На поставщике по государственному контракту лежит обязанность проверять содержание предоставляемой банковской гарантии на соответствие требованиям законодательства о контрактной системе (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А40-272834/2019)
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с заявлением к УФАС по Москве о признании недействительными его решения о проведении проверки по факту уклонения от заключения государственного контракта в связи с тем, что в установленные в Законе о контрактной системе сроки истец не представило надлежащее обеспечение исполнение контракта.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из того, что у управления отсутствовали основания для включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков, поскольку не доказано наличие вины общества по смыслу п. 1 ст. 401 ГК РФ.
Суды указали, что общество могло только запросить необходимую банковскую гарантию, и при наличии односторонней воли банка на выдачу такой гарантии, исполнив условия о финансовом урегулировании, оно могло получить гарантию. Поскольку банк являлся профессиональным участником рынка возмездного предоставления обеспечения исполнения договорных обязательств, то общество, получив, банковскую гарантию от банка и предоставив ее заказчику торгов в установленном порядке, уже считается надлежащим образом исполнившим свое обязательство по предоставлению обеспечения исполнения государственного контракта.
Таким образом, проверка обществом условий полученной банковской гарантии не может рассматриваться действием, в зависимости от наличия или отсутствия которого квалифицируется поведение победителя торгов, как надлежащее или ненадлежащее. В противном случае, такой участник торгов привлекается к гражданско-правовой ответственности за не совершение им действий, которые в силу особенностей правоотношений по выдаче банковской гарантии находятся вне его контроля, как участника таких правоотношений;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
На основании ч. 6 ст. 45 Закона о контрактной системе установлено, что основанием для отказа в принятии банковской гарантии заказчиком является, в том числе, несоответствие банковской гарантии условиям, указанным в ч. 2 и 3 настоящей статьи; несоответствие банковской гарантии требованиям, содержащимся в извещении об осуществлении закупки, приглашении принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документации о закупке, проекте контракта, который заключается с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем).
Частью 2 ст. 45 Закона о контрактной системе установлен перечень информации, которая должна содержать банковская гарантия.
В силу ч. 3 ст. 45 Закона о контрактной системе в случае, предусмотренном извещением об осуществлении закупки, документацией о закупке, проектом контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), в банковскую гарантию включается условие о праве заказчика на бесспорное списание денежных средств со счета гаранта, если гарантом в срок не более чем пять рабочих дней не исполнено требование заказчика об уплате денежной суммы по банковской гарантии, направленное до окончания срока действия банковской гарантии.
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с заявлением к УФАС по Москве о признании недействительными его решения о проведении проверки по факту уклонения от заключения государственного контракта в связи с тем, что в установленные в Законе о контрактной системе сроки истец не представило надлежащее обеспечение исполнение контракта.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из того, что у управления отсутствовали основания для включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков, поскольку не доказано наличие вины общества по смыслу п. 1 ст. 401 ГК РФ.
Суды указали, что общество могло только запросить необходимую банковскую гарантию, и при наличии односторонней воли банка на выдачу такой гарантии, исполнив условия о финансовом урегулировании, оно могло получить гарантию. Поскольку банк являлся профессиональным участником рынка возмездного предоставления обеспечения исполнения договорных обязательств, то общество, получив, банковскую гарантию от банка и предоставив ее заказчику торгов в установленном порядке, уже считается надлежащим образом исполнившим свое обязательство по предоставлению обеспечения исполнения государственного контракта.
Таким образом, проверка обществом условий полученной банковской гарантии не может рассматриваться действием, в зависимости от наличия или отсутствия которого квалифицируется поведение победителя торгов, как надлежащее или ненадлежащее. В противном случае, такой участник торгов привлекается к гражданско-правовой ответственности за не совершение им действий, которые в силу особенностей правоотношений по выдаче банковской гарантии находятся вне его контроля, как участника таких правоотношений;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
На основании ч. 6 ст. 45 Закона о контрактной системе установлено, что основанием для отказа в принятии банковской гарантии заказчиком является, в том числе, несоответствие банковской гарантии условиям, указанным в ч. 2 и 3 настоящей статьи; несоответствие банковской гарантии требованиям, содержащимся в извещении об осуществлении закупки, приглашении принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документации о закупке, проекте контракта, который заключается с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем).
Частью 2 ст. 45 Закона о контрактной системе установлен перечень информации, которая должна содержать банковская гарантия.
