Продолжим наши опросы!
❓Допустим, вы вступаете в сделку с лицом, которое является ответчиком по ряду процессов, в которых третьи лица взыскивают с него задолженность. Будете ли вы считаться знающим о несостоятельности вашего контрагента?
❓Допустим, вы вступаете в сделку с лицом, которое является ответчиком по ряду процессов, в которых третьи лица взыскивают с него задолженность. Будете ли вы считаться знающим о несостоятельности вашего контрагента?
Anonymous Quiz
1%
Ответ зависит от количества активных споров на момент вступления в сделку
87%
Само по себе наличие процессов по взысканию задолженности о несостоятельности не свидетельствует
7%
Да, поскольку доведение до судебного взыскания свидетельствует о несостоятельности
4%
Ответ зависит от общей суммы взыскиваемых с вашего контрагента сумм
❓Как определяются условия договора, который заключается в результате судебного процесса об обязании заключить договор?
Anonymous Quiz
7%
В решении суда указывается на необходимость принятия сторонами дополнительного соглашения
84%
Условия должны содержаться в резолютивной части решения суда
9%
Условия определяются истцом по такому процессу в его исковом заявлении
❓И вопрос, вытекающий из предыдущего: а если в резолютивной части решения условий договора всё же не содержится, то можно ли добиваться отмены такого решения и нового рассмотрения дела?
Anonymous Quiz
52%
Нет, надлежит обратиться в суд первой инстанции за разъяснением порядка исполнения судебного акта
9%
Это недостаточное основание для отмены судебного акта
40%
Да, такой акт подлежит отмене, а дело — пересмотру
Соглашение о выплате залогодателю лицом, обязательство которого обеспечивается, уплаченной залогодателем в обеспечение долга такого лица суммы может при определённых обстоятельствах быть признано заключённым в нарушение предусмотренного законом порядка погашения требований залогодателя, исполнившего обязательства основного должника (Постановление АС Московского округа от 22.12.20 по делу № А40-161517/2019)
Фабула дела:
В обеспечение обязательства гражданина по кредитному договору другой гражданин заложил своё недвижимое имущество. По соглашению между названными лицами в случае обращения взыскания на предмет залога заёмщик выплачивает залогодателю 90% от начальной продажной цены предмета залога.
Впоследствии на предмет залога было обращено взыскание, а заёмщик признан несостоятельным. Залогодатель обращается в суд с требованием о включении своего требования в реестр требований кредиторов должника.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Включая требования в реестр требований кредиторов должника, суды руководствовались положениями п.3.3 соглашения между должником и заявителем, в соответствии с которым в случае обращения взыскания кредитором на предмет залога для удовлетворения требований по кредитному договору, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств должника по кредитному договору, должник обязуется уплатить залогодателю денежную сумму в размере 90% от начальной продажной цены предмета залога, установленной судебным решением, в течение 2 месяцев с момента вступления в силу судебного решения, которым обращено взыскание;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Как следует из материалов дела, в ходе рассмотрения обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанциях возражающий кредитор ссылался на то, что на момент заключения договора залога между банком и заявителем должник и заявитель являлись аффилированными лицами через их участие и участие членов их семей в нескольких юридических лицах, а также в связи с совместным поручительством по кредитным обязательствам иного юридического лица.
Однако данным доводам судом первой инстанции оценка не дана, а суд апелляционной инстанции, отклоняя соответствующие доводы апелляционной жалобы банка, сослался только на то, что сами факты наличия совместного участия в нескольких юридических лицах и заключения совместных сделок не могут являться подтверждением искусственного создания задолженности.
При этом, суды пришли к выводам о том, что закон не запрещает взимать вознаграждение за обеспечение обязательств иного лица путем передачи имущества в залог кредитору такого лица.
Однако банк в судебных заседаниях обращал внимание судов, что заключение заявителем договора залога с банком было обусловлено не профессиональной деятельностью заявителя по предоставлению объектов недвижимости в залог, а именно фактической аффилированностью заявителя и должника, их совместной экономической деятельностью.
Как указано в определении ВС РФ №305-ЭС18-22264 от 08.04.2019 по делу №А41-25952/16, согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).
Фабула дела:
В обеспечение обязательства гражданина по кредитному договору другой гражданин заложил своё недвижимое имущество. По соглашению между названными лицами в случае обращения взыскания на предмет залога заёмщик выплачивает залогодателю 90% от начальной продажной цены предмета залога.
Впоследствии на предмет залога было обращено взыскание, а заёмщик признан несостоятельным. Залогодатель обращается в суд с требованием о включении своего требования в реестр требований кредиторов должника.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Включая требования в реестр требований кредиторов должника, суды руководствовались положениями п.3.3 соглашения между должником и заявителем, в соответствии с которым в случае обращения взыскания кредитором на предмет залога для удовлетворения требований по кредитному договору, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств должника по кредитному договору, должник обязуется уплатить залогодателю денежную сумму в размере 90% от начальной продажной цены предмета залога, установленной судебным решением, в течение 2 месяцев с момента вступления в силу судебного решения, которым обращено взыскание;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Как следует из материалов дела, в ходе рассмотрения обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанциях возражающий кредитор ссылался на то, что на момент заключения договора залога между банком и заявителем должник и заявитель являлись аффилированными лицами через их участие и участие членов их семей в нескольких юридических лицах, а также в связи с совместным поручительством по кредитным обязательствам иного юридического лица.
