Все-таки книга Бернара Ганглера о флаконах Guerlain уступает библии Атлас и Моннио в информативности. Они тоже рассказали не всё, многое приходит только с опытом, но дали указание на множество мелких деталей, на которые Ганглер даже не смотрит (и читателям не объясняет). Например, очень облегчает датировку выпусков пластиковая нашлепка на стоппере (bouchon plastimeri) которая для разных флаконов появилась в разные годы.

Лиззи Остром пишет в своей книге, что Майкл Джексон обожал флакон Bal a Versailles Jean Desprez. Именно флакон. Большие бутыли у него стояли дома, а маленькие валялись в карманах.

Миниатюры Jean Despres действительно выглядят как изящные брошки. Продавались они в вышитых сатиновых мешочках.

Паранойя по поводу подделок в этом году какая-то небывалая. Будто мы вернулись на 10 лет назад, и духи опать продаются в подземных переходах. Даже самые крепкие разумом товарищи начинают сомневаться и искать подвох.

Услышала новое слово о подделках от очередного парфюмерного стилиста - "версионка", которой якобы набиты сетевые супермаркеты.

Парфюмерный критик Лиззи Остром и допинговые скандалы. В главе ее книги о популярном в конце 60-х одеколоне Brut Faberge упоминается накачанная стероидами советская сборная тяжелоатлетов. Интересно, тогда уже бегали с баночками атлетической мочи, или это все пропаганда?

В глянце уже тьма материалов была о блогерах - какие они есть, как им жить и развиваться, что их ждет. А блогеры называют журналы о красоте и моде просто глянцем.

Bleu framboise Jean-Michel Duriez - привет 90-е и самая начала эры фруктовых компотов. Действительно синяя малина - продукт нефтехимии и укурки.

Лиззи Остром шутит, что духи Magie Noire Lancome свергли коммунизм. Знала бы она, кому они тут были доступны.

Mon Paris secret Jean-Michel Duriez напомнил что-то массово витавшее над нишевыми прилавками лет 10 назад: кедровая кора и смола, ладан, кумин, горячий иланг. Но все прозрачное, будто Джакобетти делала. Черт. Второй прекрасный аромат в линейке.

Хозяйке на заметку. Почти все продавцы ниши отмечают, что люди готовы покупать духи со словом "ведьма" и "колдовство" в названии даже не пробуя.

И в этом конкурентное преимущество, которым надо пользоваться. У люкса все названия унылы более, чем полностью. Ну кроме Izia Sisley.

Что может быть чудовищней слова "данный" в парфюмерных описаниях? Только слово "нотки".

Первые флаконы Parfums de Nicolai были нарядные, под старину, некоторые синего стекла с серебром. И что? Никто не покупал. Сделали примитивные прямоугольные - дело пошло.
Сейчас же ровно наоборот. Люди ахают над ларцом с замочком и шелковыми внутренностями, где лежит стеклянная луковица духов. Прекрасных духов, надо добавить.
А ведь есть марки, где кроме ларцов и нет ничего. Но покупают.

Если парфманьяк порежет палец, он истечет кровью, пока выберет, чем спиртосодержащим брызнуть на рану.

Montale в ассортименте нишевого бутика - признак творческого бессилия. Дешевая, массово подделываемая, но даже без этого небрежная марка, известная абсолютно всем. Даже тем, кому о ней знать незачем.

Хотя, для бизнеса достаточно поставить Монталь, Килиана, Молекулу.

Килиан пошел вразнос. Новый аромат будет называться "Чёрный афродизиак". Сразу вспоминается видеоурок гуру всех пикаперов Олега Чазова, который ищется на ютубе по запросу "чорный муск". Это было очень смешно.

Какой результат продают люди, называющие себя парфюмерными стилистами? Какой результат можно продать в области, которую сложно или почти невозможно просчитать? В лучшем случае, это помощь в выборе и шопинг-сопровождение. Но почему тогда "стилист"?