Сейчас Люциус аккуратно поправлял пышное розовое платьице Оливии, а девочка, звонко лепеча, тянула ручки к его серебряной трости с набалдашником в виде змеиной головы — старой семейной реликвии, которую Люциус теперь использовал просто для ходьбы.

Оливия была ангелом. Совершенное, невероятное сочетание родителей: мягкие платиновые кудряшки, унаследованные от Малфоев, и огромные, умные карие глаза Гермионы. О ее характере судить было рано, но она уже вовсю вила из Драко веревки.

Драко-отец сыновей и Драко-отец дочери — это были два совершенно разных волшебника. С мальчишками он бывал строг, хотя еще в день рождения Скорпа поклялся, что никогда не повторит холодности собственного отца. Но с Оливией… Драко терял всю свою ментальную броню. Он баловал её, не спускал с рук, часами готов был носить на плечах и целовать пушистые светлые волосы. И, к огромному удовольствию всей компании, жутко, до скрежета зубов ревновал, если малышка вместо него просилась к маме или другому члену семьи.

— Оливия, радость моя, посмотри, что принес папа, — Драко не выдержал, подошел к скамейке и протянул дочке маленькую, заколдованную хрустальную бабочку, которая порхала и светилась розовым светом.

Малышка забавно сморщила носик, перевела взгляд с бабочки на Драко, а затем… отвернулась и уткнулась личиком в плечо Люциуса, крепко обняв дедушку за шею.

— Кажется, тебя снова отвергли, дражайший сын, — с едва заметной, но такой теплой улыбкой произнес Люциус, аккуратно поглаживая внучку по спине. — У нее прекрасный вкус. Эта малышка всегда выбирает лучшее.

— Папа, не потворствуй её капризам, она должна любить меня больше всех, — притворно насупился Драко, хотя внутри все пело от нежности.

— Драко, прекрати терроризировать ребенка своей ревностью, — раздался тихий смех Нарциссы. Она сидела за круглым столом под шатром, увлеченно беседуя с родителями Гермионы.

Джин и Ричард Грейнджеры, обычные магловские стоматологи, чувствовали себя здесь как дома. Нарцисса с истинно малфоевским тактом, но уже без тени прежнего превосходства, подливала миссис Грейнджер чай, пока мистер Грейнджер обсуждал с подошедшим к нему Роном устройство магловских автомобилей. Рон, к слову, приехал с Падмой и их очаровательной дочкой Меланией, которая была ровесницей Скорпиуса и вела себя куда приличнее, чем все дети на этом празднике вместе взятые.

Драко выпрямился и снова посмотрел на центр поляны. Там была Гермиона. В легком лимонном платье, которое невероятно шло к ее чуть загоревшей коже и каштановым волосам, слегка выгоревшим на французском солнце. Она порхала между гостями, смеялась, передавала тарелки с закусками, успевая следить за всем на свете.
Вот она на секунду затормозила возле пробегавшего мимо Лео, ловко перехватила его, поцеловала в вихрастую макушку и отпустила дальше штурмовать кусты. А в следующее мгновение ее брови строго взлетели вверх.

— Скорпиус Гиперион Малфой! — донесся ее предупреждающий голос.

Пятилетний Скорпиус — абсолютная копия Драко внешне, но с той же невыносимой гриффиндорской тягой к справедливости и пытливым умом матери — стоял возле роскошного куста пионов, который Нарцисса берегла как зеницу ока. В руках у мальчика был огромный розовый бутон, безжалостно сорванный секунду назад.

— Скорп, мы же договаривались, цветы из бабушкиного сада не рвать! — Гермиона подошла к сыну, подперев руки в бока.

Маленький Малфой ничуть не испугался. Он выпрямил спину, посмотрел на мать своими серыми глазами и с абсолютным, обезоруживающим достоинством произнес: 

— Но мама, это не для меня. Это для леди Мелании.

И Скорпиус, развернувшись на каблуках, подошел к сидящей на траве Мелании Уизли, галантно протягивая ей пион. Девочка смущенно улыбнулась и взяла цветок, а Рон Уизли на заднем плане подавился своим напитком под громкий смех Нарциссы и Джин. 

Гермиона, собиравшаяся прочесть сыну лекцию о бережном отношении к флоре, просто закрыла рот ладонью и умилилась, ее глаза заблестели от сдерживаемого смеха и нежности. 

Она обернулась, поймала взгляд Драко и улыбнулась ему — той самой особенной, теплой улыбкой, которая предназначалась только для него одного с тех самых пор, как они научились доверять друг другу. 

Драко не выдержал. Он отставил бокал, подошел к жене, мягко обнимая её со спины, и по-хозяйски положил подбородок на её плечо.

— Ты слишком строга к нашему юному романтику, — тихо произнес он ей на ухо.

