Наличие акта о неучтенном потреблении электрической энергии не является безусловным основанием для взыскания объема бездоговорного потребления электрической энергии, определенного расчетным способом (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А41-3410/2020)
Фабула дела:
ПАО «МОЭСК» обратилось в суд к Администрации городского округа Чехов с иском о взыскании суммы неосновательного обогащения за бездоговорное потребление электроэнергии.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций требования удовлетворили.
Суд первой инстанции посчитал, что акты о неучтенном потреблении составлены в соответствии с Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442, что истцом представлены доказательства потребления ответчиком электроэнергии в отсутствие заключенного в установленном порядке договора энергоснабжения;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Наличие акта о неучтенном потреблении электрической энергии не является безусловным основанием для взыскания объема бездоговорного потребления электрической энергии, определенного расчетным способом, и не исключает для потребителя возможность представить иные доказательства, подтверждающие подключение энергопринимающих устройств к объектам электросетевого хозяйства в установленном порядке и факт сложившихся фактических договорных отношений (Определение ВС РФ от 08.02.2018 №305-ЭС17-14967).
Суд первой инстанции, делая вывод о наличии со стороны ответчика бездоговорного потребления, не учел, что в актах о неучтенном потреблении и актах технической проверки имеется указание на надлежащее технологическое присоединение и на приборы учета, установленные в точках поставки.
Суд первой инстанции также не учел, что истец, возражая против использования показаний приборов учета, не предоставил сведения о замене или повреждения пломб потребителем, что свидетельствовало бы о невозможности использования показаний приборов учета.
2. В определении КС РФ от 29.09.2015 № 2154-О изложена правовая позиция, в соответствии с которой применение расчетных методов определения объема электрической энергии введено в целях защиты интересов добросовестно действующих электроснабжающих (сетевых) организаций путем предупреждения и пресечения неучтенного потребления ресурсов со стороны недобросовестных потребителей, стимулирование потребителей, осуществляющих бездоговорное потребление электрической энергии, к заключению договора энергоснабжения. Само по себе положение п. 2 приложения № 3 к Основным положениям функционирования розничных рынков электрической энергии, закрепляющее для целей определения объема бездоговорного потребления электрической энергии (мощности) формулы для его расчета, направлено на обеспечение надлежащего учета потребления электрической энергии в том случае, когда его осуществление на основании показаний приборов учета не представляется возможным.
Судом первой инстанции не рассмотрен представленный ответчиком контррасчет потребления электроэнергии, основанный на показаниях приборов учета за годовой период для сопоставления с начисленной стоимостью бездоговорного потребления. Таким образом, суд первой инстанции не проверил обстоятельства надлежащего технологического присоединения спорных объектов к сетям истца и фиксации объема потребления электроэнергии приборами учета.
Фабула дела:
ПАО «МОЭСК» обратилось в суд к Администрации городского округа Чехов с иском о взыскании суммы неосновательного обогащения за бездоговорное потребление электроэнергии.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций требования удовлетворили.
Суд первой инстанции посчитал, что акты о неучтенном потреблении составлены в соответствии с Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442, что истцом представлены доказательства потребления ответчиком электроэнергии в отсутствие заключенного в установленном порядке договора энергоснабжения;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Наличие акта о неучтенном потреблении электрической энергии не является безусловным основанием для взыскания объема бездоговорного потребления электрической энергии, определенного расчетным способом, и не исключает для потребителя возможность представить иные доказательства, подтверждающие подключение энергопринимающих устройств к объектам электросетевого хозяйства в установленном порядке и факт сложившихся фактических договорных отношений (Определение ВС РФ от 08.02.2018 №305-ЭС17-14967).
Суд первой инстанции, делая вывод о наличии со стороны ответчика бездоговорного потребления, не учел, что в актах о неучтенном потреблении и актах технической проверки имеется указание на надлежащее технологическое присоединение и на приборы учета, установленные в точках поставки.
Суд первой инстанции также не учел, что истец, возражая против использования показаний приборов учета, не предоставил сведения о замене или повреждения пломб потребителем, что свидетельствовало бы о невозможности использования показаний приборов учета.
2. В определении КС РФ от 29.09.2015 № 2154-О изложена правовая позиция, в соответствии с которой применение расчетных методов определения объема электрической энергии введено в целях защиты интересов добросовестно действующих электроснабжающих (сетевых) организаций путем предупреждения и пресечения неучтенного потребления ресурсов со стороны недобросовестных потребителей, стимулирование потребителей, осуществляющих бездоговорное потребление электрической энергии, к заключению договора энергоснабжения. Само по себе положение п. 2 приложения № 3 к Основным положениям функционирования розничных рынков электрической энергии, закрепляющее для целей определения объема бездоговорного потребления электрической энергии (мощности) формулы для его расчета, направлено на обеспечение надлежащего учета потребления электрической энергии в том случае, когда его осуществление на основании показаний приборов учета не представляется возможным.
Судом первой инстанции не рассмотрен представленный ответчиком контррасчет потребления электроэнергии, основанный на показаниях приборов учета за годовой период для сопоставления с начисленной стоимостью бездоговорного потребления. Таким образом, суд первой инстанции не проверил обстоятельства надлежащего технологического присоединения спорных объектов к сетям истца и фиксации объема потребления электроэнергии приборами учета.
Суд округа напомнил, что в силу принципа относительности обязательственной связи нарушение гарантом своего обязательства перед бенефициаром не может служить аргументом в пользу его недобросовестности в отношениях с принципалом (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А40-176043/15)
Фабула дела:
ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» обратилось в суд с заявлением о включении своего требования к АО «Инженерно-Строительная Компания «Союз-Сети» в реестр требований кредиторов. Требование банка возникло из удовлетворения им требований бенефициара по банковской гарантии.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций признали требования подлежащими удовлетворению за счёт имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов третьей очереди.
