Тревожная новость про мелатонин. Американские исследователи проанализировали данные электронных медицинских карт более 130 тысяч людей с бессонницей, и обнаружили, что у тех, кто принимал мелатонин больше года, потом в течение пяти лет вдвое чаще диагностируется сердечная недостаточность, и в целом у них вдвое выше смертность.

Добавки мелатонина продаются как безопасное снотворное средство. Но данные об их долгосрочной безопасности для сердечно-сосудистой системы отсутствуют (пишут в пресс-релизе), - это и побудило исследователей проверить, влияет ли прием мелатонина на риск сердечной недостаточности.

Оказалось, у пациентов, страдающих бессонницей и принимавших мелатонин год и более, вероятность возникновения сердечной недостаточности в течение 5 лет была на 90% выше по сравнению с пациентами с бессонницей, не принимающими этот препарат (4,6% против 2,7%). Аналогичный результат (выше на 82%) был получен для людей, которым было выписано не менее двух рецептов на мелатонин с интервалом не менее 90 дней.

Долго принимавшие мелатонин были почти в 3,5 раза более склонны к госпитализации из-за сердечной недостаточности (19,0% против 6,6%). Наконец, у долго принимавших мелатонин почти в два раза выше была вероятность умереть в течение пяти лет (7,8% против 4,3%).

Связь между мелатонином и повышенным риском сердечной недостаточности и смерти, обнаруженная в этом исследовании, - не обязательно причинно-следственная (и вообще, исследование предварительное, в научном журнале пока не опубликованное, о нем стало известно из пресс-релиза и доклада на сессии Американской кардиологической ассоциации). Но явно требуются дополнительные исследования мелатонина для оценки его безопасности для сердечно-сосудистой системы.

Иллюстрация, призванная немного утешить читателей – акварель Карла Брюллова «Сон бабушки и внучки», 1829.

самец щитоносной райской птицы пытается впечатлить самку, 📷 Jan Wegener

 Одновременно вышли два интересных исследования крымских неандертальцев. В первом получили митохондриальную ДНК человека, жившего в Крыму 45 тысяч лет назад (фрагмент его кости нашли среди старых материалов раскопок стоянки Староселье - на первом фото). Оказалось, он неандерталец (по крайней мере, по материнской линии), и, самое неожиданное, генетически очень близкий к Денни из Денисовой пещеры (знаменитой дочери отца-денисовца и матери-неандерталки), и к другим сибирским неандертальцам из алтайских пещер Чагырской и Окладникова.

Но те жили на расстоянии более 3,5 тысяч км от Крыма! Это предполагает очень дальние миграции крошечных неандертальских групп по всей Евразии, – люди того времени были неугомонными бродягами. А о культурной связи крымских и алтайских неандертальцев свидетельствуют каменные артефакты, тоже достаточно похожие.

Второе исследование предполагает, что три древних куска охры, найденных в Крыму, использовались неандертальцами для рисования. Один из них, кусок жёлтой охры возрастом около 42 000 лет, был многократно заточен и превратился в карандаш (он на второй картинке).

«Этот инструмент неоднократно переделывался и снова переделывался, — рассказывает Франческо д’Эррико, соавтор исследования из Университета Бордо, - Это не просто мелок по форме, - он использовался именно как мелок. Им могли рисовать на коже или камне». На поверхности другого фрагмента, плоского куска жёлтой охры, были выгравированы линии. Третий фрагмент, возрастом около 70 000 лет, как считают исследователи, представляет собой осколок сломанного мелка, сделанного из красной охры.

Почему же тогда не видно следов неандертальских рисунков на стенах пещер? Так ведь и рисунки сапиенсов старше 40 тысяч лет нашли пока только в одном месте – на острове Сулавеси. А вот о том, что и неандертальцы, и сапиенсы раскрашивали свое тело, накопилось немало косвенных данных. Культурные уже были люди!