Однако данным доводам судом первой инстанции оценка не дана, а суд апелляционной инстанции, отклоняя соответствующие доводы апелляционной жалобы банка, сослался только на то, что сами факты наличия совместного участия в нескольких юридических лицах и заключения совместных сделок не могут являться подтверждением искусственного создания задолженности.
При этом, суды пришли к выводам о том, что закон не запрещает взимать вознаграждение за обеспечение обязательств иного лица путем передачи имущества в залог кредитору такого лица.
Однако банк в судебных заседаниях обращал внимание судов, что заключение заявителем договора залога с банком было обусловлено не профессиональной деятельностью заявителя по предоставлению объектов недвижимости в залог, а именно фактической аффилированностью заявителя и должника, их совместной экономической деятельностью.
Как указано в определении ВС РФ №305-ЭС18-22264 от 08.04.2019 по делу №А41-25952/16, согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).
Таким образом, поскольку наличие корпоративных либо иных связей между залогодателем и заемщиком само по себе свидетельствует о совершении договора залога в рамках обычных экономических интересов таких лиц, в случае установления обстоятельств аффилированности заявителя и должника судам следовало исследовать и обстоятельства необходимости (экономической целесообразности) установления такими сторонами платы за предоставление имущества в залог.
2. Суд округа также учитывает, что в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2018 № 305-ЭС18-6622 по делу № А40- 177314/2015, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533 по делу № А40-247956/2015, сформулирована позиция о том, что для заинтересованных по отношению к должнику лиц установлен повышенный стандарт доказывания, который направлен на недопущение включения в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на сделках, по которым заинтересованными лицами оформляются документы, не отражающие реальные хозяйственные операции, а также создания искусственной кредиторской задолженности и, как следствие, обеспечение контроля над процедурой банкротства путем включения требования аффилированного кредитора в реестр требований кредиторов должника.
В ходе рассмотрения обособленного спора банк ссылался на то, что между должником и заявителем заключено соглашение, на котором основание требование, со злоупотреблением правом, с целью создания искусственной кредиторской задолженности.
В то же время в данном обособленном споре суды ошибочно проверили на соответствие положениям ст. 10, 168 ГК РФ договор обеспечения, то есть договор залога между банком и заявителем, в то время как возражения банка касались соглашения между должником и заявителем.
3. Не может суд округа согласиться и с выводами судов о том, что поскольку вступившим в законную силу решением Хамовнического районного суда г. Москвы от 20.11.2017 обращено взыскание на заложенное имущество, у кредитора возникло обоснованное право требования к должнику задолженности.
В данном случае судами не учтено, что по смыслу положений ст. 352 и 387 ГК РФ залог прекращается и права кредитора по обязательству переходят к залогодателю вследствие исполнения обязательства залогодателем.
Таким образом, в силу положений закона залогодатель может включиться в реестр требований должника (заемщика) только после исполнения обязательства, то есть получения банком денежных средств от реализации залогового имущества или получения банком залогового имущества в собственность на основании оставления залогового имущества за собой. При этом, с учетом выработанных ВС РФ подходов (п.16 Обзора судебной практики ВС РФ №3 (2017), утв. Президиумом ВС РФ 12.07.2017) в случае, если требования банка по основному обязательству не будут погашены в полном объеме, требования залогодателя, исполнившего часть обязательств заемщика перед банком, подлежат удовлетворению только после удовлетворения требований банка в полном объеме.
Однако судами не дана оценка доводам банка о том, что соглашение между должником и заявителем, предусматривающее условие об оплате должником в пользу залогодателя денежной суммы в размере 90% от начальной продажной цены предмета залога уже в течение 2 месяцев с момента вступления в силу судебного решения об обращении взыскания, заключено сторонами со злоупотреблением правом и направлено на создание искусственной кредиторской задолженности, в том числе в нарушение предусмотренного законом порядка погашения требований залогодателя, исполнившего обязательства основного должника.
2. Суд округа также учитывает, что в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2018 № 305-ЭС18-6622 по делу № А40- 177314/2015, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533 по делу № А40-247956/2015, сформулирована позиция о том, что для заинтересованных по отношению к должнику лиц установлен повышенный стандарт доказывания, который направлен на недопущение включения в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на сделках, по которым заинтересованными лицами оформляются документы, не отражающие реальные хозяйственные операции, а также создания искусственной кредиторской задолженности и, как следствие, обеспечение контроля над процедурой банкротства путем включения требования аффилированного кредитора в реестр требований кредиторов должника.
В ходе рассмотрения обособленного спора банк ссылался на то, что между должником и заявителем заключено соглашение, на котором основание требование, со злоупотреблением правом, с целью создания искусственной кредиторской задолженности.
В то же время в данном обособленном споре суды ошибочно проверили на соответствие положениям ст. 10, 168 ГК РФ договор обеспечения, то есть договор залога между банком и заявителем, в то время как возражения банка касались соглашения между должником и заявителем.
3. Не может суд округа согласиться и с выводами судов о том, что поскольку вступившим в законную силу решением Хамовнического районного суда г. Москвы от 20.11.2017 обращено взыскание на заложенное имущество, у кредитора возникло обоснованное право требования к должнику задолженности.