Суд первой инстанции исходил из того, что обоснованность требований подтверждена материалами дела, однако они были заявлены после наступления срока закрытия реестра, учитывая, что сведения о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства были опубликованы 04.08.2018, реестр требований кредиторов должника закрыт 10.06.2016, тогда как требование ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» поступило в суд 20.02.2020, то есть после наступления срока закрытия реестра.
Суд апелляционной инстанции, кроме того, пришёл к выводу об уклонении банком-гарантом от исполнения принятых им по договорам банковской гарантии обязательств в добровольном порядке, что не может быть признано добросовестным поведением;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В рассматриваемом случае по формальным признакам регрессное требование банка к принципалу (и как следствие, к обществу, поручившемуся за принципала) возникло после уплаты денежной суммы бенефициару, то есть после возбуждения дела о банкротстве общества.
Вместе с тем, в п. 7 ПП ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 дано ограничительное толкование положений п. 1 и 2 ст. 5 Закона о банкротстве в части регрессных обязательств по банковской гарантии: если банковской гарантией обеспечено исполнение обязательства, возникшего до дня возбуждения дела о банкротстве должника-принципала, и гарант уплатил бенефициару сумму, на которую выдана гарантия, после этого дня, требование гаранта к должникупринципалу о возмещении указанной суммы не относится к текущим платежам и подлежит включению в реестр требований кредиторов.
Такое толкование может привести к появлению ситуации, при которой само реестровое регрессное (новое) требование, основанием которого является платеж кредитору, возникнет после истечения предусмотренного абзацем третьим п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве двухмесячного срока на его предъявление к включению в реестр требований кредиторов принципала (поручителя принципала), что и имело место в рассматриваемом случае.
В подобной ситуации сложившаяся судебная арбитражная практика исходит из того, что положения абзаца третьего п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве в силу аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК РФ) подлежат применению к добросовестному гаранту с учетом правил п. 3 ст. 61.6 Закона о банкротстве: требование добросовестного гаранта считается заявленным в установленный Законом о банкротстве срок, если оно предъявлено в течение двух месяцев со дня возникновения права на регресс (определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 24.09.2014 N 307-ЭС14-100).
В рассматриваемом случае вопрос о добросовестности банка был разрешен судами неправильно.
Фабула дела:
ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» обратилось в суд с заявлением о включении своего требования к АО «Инженерно-Строительная Компания «Союз-Сети» в реестр требований кредиторов. Требование банка возникло из удовлетворения им требований бенефициара по банковской гарантии.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций признали требования подлежащими удовлетворению за счёт имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов третьей очереди.
Суд первой инстанции исходил из того, что обоснованность требований подтверждена материалами дела, однако они были заявлены после наступления срока закрытия реестра, учитывая, что сведения о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства были опубликованы 04.08.2018, реестр требований кредиторов должника закрыт 10.06.2016, тогда как требование ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» поступило в суд 20.02.2020, то есть после наступления срока закрытия реестра.
Суд апелляционной инстанции, кроме того, пришёл к выводу об уклонении банком-гарантом от исполнения принятых им по договорам банковской гарантии обязательств в добровольном порядке, что не может быть признано добросовестным поведением;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В рассматриваемом случае по формальным признакам регрессное требование банка к принципалу (и как следствие, к обществу, поручившемуся за принципала) возникло после уплаты денежной суммы бенефициару, то есть после возбуждения дела о банкротстве общества.
Вместе с тем, в п. 7 ПП ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 дано ограничительное толкование положений п. 1 и 2 ст. 5 Закона о банкротстве в части регрессных обязательств по банковской гарантии: если банковской гарантией обеспечено исполнение обязательства, возникшего до дня возбуждения дела о банкротстве должника-принципала, и гарант уплатил бенефициару сумму, на которую выдана гарантия, после этого дня, требование гаранта к должникупринципалу о возмещении указанной суммы не относится к текущим платежам и подлежит включению в реестр требований кредиторов.
Такое толкование может привести к появлению ситуации, при которой само реестровое регрессное (новое) требование, основанием которого является платеж кредитору, возникнет после истечения предусмотренного абзацем третьим п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве двухмесячного срока на его предъявление к включению в реестр требований кредиторов принципала (поручителя принципала), что и имело место в рассматриваемом случае.
В подобной ситуации сложившаяся судебная арбитражная практика исходит из того, что положения абзаца третьего п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве в силу аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК РФ) подлежат применению к добросовестному гаранту с учетом правил п. 3 ст. 61.6 Закона о банкротстве: требование добросовестного гаранта считается заявленным в установленный Законом о банкротстве срок, если оно предъявлено в течение двух месяцев со дня возникновения права на регресс (определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 24.09.2014 N 307-ЭС14-100).
В рассматриваемом случае вопрос о добросовестности банка был разрешен судами неправильно.
Верховный Суд Российской Федерации указал, что в силу принципа относительности обязательств, заявляя о недобросовестности гаранта, принципал, его поручитель (кредиторы поручителя) не вправе ссылаться на возражения из чужой обязательственной связи ("гарант (банк) - бенефициар"). Ненадлежащее исполнение банком обязательства перед бенефициаром производит эффект только на это обязательство (бенефициар получает право на привлечение банка к гражданско-правовой ответственности за несовершение платежа по гарантии в отведенный срок (п. 2 ст. 377 ГК РФ)) и само по себе не свидетельствует о недобросовестности банка в регрессной обязательственной связи "гарант - принципал".