— Он оборвал самые редкие пионы из сада твоей мамы, — со вздохом ответила Гермиона, накрывая его руки своими, но в её голосе сквозила сплошная нежность. — Но, признаюсь, жест был очаровательным.

— Весь в отца, — самодовольно шепнул Драко, оставляя легкий поцелуй на её виске.

Гермиона повернула голову, нашла его взгляд и просияла той чистой, лучистой улыбкой, от которой у Драко внутри всё переворачивалось.

— Кстати, мне снова писал Кафф, — тихо произнесла Гермиона, задумчиво и невесомо выводя кончиком пальца узоры на его предплечье.

После их свадьбы Драко вновь с головой ушёл в развитие своей фармацевтической корпорации, оставив за собой лишь роль редкой, но всегда долгожданной «приглашенной звезды» в радиоэфирах. Несмотря на эти перестановки, «Голая правда» стабильно рвала все рейтинги. Но с рождением неугомонного Лео Гермиона осознала, что её внутренний ресурс окончательно исчерпан. Ей отчаянно захотелось посвятить всю себя семье и детям, поэтому они с мужем приняли непростое, но честное решение на пике закрыть проект.

Драко чуть сильнее прижал её к себе, мягко зарываясь носом в каштановую макушку.

— И что ты ему ответила? — его низкий, спокойный голос приятной вибрацией отозвался в груди.

— Сказала, что пока не готова возвращаться, — она слегка пожала плечами и, чуть отстранившись, повернулась к мужу лицом и подняла на него серьезный взгляд янтарных глаз. — Думаю, что это уже пройденный этап, Драко. Я бы хотела заняться чем-нибудь другим.

Малфой с обожающей полуулыбкой заправил выбившуюся кудряшку ей за ухо и посмотрел прямо в глаза, не скрывая абсолютной веры в её силы:

— Чем бы ты ни решила заняться, любовь моя, я уверен — тебя ждёт грандиозный успех.

Гермиона просияла, её щеки тронул едва заметный, взволнованный румянец.

— Знаешь… я ведь больше десяти лет пишу статьи и эссе для научных изданий и политических вестников, — она на мгновение прикусила нижнюю губу, словно решаясь наконец озвучить свою давнюю мечту. — Мне бы очень хотелось серьезно развиваться в писательстве. У меня накопилось несколько потрясающих идей для книг, и я хочу попробовать себя в роли настоящего автора.

В серых глазах Драко вспыхнула неподдельная гордость. Он перехватил её ладонь и бережно поцеловал костяшки пальцев.

— Это просто великолепная идея, Гермиона. Я уже это вижу — как твои книги сметают с полок быстрее, чем горячие пирожки. Очередь во «Флориш и Блоттс» выстроится на весь Косой переулок, вот увидишь.

— Спасибо, Драко, — выдохнула она, и её голос чуть дрогнул от переполняющей нежности.

Она счастливо улыбнулась и снова уткнулась лицом в теплую впадинку на его шее, чувствуя себя самой защищенной женщиной на свете. 

Драко чуть крепче притянул её к себе, вдыхая аромат её волос, смешанный с запахом цветущего сада. Он не стал отвечать словами — в этом просто не было нужды. Вместо этого он лишь сильнее прижал её к груди и прикрыл глаза, вслушиваясь в звонкий смех своей огромной семьи, и чувствовал абсолютное, безграничное счастье.

***

Десять лет спустя ( сентябрь 2020)

Платформа 9 ¾ тонула в клубах густого белого пара, гомоне голосов и уханье сов. Хогвартс-экспресс призывно свистел, готовясь к отправлению. Драко стоял, обнимая Гермиону за плечи, и с легкой, искренней улыбкой наблюдал за творящимся вокруг хаосом.

Сегодняшний день был историческим. Впервые за все эти годы их шумная, разношерстная компания отправляла всех своих детей в школу одновременно, ведь, наконец, очередь дошла до самых младших: одиннадцатилетние Оливия Малфой и Лучана Забини сегодня должны были впервые отправиться в Хогвартс. 

Драко мысленно провел перекличку, глядя на пеструю толпу подростков. Старший из их выводка, Артур Нотт, шел уже на шестой курс.

Скорпиус, Мелания Уизли и Николас Нотт — на пятый. Маттео Забини и Сара Нотт отправлялись на четвертый, а невыносимая троица неразлучных хулиганов — Лео Малфой и близнецы Джеймс и Сириус Поттеры — на третий. И теперь к этой армии присоединялись Оливия и Лучана.

— Ну что, дамы и господа, — торжественно протянул Блейз Забини, — Поздравляю, мы дожили до этого дня — все наши наследники будут в Хогвартсе одновременно.