В данном случае судами не учтено, что по смыслу положений ст. 352 и 387 ГК РФ залог прекращается и права кредитора по обязательству переходят к залогодателю вследствие исполнения обязательства залогодателем.
Таким образом, в силу положений закона залогодатель может включиться в реестр требований должника (заемщика) только после исполнения обязательства, то есть получения банком денежных средств от реализации залогового имущества или получения банком залогового имущества в собственность на основании оставления залогового имущества за собой. При этом, с учетом выработанных ВС РФ подходов (п.16 Обзора судебной практики ВС РФ №3 (2017), утв. Президиумом ВС РФ 12.07.2017) в случае, если требования банка по основному обязательству не будут погашены в полном объеме, требования залогодателя, исполнившего часть обязательств заемщика перед банком, подлежат удовлетворению только после удовлетворения требований банка в полном объеме.
Однако судами не дана оценка доводам банка о том, что соглашение между должником и заявителем, предусматривающее условие об оплате должником в пользу залогодателя денежной суммы в размере 90% от начальной продажной цены предмета залога уже в течение 2 месяцев с момента вступления в силу судебного решения об обращении взыскания, заключено сторонами со злоупотреблением правом и направлено на создание искусственной кредиторской задолженности, в том числе в нарушение предусмотренного законом порядка погашения требований залогодателя, исполнившего обязательства основного должника.
При пересмотре дела по новому обстоятельству – отмене другого решения суда, на котором было основано пересматриваемое решение – требуется оценить представленные доказательства по существу первоначального требования (Постановление АС Московского округа от 22.12.20 по делу № А40-154842/2018)
Фабула дела:
Банк обратился в суд с заявлением о включении своего требования в реестр требований кредиторов должника. Требования были удовлетворены. Впоследствии данное решение суда было пересмотрено по новым обстоятельствам, в удовлетворении требований было отказано. Банк не соглашается с пересмотром дела.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования о пересмотре дела по новым обстоятельствам удовлетворил, во включении требований в реестр отказал.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление о пересмотре определения по новым обстоятельствам, и отказывая во включении требований банка в реестр требований кредиторов, руководствовался тем, что 19.11.2019 Президиум Московского городского суда вынес Постановление по делу № 44г420, согласно которому решение Тверского районного суда от 13.11.2018 по делу N 02-2282/2018 и Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 04.03.2019 по делу N 33-7493/2019 (на которых основывалось первоначальное решение) были отменены, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.
При этом определение суда первой инстанции не содержит выводов в отношении требования Банка к должнику по существу;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В случае представления заявителем достаточно серьезных первичных доказательств и приведения убедительных аргументов (постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11), указывающих на возникновение залогового права, бремя доказывания условий для отказа в удовлетворении заявленных им требований (возражение о ничтожности договора залога, уничтожении заложенного имущества, приобретения залогового имущества третьим лицом по добросовестности и т.д.) переходит на его процессуальных оппонентов.
Данный правовой подход отражен в пункте 21 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2018) и ошибочно не применен судами при рассмотрении настоящего обособленного спора.
Вместе с тем, суд первой инстанции, не дал оценки доводам кредитора по существу заявленных требований, ограничившись выводами по существу заявления о пересмотре по новым обстоятельствам, а суд апелляционной инстанции, ограничившись формальной констатацией недоказанности существования залога, в нарушение положений статей 71, 168 и 170 АПК РФ не дал правовой оценки названным доказательствам и доводам банка.
В частности, судами не дана оценка допустимого и достоверного доказательства - выписки из ЕГРН, в то время как государственная регистрация права в данном реестре является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Вместе с тем, материалы дела не содержат доводов либо доказательств, опровергающих достоверность публичного реестра прав.
Таким образом, при рассмотрении заявления банка судом первой и апелляционной инстанции не были исследованы обстоятельства, имеющие существенное значение при рассмотрении настоящего обособленного спора, не дана оценка представленной выписке из ЕГРН.
Фабула дела:
Банк обратился в суд с заявлением о включении своего требования в реестр требований кредиторов должника. Требования были удовлетворены. Впоследствии данное решение суда было пересмотрено по новым обстоятельствам, в удовлетворении требований было отказано. Банк не соглашается с пересмотром дела.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования о пересмотре дела по новым обстоятельствам удовлетворил, во включении требований в реестр отказал.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление о пересмотре определения по новым обстоятельствам, и отказывая во включении требований банка в реестр требований кредиторов, руководствовался тем, что 19.11.2019 Президиум Московского городского суда вынес Постановление по делу № 44г420, согласно которому решение Тверского районного суда от 13.11.2018 по делу N 02-2282/2018 и Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 04.03.2019 по делу N 33-7493/2019 (на которых основывалось первоначальное решение) были отменены, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.
При этом определение суда первой инстанции не содержит выводов в отношении требования Банка к должнику по существу;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В случае представления заявителем достаточно серьезных первичных доказательств и приведения убедительных аргументов (постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11), указывающих на возникновение залогового права, бремя доказывания условий для отказа в удовлетворении заявленных им требований (возражение о ничтожности договора залога, уничтожении заложенного имущества, приобретения залогового имущества третьим лицом по добросовестности и т.д.) переходит на его процессуальных оппонентов.
