При оспаривании в деле о банкротстве цепочки сделок, в которой участвуют физические лица, дело должно рассматриваться арбитражным судом (Постановление АС Московского округа от 19.01.21 по делу № А41-54603/2018)
Фабула дела:
Финансовый управляющий Ветрова А.В. обратился в суд с требованием о признании недействительными договора дарения, заключённого между должником и его дочерью Ветровой О.А., а также отступного, совершённого между Ветровой О.А. и Еськовым А.В., о возврате земельного участка в конкурсную массу.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции удовлетворили требования в части.
Суды удовлетворили требования в части признания недействительным договора дарения. При этом, прекращая производство по спору в части требований о признании недействительным соглашения об отступном и применении последствий недействительности сделок, суды сослались на положения п. 16 ПП ВАС РФ от 23.12.2010 №63, ст. 150 АПК РФ, указав также, что прекращение производства в части не является препятствием для заявления этих же требований компетентному суду общей юрисдикции;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Ст. 150 АПК РФ предусматривает прекращение производства по делу в случае, если оно не подлежит рассмотрению в арбитражном суде. Но в данном случае у суда первой инстанции отсутствовали процессуальные основания для прекращения производства по спору в части по причине подведомственности требований суду общей юрисдикции.
Кроме того, п. 16 ПП ВАС РФ от 23.12.2010 №63, на который сослались суды, не лишает процессуальной возможности финансового управляющего в рамках дела о банкротстве оспаривать последовательно совершенные сделки с имуществом должника.
Наконец, в соответствии с правовым подходом, отражённым в Определения ВС РФ № 306-ЭС17-11031(6), суд округа обращает внимание судов, что при установлении обстоятельств действительности последующей сделки по приобретению имущества или добросовестности конечного приобретателя имущества суд принимает последствия недействительности сделки должника об отчуждении имущества путем взыскания стоимости имущества на дату совершения сделки. В отношении недвижимого имущества такая стоимость (при недействительности договора дарения) может быть определена исходя из кадастровой стоимости имущества на момент сделки.
Фабула дела:
Финансовый управляющий Ветрова А.В. обратился в суд с требованием о признании недействительными договора дарения, заключённого между должником и его дочерью Ветровой О.А., а также отступного, совершённого между Ветровой О.А. и Еськовым А.В., о возврате земельного участка в конкурсную массу.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции удовлетворили требования в части.
Суды удовлетворили требования в части признания недействительным договора дарения. При этом, прекращая производство по спору в части требований о признании недействительным соглашения об отступном и применении последствий недействительности сделок, суды сослались на положения п. 16 ПП ВАС РФ от 23.12.2010 №63, ст. 150 АПК РФ, указав также, что прекращение производства в части не является препятствием для заявления этих же требований компетентному суду общей юрисдикции;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Ст. 150 АПК РФ предусматривает прекращение производства по делу в случае, если оно не подлежит рассмотрению в арбитражном суде. Но в данном случае у суда первой инстанции отсутствовали процессуальные основания для прекращения производства по спору в части по причине подведомственности требований суду общей юрисдикции.
Кроме того, п. 16 ПП ВАС РФ от 23.12.2010 №63, на который сослались суды, не лишает процессуальной возможности финансового управляющего в рамках дела о банкротстве оспаривать последовательно совершенные сделки с имуществом должника.
Наконец, в соответствии с правовым подходом, отражённым в Определения ВС РФ № 306-ЭС17-11031(6), суд округа обращает внимание судов, что при установлении обстоятельств действительности последующей сделки по приобретению имущества или добросовестности конечного приобретателя имущества суд принимает последствия недействительности сделки должника об отчуждении имущества путем взыскания стоимости имущества на дату совершения сделки. В отношении недвижимого имущества такая стоимость (при недействительности договора дарения) может быть определена исходя из кадастровой стоимости имущества на момент сделки.