Суды не учли, что гарантия призвана повысить уровень защиты бенефициара, создать для него большую вероятность реального удовлетворения требования, вытекающего из отношений между принципалом и бенефициаром. Принципал и его поручитель (кредиторы принципала, поручителя) не могут поставить в вину гаранту просрочку платежа в адрес бенефициара еще и потому, что причиной предъявления бенефициаром требования к гаранту является неисправность самого принципала в обязательстве, связывающем его с бенефициаром.
Суды не учли, что гарантия призвана повысить уровень защиты бенефициара, создать для него большую вероятность реального удовлетворения требования, вытекающего из отношений между принципалом и бенефициаром. Принципал и его поручитель (кредиторы принципала, поручителя) не могут поставить в вину гаранту просрочку платежа в адрес бенефициара еще и потому, что причиной предъявления бенефициаром требования к гаранту является неисправность самого принципала в обязательстве, связывающем его с бенефициаром.
Суд округа напоминает, что в силу принципа единства судьбы земельного участка и построек на нём, если переходит право собственности на здание, то в силу закона переходит так же и имеющееся у отчуждателя право на земельный участок под ним (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А41-87155/19)
Фабула дела:
Администрация города Долгопрудного Московской обратилась в Арбитражный суд к ООО «Парусный клуб «Водник» с иском о взыскании задолженности и пени в размере за период с 16.12.2018 по 15.06.2020 по договору аренды земельного участка.
Ответчик возражал, указывая, что объекты недвижимости на арендованных земельных участках были им отчуждены, следовательно, из арендных отношений он выбыл.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требования в части.
Суды исходили из того, что на спорном земельном участке расположены объекты недвижимости, права на которые перешли к третьему лицу, при этом в фактическом владении ООО «Парусный клуб «Водник» осталась часть земельного участка, аренду которой ответчик не оплачивает, в связи с чем, пришли к выводу о наличии у общества задолженности по арендной плате;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Пп. 5 п. 1 ст. 1 ЗК РФ предусмотрен принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов.
В соответствии с п. 1 ст. 35 ЗК РФ при переходе права собственности на здание, строение, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.
В силу п. 3 ст. 552 ГК РФ при продаже недвижимости, находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, покупатель приобретает право пользования соответствующим земельным участком на тех же условиях, что и продавец недвижимости.
В п. 25 ПП ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 разъяснено, что по смыслу названных положений при продаже недвижимости, находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, к покупателю этой недвижимости с момента государственной регистрации перехода права собственности на нее переходит то право на земельный участок, которое принадлежало продавцу недвижимости, а также связанные с этим правом обязанности при наличии таковых (перемена лица в договоре аренды).
Остались не проверенными судами обеих инстанций доводы ответчика о том, что с момента государственной регистрации перехода права собственности на указанные объекты к третьим лицам в силу закона перешло и право пользования спорным земельным участком, на котором расположены данные объекты недвижимости, на тех же условиях, которые были у предыдущего пользователя, т.е. при регистрации перехода права собственности на объекты спортивно - оздоровительного комплекса к третьим лицам перешло право аренды всего земельного участка, т.к. иного назначения, кроме как эксплуатация названного комплекса, данный земельный участок не имеет.
Судами не установлено, когда зарегистрирован переход права собственности от ответчика (продавца объектов) к третьим лицам (покупателям) в отношении всех объектов недвижимости, составляющих вышеупомянутый комплекс, копии договоров купли-продажи и выписки из ЕГРН в отношении данных объектов судами не истребовались, а также судами сделан необоснованный вывод о сохранении в пользовании ответчика части спорного земельного участка, поскольку суды не указали цель такого пользования при отчуждении всех объектов недвижимости, расположенных на данном участке, принимая во внимание, что согласного условиям договора целью аренды является исключительно размещение (эксплуатация) спортивно-оздоровительного комплекса.
Фабула дела:
Администрация города Долгопрудного Московской обратилась в Арбитражный суд к ООО «Парусный клуб «Водник» с иском о взыскании задолженности и пени в размере за период с 16.12.2018 по 15.06.2020 по договору аренды земельного участка.
Ответчик возражал, указывая, что объекты недвижимости на арендованных земельных участках были им отчуждены, следовательно, из арендных отношений он выбыл.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требования в части.
Суды исходили из того, что на спорном земельном участке расположены объекты недвижимости, права на которые перешли к третьему лицу, при этом в фактическом владении ООО «Парусный клуб «Водник» осталась часть земельного участка, аренду которой ответчик не оплачивает, в связи с чем, пришли к выводу о наличии у общества задолженности по арендной плате;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Пп. 5 п. 1 ст. 1 ЗК РФ предусмотрен принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов.
В соответствии с п. 1 ст. 35 ЗК РФ при переходе права собственности на здание, строение, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.
В силу п. 3 ст. 552 ГК РФ при продаже недвижимости, находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, покупатель приобретает право пользования соответствующим земельным участком на тех же условиях, что и продавец недвижимости.
В п. 25 ПП ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 разъяснено, что по смыслу названных положений при продаже недвижимости, находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, к покупателю этой недвижимости с момента государственной регистрации перехода права собственности на нее переходит то право на земельный участок, которое принадлежало продавцу недвижимости, а также связанные с этим правом обязанности при наличии таковых (перемена лица в договоре аренды).