Данный правовой подход отражен в пункте 21 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2018) и ошибочно не применен судами при рассмотрении настоящего обособленного спора.
Вместе с тем, суд первой инстанции, не дал оценки доводам кредитора по существу заявленных требований, ограничившись выводами по существу заявления о пересмотре по новым обстоятельствам, а суд апелляционной инстанции, ограничившись формальной констатацией недоказанности существования залога, в нарушение положений статей 71, 168 и 170 АПК РФ не дал правовой оценки названным доказательствам и доводам банка.
В частности, судами не дана оценка допустимого и достоверного доказательства - выписки из ЕГРН, в то время как государственная регистрация права в данном реестре является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Вместе с тем, материалы дела не содержат доводов либо доказательств, опровергающих достоверность публичного реестра прав.
Таким образом, при рассмотрении заявления банка судом первой и апелляционной инстанции не были исследованы обстоятельства, имеющие существенное значение при рассмотрении настоящего обособленного спора, не дана оценка представленной выписке из ЕГРН.
Суд округа напоминает, что иск о взыскании денежного долга не может быть удовлетворён без представления истцом в материалы дела расчёта основной задолженности (Постановление АС Московского округа от 22.12.20 по делу № А41-96709/2019)
Фабула дела:
Предприятие обратилось к обществу с иском о взыскании задолженности и пени за организацию холодного водоснабжения и водоотведения.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об удовлетворении иска в полном объеме, обосновывая его тем, что ответчиком не представлено в материалы дела доказательств того, что поставка холодной воды и водоотведение осуществлялись другим лицом, а не истцом; и доказательств оплаты задолженности за спорный период. Посчитав установленным факт несвоевременной оплаты ответчиком образовавшейся задолженности, суды также пришли к выводу о правомерности заявленного истцом требования о взыскании пени, в связи с чем, в указанной части иск также удовлетворили;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 125 АПК РФ в исковом заявлении должен быть указан расчет взыскиваемой денежной суммы. В нарушении указанного положения АПК РФ, при подаче иска истцом не был указан расчет суммы основного долга.
Указанное нарушение не было устранено судом первой инстанции посредством оставления иска без движения или посредством предложения истцу представить подробный и обоснованный расчет суммы долга с указанием способа начисления (расчетный или по приборам учета) и примененных при этом тарифов.
Поскольку в материалах дела отсутствует расчет суммы задолженности, суд первой инстанции не мог в принципе проверить законность и обоснованность произведенных начислений.
При изложенных обстоятельствах вывод судов о правомерности начисления суммы долга, нельзя признать законным и обоснованным, поскольку он сделан при неполном исследовании доказательств.
Фабула дела:
Предприятие обратилось к обществу с иском о взыскании задолженности и пени за организацию холодного водоснабжения и водоотведения.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об удовлетворении иска в полном объеме, обосновывая его тем, что ответчиком не представлено в материалы дела доказательств того, что поставка холодной воды и водоотведение осуществлялись другим лицом, а не истцом; и доказательств оплаты задолженности за спорный период. Посчитав установленным факт несвоевременной оплаты ответчиком образовавшейся задолженности, суды также пришли к выводу о правомерности заявленного истцом требования о взыскании пени, в связи с чем, в указанной части иск также удовлетворили;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 125 АПК РФ в исковом заявлении должен быть указан расчет взыскиваемой денежной суммы. В нарушении указанного положения АПК РФ, при подаче иска истцом не был указан расчет суммы основного долга.
Указанное нарушение не было устранено судом первой инстанции посредством оставления иска без движения или посредством предложения истцу представить подробный и обоснованный расчет суммы долга с указанием способа начисления (расчетный или по приборам учета) и примененных при этом тарифов.
Поскольку в материалах дела отсутствует расчет суммы задолженности, суд первой инстанции не мог в принципе проверить законность и обоснованность произведенных начислений.
При изложенных обстоятельствах вывод судов о правомерности начисления суммы долга, нельзя признать законным и обоснованным, поскольку он сделан при неполном исследовании доказательств.
Суд округа напомнил, что документы, полученные от иностранной компании, должны получить заверенный перевод на русский язык и надлежащую легализацию для получения статуса доказательства в процессе (Постановление АС Московского округа от 23.12.20 по делу № А40-171885/2014)
Фабула дела:
Между залоговым кредитором и конкурсным управляющим должника возникли разногласия относительно порядка оплаты услуг по хранению предмета залога. Конкурсный управляющий обратился за разрешением спора в суд.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Удовлетворяя заявленные требования, суды пришли к выводам о том, что изменения, предложенные залоговым кредитором в Положение о реализации имущества должника, являющегося предметом залога, противоречат п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Суд округа соглашается и с доводами кассационной жалобы о том, что судами приняты судебные акты на основании доказательств, оформленных с нарушением требований АПК РФ.
В силу п. 5, 6, 8 ст.75 АПК РФ к представляемым в арбитражный суд письменным доказательствам, исполненным полностью или в части на иностранном языке, должны быть приложены их надлежащим образом заверенные переводы на русский язык. Документ, полученный в иностранном государстве, признается в арбитражном суде письменным доказательством, если он легализован в установленном порядке. Письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.