Суд округа напоминает, что при оспаривании ненормативных правовых актов государственных органов последние не могут ссылаться в суде на иные основания его законности, чем назывались при принятии оспариваемого акта (Постановление АС Московского округа от 19.01.21 по делу № А40-305406/2019)
Фабула дела:
ООО «Рехау» обратилось в суд с заявлением о признании незаконным решения Московской областной таможни о запрете внесения изменений в декларацию на товары после выпуска товаров и обязании возвратить излишне уплаченные таможенные платежи. Свои требования истец основывал на том, что в отношении товаров одного и того же наименования, описания и артикула, ввезенных по иным ДТ, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Смоленской области от 04 апреля 2017 года по другому делу изменен классификационный код.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований.
В силу пп. «в» п. 11 Порядка после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, производится на основании вступивших в законную силу решений судебных органов государств-членов. Суды согласились с выводами Московской областной таможни о том, что Решение Арбитражного суда Смоленской области от 04 апреля 2017 года по другому делу не относится к спорным ДТ, поскольку предметом рассмотрения этого дела являлись иные ДТ.
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Заявления заинтересованного лица о необходимости внесения изменений в декларации на товары и возврате излишне уплаченных таможенных платежей являются основанием для проведения дополнительных проверочных мероприятий, в ходе которых таможенный орган должен совершить действия, перечисленные в гл. 45 ТК ЕАЭС, по результатам которых таможенный орган обязан принять решение о внесении изменений в декларации на товары либо об отказе в удовлетворении заявления декларанта.
Судами в обоснование законности оспариваемого решения указано на несоблюдение декларантом пункта 12 Порядка, а именно декларантом в заявлении не указан перечень вносимых в ДТ изменений, не приложены заполненные КДТ, и документы, подтверждающие изменения, вносимые в сведения, заявленные в ДТ.
Между тем, решение таможенного органа выводов о том, что заявление общества не соответствует Порядку не содержит, указанное обстоятельство не являлось основанием к отказу.
2. Судами не оценены доводы заявителя о том, что товар, ввезенный в рамках иных ДТ обладает идентичным конкретным наименованием, артикулом, конкретных марок, моделей, описанием и индивидуальными характеристиками, позволяющими отнести к одному коду в соответствии с товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности и при декларировании этих товаров, в соответствии с пунктами 6,7 статьи 21 ТК ЕАС декларантом учтено классификационное решение Смоленской таможни.
Вопреки требованиям ст. 69 АПК РФ выводы Арбитражного суда Смоленской области судами не учтены, поскольку суды не исследовали вопрос, какой товар был ввезен по спорным ДТ, а ограничились формальной констатацией факта отличия номеров ДТ.
Фабула дела:
ООО «Рехау» обратилось в суд с заявлением о признании незаконным решения Московской областной таможни о запрете внесения изменений в декларацию на товары после выпуска товаров и обязании возвратить излишне уплаченные таможенные платежи. Свои требования истец основывал на том, что в отношении товаров одного и того же наименования, описания и артикула, ввезенных по иным ДТ, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Смоленской области от 04 апреля 2017 года по другому делу изменен классификационный код.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований.
В силу пп. «в» п. 11 Порядка после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, производится на основании вступивших в законную силу решений судебных органов государств-членов. Суды согласились с выводами Московской областной таможни о том, что Решение Арбитражного суда Смоленской области от 04 апреля 2017 года по другому делу не относится к спорным ДТ, поскольку предметом рассмотрения этого дела являлись иные ДТ.
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Заявления заинтересованного лица о необходимости внесения изменений в декларации на товары и возврате излишне уплаченных таможенных платежей являются основанием для проведения дополнительных проверочных мероприятий, в ходе которых таможенный орган должен совершить действия, перечисленные в гл. 45 ТК ЕАЭС, по результатам которых таможенный орган обязан принять решение о внесении изменений в декларации на товары либо об отказе в удовлетворении заявления декларанта.
Судами в обоснование законности оспариваемого решения указано на несоблюдение декларантом пункта 12 Порядка, а именно декларантом в заявлении не указан перечень вносимых в ДТ изменений, не приложены заполненные КДТ, и документы, подтверждающие изменения, вносимые в сведения, заявленные в ДТ.