Остались не проверенными судами обеих инстанций доводы ответчика о том, что с момента государственной регистрации перехода права собственности на указанные объекты к третьим лицам в силу закона перешло и право пользования спорным земельным участком, на котором расположены данные объекты недвижимости, на тех же условиях, которые были у предыдущего пользователя, т.е. при регистрации перехода права собственности на объекты спортивно - оздоровительного комплекса к третьим лицам перешло право аренды всего земельного участка, т.к. иного назначения, кроме как эксплуатация названного комплекса, данный земельный участок не имеет.
Судами не установлено, когда зарегистрирован переход права собственности от ответчика (продавца объектов) к третьим лицам (покупателям) в отношении всех объектов недвижимости, составляющих вышеупомянутый комплекс, копии договоров купли-продажи и выписки из ЕГРН в отношении данных объектов судами не истребовались, а также судами сделан необоснованный вывод о сохранении в пользовании ответчика части спорного земельного участка, поскольку суды не указали цель такого пользования при отчуждении всех объектов недвижимости, расположенных на данном участке, принимая во внимание, что согласного условиям договора целью аренды является исключительно размещение (эксплуатация) спортивно-оздоровительного комплекса.
Суд округа допустил применение к займу, выданному наёмным работником должника-банкрота последнему, правил о компенсаторном финансировании (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А40-267357/2019)
Фабула дела:
Зыков В.А. обратился в суд с заявлением о включении его требования из договора займа в реестр требований кредиторов ООО «Энкор».
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций требования удовлетворили.
Судом установлено, что сумма займа в соответствии с условиями договоров займа возвращена не была, финансовое положение Зыкова В.А. позволяло предоставить займ в указанном размере. Одновременно судами установлено, что Зыков В.А. работал в ООО «Энкор» в должности руководителя службы безопасности. Между тем, суды посчитали, что аффилированность должника с кредитором не подтверждена;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Выводы судов о том, что оснований полагать договоры займа, заключенными исключительно с намерением причинить ущерб иным кредиторам должника или при злоупотреблении правом, не имеется, суд округа считает преждевременными. Суды не исследовали в должном объеме обстоятельства наличия либо отсутствия признаков аффилированности должника с кредитором, в связи с чем пришли к выводу, не отвечающему признаку обоснованности.
В силу абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.
При оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.
В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.
В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.
При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 ГК РФ, абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр. При этом само по себе заключение займа не является неправомерным, однако должно рассматриваться как внутренние отношения общества и должника.
Фабула дела:
Зыков В.А. обратился в суд с заявлением о включении его требования из договора займа в реестр требований кредиторов ООО «Энкор».
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций требования удовлетворили.
Судом установлено, что сумма займа в соответствии с условиями договоров займа возвращена не была, финансовое положение Зыкова В.А. позволяло предоставить займ в указанном размере. Одновременно судами установлено, что Зыков В.А. работал в ООО «Энкор» в должности руководителя службы безопасности. Между тем, суды посчитали, что аффилированность должника с кредитором не подтверждена;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Выводы судов о том, что оснований полагать договоры займа, заключенными исключительно с намерением причинить ущерб иным кредиторам должника или при злоупотреблении правом, не имеется, суд округа считает преждевременными. Суды не исследовали в должном объеме обстоятельства наличия либо отсутствия признаков аффилированности должника с кредитором, в связи с чем пришли к выводу, не отвечающему признаку обоснованности.
В силу абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.
При оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.
В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.
В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.
При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 ГК РФ, абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр. При этом само по себе заключение займа не является неправомерным, однако должно рассматриваться как внутренние отношения общества и должника.
Суд округа отметил, что при оспаривании брачного договора по банкротным основаниям необходимо оценивать ликвидность имущества, отнесённого таким договором к собственности должника (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А40-88372/2017)
Фабула дела:
Финансовый управляющий обратился в суд с требованием о признании недействительным брачного договора, заключенного должником (Жуковым И.Н.) и его супругой (Брюнцевой Е.В.), а также о применении последствий его недействительности в виде обязания Брюнцевой Е.В. внести в конкурсную массу должника половину вырученных от реализации отошедшего к ней по условиям брачного договора имущества.
Супруги Жуков И.Н. и Брюнцева Е.В. ранее заключили брачный договор, по условиям которого имущество, приобретенное в период брака на имя должника (квартира, два машино-места, земельный участок и расположенный на нем жилой дом), будет являться собственностью его супруги, при этом в собственности Жукова И.Н. остались доли в обществах с ограниченной ответственностью «НПП «Автомаш», «Автомаш холдинг», «Газомонтаж».
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований.
Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суды указали на то, что после заключения брачного договора И.Н. Жуков стал единоличным собственником материальных активов стоимостью более 300 миллионов рублей, в то время как его супруга получила активы, составляющие менее 60 миллионов рублей. Доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении спорной сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника, либо злоупотребили правом в иных формах, в материалы дела финансовым управляющим не представлено;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новове рассмотрение.
1. Суд округа полагает заслуживающим дополнительного внимания довод кассационной жалобы о том, что все юридические лица, в которых имел участие Жуков И.Н., на момент заключения брачного договора имели признаки неплатежеспособности, находились в стадии банкротства.
Суд округа, исходя из того, что судами обеих инстанций не ставился на обсуждение и не рассматривался вопрос о финансово-юридическом статусе юридических лиц, доля в которых перешла к Жукову И.Н., выводы судов первой и апелляционной инстанций о соотношении итогов раздела имущества между супругами считает преждевременными.
2. Кроме того, суды обеих инстанции, приходя к выводу о том, что доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении спорной сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника, либо злоупотребили правом в иных формах, в материалы дела финансовым управляющим не представлено, в свою очередь оставили без внимания фактическое наличие либо отсутствие каких-либо кредиторов.