В то же время в материалах дела содержатся документы, исходящие от иностранной компании и на иностранном языке без заверенного перевода на русский язык в отсутствии легализации в установленном порядке.
Суд округа считает, что вывод суда апелляционной инстанции о том, что документооборот между должником и иностранной компанией осуществлялся в электронном виде, в связи с чем полученные в электронном виде и воспроизведенные на материальном носителе документы являются допустимыми доказательствами, противоречит нормам процессуального права.
Согласно п. 3 ст. 75 АПК РФ документы, полученные посредством факсимильной, электронной или иной связи, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", а также документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, допускаются в качестве письменных доказательств в случаях и порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или договором.
В данном случае суд не указал ни закон, ни договор между сторонами, которыми бы предусматривалось составление и получение документов посредством электронной связи.
2. Не может суд округа согласиться и с выводами судов о том, что возникшие между управляющим и залоговым кредитором по вопросу включения в Положение о реализации имущества должника, являющего предметом залога, условия о дополнительной оплате стоимости услуг по хранению предмета залога на территории Королевства Бельгия покупателем дополнительно к цене продажи предмета залога, подлежат разрешению в рамках разногласий по вопросу порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога.
В данном случае условие о возложении на покупателя дополнительных расходов к цене продажи предмета залога относится к вопросам начальной продажной цены, а также порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, соответственно, при разрешении таких возникших разногласий следует применять иные нормы закона, регулирующие порядок формирования начальной продажной цены, условия продажи предмета залога с возложением на покупателя дополнительных обязанностей. Такие нормы права судами при рассмотрении спора не применялись.
Фабула дела:
Между залоговым кредитором и конкурсным управляющим должника возникли разногласия относительно порядка оплаты услуг по хранению предмета залога. Конкурсный управляющий обратился за разрешением спора в суд.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Удовлетворяя заявленные требования, суды пришли к выводам о том, что изменения, предложенные залоговым кредитором в Положение о реализации имущества должника, являющегося предметом залога, противоречат п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Суд округа соглашается и с доводами кассационной жалобы о том, что судами приняты судебные акты на основании доказательств, оформленных с нарушением требований АПК РФ.
В силу п. 5, 6, 8 ст.75 АПК РФ к представляемым в арбитражный суд письменным доказательствам, исполненным полностью или в части на иностранном языке, должны быть приложены их надлежащим образом заверенные переводы на русский язык. Документ, полученный в иностранном государстве, признается в арбитражном суде письменным доказательством, если он легализован в установленном порядке. Письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.
В то же время в материалах дела содержатся документы, исходящие от иностранной компании и на иностранном языке без заверенного перевода на русский язык в отсутствии легализации в установленном порядке.
Суд округа считает, что вывод суда апелляционной инстанции о том, что документооборот между должником и иностранной компанией осуществлялся в электронном виде, в связи с чем полученные в электронном виде и воспроизведенные на материальном носителе документы являются допустимыми доказательствами, противоречит нормам процессуального права.
Согласно п. 3 ст. 75 АПК РФ документы, полученные посредством факсимильной, электронной или иной связи, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", а также документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, допускаются в качестве письменных доказательств в случаях и порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или договором.
В данном случае суд не указал ни закон, ни договор между сторонами, которыми бы предусматривалось составление и получение документов посредством электронной связи.
2. Не может суд округа согласиться и с выводами судов о том, что возникшие между управляющим и залоговым кредитором по вопросу включения в Положение о реализации имущества должника, являющего предметом залога, условия о дополнительной оплате стоимости услуг по хранению предмета залога на территории Королевства Бельгия покупателем дополнительно к цене продажи предмета залога, подлежат разрешению в рамках разногласий по вопросу порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога.
В данном случае условие о возложении на покупателя дополнительных расходов к цене продажи предмета залога относится к вопросам начальной продажной цены, а также порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, соответственно, при разрешении таких возникших разногласий следует применять иные нормы закона, регулирующие порядок формирования начальной продажной цены, условия продажи предмета залога с возложением на покупателя дополнительных обязанностей. Такие нормы права судами при рассмотрении спора не применялись.
При взыскании с казны убытков, причинных изданием незаконного нормативного акта, в качестве ответчика должен выступать главный распорядитель средств бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью (Постановление АС Московского округа от 23.12.20 по делу №А41-103485/2019)
Фабула дела:
ТСЖ было привлечено к административной ответственности. В дальнейшем соответствующее постановление было отменено судом ввиду отсутствия состава правонарушения. ТСЖ обращается в суд к Госжилинспекции Московской области с требованием о взыскании убытков на оплату услуг представителя в процессе по административному правонарушению.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции решение отменил, требования также удовлетворил.
Суд апелляционной инстанции, установив, что дело не подлежало рассмотрению в порядке упрощенного производства в соответствии с ч. 4 ст. 227 АПК РФ, поскольку исковые требования касаются обращения взыскания на средства бюджетной системы РФ, отменил решение суда первой инстанции и перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.