В силу ч. 3 ст. 45 Закона о контрактной системе в случае, предусмотренном извещением об осуществлении закупки, документацией о закупке, проектом контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), в банковскую гарантию включается условие о праве заказчика на бесспорное списание денежных средств со счета гаранта, если гарантом в срок не более чем пять рабочих дней не исполнено требование заказчика об уплате денежной суммы по банковской гарантии, направленное до окончания срока действия банковской гарантии.
В абз. 4 п. 25 Обзора судебной практики, утв. Президиумом ВС РФ 28.06.2017, разъяснено, что участник закупки имеет возможность заблаговременно проверить правильность содержания банковской гарантии, полученной от банка.
В этой связи, согласно абз. 6 п. 25 указанного Обзора судебной практики неисполнение требований ч. 6 ст. 45, ч. 3 и 5 ст. 96 Закона о контрактной системе является основанием для отказа в принятии банковской гарантии заказчиком, а участник, представивший банковскую гарантию с недостатками, считается уклонившимся от заключения контракта.
В связи с тем, что общество является стороной по заключаемому контракту, на нем в силу норм действующего законодательства лежит обязанность представить заказчику надлежащее обеспечение исполнения контракта, соответствующее требованиям закона.
Выводы судов об отсутствии необходимости со стороны заявителя проверять содержание банковской гарантии на соответствие требованиям действующего законодательства ввиду того, что банк, выдающий такую гарантию, является коммерческой организацией, на профессиональной основе выступающей на рынке оказания услуг, в том числе по представлению банковских гарантий, являются ошибочными, противоречат положениям Закона о контрактной системе.
Кроме того, вывод судов о том, что непринятие заказчиком указанной банковской гарантии и не заключение контракта с обществом не повлекло для него каких-либо негативных последствий, подлежит отклонению, т.к. отсутствие негативных последствий для заказчика само по себе не свидетельствует о законности невключения сведений о победителе закупки в реестр недобросовестных поставщиков ввиду его недобросовестных действий.
В этой связи, согласно абз. 6 п. 25 указанного Обзора судебной практики неисполнение требований ч. 6 ст. 45, ч. 3 и 5 ст. 96 Закона о контрактной системе является основанием для отказа в принятии банковской гарантии заказчиком, а участник, представивший банковскую гарантию с недостатками, считается уклонившимся от заключения контракта.
В связи с тем, что общество является стороной по заключаемому контракту, на нем в силу норм действующего законодательства лежит обязанность представить заказчику надлежащее обеспечение исполнения контракта, соответствующее требованиям закона.
Выводы судов об отсутствии необходимости со стороны заявителя проверять содержание банковской гарантии на соответствие требованиям действующего законодательства ввиду того, что банк, выдающий такую гарантию, является коммерческой организацией, на профессиональной основе выступающей на рынке оказания услуг, в том числе по представлению банковских гарантий, являются ошибочными, противоречат положениям Закона о контрактной системе.
Кроме того, вывод судов о том, что непринятие заказчиком указанной банковской гарантии и не заключение контракта с обществом не повлекло для него каких-либо негативных последствий, подлежит отклонению, т.к. отсутствие негативных последствий для заказчика само по себе не свидетельствует о законности невключения сведений о победителе закупки в реестр недобросовестных поставщиков ввиду его недобросовестных действий.
Суд округа напоминает, что вопрос установления размера обязательных платежей и взносов членов товарищества собственников недвижимости относится к исключительной компетенции общего собрания членов товарищества (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А41-85136/2019)
Фабула дела:
Товарищество собственников недвижимости «Бизнес-Центр» обратилось в суд с иском к обществу о взыскании долга по оплате коммунальных услуг и расходов на содержание и текущий ремонт общего имущества в нежилом здании.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из того, что истцом в целях выполнения функций по обслуживанию и содержанию спорного административного здания заключены договоры с ресурсоснабжающими организациями, а также договоры на оказание услуг телефонной связи, на оказание охранных услуг, на техническое обслуживание охранного оборудования, договор банковского счета, что в период года истцом ответчику оказаны услуги по содержанию и обслуживанию его помещения и доли в административном здании, однако ответчик оплату оказанных услуг не произвел, что доказательств направления претензий по объему и качеству оказанных услуг ответчиком не представлено;
🔸Суд округа судебные акты отменил в части, принял новый судебный акт по делу.