Так, к примеру, заявитель кассационной жалобы указал на наличие задолженности перед ООО «Эталл-сервис»: 25.01.2017 по делу № А41- 86106/2016 между ИП Жуковым И.Н. было утверждено мировое соглашение, согласно которому должник обязался выплатить кредитору 9 000 000 рублей в соответствии с утвержденным графиком
Фабула дела:
Финансовый управляющий обратился в суд с требованием о признании недействительным брачного договора, заключенного должником (Жуковым И.Н.) и его супругой (Брюнцевой Е.В.), а также о применении последствий его недействительности в виде обязания Брюнцевой Е.В. внести в конкурсную массу должника половину вырученных от реализации отошедшего к ней по условиям брачного договора имущества.
Супруги Жуков И.Н. и Брюнцева Е.В. ранее заключили брачный договор, по условиям которого имущество, приобретенное в период брака на имя должника (квартира, два машино-места, земельный участок и расположенный на нем жилой дом), будет являться собственностью его супруги, при этом в собственности Жукова И.Н. остались доли в обществах с ограниченной ответственностью «НПП «Автомаш», «Автомаш холдинг», «Газомонтаж».
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований.
Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суды указали на то, что после заключения брачного договора И.Н. Жуков стал единоличным собственником материальных активов стоимостью более 300 миллионов рублей, в то время как его супруга получила активы, составляющие менее 60 миллионов рублей. Доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении спорной сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника, либо злоупотребили правом в иных формах, в материалы дела финансовым управляющим не представлено;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новове рассмотрение.
1. Суд округа полагает заслуживающим дополнительного внимания довод кассационной жалобы о том, что все юридические лица, в которых имел участие Жуков И.Н., на момент заключения брачного договора имели признаки неплатежеспособности, находились в стадии банкротства.
Суд округа, исходя из того, что судами обеих инстанций не ставился на обсуждение и не рассматривался вопрос о финансово-юридическом статусе юридических лиц, доля в которых перешла к Жукову И.Н., выводы судов первой и апелляционной инстанций о соотношении итогов раздела имущества между супругами считает преждевременными.
2. Кроме того, суды обеих инстанции, приходя к выводу о том, что доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении спорной сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника, либо злоупотребили правом в иных формах, в материалы дела финансовым управляющим не представлено, в свою очередь оставили без внимания фактическое наличие либо отсутствие каких-либо кредиторов.
Так, к примеру, заявитель кассационной жалобы указал на наличие задолженности перед ООО «Эталл-сервис»: 25.01.2017 по делу № А41- 86106/2016 между ИП Жуковым И.Н. было утверждено мировое соглашение, согласно которому должник обязался выплатить кредитору 9 000 000 рублей в соответствии с утвержденным графиком
При формировании реестра требований кредиторов для определения размера требования из обязательства, размер которого выражен в иностранной валюте, необходимо учитывать курс валют на момент введения процедуры банкротства (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А40-113047/2020)
Фабула дела:
АО КБ «Москоммерцбанк»обратилось в суд с заявлением о включении своего требования из кредитного договора в реестр требований кредиторов А. Эртюрка.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требования в части.
Как установлено судами, а также усматривается из материалов дела, наличие у Эртюрка Ахмета перед КБ «Москоммерцбанк» кредиторской задолженности подтверждается вступившим в законную силу решением Пресненского районного суда г. Москвы, которое основано на кредитном, соглашении к кредитному договору, договоре об ипотеке, дополнительном соглашении к договору об ипотеке, закладной с соглашением об изменении содержания закладной;
🔸Суд округа судебные акты изменил в части.
В данном случае судами неправильно были применены положения ст. 4 Закона о банкротстве в части установления требования кредитора в реестре требований кредиторов должника.
Согласно заявлению кредитора, размер его требования, выраженного в долларах США, рассчитан по курсу ЦБ РФ на дату подготовки заявления, то есть по состоянию на 03.07.2020. Вместе с тем, в настоящем деле подлежал применению для установления размера требования кредитора в рублевом эквиваленте курс валют по состоянию на дату введения процедуры банкротства в отношении должника с учетом положений п. 1 ст. 4 Закона о банкротстве.
Фабула дела:
АО КБ «Москоммерцбанк»обратилось в суд с заявлением о включении своего требования из кредитного договора в реестр требований кредиторов А. Эртюрка.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требования в части.
Как установлено судами, а также усматривается из материалов дела, наличие у Эртюрка Ахмета перед КБ «Москоммерцбанк» кредиторской задолженности подтверждается вступившим в законную силу решением Пресненского районного суда г. Москвы, которое основано на кредитном, соглашении к кредитному договору, договоре об ипотеке, дополнительном соглашении к договору об ипотеке, закладной с соглашением об изменении содержания закладной;
🔸Суд округа судебные акты изменил в части.
В данном случае судами неправильно были применены положения ст. 4 Закона о банкротстве в части установления требования кредитора в реестре требований кредиторов должника.
Согласно заявлению кредитора, размер его требования, выраженного в долларах США, рассчитан по курсу ЦБ РФ на дату подготовки заявления, то есть по состоянию на 03.07.2020. Вместе с тем, в настоящем деле подлежал применению для установления размера требования кредитора в рублевом эквиваленте курс валют по состоянию на дату введения процедуры банкротства в отношении должника с учетом положений п. 1 ст. 4 Закона о банкротстве.