Между тем, решение таможенного органа выводов о том, что заявление общества не соответствует Порядку не содержит, указанное обстоятельство не являлось основанием к отказу.
2. Судами не оценены доводы заявителя о том, что товар, ввезенный в рамках иных ДТ обладает идентичным конкретным наименованием, артикулом, конкретных марок, моделей, описанием и индивидуальными характеристиками, позволяющими отнести к одному коду в соответствии с товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности и при декларировании этих товаров, в соответствии с пунктами 6,7 статьи 21 ТК ЕАС декларантом учтено классификационное решение Смоленской таможни.
Вопреки требованиям ст. 69 АПК РФ выводы Арбитражного суда Смоленской области судами не учтены, поскольку суды не исследовали вопрос, какой товар был ввезен по спорным ДТ, а ограничились формальной констатацией факта отличия номеров ДТ.
Доброе утро, коллеги! Сегодня начнём с такого. Может ли пропущенный срок исковой давности быть восстановлен (ст. 205 ГК РФ) по требованию, связанному с предпринимательской деятельностью ЮЛ или ИП?
Anonymous Quiz
13%
Да, но только для ИП, поскольку условия восстановления явно рассчитаны на физическое лицо
2%
Да, но только для ЮЛ, поскольку контролировать множество физических лиц сложнее
53%
Нет, предпринимательской деятельности тут быть не может
33%
Да, в обоих случаях
При взыскании судебных расходов уже после вынесения решения по существу дела, от какой даты следует отсчитывать срок для заявления требования об из взыскании?
Anonymous Quiz
24%
С даты вынесения последнего решения по существу — акта суда первой или апелляционной инстанции
6%
С даты вынесения акта первой инстанции, которым дело рассмотрено по существу
67%
С даты вынесения последнего из решений любой инстанции, влияющего на рассмотрение дела
4%
В любой срок, но не позднее 10 лет со дня принятия судом иска
Допустим, юридическое лицо арендует помещение. Раз в месяц, в последний день, оно выплачивает арендную плату. В этом месяце 31 числа — день платы, а 28 числа в отношении лица запускают процедуру наблюдения. Будет ли относится платёж 31 числа к текущим?
Anonymous Quiz
23%
Нет, так как период времени, за который он поступает, имел место по большей части до банкротства
16%
Нет, так как договор, по которому выплачиваются периодические платежи, был заключён до банкротства
60%
Да, так как срок платежа наступил уже после введения наблюдения
Какое специальное ограничение действует для государственных органов при оспаривании их правовых актов?
Anonymous Quiz
90%
Запрет приводить в суде те основания законности акта, которые не приводились при его издании
4%
Запрет использовать письменные доказательства
6%
Запрет на обжалование судебных актов по делу
Заказчик по договору подряда уклонился от подписания акта приёма работ. В дальнейшем возник спор об оплате по договору. На ком лежит бремя доказывания выполнения/невыполнения работ и из качественности/некачественности?
Anonymous Quiz
28%
Истец-подрядчик должен доказать выполнение работ
25%
Ответчик-заказчик должен доказать невыполнение работ
47%
Ответчик-заказчик должен доказать невыполнение работ, если отказ от подписания акта был необоснован
Суд округа напомнил, что требования контролирующих должника лиц, вытекающие из предоставления компенсационного финансирования, подлежат включению в реестр требований и субординации (Постановление АС Московского округа от 25.01.21 по делу № А41-93315/2018)
Фабула дела:
Скоморохин П.А. обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований ООО «Ступино Милк» задолженности из договора займа.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции в удовлетворении требований отказали.
Суд первой инстанции указал, что требования носят корпоративный характер, поскольку Скоморохин П.А. с 13 января 2016 года является генеральным директором общества, а также 50%-м участником должника.
Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что при заключении договоров займа допущено злоупотребление правом со стороны кредитора, направленное на искусственное создание кредиторской задолженности, что повлекло нарушение имущественных интересов иных кредиторов;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. В данном случае суды, отказывая в удовлетворении требований, исходили из льготных условий займа и того обстоятельства, что займодавец является генеральным директором и участником должника. Между тем, вопреки выводам судов, договор займа являлся процентным.
Кроме того, согласно разъяснениям, данным в п. 3 Обзора судебной практики, утв. Президиумом ВС РФ 29.01.20, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.
Суды вышеуказанные разъяснения не учли, то есть не приняли во внимание, что если будет установлено, что денежные средства фактически были предоставлены кредитором должнику, однако прикрывали собой компенсационное финансирование последнего, требования считаются обоснованными, однако подлежащими субординации.
2. Для отказа во включении требований в реестр на основании ст. 10 ГК РФ суду необходимо установить, в чем заключается злоупотребление правом, чего в данном случае сделано не было.
О злоупотреблении правом может свидетельствовать мнимый характер сделки, однако в данном случае суды установили фактическую оплату кредитором юридических услуг в качестве займа.
Злоупотребление правом может выражаться в транзитности операций, однако суды финансовую возможность кредитора предоставить заем из собственных денежных средств не проверили.
Суды вышеуказанные обстоятельства не установили, хотя признали злоупотребление правом со стороны кредитора, не указав, в чем оно заключается, при том что кредитор представлял доказательства фактического оказания юридических услуг должнику и доказательства их оплаты кредитором в соответствии с условиями договора займа.
Фабула дела:
Скоморохин П.А. обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований ООО «Ступино Милк» задолженности из договора займа.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции в удовлетворении требований отказали.
Суд первой инстанции указал, что требования носят корпоративный характер, поскольку Скоморохин П.А. с 13 января 2016 года является генеральным директором общества, а также 50%-м участником должника.
Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что при заключении договоров займа допущено злоупотребление правом со стороны кредитора, направленное на искусственное создание кредиторской задолженности, что повлекло нарушение имущественных интересов иных кредиторов;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. В данном случае суды, отказывая в удовлетворении требований, исходили из льготных условий займа и того обстоятельства, что займодавец является генеральным директором и участником должника. Между тем, вопреки выводам судов, договор займа являлся процентным.
Кроме того, согласно разъяснениям, данным в п. 3 Обзора судебной практики, утв. Президиумом ВС РФ 29.01.20, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.
Суды вышеуказанные разъяснения не учли, то есть не приняли во внимание, что если будет установлено, что денежные средства фактически были предоставлены кредитором должнику, однако прикрывали собой компенсационное финансирование последнего, требования считаются обоснованными, однако подлежащими субординации.
2. Для отказа во включении требований в реестр на основании ст. 10 ГК РФ суду необходимо установить, в чем заключается злоупотребление правом, чего в данном случае сделано не было.
О злоупотреблении правом может свидетельствовать мнимый характер сделки, однако в данном случае суды установили фактическую оплату кредитором юридических услуг в качестве займа.
Злоупотребление правом может выражаться в транзитности операций, однако суды финансовую возможность кредитора предоставить заем из собственных денежных средств не проверили.
Суды вышеуказанные обстоятельства не установили, хотя признали злоупотребление правом со стороны кредитора, не указав, в чем оно заключается, при том что кредитор представлял доказательства фактического оказания юридических услуг должнику и доказательства их оплаты кредитором в соответствии с условиями договора займа.
В ситуации, когда выплата премий работникам является обычной практикой для лица, признанного несостоятельным, такие выплаты могут быть признаны недействительными сделками лишь при существенном несоответствии размера этих премий внесенному работником трудовому вкладу (Постановление АС Московского округа от 25.01.21 по делу № А40-86520/2018)
Фабула дела:
Конкурсный управляющий ПАО «ОФК Банк» обратился в суд к бывшему финансовому менеджеру банка Ковалёву Г.Ю. с иском о признании недействительными на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве нескольких приказов банка о выплате Ковалёву премий и произведённых на основании данных приказов выплат.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции удовлетворили требования в части.