Суд кассационной инстанции не поддерживает выводы судов первой и апелляционной инстанции в части определения размера задолженности согласно расчету истца, считает их сделанными при неправильном применении норм материального права.
Бесспорно, что согласно ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.
Отношения собственников помещений, расположенных в нежилом здании, возникающие по поводу общего имущества в таком здании, прямо законом не урегулированы. При этом судебной практикой допускается возможность применения к правоотношениям сторон по содержанию и обслуживанию нежилого здания норм жилищного законодательства по аналогии к тем вопросам, которые не урегулированы иным законодательством (п. 41 ПП ВС РФ от 23.07.15 №25).
Вопрос установления размера обязательных платежей и взносов членов товарищества относится к исключительной компетенции общего собрания членов товарищества (п. 4 ч. 2 ст. 145 ЖК РФ, п. 1 ст. 65.3 ГК РФ).
Между тем, судами первой и апелляционной инстанции не учтено, что протокол общего собрания членов ТСН не содержит размер ставок и тарифов на услуги по содержанию общего имущества в спорном здании. Утверждение перечня услуг обязательных платежей относится к компетенции общего собрания. Однако данное решение собрания не может быть положено в основание удовлетворения иска в связи с тем, что собранием не принято решение о размере платежей и взносов по содержанию общего имущества.
Вместе с тем, суд кассационной инстанции отмечает, что, если собственники помещений в многоквартирном доме на их общем собрании не приняли решение о выборе способа управления многоквартирным домом, решение об установлении размера платы за содержание жилого помещения, такой размер устанавливается органом местного самоуправления в соответствии с ч. 4 ст. 158 ЖК РФ и определяется, исходя из ставок и тарифов, установленных органом местного самоуправления, в данном случае, постановлением Администрации городского округа Ступино N 4183-п от 14.11.2018.
Фабула дела:
Товарищество собственников недвижимости «Бизнес-Центр» обратилось в суд с иском к обществу о взыскании долга по оплате коммунальных услуг и расходов на содержание и текущий ремонт общего имущества в нежилом здании.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из того, что истцом в целях выполнения функций по обслуживанию и содержанию спорного административного здания заключены договоры с ресурсоснабжающими организациями, а также договоры на оказание услуг телефонной связи, на оказание охранных услуг, на техническое обслуживание охранного оборудования, договор банковского счета, что в период года истцом ответчику оказаны услуги по содержанию и обслуживанию его помещения и доли в административном здании, однако ответчик оплату оказанных услуг не произвел, что доказательств направления претензий по объему и качеству оказанных услуг ответчиком не представлено;
🔸Суд округа судебные акты отменил в части, принял новый судебный акт по делу.
Суд кассационной инстанции не поддерживает выводы судов первой и апелляционной инстанции в части определения размера задолженности согласно расчету истца, считает их сделанными при неправильном применении норм материального права.
Бесспорно, что согласно ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.
Отношения собственников помещений, расположенных в нежилом здании, возникающие по поводу общего имущества в таком здании, прямо законом не урегулированы. При этом судебной практикой допускается возможность применения к правоотношениям сторон по содержанию и обслуживанию нежилого здания норм жилищного законодательства по аналогии к тем вопросам, которые не урегулированы иным законодательством (п. 41 ПП ВС РФ от 23.07.15 №25).
Вопрос установления размера обязательных платежей и взносов членов товарищества относится к исключительной компетенции общего собрания членов товарищества (п. 4 ч. 2 ст. 145 ЖК РФ, п. 1 ст. 65.3 ГК РФ).
Между тем, судами первой и апелляционной инстанции не учтено, что протокол общего собрания членов ТСН не содержит размер ставок и тарифов на услуги по содержанию общего имущества в спорном здании. Утверждение перечня услуг обязательных платежей относится к компетенции общего собрания. Однако данное решение собрания не может быть положено в основание удовлетворения иска в связи с тем, что собранием не принято решение о размере платежей и взносов по содержанию общего имущества.
Вместе с тем, суд кассационной инстанции отмечает, что, если собственники помещений в многоквартирном доме на их общем собрании не приняли решение о выборе способа управления многоквартирным домом, решение об установлении размера платы за содержание жилого помещения, такой размер устанавливается органом местного самоуправления в соответствии с ч. 4 ст. 158 ЖК РФ и определяется, исходя из ставок и тарифов, установленных органом местного самоуправления, в данном случае, постановлением Администрации городского округа Ступино N 4183-п от 14.11.2018.