Суд округа исправил ошибку суда апелляционной инстанции и указал, как должен подтверждаться факт поставки товара (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А40-124619/2019)
Фабула дела:
ОАО «Икма» обратилось в суд с иском о взыскании с ООО Торговый дом «Диетэкс» задолженности по договору поставки и процентов за пользование чужими денежными средствами
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции решение отменил, в удовлетворении требований отказал.
Суд первой инстанции исходил из доказанности исполнения истцом взятых на себя обязательств по поставке товара, соответствующего условиям договора, наличием оснований для взыскания спорной суммы и процентов за пользование чужими денежными средствами. Суд первой инстанции пришел к выводу, что товарные накладные содержат все необходимые реквизиты, характерные для первичных бухгалтерских документов и обладают необходимой доказательственной силой, а полномочия лиц, принявших товар, явствовали из обстановки.
Суд апелляционной инстанции с выводами, изложенными в решении, не согласился. Арбитражный апелляционный суд указал, что истцом не представлено в материалы дела доказательств фактической поставки товара и документов, подтверждающих реальность факта поставки, в связи с чем, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований. Представленные товарные накладные не отвечают критериям достоверности и допустимости доказательств, поскольку в нарушение п. 7 ч. 2 ст. 9 Закона «О бухгалтерском учете» не содержат обязательных реквизитов первичных учетных документов.
🔸Суд округа отменил постановление суда апелляционной инстанции, отправил дело на новое рассмотрение.
1. Податель жалобы указал, что апелляционный суд истребовал дополнительные документы из налогового органа. Согласно книге покупок ответчика последний отразил операции по покупке у истца товара по спорным товарным. Между тем, апелляционный суд сделал вывод о расхождении сведений, содержащихся в книге продаж и в книге покупок истца и ответчика, и невозможности соотнесения представленных в материалы дела сведений в отношении уплаченного НДС. Как указал истец, он отразил эти операции в книге продаж, поэтому никаких расхождений в бухгалтерском учете спорных операций ни у истца, ни у ответчика не имеется, напротив, ответчик подтвердил получение товара, отразив это в своем бухгалтерском учете. Кассационный суд считает, что этому доводу кассационной жалобы не была дана должная оценка.
2. В жалобе написано, что в материалах дела имеются доказательства наличия у истца на момент поставок товара в объеме, достаточном для поставок ответчику, доказательства наличия у ответчика возможности принять товар в массе 55 тонн и дальнейшей продажи мясной продукции, наличие соответствующих складов, оборудованного автопарка. Однако суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что хозяйственные операции по спорным товарным накладным носят мнимый характер, совершены без намерения создать соответствующие данной сделке правовые последствия. Кассационный суд полагает, что данному доводу кассационной жалобы не была дана должная оценка.
3. В жалобе отражено, что в отношении истца была введена процедура банкротства. После инвентаризации имущества и документов конкурсный управляющий приступил к работе по взысканию долгов, что является обычной практикой. Между тем, в постановлении суд поставил ответчику в упрек то, что поставки имели место в 2016 году, а претензия была направлена ответчику в феврале 2019 года, то есть спустя почти 3 года, а исковое заявление направлено в суд в мае 2019 года, однако за указанный период истцом не представлено писем, запросов или иных документов, подтверждающих обращение истца к ответчику с требованием оплаты задолженности. Кассационный суд отмечает, что данному доводу кассационной жалобы не была дана должная оценка.
Фабула дела:
ОАО «Икма» обратилось в суд с иском о взыскании с ООО Торговый дом «Диетэкс» задолженности по договору поставки и процентов за пользование чужими денежными средствами
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции решение отменил, в удовлетворении требований отказал.
Суд первой инстанции исходил из доказанности исполнения истцом взятых на себя обязательств по поставке товара, соответствующего условиям договора, наличием оснований для взыскания спорной суммы и процентов за пользование чужими денежными средствами. Суд первой инстанции пришел к выводу, что товарные накладные содержат все необходимые реквизиты, характерные для первичных бухгалтерских документов и обладают необходимой доказательственной силой, а полномочия лиц, принявших товар, явствовали из обстановки.
Суд апелляционной инстанции с выводами, изложенными в решении, не согласился. Арбитражный апелляционный суд указал, что истцом не представлено в материалы дела доказательств фактической поставки товара и документов, подтверждающих реальность факта поставки, в связи с чем, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований. Представленные товарные накладные не отвечают критериям достоверности и допустимости доказательств, поскольку в нарушение п. 7 ч. 2 ст. 9 Закона «О бухгалтерском учете» не содержат обязательных реквизитов первичных учетных документов.
🔸Суд округа отменил постановление суда апелляционной инстанции, отправил дело на новое рассмотрение.
1. Податель жалобы указал, что апелляционный суд истребовал дополнительные документы из налогового органа. Согласно книге покупок ответчика последний отразил операции по покупке у истца товара по спорным товарным. Между тем, апелляционный суд сделал вывод о расхождении сведений, содержащихся в книге продаж и в книге покупок истца и ответчика, и невозможности соотнесения представленных в материалы дела сведений в отношении уплаченного НДС. Как указал истец, он отразил эти операции в книге продаж, поэтому никаких расхождений в бухгалтерском учете спорных операций ни у истца, ни у ответчика не имеется, напротив, ответчик подтвердил получение товара, отразив это в своем бухгалтерском учете. Кассационный суд считает, что этому доводу кассационной жалобы не была дана должная оценка.