Суд апелляционной инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из того, что дело об административном правонарушении было прекращено в связи с отсутствием в действиях ТСЖ состава административного правонарушения, что истцом понесены расходы на оплату услуг адвоката в связи с представлением его интересов при производстве по делу об административном правонарушении, что между действиями ответчика и понесенными истцом расходами имеется причинно-следственная связь, что ответчиком не представлено доказательств чрезмерности заявленных ко взысканию расходов на оплату услуг адвоката, что вред подлежит возмещению за счет казны Московской области;
🔸Суд округа постановление суда апелляционной инстанции изменил в части.
1. В соответствии со ст. 16 ГК РФ публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов.
Таким образом, суд апелляционной инстанции сделал правильные выводы, что расходы на оплату услуг адвоката, понесенные при производстве по делу об административном правонарушении, должны быть возмещены лицу в качестве убытков, что указанные убытки подлежат возмещению за счет казны субъекта Российской Федерации – Московской области.
Вместе с тем, судебная коллегия кассационной инстанции считает, что при указании в резолютивной части постановления на взыскание денежных средств за счет казны Московской области в лице Министерства экономики и финансов Московской области (третье лицо) судом апелляционной инстанции допущено нарушение норм материального права.
В силу пп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.
Госжилинспекция Московской области осуществляет полномочия главного распорядителя и получателя средств бюджета Московской области, главного администратора доходов бюджета Московской области в соответствии с БК РФ.
Фабула дела:
ТСЖ было привлечено к административной ответственности. В дальнейшем соответствующее постановление было отменено судом ввиду отсутствия состава правонарушения. ТСЖ обращается в суд к Госжилинспекции Московской области с требованием о взыскании убытков на оплату услуг представителя в процессе по административному правонарушению.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции решение отменил, требования также удовлетворил.
Суд апелляционной инстанции, установив, что дело не подлежало рассмотрению в порядке упрощенного производства в соответствии с ч. 4 ст. 227 АПК РФ, поскольку исковые требования касаются обращения взыскания на средства бюджетной системы РФ, отменил решение суда первой инстанции и перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.
Суд апелляционной инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из того, что дело об административном правонарушении было прекращено в связи с отсутствием в действиях ТСЖ состава административного правонарушения, что истцом понесены расходы на оплату услуг адвоката в связи с представлением его интересов при производстве по делу об административном правонарушении, что между действиями ответчика и понесенными истцом расходами имеется причинно-следственная связь, что ответчиком не представлено доказательств чрезмерности заявленных ко взысканию расходов на оплату услуг адвоката, что вред подлежит возмещению за счет казны Московской области;
🔸Суд округа постановление суда апелляционной инстанции изменил в части.
1. В соответствии со ст. 16 ГК РФ публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов.
Таким образом, суд апелляционной инстанции сделал правильные выводы, что расходы на оплату услуг адвоката, понесенные при производстве по делу об административном правонарушении, должны быть возмещены лицу в качестве убытков, что указанные убытки подлежат возмещению за счет казны субъекта Российской Федерации – Московской области.
Вместе с тем, судебная коллегия кассационной инстанции считает, что при указании в резолютивной части постановления на взыскание денежных средств за счет казны Московской области в лице Министерства экономики и финансов Московской области (третье лицо) судом апелляционной инстанции допущено нарушение норм материального права.
В силу пп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.
Госжилинспекция Московской области осуществляет полномочия главного распорядителя и получателя средств бюджета Московской области, главного администратора доходов бюджета Московской области в соответствии с БК РФ.
Таким образом, в данном случае уполномоченным представителем субъекта Российской Федерации – Московской области, отвечающим за виновные действия Госжилинспекции Московской области будет само Главное управление Московской области «Государственная жилищная инспекция Московской области» как главный распорядитель бюджетных средств, который и будет исполнять взыскание от имени и за счет казны субъекта.
2. Суд апелляционной инстанции также не учел, что Министерство экономики и финансов Московской области привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмера спора, в связи с чем на него не могут возлагаться обязанности по исполнению судебного акта и указанный государственный орган не представляет в настоящем деле интересы субъекта РФ – Московской области как ответчика по иску.
2. Суд апелляционной инстанции также не учел, что Министерство экономики и финансов Московской области привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмера спора, в связи с чем на него не могут возлагаться обязанности по исполнению судебного акта и указанный государственный орган не представляет в настоящем деле интересы субъекта РФ – Московской области как ответчика по иску.
Основанием для отмены определения о возврате апелляционной жалобы может быть его несвоевременное размещение в Картотеке арбитражных дел (Постановление АС Московского округа от 23.12.20 по делу № А40-64840/2020)
Фабула дела:
Судом апелляционной инстанции была возвращена апелляционная жалоба Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве. Суд пришёл к выводу, что управление не устранило в установленный определением суда от 22.09.2020 срок основания оставления апелляционной жалобы без движения. При этом суд указал, что управление было извещено надлежащем образом об оставлении апелляционной жалобы без движения, так как определение суда от 22.09.2020 было опубликовано в системе «Картотеке арбитражных дел» в установленном порядке. Управление обратилось в Суд округа, указав, что оно не располагало информацией об определении суда от 22.09.2020 об оставлении апелляционной жалобы без движения, так как данный судебный акт был опубликован только 29.10.2020.
🔸Суд округа определение суда апелляционной инстанции отменил, вопрос направил на новое рассмотрение.