В договоре перевозки могут быть предусмотрены документы, которыми должен доказываться факт исполнения перевозчиком своих обязанностей / на стороны спора не может возлагаться обязанность доказывать отрицательные факты (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А40-207699/19)
Фабула дела:
Общество обратилось в суд к своему контрагенту с иском о расторжении договора на перевозку грузов автомобильным транспортом, взыскании задолженности и неустойки по указанному договору.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил в части (снизил размер неустойки);
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования частично, суды исходили из того, что истцом соблюден досудебный порядок спора, в том числе, в части расторжения договора; факт осуществления истцом перевозки грузов ответчика на заявленную в иске сумму подтвержден документально, доказательств погашения задолженности ответчиком не представлено, расчет задолженности и неустойки проверен судом и признан верным, размер неустойки снижен судом на основании ст. 333 ГК РФ по соответствующему заявлению ответчика;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В соответствии с п. 4.2 спорного договора размер оплаты услуг по договору определяется в зависимости от массы перевезенного груза и от расстояния между пунктами погрузки и выгрузки. В силу п. 4.4 договора документами, подтверждающими оказание услуг, являются подписанные заказчиком путевые листы, товарно-транспортные накладные, расписки о выполнении работ (услуг), акты дополнительных работ, услуг, согласованные заявки.
Приведенная судами в обжалуемых судебных актах формулировка п. 4.2 договора не соответствуют действительному содержанию данного пункта договора, равно как и иному пункту договора. Факт перевозки груза и, соответственно, наличие задолженности из договора перевозки грузов в силу положений ст. 67, 68 АПК РФ, п. 2 ст. 785 ГК РФ, п. 4.4, 5.1, 5.2 договора, должны быть подтверждены определенными доказательствами: транспортными накладными, товарно-транспортными накладными, путевыми листами, заявками на перевозку грузов.
Между тем, в материалах дела отсутствуют транспортные накладные, товарно-транспортные накладные, заявки на перевозку груза, путевые листы или иные доказательства, подтверждающие осуществление перевозки истцом для ответчика в заявленном объеме в указанный в иском заявлении период, а также судами не установлено, какими документами стороны оформляли свои правоотношения из спорного договора в предшествующий спору период.
Составленные и подписанные в одностороннем порядке истцом реестры перевозок, акты оказания услуг и сверки взаиморасчетов, не являются перевозочными документами, при этом сам факт принятия перевозчиком груза для перевозки должен быть подтвержден документом, исходящим от заказчика, учитывая, что договор перевозки является реальным, т.е. является заключенным с момента принятия груза к перевозке на основании документа, полученного от заказчика.
Кроме того, суды необоснованно возложили на ответчика обязанность доказывать отрицательные факты.
Фабула дела:
Общество обратилось в суд к своему контрагенту с иском о расторжении договора на перевозку грузов автомобильным транспортом, взыскании задолженности и неустойки по указанному договору.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил в части (снизил размер неустойки);
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования частично, суды исходили из того, что истцом соблюден досудебный порядок спора, в том числе, в части расторжения договора; факт осуществления истцом перевозки грузов ответчика на заявленную в иске сумму подтвержден документально, доказательств погашения задолженности ответчиком не представлено, расчет задолженности и неустойки проверен судом и признан верным, размер неустойки снижен судом на основании ст. 333 ГК РФ по соответствующему заявлению ответчика;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В соответствии с п. 4.2 спорного договора размер оплаты услуг по договору определяется в зависимости от массы перевезенного груза и от расстояния между пунктами погрузки и выгрузки. В силу п. 4.4 договора документами, подтверждающими оказание услуг, являются подписанные заказчиком путевые листы, товарно-транспортные накладные, расписки о выполнении работ (услуг), акты дополнительных работ, услуг, согласованные заявки.
Приведенная судами в обжалуемых судебных актах формулировка п. 4.2 договора не соответствуют действительному содержанию данного пункта договора, равно как и иному пункту договора. Факт перевозки груза и, соответственно, наличие задолженности из договора перевозки грузов в силу положений ст. 67, 68 АПК РФ, п. 2 ст. 785 ГК РФ, п. 4.4, 5.1, 5.2 договора, должны быть подтверждены определенными доказательствами: транспортными накладными, товарно-транспортными накладными, путевыми листами, заявками на перевозку грузов.