Частично удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что выплата в пользу Ковалева премий, зависящих от показателей деятельности Банка, совершена в период неплатежеспособности последнего и в отсутствие каких-либо оснований для начислений премий.
Суды указали, что само по себе издание приказов о выплате дополнительных премий (без указания соответствующих достижений выполненных сотрудником работ, превышающих его стандартные повседневные должностные обязанности) при формальном наличии такой возможности во внутренних документах Банка, не презюмирует и не подтверждает равноценность встречного предоставления со стороны ответчика, которое должно выражаться в виде количества и качества затраченного труда (сверх обычно выполняемой трудовой функции), эквивалентного размеру выплаченной ему премии;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. На основании ст. 130 ТК РФ повышение уровня реального содержания заработной платы является одной из основных гарантий, предоставленных работнику действующим законодательством РФ. Повышение уровня заработной платы является не только правом работодателя, но и его обязанностью.
При этом индексация – это не единственный способ обеспечения повышения уровня реального содержания заработной платы. Обязанность повышать реальное содержание заработной платы работников может быть исполнена работодателем и путем ее периодического увеличения безотносительно к порядку индексации, в частности, повышением должностных окладов, выплатой премий и т.п. (п. 10 Обзора судебной практики ВС РФ №4, утв. Президиумом ВС РФ 15.11.17).
В данном случае суды установили, что должностная инструкция ответчика не устанавливает объемы выполнения трудовой функции, а содержит перечень должностных обязанностей работника с учетом особенностей организации производства. Между тем, заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, - это вознаграждение за трудовую деятельность, а встречным исполнением по такой сделке является непосредственно осуществление трудовой функции.
Наличие в законодательстве о банкротстве приведенных специальных правил об оспаривании сделок (действий) не означает, что само по себе ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство ограничивают права обычных работников на получение всего комплекса гарантий, установленных ТК РФ.
2. Ответчик обращал внимание на то, что выплата аналогичных премий осуществлялась банком и ранее по отношению к ответчику, что свидетельствует о том, что премирование, по сути, входило в состав заработной платы.
Суды в рассматриваемом случае не установили и не исследовали вопрос о том, являлись ли выплаты премий регулярными, не запросили у конкурсного управляющего штатное расписание Банка на предмет изучения фонда оплаты труда работников (был ли он рассчитан с учетом выплат регулярных премий работникам). Таким образом, признав недействительными действия по начислению премий ответчику, суды не выяснили, являются ли спорные премии составной частью его ежемесячной оплаты труда, подлежащей обязательной выплате в качестве заработной платы.
Фабула дела:
Конкурсный управляющий ПАО «ОФК Банк» обратился в суд к бывшему финансовому менеджеру банка Ковалёву Г.Ю. с иском о признании недействительными на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве нескольких приказов банка о выплате Ковалёву премий и произведённых на основании данных приказов выплат.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции удовлетворили требования в части.
Частично удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что выплата в пользу Ковалева премий, зависящих от показателей деятельности Банка, совершена в период неплатежеспособности последнего и в отсутствие каких-либо оснований для начислений премий.
Суды указали, что само по себе издание приказов о выплате дополнительных премий (без указания соответствующих достижений выполненных сотрудником работ, превышающих его стандартные повседневные должностные обязанности) при формальном наличии такой возможности во внутренних документах Банка, не презюмирует и не подтверждает равноценность встречного предоставления со стороны ответчика, которое должно выражаться в виде количества и качества затраченного труда (сверх обычно выполняемой трудовой функции), эквивалентного размеру выплаченной ему премии;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. На основании ст. 130 ТК РФ повышение уровня реального содержания заработной платы является одной из основных гарантий, предоставленных работнику действующим законодательством РФ. Повышение уровня заработной платы является не только правом работодателя, но и его обязанностью.
