Я бы хотел сейчас сказать что-то вроде «Ну а чего от меня хотеть? Мне 40.» Но а) мне не сорок; б) это началось гораздо раньше.

В моем парфюмерном гардеробе есть несколько ароматов, которые я ношу, когда мне хочется винтажа. Когда хочется, чтобы меня окружал своим странным вниманием какой-нибудь богатый, белозубый дед. (Простите, мои вкусы иногда специфичны.) Винтажные ароматы для меня — всегда спутники, образы и отстраненные истории, и я никогда не ассоциирую их с самим собой. Хотя будем честны: богатый белозубый дед — это и есть моё будущее, которое неизбежно настанет. Может именно поэтому меня периодически тянет к тому, что в моем представлении соответствует и красоте, и элегантности, и состоятельности, и, что самое главное, старости? Я как будто ищу себе место в далёком будущем, пытаясь увидеть там себя и оценить со стороны, из текущего возраста, свою жизнь, чтобы не бояться её. Потому что у меня с этим проблемы.

Короче. Иногда я хочу винтажной парфюмерии. Очень редко, очень ситуативно, никогда в люди или на людях, но да. И много лет эту потребность закрывают два аромата: Vetiver Guerlain и Acteur Loris Azzaro. Про оба в канале есть тексты. Поищите, если интересно. А на днях познакомился с Verdigris Scent Hunters и понял, что белозубый дед уже где-то рядом стучит своими винирами, потому что мне действительно понравилось. В смысле он понравился мне не только как человеку, взаимодействующему с парфюмерией профессионально, но и как пользователю. Потребителю.

Конечно, сработало мгновенное узнавание. Многие винтажные мужские ароматы, которые я успел узнать за годы работы, призрачной чередой пронеслись перед внутренним взором. Но четче всех оказались образы Moustache Rochas и Eau Sauvage Dior. Почему в такой последовательности? Потому что не Эдмон Рудницка придумал идею этого древесно-цитрусового фужера. «Усы» вышли в 1949 году, на 17 лет раньше аромата, ставшего флагманом для Dior и столпом для всей парфюмерии. Verdigris похож на них, как они похожи друг на друга: стилистически и ингредиентно. Но так же и отличается: концептуально. Потому что номинально Verdigris — стилизация, созданная для современной аудитории и её современных ценностей.

В первую очередь он пахнет лимонами: соком, цедрой и листом. Чуть позже лимоны превращаются в цитрусовый аккорд, где несложно различить и бергамот, и померанец, и даже, возможно, лайм. Здесь же, рядом, приглажена раскаленным утюгом веточка лаванды, с которой начинается развитие ароматического аккорда. В отличие от Eau Sauvage, кстати, ароматический аккорд в Verdigris полней, плотней и ярче: полынь, базилик, шалфей, эвкалипт — это лишь то, что я смог определить. Зрелые летние травы в прохладном ночном воздухе. Их горький, душистый и густой сок впитывается в черную землю.

Древесный аккорд в композиции очень аккуратный. Он нужен буквально для того, чтобы поддерживать и подчеркивать травы и цитрусы. Больше всего для меня выражены пачули и дубовый мох, но они тут не одни, а почему-то с замшей. Тоооонкий, но ощутимый замшевый оттенок, который связывает между собой древесные и мускусные материалы, также придает аромату дополнительные плотность и вес.

Ну и главное — мускус. Не просто какой-то нейтральный этилен брассилат, не глянцевый, гелевый, излюбленный парфюмерами Тома Форда галаксолид, а старческий, плотный, пудровый… кто? А кто его знает… Это может быть вельвион, мускон, мусценон, их сочетание или какие-то другие неизвестные мне мускусы. Но именно они придают ароматам узнаваемое по всем винтажным духам звучание. И в Verdigris как раз они. Много. Щедро. Красиво. Действительно серо-зелено. Но при этом не то что бы старо. То есть это такая демо-версия винтажа — чистая, четкая, ясная. Хорошо отреставрированная и воссозданная идея, в реализации которой применили современные технологии и материалы, чтобы даже сейчас это выглядело хорошо.