Между тем, в материалах дела отсутствуют транспортные накладные, товарно-транспортные накладные, заявки на перевозку груза, путевые листы или иные доказательства, подтверждающие осуществление перевозки истцом для ответчика в заявленном объеме в указанный в иском заявлении период, а также судами не установлено, какими документами стороны оформляли свои правоотношения из спорного договора в предшествующий спору период.
Составленные и подписанные в одностороннем порядке истцом реестры перевозок, акты оказания услуг и сверки взаиморасчетов, не являются перевозочными документами, при этом сам факт принятия перевозчиком груза для перевозки должен быть подтвержден документом, исходящим от заказчика, учитывая, что договор перевозки является реальным, т.е. является заключенным с момента принятия груза к перевозке на основании документа, полученного от заказчика.
Кроме того, суды необоснованно возложили на ответчика обязанность доказывать отрицательные факты.
Суд не может принудить арбитражного управляющего расторгнуть договор, заключённый во исполнение его обязанностей с третьим лицом (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А41-69722/2018)
Фабула дела:
Банкрот-гражданин обратился в суд с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего, в которой просил истребовать до момента реализации через электронные торги переданные ранее должником транспортные средства, обязать финансового управляющего отчитаться перед судом по доводам жалобы и оплатить штрафы ГИБДД, полученные должником с камер видеофиксации нарушений, признать незаконными действия финансового управляющего, выразившиеся в умышленном затягивании процесса рассмотрения дела о банкротстве, представления в суд необоснованных сведений в отношении должника и членов его семьи, отстранить арбитражного управляющего от исполнения обязанности финансового управляющего должника.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования в части;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Судом первой инстанции в мотивировочной части определения указано на то, что финансовым управляющим ненадлежащим образом исполнены свои обязанности в части обеспечения сохранности имущества должника, что подтверждается материалами дела, в остальной части доводы жалобы должника признаны необоснованными;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Пунктом 4 ч. 2 ст. 125 АПК РФ предусмотрено, что выбор способа защиты нарушенного права является прерогативой истца. В соответствии со ст. 49 АПК РФ суд не вправе изменять предмет или основание иска, поскольку данное право принадлежит исключительно истцу.
В данном случае суд первой инстанции принял решение об обязании финансового управляющего расторгнуть договор ответственного хранения, в то время как данное требование должником в жалобе не заявлялось.
Также в мотивировочной части определения судом первой инстанции сделан вывод о том, что финансовым управляющим ненадлежащим образом исполнены свои обязанности в части обеспечения сохранности имущества должника.
В то же время в просительной части жалобы должника на действия финансового управляющего такого требования также не содержалось. Из материалов дела не следует, что суд первой инстанции предлагал должнику уточнить заявленные требования в порядке ст. 49 АПК РФ, ходатайство об уточнении требований в материалах дела отсутствует.
Таким образом, суд первой инстанции вышел за пределы заявленных должником требований и фактически рассмотрел требования, не заявленные в споре.
2. Обзывая финансового управляющего расторгнуть гражданско-правовой договор с иным лицом, суд первой инстанции не проанализировал условия договора, не указал, имеется ли у финансового управляющего право на одностороннее расторжение указанного договора.
Кроме того, ни определение суда первой инстанции, ни постановление суда апелляционной инстанции не содержат ссылок на нормы Закона о банкротстве, позволяющие суду обязать арбитражного управляющего расторгнуть договор, заключенный с третьим лицом.
Фабула дела:
Банкрот-гражданин обратился в суд с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего, в которой просил истребовать до момента реализации через электронные торги переданные ранее должником транспортные средства, обязать финансового управляющего отчитаться перед судом по доводам жалобы и оплатить штрафы ГИБДД, полученные должником с камер видеофиксации нарушений, признать незаконными действия финансового управляющего, выразившиеся в умышленном затягивании процесса рассмотрения дела о банкротстве, представления в суд необоснованных сведений в отношении должника и членов его семьи, отстранить арбитражного управляющего от исполнения обязанности финансового управляющего должника.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования в части;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Судом первой инстанции в мотивировочной части определения указано на то, что финансовым управляющим ненадлежащим образом исполнены свои обязанности в части обеспечения сохранности имущества должника, что подтверждается материалами дела, в остальной части доводы жалобы должника признаны необоснованными;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Пунктом 4 ч. 2 ст. 125 АПК РФ предусмотрено, что выбор способа защиты нарушенного права является прерогативой истца. В соответствии со ст. 49 АПК РФ суд не вправе изменять предмет или основание иска, поскольку данное право принадлежит исключительно истцу.
