Некоторые восприняли посты про войны обезьян как оправдание человеческих войн. Но нам не обязательно уподобляться шимпанзе, – можно брать пример с тех же бонобо, у которых разделившиеся группы отлично ладят. Надежды добавляет то, что приматы – мастера не только ссориться, но и мириться. Особенно люди. Миролюбие - одна из наиболее характерных поведенческих особенностей нашего вида: в ходе биологической и культурной эволюции мы прокачали дружелюбие куда сильнее, чем воинственность.

Вот интересный рассказ о практиках примирения у приматов от этолога Марины Бутовской:

"Примирение — естественное поведение у социальных видов животных, как и агрессия. Его изучение началось с наблюдений за шимпанзе. Оказалось, что после драк и стычек бывшие противники не только не пытались избегать друг друга, но активно искали возможность пообщаться. Шимпанзе мирились!

Феномен примирения уже изучен у двух десятков видов приматов. Как правило, примирение происходит очень быстро - уже через 1−2 минуты после конфликта. Привычным для обезьян способом снять напряжение является груминг — чистка шерсти, универсальный обезьяний вариант «мирись-мирись-мирись». Есть и иные сценарии: объятия, поцелуи, элементы сексуального поведения.

Кто выступает инициатором примирения? Зависит от социальной системы приматов. У макак-резусов жёсткая иерархия, деспотичное доминирование, поэтому мириться идёт доминант: жертва агрессии побоится это сделать. У видов с более равноправными отношениями жертве не страшно сделать первый шаг, и она чаще выступает инициатором. Если соперники особенно строптивые, никто не желает проявить великодушие, третья особь может выступить посредником, совсем как у людей.

Однажды в колонии шимпанзе зоопарка в Голландии не могли помириться два самца-соперника. Тогда старая самка подошла к одному из них, стала чистить его шерсть, потом за руку подвела к сопернику, подставившись тому под чистку. Самцы старательно вдвоём чистили самку, а затем она их покинула: «Ребята, дальше как-нибудь сами». Самцы перешли к грумингу друг друга и наконец помирились.

У людей процесс примирения чаще начинается по инициативе агрессора. Чем выше у него умственные способности, тем больше чувство эмпатии и вины за содеянное. Умному агрессору совестно за своё поведение, вот он и подходит первый мириться. К тому же, когда заканчивается ссора, мы испытываем огромное облегчение. После конфликта, завершившегося примирением, уровень гормона стресса, кортизола, приходит в норму уже через 15 минут. Если конфликт продолжается, кортизол зашкаливает.

Унаследованные от животных механизмы примирения мы развили и приумножили с помощью ритуалов. Таких, например, как детские стишки-мирилки: «Мирись, мирись, мирись и больше не дерись, а если будешь драться, то я буду кусаться, а кусаться нам нельзя, потому что мы друзья». Дети делают то же, что и современные племена охотников-собирателей. Племена горы Хаген в Новой Гвинее в конфликтных ситуациях с помощью посредников выстраиваются шеренгой

 друг напротив друга и поочерёдно читают друг другу стихи-мирилки в духе «мы больше так не будем».

Удивительно, что примирение возможно не только внутри группы, но и между племенами. В том, что банда самцов напала на соседнее сообщество и поубивала какое-то количество особей, нет ничего удивительного. С убийством чужака даже миролюбивые бонобо справляются. А вот умение помириться с чужаками — исключительно человеческая черта. Мы отличаемся от других видов более развитым дружелюбием".

 Бонобо (как и шимпанзе, это наши ближайшие родственники среди современных животных) знамениты тем, что предпочитают решать споры с помощью любви, а не насилия. В нескольких недавних исследованиях их репутация как хиппи среди обезьян была несколько подмочена: оказалось, самцы бонобо проявляют агрессию в три раза чаще, чем самцы шимпанзе! Но в отличие от шимпанзе, бонобо дерутся почти исключительно с другими самцами, а не с заведомо более слабыми самками и детенышами, и самцы бонобо не убивают друг друга. К таким выводам пришли этологи-полевики, скрупулезно наблюдая за жизнью 12 самцов бонобо из трех сообществ в заповеднике Коколопори — с момента пробуждения и до момента, когда они устраивались на ночь. Их сравнивали с 14 самцами шимпанзе из Танзании.

Вообще, шимпанзе и бонобо, хоть и очень близкие родственники, но удивительно отличаются поведением. Шимпанзе подобны гопникам, - патриархальны и образуют коалиции самцов, патрулирующих территорию; они бурно и агрессивно реагируют, когда сталкиваются с соседним кланом, и готовы убить друг друга. А в либеральных сообществах бонобо все скрепы подпилены: самцы - намного большие индивидуалисты, и вообще доминируют самки, а дружеское взаимодействие между разными сообществами – обычное дело, которое, как пишет Science, «часто сопровождается проявлением восторженной сексуальной активности».

Ученые считают, что бонобо, как и мы, сами себя одомашнили, - из их поведения постепенно ушли самые разрушительные агрессивные проявления. Никто пока не видел убийств среди бонобо. Но, оказалось, как и поведение людей, их поведение плохо вписывается в простой стереотип «миролюбивые». Исследователи предполагают, что они не избегают конфликтов, потому что не боятся последствий и страшной мести, - то есть могут влепить другому самцу затрещину или куснуть, потому что это для обоих не слишком много значит. И самкам бонобо, как показали наблюдения, именно такие самцы нравятся – не избегающие конфликтов, но компетентно их разруливающие.

Бонобо и шимпанзе находятся от нас примерно на одинаковом генетическом расстоянии. Выбирайте, с кем вы! ))

📷 Abhilash Kar, Кения