Частью 1 ст. 186 АПК РФ предусмотрено, что определение, вынесенное в виде отдельного судебного акта, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено настоящим Кодексом. По ходатайству указанных лиц копии определения, вынесенного в виде отдельного судебного 5 акта, на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.
Как следует из материалов дела и доводов кассационной жалобы, определением апелляционного суда от 22.09.2020 апелляционная жалоба оставлена без движения как поданная с нарушением установленных требований, при этом суд предложил в срок до 23.10.2020 устранить нарушения, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения.
Согласно сведениям системы «Картотека арбитражных дел» определение от 22.09.2020 об оставлении апелляционной жалобы без движения опубликовано в сети Интернет, действительно, как отмечает управление, только 29.10.2020.
Документы о направлении управлению определения от 22.09.2020 почтой либо иным способом в материалах дела отсутствуют. Управление при изложенных обстоятельствах не имело объективной возможности устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения.
Фабула дела:
Судом апелляционной инстанции была возвращена апелляционная жалоба Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве. Суд пришёл к выводу, что управление не устранило в установленный определением суда от 22.09.2020 срок основания оставления апелляционной жалобы без движения. При этом суд указал, что управление было извещено надлежащем образом об оставлении апелляционной жалобы без движения, так как определение суда от 22.09.2020 было опубликовано в системе «Картотеке арбитражных дел» в установленном порядке. Управление обратилось в Суд округа, указав, что оно не располагало информацией об определении суда от 22.09.2020 об оставлении апелляционной жалобы без движения, так как данный судебный акт был опубликован только 29.10.2020.
🔸Суд округа определение суда апелляционной инстанции отменил, вопрос направил на новое рассмотрение.
Частью 1 ст. 186 АПК РФ предусмотрено, что определение, вынесенное в виде отдельного судебного акта, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено настоящим Кодексом. По ходатайству указанных лиц копии определения, вынесенного в виде отдельного судебного 5 акта, на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.
Как следует из материалов дела и доводов кассационной жалобы, определением апелляционного суда от 22.09.2020 апелляционная жалоба оставлена без движения как поданная с нарушением установленных требований, при этом суд предложил в срок до 23.10.2020 устранить нарушения, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения.
Согласно сведениям системы «Картотека арбитражных дел» определение от 22.09.2020 об оставлении апелляционной жалобы без движения опубликовано в сети Интернет, действительно, как отмечает управление, только 29.10.2020.
Документы о направлении управлению определения от 22.09.2020 почтой либо иным способом в материалах дела отсутствуют. Управление при изложенных обстоятельствах не имело объективной возможности устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения.
При оспаривании сделок, совершённых в уплату текущих платежей, по п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве необходимо доказать осведомлённость кредитора о нарушении порядка очерёдности оплаты текущих платежей, а также образовавшееся отсутствие денежных средств, достаточных для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием (Постановление АС Московского округа от 23.12.20 по делу № А40-66344/19)
Фабула дела:
Конкурсные кредиторы обратились в суд с требованием о признании недействительными ряда денежных переводов должника и применении последствий их недействительности.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования в части.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суды пришли к выводу, что спорный платеж, совершённый после возбуждения производства по делу о несостоятельности, превышает 1% стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Судами установлено, что на момент совершения сделки у должника имелись иные кредиторы третьей очереди и текущие кредиторы, вследствие чего имело место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения его требований (п. 1 и 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве);
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Сделки по удовлетворению текущих платежей могут быть признаны недействительными на основании п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве, в том случае, если они совершены с нарушением очередности удовлетворения требований по текущим платежам, установленной п. 2 ст. 134 названного Федерального закона, и в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности (п. 13 ПП ВАС РФ от 23.12.10 №63).
Как установлено судами, оспариваемые платежи совершались в погашение текущей задолженности должника. Однако, суды, признавая недействительным перечисление денежных средств, не установили, обстоятельства осведомленности кредитора о том, что оспариваемый платеж совершен в нарушение очередности погашения требований по текущим платежам должника и об отсутствии у должника в результате оспариваемой сделки денежных средств, достаточных для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет перед погашенным требованием.
Кроме того, судам следовало установить, имелись ли после совершения оспариваемой сделки у должника денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, а также доказательств о том, что кредитор, получивший удовлетворение в данном случае знал или должен был знать о нарушении очередности, установленной п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве.
Одновременно суд округа отмечает, что в рамках рассмотрения иных обособленных споров о погашении текущих платежей в пользу других кредиторов в сопоставимый период судами установлено вообще отсутствие текущих кредиторов у должника. Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора суды не учли положения п. 13 ПП ВАС РФ № 63 и пришли к противоречивым выводам.
Фабула дела:
Конкурсные кредиторы обратились в суд с требованием о признании недействительными ряда денежных переводов должника и применении последствий их недействительности.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования в части.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суды пришли к выводу, что спорный платеж, совершённый после возбуждения производства по делу о несостоятельности, превышает 1% стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Судами установлено, что на момент совершения сделки у должника имелись иные кредиторы третьей очереди и текущие кредиторы, вследствие чего имело место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения его требований (п. 1 и 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве);
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Сделки по удовлетворению текущих платежей могут быть признаны недействительными на основании п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве, в том случае, если они совершены с нарушением очередности удовлетворения требований по текущим платежам, установленной п. 2 ст. 134 названного Федерального закона, и в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности (п. 13 ПП ВАС РФ от 23.12.10 №63).