При этом индексация – это не единственный способ обеспечения повышения уровня реального содержания заработной платы. Обязанность повышать реальное содержание заработной платы работников может быть исполнена работодателем и путем ее периодического увеличения безотносительно к порядку индексации, в частности, повышением должностных окладов, выплатой премий и т.п. (п. 10 Обзора судебной практики ВС РФ №4, утв. Президиумом ВС РФ 15.11.17).
В данном случае суды установили, что должностная инструкция ответчика не устанавливает объемы выполнения трудовой функции, а содержит перечень должностных обязанностей работника с учетом особенностей организации производства. Между тем, заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, - это вознаграждение за трудовую деятельность, а встречным исполнением по такой сделке является непосредственно осуществление трудовой функции.
Наличие в законодательстве о банкротстве приведенных специальных правил об оспаривании сделок (действий) не означает, что само по себе ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство ограничивают права обычных работников на получение всего комплекса гарантий, установленных ТК РФ.
2. Ответчик обращал внимание на то, что выплата аналогичных премий осуществлялась банком и ранее по отношению к ответчику, что свидетельствует о том, что премирование, по сути, входило в состав заработной платы.
Суды в рассматриваемом случае не установили и не исследовали вопрос о том, являлись ли выплаты премий регулярными, не запросили у конкурсного управляющего штатное расписание Банка на предмет изучения фонда оплаты труда работников (был ли он рассчитан с учетом выплат регулярных премий работникам). Таким образом, признав недействительными действия по начислению премий ответчику, суды не выяснили, являются ли спорные премии составной частью его ежемесячной оплаты труда, подлежащей обязательной выплате в качестве заработной платы.
В ситуации, когда начисленные ответчику премии фактически входили в систему оплаты труда, действия по их начислению могли быть признаны недействительными лишь при существенном несоответствии размера этих премий внесенному работником трудовому вкладу (определение ВС РФ от 21.12.2020 по делу № А41- 34824/2016.).
Возвращение предмета аренды не препятствует дальнейшему начислению неустойки на просроченные ранее арендные платежи (Постановление АС Московского округа от 25.01.12 по делу № А41-17192/2020)
Фабула дела:
ИП Семёнов О.С. обратился в суд к ООО «Инвест-Групп» с иском о взыскании задолженности и пеней по договору аренды оборудования.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции удовлетворили требования в части.
Отказывая истцу в удовлетворении исковых требований в части взыскания пени, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями ст. 329 и 330 ГК РФ, пришли к выводу о том, что заявленные ко взысканию пени за просрочку оплаты арендных платежей не подлежат взысканию, поскольку рассчитаны истцом за период, следующий после даты возврата арендованного имущества арендодателю и прекращения обязательств по спорному договору аренды;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 68 ПП ВС РФ от 24.03.16 №7).
В случае расторжения договора аренды взысканию также подлежат установленные договором платежи за пользование имуществом до дня фактического возвращения имущества лицу, предоставившему это имущество в пользование, а также убытки и неустойка за просрочку арендатора по день фактического исполнения им всех своих обязательств (п. 8 ПП ВАС РФ от 06.06.14 №35).
При таких обстоятельствах, отказ во взыскании неустойки за просрочку оплаты арендных платежей, неоплаченных ответчиком, по мотиву ее начисления за период после возврата оборудования сделан без исследования договора на предмет наличия/отсутствия в нем условий, содержащих положения о прекращении обязательств сторон после возврата оборудования арендодателю, условий об оплате аренды оборудования.
Фабула дела:
ИП Семёнов О.С. обратился в суд к ООО «Инвест-Групп» с иском о взыскании задолженности и пеней по договору аренды оборудования.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции удовлетворили требования в части.
Отказывая истцу в удовлетворении исковых требований в части взыскания пени, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями ст. 329 и 330 ГК РФ, пришли к выводу о том, что заявленные ко взысканию пени за просрочку оплаты арендных платежей не подлежат взысканию, поскольку рассчитаны истцом за период, следующий после даты возврата арендованного имущества арендодателю и прекращения обязательств по спорному договору аренды;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 68 ПП ВС РФ от 24.03.16 №7).
