“Привет! Потрахаемся?!”

Неделю назад я оказался в сообществе людей, многие из которых демонстрировали восприятие сексуальной близости как нечто легкое и непринужденное.
От присутствия в такой open-minded группе, наряду с удовольствием я чувствовал грусть.

Грусть о том, что мне не удается получать наслаждение от такого простого, поверхностного контактирования стремительно переходящего в плоскость сексуального характера.
Кажется, более тесный, физический контакт с другим как с объектом/функцией - не приносит мне удовольствия, если это не процедура вроде массажа или игра определенного рода.

В моем случае, игра в объективацию может возбуждать лишь там, где нарратив близости и глубины контакта уже сформирован. Я скучаю, если не обнаруживаю взаимного интереса не только в плоскости тел, но и в эмоциональной. Вайб должен совпасть, интимность за пределами телесного крайне желательна. Уязвимость + искренность мой фетиш.

В ином же случае, такая «игра» может быть и не игрой вовсе, а единственно доступным способом сближения.
Либо близость воспринимается через физическое, как апогей единения, либо есть понимание иного уровня, но этот уровень является недоступным по другим причинам: страшно/стыдно/уязвимо и, соответственно, при отсутствии безопасного опыта нахождения в такого рода отношениях, предпочтение отдается чему-то менее «рискованному», более дистантному.

Если другой - лишь объект для удовлетворения желаний, для разрядки, для снижения напряжения, процесс сексуальной близости в лучшем случае схож с подростковой мастурбацией.

Чувства амбивалентные: грущу, что не возбуждает такого рода простота, но радуюсь, что нет голода подталкивающего к контактированию с опорой лишь на внешнее. Ощущаю микс удовольствия от осознавания происходящего, но недостаток чего-то животного. Будто бы грусть утраты в прощании с подростковым «озорством».

Люди могут привлекать эстетически, я могу любоваться, могу счесть другого сексуальным, опираясь на внешние признаки, но возбудиться, если не возбужден мой мозг, довольно сложно.

Тоскую от того, что сложно «дрочить на объекты», душа нужна, эмоции.

Раньше, когда-то давно, казалось, что путь к близости лежит через физическое соприкосновение эротического характера. Думаю, во времена моего взросления это была довольно распространенная идея - секс как инструмент/способ сблизиться. Впрочем, сколько бы раз я ни проверял, у меня никогда не получалось достичь того уровня удовольствия, который я получаю в отношениях сейчас. А сейчас, сколько бы раз я ни проверял, физический контакт, без эмоциональной близости - достаточно безынтересное, к тому же утомительное занятие, бессмысленный ритуал.

Коллективный фетиш сексуальности - один из способов заполнения экзистенциальной пустоты.

Возможно, то большое значение, которое в нашей стране и в современном Западном обществе придают сексуальности, объясняется попыткой человека, живущего в дезинтегрированном обществе, ухватиться хоть за какое-то определенное ощущение, чтобы спастись от тревоги.

#рефлексия #секс #близость

Лёня выглядит обиженным.

Это попытка интерпретировать реакцию Лёни, антропоморфизируя его.
Язык тела Лёни указывает на обиду, он не контактен, отвернулся, ворчит.
Люди тоже не всегда (далеко не всегда) реагируют телесно в соответствии с переживаемым чувством. Например, смеются, говоря о чем то пугающем и сложном или чертовски грустном. Поэтому вместо сиюминутных интерпретаций требуется прояснение.

Лёня не способен испытывать обиду в человеческом понимании. Это реакция на стресс, страх или попытка избежать негативных последствий. Например, в данном случае достоверно неизвестно, стрессует ли (тревожится) Лёня из-за конкуренции за внимание хозяйки с большим шоколадным яйцом, пугается или что-то еще.

Можно было бы сказать, что Лёня вышел из слияния с хозяйкой и какие-то его потребности оказались фрустрированы относительно прежней позиции. Если бы Лёня был способен к рефлексии, он мог бы помыслить о своих потребностях и способах их удовлетворения вне слияния. А также заметить вкусняшку, которая ему полагалась.

Сложное переживание, которое часто называют обидой, возникает как реакция на разрыв ожиданий в близких отношениях. Оно объединяет противоречивые эмоции — от гнева до чувства утраты, — формируя внутренний конфликт.
В терапии такие состояния часто связаны с незавершёнными сепарационными процессами.

Обида возникает, когда человек воспринимает себя жертвой несправедливости, маскируя истинные эмоции — боль, разочарование, страх — под гневом или молчанием. Вместо проживания чувств люди часто обвиняют других или внешние обстоятельства, создавая иллюзию контроля.

Интересно, что в других языках нет прямого аналога этому понятию — вместо него используются термины, связанные с болью, стыдом или нарушением социальных норм, что подчеркивает специфику русскоязычного восприятия.

Отсутствие отдельного подобного понятия, во многих культурах, упрощает распознавание конкретных эмоций. Например, люди не говорят «я обижен», а говорят: «я зол/грущу/боюсь…».
Работа с обидой начинается с её признания.

#обида

#мемныйпонедельник
#мем в комментариях