В данном случае суд первой инстанции принял решение об обязании финансового управляющего расторгнуть договор ответственного хранения, в то время как данное требование должником в жалобе не заявлялось.
Также в мотивировочной части определения судом первой инстанции сделан вывод о том, что финансовым управляющим ненадлежащим образом исполнены свои обязанности в части обеспечения сохранности имущества должника.
В то же время в просительной части жалобы должника на действия финансового управляющего такого требования также не содержалось. Из материалов дела не следует, что суд первой инстанции предлагал должнику уточнить заявленные требования в порядке ст. 49 АПК РФ, ходатайство об уточнении требований в материалах дела отсутствует.
Таким образом, суд первой инстанции вышел за пределы заявленных должником требований и фактически рассмотрел требования, не заявленные в споре.
2. Обзывая финансового управляющего расторгнуть гражданско-правовой договор с иным лицом, суд первой инстанции не проанализировал условия договора, не указал, имеется ли у финансового управляющего право на одностороннее расторжение указанного договора.
Кроме того, ни определение суда первой инстанции, ни постановление суда апелляционной инстанции не содержат ссылок на нормы Закона о банкротстве, позволяющие суду обязать арбитражного управляющего расторгнуть договор, заключенный с третьим лицом.
Forwarded from Private Law Library | PLL Право
Добрый день, уважаемые подписчики.
Делимся с вами следующими новостями.
1️⃣ Бот-архив наконец-то готов - @OrganizedArchive_bot , теперь он доступен для всех.
Еще раз хотим сказать спасибо всем, кто принял участие в его создании.
Заранее оговоримся, что бот полностью конфиденциален - для каждого пользователя данный архив это персональное хранилище .
2️⃣ На German Civil Code мы собрали уже 12 120 р., осталось еще 6 400 @pllfundraising_bot.
Делимся с вами следующими новостями.
1️⃣ Бот-архив наконец-то готов - @OrganizedArchive_bot , теперь он доступен для всех.
Еще раз хотим сказать спасибо всем, кто принял участие в его создании.
Заранее оговоримся, что бот полностью конфиденциален - для каждого пользователя данный архив это персональное хранилище .
2️⃣ На German Civil Code мы собрали уже 12 120 р., осталось еще 6 400 @pllfundraising_bot.
Суд округа напоминает, что в порядке упрощённого производства также необходимо соблюдать правила о надлежащем извещении сторон о принятии искового заявления к производству и о возбуждении производства по делу (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А40-50579/2020)
Фабула дела:
Общество обращается к своему контрагенту с требованием об оплате по договору подряда на разработку программного обеспечения. Дело было рассмотрено в порядке упрощённого производства.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил без изменений.
Суды пришли к выводу, что оказанные истцом услуги приняты ответчиком в полном объеме в отсутствие замечаний со стороны ответчика, доказательств оплаты оказанных услуг в установленные договором сроки не представлено, что послужило основанием для удовлетворения заявленных требований;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
По смыслу гл. 29 АПК РФ, непосредственное участие сторон в судебном заседании при рассмотрении дела в порядке упрощенного производства не предусмотрено. При этом с учетом положений ч. 1 ст. 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, рассматриваемом в порядке упрощенного производства, извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу.
Как следует из материалов дела, определение о принятии искового заявления было направлено ответчику по адресу его места нахождения, согласно выписке из ЕГРЮЛ.
Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, объективно свидетельствующие о надлежащем соблюдении организацией почтовой связи Правил оказания услуг почтовой связи и порядка доставки почтовых отправлений, а также в деле не имеется доказательств того, что ответчик к моменту рассмотрения дела судом первой инстанции имел сведения о названном судебном акте.
При этом в апелляционной жалобе ответчик ссылался на результаты его обращения в почтовое отделение связи относительно извещения по настоящему делу. Однако суд апелляционной инстанции оставил без проверки и оценки упомянутые доводы апелляционной жалобы.
Фабула дела:
Общество обращается к своему контрагенту с требованием об оплате по договору подряда на разработку программного обеспечения. Дело было рассмотрено в порядке упрощённого производства.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил без изменений.