— Я искренне не завидую профессорам и в особенности бедолаге Филчу, — хмыкнул Рон, прижимая к себе Падму. — Сдаётся мне, к Рождеству Минерва пришлёт нам счет за капитальный ремонт замка. Три Малфоя, два Поттера, четыре Нотта, два Забини и одна Уизли. Хогвартс просто не выстоит.

Теодор Нотт, стоявший в обнимку с Луной, вдруг замер. Его глаза расширились, когда до него дошла математика происходящего.

— Моргана милосердная… Погодите-ка, — медленно произнес Тео. — Вы понимаете, что это значит? Это первый год, когда мы все… остаемся дома без детей. Абсолютно одни.

Эта мысль повисла в воздухе. Взрослые переглянулись. До каждого из них, наконец, дошел истинный масштаб события. 

— О, святые угодники…— выдохнула Джинни.

— И что мы будем делать со всей этой свободой? — Блейз лукаво вскинул бровь.

Драко многозначительно переглянулся с Гермионой, которая уже прятала улыбку.

— О, поверь, Блейз, мы обязательно придумаем, что с ней делать, — протянул Малфой с фирменной ухмылкой, — Тем более у нас есть прекрасный повод: нужно как следует отметить оглушительный успех новой книги моей блестящей жены. Поэтому приглашаю вас всех на неделю, скажем, на Мальдивы. 

— Блестяще, Драко! — довольно закивал Тео, —Это будет отдых исключительно для взрослых, никаких семейных отелей и поездок в волшебные аквапарки. Только мы, море алкоголя, белые пляжи и океан. 
Повисла короткая пауза, за которой последовал всеобщий взрыв энтузиазма, который был вероломно нарушен возмущенным голосом Рона.

— Какого черта… Малфой! Какого хрена твой сын делает возле моей дочери?!

Все дружно повернули головы. Чуть поодаль, у самых дверей вагона, стояли пятнадцатилетние Скорпиус и Мелания. Девочка скромно опустила глаза, на её щеках играл густой румянец, а Скорпиус смотрел на неё с такой обезоруживающей, теплой полуулыбкой, что Драко мысленно поаплодировал сыну.

— А чем тебя не устраивает Скорпиус? — лениво отозвался Драко. — Он лучший на Слизерине, твоя Мелания лучшая на Когтевране. У них куча общего, к тому же, они оба ловцы. Может, они не флиртуют, может, это такой обмен спортивным опытом.

— Пусть твой сын держит свой опыт при себе, — проворчал Рон, но его уши предательски покраснели.

Драко невозмутимо шагнул к Рону и по-братски приобнял его за плечи, наслаждаясь моментом.

— Да ладно тебе, Рон. Подумай о перспективах! Может быть, мы с тобой породнимся. Разве это плохо? Мы же с тобой так отлично ладим.

Рон нервно усмехнулся, сбросив руку Драко со своего плеча.

— Ты меня пугаешь, Драко, —
искренне сказал Уизли под дружный хохот остальных. — Клянусь, мне было гораздо спокойнее жить, когда ты не был таким чертовски дружелюбным!

— Не расслабляйся, Драко, — насмешливо вставил Тео. — Посмотрим, как ты сейчас запоешь. Приглядись-ка к своей принцессе. Посмотри, как Оливия смотрит на Джеймса.

Смех Драко оборвался. Он резко повернулся. Одиннадцатилетняя Оливия, его маленькая девочка с платиновыми кудряшками, этот ангел во плоти, стояла напротив тринадцатилетнего Джеймса. Мелкий Поттер что-то активно рассказывал про квиддич, размахивая руками, а Оливия смотрела на него снизу вверх прозрачными, абсолютно влюбленными глазами.

Внутренний слизеринец и сверхопекающий отец мгновенно слились воедино. Драко прищурился и метнул убийственный взгляд на Гарри.

— Поттер, — ледяным тоном произнес он. — Следи за своим сыном.

Гарри только открыл рот, но его опередила Пэнси, воинственно выступая вперед:

— В смысле?! Ты за своей дочерью следи, Драко! Наш сын просто стоит и болтает о мётлах. Это твоя принцесса на него слюни пускает!

— Не смей так говорить о моей дочери, Пэнси! — возмущению Драко не было предела.

— Драко, дорогой, не переживай, они всего лишь говорят о квиддиче, — Гермиона положила ладонь на грудь мужа и успокаивающе погладила лацкан его пальто, еле сдерживая себя от смеха.

— Действительно, Драко. Джеймс просто делится своим спортивным опытом, — съязвил Рон, довольно хмыкнув.

