но сегодня воды были безумнее обычного, что-то на дне было хаотичным в своей манере. Здесь младшая Гринграсс находила собственное утешение и умиротворение. Приходила сюда каждый вечер, ради покоя.
С ранних лет она знала: истина редко бывает удобной. Она режет, колит и переламывает кости. Поднимает бурю, но ведь только через неё мир обретает смысл. Астория не молчала, когда другие отводили взгляд. Не умела прощать ложь, даже если та была во благо. В её взгляде всегда сквозили нотки отчужденности, но и непоколебимой решимости – идти до конца. Её слова ранили больнее кинжала вонзенного в спину оппонента, но зато в них не было фальши.
Но истина расшатывалась в моменты обострения паранойи. Она терялась в пространстве и вылетала из реальности. Гринграсс умела держать себя в руках, знала как с этим справляться. Но раз в триместр жизнь окутывало пламя Ада. Паранойя преследует её на протяжении всего обучения в Хогвартсе. Следует по пятам безмолвной тенью, которая готова волной накрыть девушку в самую неподходящую минуту.
Она шла по коридору, думая о чём-то несерьёзном – о запахе в теплице номер три, о том, что кто-то снова занял её любимое место в библиотеке. Начало пятого курса. Шаги отдавались глухо, как будто замок дышал медленно и тяжело. И вдруг — взгляд упал на стекло. Сначала показалось, что это просто царапины. Но нет — вновь слова. Странные, искривлённые, будто кто-то выводил их в спешке, царапая ногтями или остриём ножа:

        …Не оглядывайся. Ты слышишь их ночью? Это только начало.

Слова тянулись все ниже, мельче, будто стихающий шёпот.
Сердце будто упало. Что-то в ней — разум, тело, интуиция — всё разом сжалось, отпрянуло, будто обожжённое. Она сделала шаг назад, потом ещё один. Ей казалось, что за плечом — дыхание. Что буквы на стекле не мертвы, они живут, наблюдают, ждут, когда она моргнёт.
Астория никогда не считала себя особенно храброй. Умной — да. Внимательной — определенно. Но сейчас не осталось ничего, кроме страха. Чистого, вязкого, почти детского. Хотелось кричать, бежать, но ноги будто приросли к полу. Всё в ней хотело повернуться – посмотреть, есть ли кто-то сзади, — но надпись снова врезалась в сознание: не оглядывайся.
Она почти шептала заклинание освещения, почти молилась, чтобы оно вспыхнуло ярко. Свет был нужен, как воздух. В этом коридоре, где камни казались холоднее обычного, а тени — слишком плотными. И когда слизеринка наконец оторвалась от стены и бросилась прочь, ей казалось, что на спине вот-вот сомкнётся чья-то рука. Что «они» — кто бы это ни был — действительно близко.

И что стена, где начались эти надписи, станет началом чего-то гораздо страшнее, чем она может себе представить. Это было не впервые. И каждый раз заканчивался одинаково. Нехватка воздуха и изодранные в кровь бедра, когда она отчаянно пыталась отвлечься. Красные полосы тонкой рябью ложились на кожу скрытую от посторонних глаз.
Оседая на пол, напротив окна, её дыхание вырывается напряженными толчками, словно каждый вдох дается ей тяжелее предыдущего. Взгляд цепляется за проплывающего мимо осьминога, каждое щупальце выглядит привычным, несмотря на плывущее пространство. Взгляд застилает мутная пелена, словно пряча её сознание от новых небылиц. Из омута фальшивого спокойствия её вырывает удар по стеклу. Раз, два.. три. Будь Астория этажами выше, её бы не насторожили удары. Но ритмичный звук продолжался по ту сторону стекла, прямо из глубин. Поднявшись с пола и дойдя на ватных ногах к оконной раме, шатенка взглянула во тьму. Сирены вновь развлекаются со скуки лишь бы привлечь внимание? Нет, что-то совершенно иное. Тьма сгущается, пряча силуэт по ту сторону.
Стук стихает лишь на мгновение, прежде чем раздается с ещё большей силой так, что стекло дребезжит от напряжения. Астория отшатывается назад, пока на стекле расплываются струйки вязкой и багровой жидкости. Чья-то ладонь намертво прилипла к стеклу. Изодранная в кровь, без единого живого места на коже. До чуткого слуха змеи доносится едва слышное: «Помоги нам.» Дыхание замирает где-то в горле девушки. Вода омывает алые разводы, почти напрочь стирая увиденное. Ладонь с ужасающим треском отдирается от стекла, когда что-то утягивает её обратно во тьму.
С того самого мгновения, девушку охватывает потребность получить ответы. Теперь её манят воды Черного озера так, как никогда раньше. Шепот крутится у неё в голове каждую ночь, напоминая о неминуемом. Гринграсс прислушивается каждый раз проходя мимо окон подземелья. За час до отбоя выходил к озеру, смотря на темную гладь. Боль пульсируют в висках каждый раз, когда она находится слишком долго возле воды. Сидя на берегу озера, Асти склоняется к воде как можно ниже. Шепот скользит по темной воде, как шелк. Со стороны она выглядит сумасшедшей, но это не имеет значения до тех пор, пока она изучает гладь. И сколько бы ведьма не шептала в воду, прямых ответов не получает. Мгла поглотит её девичье тело, если Астория не перестанет идти на поводу шепота.