2. В жалобе написано, что в материалах дела имеются доказательства наличия у истца на момент поставок товара в объеме, достаточном для поставок ответчику, доказательства наличия у ответчика возможности принять товар в массе 55 тонн и дальнейшей продажи мясной продукции, наличие соответствующих складов, оборудованного автопарка. Однако суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что хозяйственные операции по спорным товарным накладным носят мнимый характер, совершены без намерения создать соответствующие данной сделке правовые последствия. Кассационный суд полагает, что данному доводу кассационной жалобы не была дана должная оценка.
3. В жалобе отражено, что в отношении истца была введена процедура банкротства. После инвентаризации имущества и документов конкурсный управляющий приступил к работе по взысканию долгов, что является обычной практикой. Между тем, в постановлении суд поставил ответчику в упрек то, что поставки имели место в 2016 году, а претензия была направлена ответчику в феврале 2019 года, то есть спустя почти 3 года, а исковое заявление направлено в суд в мае 2019 года, однако за указанный период истцом не представлено писем, запросов или иных документов, подтверждающих обращение истца к ответчику с требованием оплаты задолженности. Кассационный суд отмечает, что данному доводу кассационной жалобы не была дана должная оценка.
Документ, отражающий результаты проведения досудебной диагностики оборудования, допускается в качестве доказательства как иной документ (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А40-28246/2020)
Фабула дела:
ИП Румянцева О.С. обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании с ООО «РУСБИОХИМ» задолженности по партнёрскому соглашению.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций в удовлетворении требований октазали.
Отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований, суды исходили из допущенного истцом нарушения: проведения диагностики оборудования сторонней организацией, а также ненадлежащей транспортной упаковки предусмотренных заключенным соглашением условий гарантийного обслуживания. Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы жалобы истца, указал на недоказанность обстоятельств как возникновения недостатков до получения товара истцом, так и неустранимости дефекта;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
При этом в соответствии с п. 13 ПП ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу, но подлежат оценке как иные документы, допускаемые в качестве доказательств в соответствии со ст. 89 АПК РФ. В нарушение указанных выше норм суды первой и апелляционной инстанции оставили без исследования и оценки по существу приложенного к исковому заявлению заключения Сервисного центра «ПРОФИ».
С учетом изложенного суд округа приходит к выводу о том, что суды первой и апелляционной инстанций не дали надлежащей оценки всем заявленным истцом доводам и возражениям, а также подтверждающим их документам.
Фабула дела:
ИП Румянцева О.С. обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании с ООО «РУСБИОХИМ» задолженности по партнёрскому соглашению.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций в удовлетворении требований октазали.
Отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований, суды исходили из допущенного истцом нарушения: проведения диагностики оборудования сторонней организацией, а также ненадлежащей транспортной упаковки предусмотренных заключенным соглашением условий гарантийного обслуживания. Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы жалобы истца, указал на недоказанность обстоятельств как возникновения недостатков до получения товара истцом, так и неустранимости дефекта;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
При этом в соответствии с п. 13 ПП ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу, но подлежат оценке как иные документы, допускаемые в качестве доказательств в соответствии со ст. 89 АПК РФ. В нарушение указанных выше норм суды первой и апелляционной инстанции оставили без исследования и оценки по существу приложенного к исковому заявлению заключения Сервисного центра «ПРОФИ».
С учетом изложенного суд округа приходит к выводу о том, что суды первой и апелляционной инстанций не дали надлежащей оценки всем заявленным истцом доводам и возражениям, а также подтверждающим их документам.
Требование о расторжении договора подлежит рассмотрению вне рамок дела о банкротстве в общеисковом порядке (Постановление АС Московского округа от 08.02.21 по делу № А40-103636/2020)
Фабула дела:
ПАО «Московская объединенная энергетическая компания» обратилось в суд к ООО «Кватро» с требованием о расторжении договора о подключении объекта капитального строительства к системам теплоснабжения, взыскании убытков и неустойки.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции оставили заявление без рассмотрения.
Оставление без рассмотрения было связано с тем, что к моменту подачи иска в отношении ответчика была введена процедура конкурсного производства. В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве;
🔸Суд округа судебные акты отменил в части, в соответствующей части дело направил на новое рассмотрение.
Суды пришли к обоснованному выводу о том, что заявленные истцом требования о взыскании убытков и неустойки, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, не относятся к текущим платежам и подлежат рассмотрению в рамках дела о банкротстве ответчика, в связи с чем в настоящем деле такие требования подлежат оставлению без рассмотрения. Выводы судов в данной части соответствуют разъяснениям, изложенным в п. 8 ПП ВАС РФ от 23.07.2009 № 63.
Вместе с тем, оставляя иск без рассмотрения в части требования о расторжении договора, суды не учли, что требование о расторжении договора не относится к числу ни денежных, ни имущественных, в связи с чем на основании п. 5 ст. 4 Закона о банкротстве подлежит рассмотрению вне рамок дела о банкротстве в общеисковом порядке, следовательно, исковое требование о расторжении договора должно было быть рассмотрено судом по существу
Фабула дела:
ПАО «Московская объединенная энергетическая компания» обратилось в суд к ООО «Кватро» с требованием о расторжении договора о подключении объекта капитального строительства к системам теплоснабжения, взыскании убытков и неустойки.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции оставили заявление без рассмотрения.
Оставление без рассмотрения было связано с тем, что к моменту подачи иска в отношении ответчика была введена процедура конкурсного производства. В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве;
🔸Суд округа судебные акты отменил в части, в соответствующей части дело направил на новое рассмотрение.
Суды пришли к обоснованному выводу о том, что заявленные истцом требования о взыскании убытков и неустойки, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, не относятся к текущим платежам и подлежат рассмотрению в рамках дела о банкротстве ответчика, в связи с чем в настоящем деле такие требования подлежат оставлению без рассмотрения. Выводы судов в данной части соответствуют разъяснениям, изложенным в п. 8 ПП ВАС РФ от 23.07.2009 № 63.