Вся компания снова взорвалась смехом. Кроме Драко, ему, конечно, было не до шуток. Он отправлял свою маленькую нежную девочку впервые так надолго из дома, и мысль о том, что он больше не сможет оберегать каждый её шаг, приводила его в настоящий ужас. И хуже всего было то, что Драко действительно заметил этот абсолютно восхищенный, распахнутый взгляд, который Оливия бросила на этого мелкого поганца Джеймса. Сердце Драко болезненно сжалось. Он не готов был принять тот факт, что его малышка растёт. Разогнавшись в собственных мыслях, он буквально за пару секунд сам себя накрутил. Откровенная паника охватила его при мысли о том, что всего через несколько лет какой-то несносный мальчишка может набраться смелости позвать её на первое неловкое свидание. А вдруг это и правда будет Джеймс? О, убереги его Салазар, этот парень был сущим кошмаром, Поттер-младший был неукротим и непредсказуем, как настоящий огонь, сжигающий все на своем пути. А потом эта паническая цепочка привела Драко к самому жестокому сценарию: вдруг кто-то разобьет сердце его единственной дочери. От этой мысли грудную клетку сдавило так сильно, что стало трудно дышать. Нет, лучше ему об этом не думать. Совсем. Драко мотнул головой, стараясь наглухо отогнать непрошеные картины пугающего будущего, и через силу натянуто улыбнулся продолжающим шутить друзьям. Мерлин, быть отцом дочери было чертовски сложно.

Раздался финальный гудок, и родители бросились к своим детям для последних, торопливых объятий. Драко прижал к себе Лео и Скорпиуса, попросив их присматривать за младшей сестрой, а затем крепко обнял Оливию, расцеловав её в обе щеки, не обращая внимания на её смущенное «Пап, ну пусти!».

Когда экспресс со стуком тронулся, набирая ход, Драко обнял Гермиону. Она слегка всхлипнула, прижимаясь к его плечу, провожая взглядом алые вагоны.

— Ничего, любовь моя, оглянуться не успеем, как наступит Рождество, и мы снова их увидим. — прошептал он, целуя её в макушку.

Они стояли на перроне в окружении Уизли, Поттеров, Ноттов и Забини — людей, которые когда-то были по разные стороны баррикад, а теперь стали его настоящей, шумной, невероятной семьей. Драко смотрел на них и чувствовал, как грудь распирает от щемящей нежности. Его жизнь сложилась абсолютно идеально. У него была большая и любящая семья, чудесные дети, невероятные друзья и женщина, эта восхитительная женщина, которая была не просто его женой, но его домом, его совестью и тем якорем, который держал его на плаву в любые времена

Что ж, он на собственном опыте доказал всей магической Британии главную жизненную аксиому: если ваша личная жизнь летит к дракклам — просто спросите Грейнджер. Ему ли, черт возьми, не знать.
 

🥰Девочки мои, вот и пришло время ставить точку. Наш удивительный путь подошел к концу, и мне самой сейчас ужасно грустно расставаться с этими персонажами. Спасибо вам огромное за то, что были рядом, дарили свою мотивацию и вдохновляли меня писать дальше. 🚀

Надеюсь, этот эпилог оставит у вас в сердце такое же светлое чувство, как и у меня.
Обнимаю каждую 🥰

Что ж))) мы это сделали 😂

Ну, какой мед 🫠

Я должна была удалить этот канал, ведь он изначально нужен был для того, чтобы писать сюда свой фф на узкий круг людей, но что-то пошло не так 😂🙈 И, кажется, этому каналу суждено жить.
Я пока не знаю, в каком формате и что вообще тут постить, но разберемся по ходу дела 😉

P.S. А еще я хотела удалить все выложенные тут главы «Спросите Грейнджер», но не стану, пусть останется как история. Здесь этот фф в черновом виде, потому что на фикбук я выкладывала его после нескольких редактур🤓

Ну, что ж 😏
Пришло время окунуться в новую историю с совсем другим вайбом))

Одна свадьба и никаких похорон задумывалась как эдакая трагикомедия, потому что завязка сама по себе достаточно печальная, но я старалась писать все через призму юмора, иногда черного, иногда стебного, потому что…ну, а зачем страдать почем зря? 😉

Краткое описание

Война и суды позади, казалось бы, можно наконец-то попытаться жить дальше, но судьба наносит новый жестокий удар. Драко начинает медленно и мучительно угасать от древнего родового проклятия.
Единственный призрачный шанс на спасение — добровольный брак с сильной магглорождённой ведьмой.

 Пролог 💔

— Тебе лучше держаться от меня подальше, Грейнджер. Слышишь? Рядом со мной сейчас… небезопасно, — Драко посмотрел на неё серьезно, — А вообще, собирай свои вещи и вали отсюда. Из этого замка, из этой страны, куда-нибудь подальше. Грядёт беда, Грейнджер, и этого уже не остановить.

А потом он просто развернулся и продолжил свой путь, оставив Гермиону с роем бушующих мыслей и смятой мантией в руках.

#анонс