Как установлено судами, оспариваемые платежи совершались в погашение текущей задолженности должника. Однако, суды, признавая недействительным перечисление денежных средств, не установили, обстоятельства осведомленности кредитора о том, что оспариваемый платеж совершен в нарушение очередности погашения требований по текущим платежам должника и об отсутствии у должника в результате оспариваемой сделки денежных средств, достаточных для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет перед погашенным требованием.
Кроме того, судам следовало установить, имелись ли после совершения оспариваемой сделки у должника денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, а также доказательств о том, что кредитор, получивший удовлетворение в данном случае знал или должен был знать о нарушении очередности, установленной п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве.
Одновременно суд округа отмечает, что в рамках рассмотрения иных обособленных споров о погашении текущих платежей в пользу других кредиторов в сопоставимый период судами установлено вообще отсутствие текущих кредиторов у должника. Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора суды не учли положения п. 13 ПП ВАС РФ № 63 и пришли к противоречивым выводам.
Процессуальное правопреемство не допускается, если материальное правоотношение, кредитор в котором заменился, было прекращено зачётом (Постановление АС Московского округа от 23.12.20 по делу № А40-171787/2018)
Фабула дела:
Общество обратилось к предприятию с иском о возврате неосновательного обогащения и выиграло спор. В дальнейшем истец уступил своё требование о возврате суммы неосновательного обогащения третьему лицу, и это третье лицо обратилось в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Удовлетворяя заявление, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь ст. 48 АПК РФ, ст. 382, 384 ГК РФ исходили из того, что в материальном гражданском правоотношении произошло правопреемство - право требования к должнику перешло от одного общества другому;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Одним из способов прекращения обязательств является зачёт встречного однородного требования.
Как указывал заявитель кассационной жалобы в суде первой и апелляционной инстанций стадия исполнения судебного акта по настоящему делу завершена ввиду произведенного зачета, поскольку ответчик произвёл зачёт встречных однородных требований заявлением от 26.03.2020 № 257/508, о чем направлено уведомление.
Основанием для зачета встречных однородных требований является решение Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2019 г. по делу № А40- 318180/2018 о взыскании с истца по настоящему делу неотработанного аванса.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 24 ПП ВС РФ от 21.12.2017 № 54, по смыслу ст. 386, 412 ГК РФ должник имеет право заявить о зачете после получения уведомления об уступке, если его требование возникло по основанию, существовавшему к этому моменту, и срок требования наступил до получения уведомления либо этот срок не указан или определен моментом востребования.
Действующее законодательство не ограничивает право должника на применение ст. 412 ГК РФ и зачет против требования нового кредитора своего встречного требования к первоначальному кредитору, подтвержденного судебными актами.
В случае, если имеются основания, позволяющие суду сделать выводы о правомерности зачета, произведенного ответчиком, надлежит проверить в какой объеме обязательство истца перед ответчиком существовало, имело ли место исполнение судебного акта по делу № А40-318180/2018. Если судебный акт по указанному делу исполнен полностью или частично, судам надлежит установить обоснованность (по размеру) произведенного ответчиком зачета и в соответствующей части разрешить вопрос о процессуальном правопреемстве.
Фабула дела:
Общество обратилось к предприятию с иском о возврате неосновательного обогащения и выиграло спор. В дальнейшем истец уступил своё требование о возврате суммы неосновательного обогащения третьему лицу, и это третье лицо обратилось в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Удовлетворяя заявление, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь ст. 48 АПК РФ, ст. 382, 384 ГК РФ исходили из того, что в материальном гражданском правоотношении произошло правопреемство - право требования к должнику перешло от одного общества другому;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Одним из способов прекращения обязательств является зачёт встречного однородного требования.
Как указывал заявитель кассационной жалобы в суде первой и апелляционной инстанций стадия исполнения судебного акта по настоящему делу завершена ввиду произведенного зачета, поскольку ответчик произвёл зачёт встречных однородных требований заявлением от 26.03.2020 № 257/508, о чем направлено уведомление.
Основанием для зачета встречных однородных требований является решение Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2019 г. по делу № А40- 318180/2018 о взыскании с истца по настоящему делу неотработанного аванса.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 24 ПП ВС РФ от 21.12.2017 № 54, по смыслу ст. 386, 412 ГК РФ должник имеет право заявить о зачете после получения уведомления об уступке, если его требование возникло по основанию, существовавшему к этому моменту, и срок требования наступил до получения уведомления либо этот срок не указан или определен моментом востребования.
Действующее законодательство не ограничивает право должника на применение ст. 412 ГК РФ и зачет против требования нового кредитора своего встречного требования к первоначальному кредитору, подтвержденного судебными актами.
В случае, если имеются основания, позволяющие суду сделать выводы о правомерности зачета, произведенного ответчиком, надлежит проверить в какой объеме обязательство истца перед ответчиком существовало, имело ли место исполнение судебного акта по делу № А40-318180/2018. Если судебный акт по указанному делу исполнен полностью или частично, судам надлежит установить обоснованность (по размеру) произведенного ответчиком зачета и в соответствующей части разрешить вопрос о процессуальном правопреемстве.