Вместе с тем, оставляя иск без рассмотрения в части требования о расторжении договора, суды не учли, что требование о расторжении договора не относится к числу ни денежных, ни имущественных, в связи с чем на основании п. 5 ст. 4 Закона о банкротстве подлежит рассмотрению вне рамок дела о банкротстве в общеисковом порядке, следовательно, исковое требование о расторжении договора должно было быть рассмотрено судом по существу
Если предмет договора аренды не был согласован непосредственно в тексте договора, но был фактически определён согласованными действиями сторон, то суд не может признать такой договор незаключённым (Постановление АС Московского округа от 09.02.21 по делу № А40-200461/19)
Фабула дела:
ООО «Амеро» обратилось в суд к ООО Акционерная страховая компания «Инвестстрах» с иском о взыскании долга и неустойки по договору аренды автомобиля
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций в удовлетворении требований отказали.
Суды исходили из того, что из представленных в материалы дела доказательств не представляется возможным установить идентификационные признаки транспортного средства, указанные документы не содержат VIN-номера, цвета транспортного средства и т.д., автотранспортное средство, являющееся предметом договора аренды, не индивидуализировано с той степенью, которая позволяла бы определенно установить его, следовательно, договор аренды автомобиля является незаключенным, истцом не доказан факт передачи транспортного средства ответчику.
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (п. 1 ст. 432 ГК РФ).
В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным (п. 3 ст. 607 ГК РФ).
Требования к существенным условиям договоров устанавливаются законодателем с целью недопущения неопределенности в правоотношениях сторон и для предупреждения разногласий относительно исполнения договора. Однако если одна сторона договора совершает действия по исполнению договора, а другая сторона – принимает их без каких-либо возражений, то неопределенность в отношении содержания договоренностей сторон отсутствует.
Если арендуемая вещь в договоре аренды не индивидуализирована должным образом, однако договор фактически исполнялся сторонами (например, вещь была передана арендатору и при этом спор о ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта аренды между сторонами отсутствовал), стороны не вправе оспаривать этот договор по основанию, связанному с ненадлежащим описанием объекта аренды, в том числе ссылаться на его незаключенность или недействительность (п. 15 ПП ВАС РФ от 17.11.11 № 73).
При наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной ст. 10 ГК РФ. Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.
Судами не проверены доводы истца том, что договор аренды фактически исполнялся сторонами: имущество, являющееся предметом договора аренды, было передано арендатору по акту приема передачи от 01.10.2017, арендатором, в свою очередь, вносились арендные платежи по договору за пользование имуществом в согласованном размере, при заключении договора аренды автомобиля и во время его исполнения между сторонами отсутствовали разногласия по поводу объекта аренды, и указанные обстоятельства ни арендатором, ни временной администрацией, ни конкурсным управляющим арендатора не оспаривались. Судами также не установлено, подлежат ли применению к спорным правоотношениям сторон положения п. 3 ст. 432 ГК РФ, которые прямо запрещают стороне, принявшей от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившей действие договора, требовать признания этого договора незаключенным.
Фабула дела:
ООО «Амеро» обратилось в суд к ООО Акционерная страховая компания «Инвестстрах» с иском о взыскании долга и неустойки по договору аренды автомобиля
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций в удовлетворении требований отказали.
Суды исходили из того, что из представленных в материалы дела доказательств не представляется возможным установить идентификационные признаки транспортного средства, указанные документы не содержат VIN-номера, цвета транспортного средства и т.д., автотранспортное средство, являющееся предметом договора аренды, не индивидуализировано с той степенью, которая позволяла бы определенно установить его, следовательно, договор аренды автомобиля является незаключенным, истцом не доказан факт передачи транспортного средства ответчику.
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (п. 1 ст. 432 ГК РФ).
В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным (п. 3 ст. 607 ГК РФ).
Требования к существенным условиям договоров устанавливаются законодателем с целью недопущения неопределенности в правоотношениях сторон и для предупреждения разногласий относительно исполнения договора. Однако если одна сторона договора совершает действия по исполнению договора, а другая сторона – принимает их без каких-либо возражений, то неопределенность в отношении содержания договоренностей сторон отсутствует.
Если арендуемая вещь в договоре аренды не индивидуализирована должным образом, однако договор фактически исполнялся сторонами (например, вещь была передана арендатору и при этом спор о ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта аренды между сторонами отсутствовал), стороны не вправе оспаривать этот договор по основанию, связанному с ненадлежащим описанием объекта аренды, в том числе ссылаться на его незаключенность или недействительность (п. 15 ПП ВАС РФ от 17.11.11 № 73).
При наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной ст. 10 ГК РФ. Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.
Судами не проверены доводы истца том, что договор аренды фактически исполнялся сторонами: имущество, являющееся предметом договора аренды, было передано арендатору по акту приема передачи от 01.10.2017, арендатором, в свою очередь, вносились арендные платежи по договору за пользование имуществом в согласованном размере, при заключении договора аренды автомобиля и во время его исполнения между сторонами отсутствовали разногласия по поводу объекта аренды, и указанные обстоятельства ни арендатором, ни временной администрацией, ни конкурсным управляющим арендатора не оспаривались. Судами также не установлено, подлежат ли применению к спорным правоотношениям сторон положения п. 3 ст. 432 ГК РФ, которые прямо запрещают стороне, принявшей от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившей действие договора, требовать признания этого договора незаключенным.