В случае расторжения договора аренды взысканию также подлежат установленные договором платежи за пользование имуществом до дня фактического возвращения имущества лицу, предоставившему это имущество в пользование, а также убытки и неустойка за просрочку арендатора по день фактического исполнения им всех своих обязательств (п. 8 ПП ВАС РФ от 06.06.14 №35).
При таких обстоятельствах, отказ во взыскании неустойки за просрочку оплаты арендных платежей, неоплаченных ответчиком, по мотиву ее начисления за период после возврата оборудования сделан без исследования договора на предмет наличия/отсутствия в нем условий, содержащих положения о прекращении обязательств сторон после возврата оборудования арендодателю, условий об оплате аренды оборудования.
Неоплата конкретного долга отдельному кредитору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (Постановление АС Московского округа от 25.01.21 по делу № А40-311964/2019)
Фабула дела:
ООО «Пирит-Энерго» было отказано в введении процедуры наблюдения в отношении ООО «СУ-123». В дальнейшем ООО «Пирит-Энерго» обращается в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности Деде В.З.(участник общества, бывший генеральный директор), Белякова А.Н. и Лыкова М.В. (участники общества).
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции требования удовлетворили.
Привлекая ответчиков к субсидиарной ответственности, суды пришли к выводу о том, что ответчиками не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, кроме того, Деде В.З. совершены сделки, причинившие интересам кредиторов значительный ущерб;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Для разрешения вопроса о наступлении у контролирующего должника лица обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом судам необходимо установить наступление признаков объективного банкротства у должника.
Положения Закона о банкротстве – в редакции Закона №134- ФЗ или №266-ФЗ, в части оснований привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами в зависимости от того, какие действия вменены ответчикам и в какой момент времени они совершены.
Поскольку заявителем вменялась ответчику Деде В.З. обязанность по подаче заявления не позднее 04.06.2016, к спорным отношениям подлежали применению положения ст. 9, 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134- ФЗ.
2. Согласно позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 10.12.2020 по делу №А40-170315/2015 неоплата конкретного долга отдельному кредитору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.
В рассматриваемом деле суды, определяя дату наступления обязанности по подаче заявления у руководителя должника, сослались только на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2016 по другому делу о взыскании с должника ООО «СУ-123» в пользу заявителя ООО «Пирит-Энерго» задолженности и неустойки. Обстоятельства соотношения размера денежных обязательств должника над стоимостью имущества общества на соответствующую дату судами не исследовались и не устанавливались.
Фабула дела:
ООО «Пирит-Энерго» было отказано в введении процедуры наблюдения в отношении ООО «СУ-123». В дальнейшем ООО «Пирит-Энерго» обращается в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности Деде В.З.(участник общества, бывший генеральный директор), Белякова А.Н. и Лыкова М.В. (участники общества).
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции требования удовлетворили.
Привлекая ответчиков к субсидиарной ответственности, суды пришли к выводу о том, что ответчиками не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, кроме того, Деде В.З. совершены сделки, причинившие интересам кредиторов значительный ущерб;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Для разрешения вопроса о наступлении у контролирующего должника лица обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом судам необходимо установить наступление признаков объективного банкротства у должника.
Положения Закона о банкротстве – в редакции Закона №134- ФЗ или №266-ФЗ, в части оснований привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами в зависимости от того, какие действия вменены ответчикам и в какой момент времени они совершены.
Поскольку заявителем вменялась ответчику Деде В.З. обязанность по подаче заявления не позднее 04.06.2016, к спорным отношениям подлежали применению положения ст. 9, 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134- ФЗ.
2. Согласно позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 10.12.2020 по делу №А40-170315/2015 неоплата конкретного долга отдельному кредитору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.
В рассматриваемом деле суды, определяя дату наступления обязанности по подаче заявления у руководителя должника, сослались только на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2016 по другому делу о взыскании с должника ООО «СУ-123» в пользу заявителя ООО «Пирит-Энерго» задолженности и неустойки. Обстоятельства соотношения размера денежных обязательств должника над стоимостью имущества общества на соответствующую дату судами не исследовались и не устанавливались.
Бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника-банкрота лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется (Постановление АС Московского округа от 25.01.21 по делу № А40-109521/2019)
Фабула дела:
ООО «Формула Света» обратилось в суд с иском о привлечении бывшего руководителя ООО «Световые решения», признанного несостоятельным, Тершукова О.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. Заявление мотивировано тем, что в срок не позднее 06.07.2018 руководитель должника был обязан обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Световые решения» несостоятельным, однако данная обязанность не была исполнена.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции в удовлетворении требования отказали.
Момент наступления неплатежеспособности должника истцом не подтвержден, в материалах дела отсутствуют доказательства возникновения у должника неисполненных обязательств, возникших после истечения срока предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве. В материалах дела отсутствуют доказательства противоправности поведения Тершукова О.А. и его вины в последующем банкротстве;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу или несвоевременную подачу заявления о банкротстве установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (определение ВС РФ от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412).
В настоящем случае кассатор указывает, что суду первой инстанции представлена бухгалтерская отчетность должника, приобщенная судом к материалам дела, которая свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности должника, начиная с 31.12.2016. При этом, как полагает кассатор, отчетность подтверждает, что финансовое положение должника в последующие годы – 2017 и 2018, продолжало ухудшаться.
Между тем судами данное доказательство в нарушение требований ст. 71 АПК РФ не рассмотрено и не оценено. По сути, определяя момент возникновения у руководителя должника обязанности подачи заявления о банкротстве, суды ограничились рассмотрением довода заявителя о предъявлении должнику 05.06.2018 претензии.
В рассматриваемом случае суды ошибочно отождествили неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.
Следует учитывать, что установление момента возникновения обязанности по обращению в суд с таким заявлением напрямую связано с определением размера субсидиарной ответственности руководителя, которая по общему правилу ограничивается объемом обязательств перед кредиторами, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.
2. В отношении вывода суда первой инстанции об отсутствии доказательств вины Тершукова О.А. в последующем банкротстве
Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой. В силу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.
Фабула дела:
ООО «Формула Света» обратилось в суд с иском о привлечении бывшего руководителя ООО «Световые решения», признанного несостоятельным, Тершукова О.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. Заявление мотивировано тем, что в срок не позднее 06.07.2018 руководитель должника был обязан обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Световые решения» несостоятельным, однако данная обязанность не была исполнена.
Позиции судов:
🔸Суды первой и апелляционной инстанции в удовлетворении требования отказали.
Момент наступления неплатежеспособности должника истцом не подтвержден, в материалах дела отсутствуют доказательства возникновения у должника неисполненных обязательств, возникших после истечения срока предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве. В материалах дела отсутствуют доказательства противоправности поведения Тершукова О.А. и его вины в последующем банкротстве;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу или несвоевременную подачу заявления о банкротстве установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (определение ВС РФ от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412).
В настоящем случае кассатор указывает, что суду первой инстанции представлена бухгалтерская отчетность должника, приобщенная судом к материалам дела, которая свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности должника, начиная с 31.12.2016. При этом, как полагает кассатор, отчетность подтверждает, что финансовое положение должника в последующие годы – 2017 и 2018, продолжало ухудшаться.
Между тем судами данное доказательство в нарушение требований ст. 71 АПК РФ не рассмотрено и не оценено. По сути, определяя момент возникновения у руководителя должника обязанности подачи заявления о банкротстве, суды ограничились рассмотрением довода заявителя о предъявлении должнику 05.06.2018 претензии.
В рассматриваемом случае суды ошибочно отождествили неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.
Следует учитывать, что установление момента возникновения обязанности по обращению в суд с таким заявлением напрямую связано с определением размера субсидиарной ответственности руководителя, которая по общему правилу ограничивается объемом обязательств перед кредиторами, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.
2. В отношении вывода суда первой инстанции об отсутствии доказательств вины Тершукова О.А. в последующем банкротстве
Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой. В силу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.