Суды пришли к выводу, что оказанные истцом услуги приняты ответчиком в полном объеме в отсутствие замечаний со стороны ответчика, доказательств оплаты оказанных услуг в установленные договором сроки не представлено, что послужило основанием для удовлетворения заявленных требований;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
По смыслу гл. 29 АПК РФ, непосредственное участие сторон в судебном заседании при рассмотрении дела в порядке упрощенного производства не предусмотрено. При этом с учетом положений ч. 1 ст. 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, рассматриваемом в порядке упрощенного производства, извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу.
Как следует из материалов дела, определение о принятии искового заявления было направлено ответчику по адресу его места нахождения, согласно выписке из ЕГРЮЛ.
Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, объективно свидетельствующие о надлежащем соблюдении организацией почтовой связи Правил оказания услуг почтовой связи и порядка доставки почтовых отправлений, а также в деле не имеется доказательств того, что ответчик к моменту рассмотрения дела судом первой инстанции имел сведения о названном судебном акте.
При этом в апелляционной жалобе ответчик ссылался на результаты его обращения в почтовое отделение связи относительно извещения по настоящему делу. Однако суд апелляционной инстанции оставил без проверки и оценки упомянутые доводы апелляционной жалобы.
Установление факта неисполнения административным органом своей обязанности в целях оспаривания вынесенного им постановления о привлечении к адм. отв-сти не допускается в порядке производства по установлению фактов, имеющих юридическое значение (Постановление АС Московского округа от 17.12.20 по делу № А40-13324/20)
Фабула дела:
СРО обратилось в суд к ИФНС России № 1 по г. Москве с заявлением об установлении факта, имеющего юридическое значение, а именно факта неисполнения ИФНС России № 1 по г. Москве обязанности, предусмотренной пунктом 10 Постановления Правительства РФ от 28.12.2005 № 819, по уведомлению СРО о необходимости представления подтверждающих банковских документов, оформленных ненадлежащим образом к отчету о движении средств по счетам (вкладам) в банках за пределами территории РФ за второй квартал 2017 года.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции в установлении факта отказал.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Отказывая в удовлетворении заявления, суды исходили из того, что заявленные требования не подлежат рассмотрению в порядке особого производства по правилам гл. 27 АПК РФ, а права заявителя не могут быть восстановлены путем удовлетворения заявленных требований;
🔸Суд округа судебные акты отменил, исковое заявление оставил без рассмотрения.
Заявление об установлении наличия или отсутствия права (права собственности, права из обязательства и др.), а также заявление об установлении факта исполнения определенным лицом обязанности не подлежит рассмотрению в порядке особого производства. В случае, если между сторонами правоотношения возникли разногласия по поводу исполнения обязанности одной из сторон данного правоотношения, то такие разногласия следует рассматривать как спор о праве (п. 5, 6 ИП Президиума ВАС РФ от 17.02.04 № 76).
Обращаясь в арбитражный суд с заявлением об установлении факта, имеющего юридическое значение, заявитель ссылался на то обстоятельство что 07.03.2019 ИФНС России № 1 по г. Москве было вынесено Постановление № 1418 о назначении в отношении СРО административного наказания в виде наложения штрафа в связи с совершением административного правонарушения, ответственность за которое установлена ч. 6.3 ст. 15.25 КоАП РФ.
Из содержания заявления СРО следует, что заявлено требование не об установлении факта, а заявитель оспаривает действия налогового органа при производстве по делу об административном правонарушении. При этом вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы по другому делу в удовлетворении требования СРО о признании незаконным и отмене принятого ИФНС России № 1 по г. Москве постановления от 07.03.2019 № 1418, отказано в полном объеме.
По сути, заявитель просит суд установить факт неисполнения налоговым органом определенной обязанности перед СРО, между тем, факт неисполнения обязанности одной из сторон правоотношения не подлежит установлению в арбитражном суде в порядке особого производства.
Фабула дела:
СРО обратилось в суд к ИФНС России № 1 по г. Москве с заявлением об установлении факта, имеющего юридическое значение, а именно факта неисполнения ИФНС России № 1 по г. Москве обязанности, предусмотренной пунктом 10 Постановления Правительства РФ от 28.12.2005 № 819, по уведомлению СРО о необходимости представления подтверждающих банковских документов, оформленных ненадлежащим образом к отчету о движении средств по счетам (вкладам) в банках за пределами территории РФ за второй квартал 2017 года.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции в установлении факта отказал.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Отказывая в удовлетворении заявления, суды исходили из того, что заявленные требования не подлежат рассмотрению в порядке особого производства по правилам гл. 27 АПК РФ, а права заявителя не могут быть восстановлены путем удовлетворения заявленных требований;
🔸Суд округа судебные акты отменил, исковое заявление оставил без рассмотрения.