| #𝐂𝐚𝐬𝐬𝐞𝐭𝐭𝐚 — La mia anima. "

A thousand nights have passed,
Change doesn't happen overnight.
Not visible at first,
It's important to hold on.
Inject your vice to me,
Incinerate our shackles.

Come down to the Black Sea swimming with me.
Go down with me, fall with me, let's make worth it.

| #𝐒𝐨𝐥𝐢𝐭𝐮𝐝𝐢𝐧𝐞 — Non è amore, è stabilità. "

Выбери старше, выбери стабильность. Мальчик устроит истерику, мужчина начнет разговор. Мальчик убежит к новой юбке, пока мужчина будет одержим тобой. Выбери быть приоритетом, а не запасным вариантом. Выбери того, за кем тебе не придется бегать и тянуть инициативу на себе. Выбери того, кто будет унижаться перед тобой до тех пор, пока ты не шепнешь заветное «Да». Выбери верного пса, а не щенка.
Но что делать, если душа противиться стабильности?

​​
" 𝐀𝐥𝐥𝐞𝐚𝐭𝐢 𝐨 𝐫𝐢𝐯𝐚𝐥𝐢 —
Союзники или соперники? "

| #𝐂𝐨𝐧𝐧𝐞𝐜𝐭𝐋𝐢𝐬𝐭 — Все посты связанные с людьми из коннекта будут под данным тегом.

» Персонажи исключительно из вселенной Гарри Поттера. Я не принимаю в коннект персонажей эры мародеров. В приоритете лишь эра золотого трио и всех близ лежащих, в особенности Слизеринцев.
» Если вы не готовы прописывать эмоционально нестабильные отношения между персонажами, не тратье моё время. Астория вам не подружка, не сладкая девочка, которая будет осыпать вас приторной любовью и привязанностью. Дружить с ней невозможно, если вы готовы сгорать до тла в ожидании её появления в вашей жизни — добро пожаловать.
» Качество дневника. При договорённости о коннекте, будьте готовы что я изучу вдоль и поперёк ваш дневник. Для меня важно все. Оформление, слог, наличие сюжета и качественных постов к нему. Сотрудничать с откровенно плохими дневниками я не намерена. Отказ может последовать по абсолютно разным причинам, не унижайтесь до расспросов.
» Мне важно взаимодействие. Коннект предусматривает переплетение сюжетов в общую и масштабную картину, в которой отсутствие постов с упоминанием друг друга теряет весь смысл. Для галочки вы мне не нужны. Я действительно в праве разорвать коннект, если не увижу актива с вашей стороны.
» Ну и по обыкновению, я единственная и неповторимая Астория Гринграсс в вашем коннекте. Можете быть уверены, у меня так же не будет клонов ваших персонажей и кастов.

P.s. Для заключения коннекта необходимо оставить заявку в комментариях, либо связаться с автором через указанный бот или же директ канала. Список так же в скором времени будет доступен в комментариях под данным постом.