Заявление об установлении наличия или отсутствия права (права собственности, права из обязательства и др.), а также заявление об установлении факта исполнения определенным лицом обязанности не подлежит рассмотрению в порядке особого производства. В случае, если между сторонами правоотношения возникли разногласия по поводу исполнения обязанности одной из сторон данного правоотношения, то такие разногласия следует рассматривать как спор о праве (п. 5, 6 ИП Президиума ВАС РФ от 17.02.04 № 76).
Обращаясь в арбитражный суд с заявлением об установлении факта, имеющего юридическое значение, заявитель ссылался на то обстоятельство что 07.03.2019 ИФНС России № 1 по г. Москве было вынесено Постановление № 1418 о назначении в отношении СРО административного наказания в виде наложения штрафа в связи с совершением административного правонарушения, ответственность за которое установлена ч. 6.3 ст. 15.25 КоАП РФ.
Из содержания заявления СРО следует, что заявлено требование не об установлении факта, а заявитель оспаривает действия налогового органа при производстве по делу об административном правонарушении. При этом вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы по другому делу в удовлетворении требования СРО о признании незаконным и отмене принятого ИФНС России № 1 по г. Москве постановления от 07.03.2019 № 1418, отказано в полном объеме.
По сути, заявитель просит суд установить факт неисполнения налоговым органом определенной обязанности перед СРО, между тем, факт неисполнения обязанности одной из сторон правоотношения не подлежит установлению в арбитражном суде в порядке особого производства.
Течение срока исковой давности по требованию о выплате страхового возмещения начинается не ранее отказа страховщика в такой выплате (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А40-51559/2020)
Фабула дела:
Общество обратилось в суд к банку с исковым заявлением о взыскании страхового возмещения. При этом между обществом и банком была совершена цессия, по которой общество приобрело требование к физическому лицу-заёмщику банка. При этом данное физическое лицо при получении кредита было застраховано по договору страхования жизни и здоровья (выгодоприобретатель по договору – банк).
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции в удовлетворении требования отказал.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суд отказал в удовлетворении иска, поскольку пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком.
Установив, что 18.03.2015 застрахованный умер, следовательно, с этого периода банку стало известно о неисполнении умершим своих обязательств по кредитному договору, однако только в 2018 году был заключен договор цессии между Банком и истцом, а с иском в арбитражный суд истец обратился 17.03.2020, то есть за пределами срока исковой давности, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, что является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в иске;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно кредитору) (постановление Президиума ВАС РФ от 21.01.2014 № 11750/13).
Наступление страхового случая означает лишь возникновение права страхователя обратиться с требованием к страховщику о страховой выплате, сама же реализация права на страховую выплату осуществляется в порядке, предусмотренном договором страхования или законом.
Поэтому, если в договоре страхования или в законе установлен срок для страховой выплаты, то течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе в выплате страхового возмещения или о выплате его в неполном объеме в этот срок, а при несовершении таких действий - с момента окончания срока, установленного для страховой выплаты.
Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. Именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, так как до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и именно с этого момента у выгодоприобретателя появились основания не согласиться с решением страховщика (отказом в выплате) и обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав.
При таких обстоятельствах, принимая во внимания разъяснения, изложенные в постановлении Президиума ВАС РФ от 21.01.2014 № 11750/13, суд кассационной инстанции не может признать законными и обоснованными выводы судов об отказе в иске
Фабула дела:
Общество обратилось в суд к банку с исковым заявлением о взыскании страхового возмещения. При этом между обществом и банком была совершена цессия, по которой общество приобрело требование к физическому лицу-заёмщику банка. При этом данное физическое лицо при получении кредита было застраховано по договору страхования жизни и здоровья (выгодоприобретатель по договору – банк).
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции в удовлетворении требования отказал.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суд отказал в удовлетворении иска, поскольку пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком.
Установив, что 18.03.2015 застрахованный умер, следовательно, с этого периода банку стало известно о неисполнении умершим своих обязательств по кредитному договору, однако только в 2018 году был заключен договор цессии между Банком и истцом, а с иском в арбитражный суд истец обратился 17.03.2020, то есть за пределами срока исковой давности, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, что является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в иске;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно кредитору) (постановление Президиума ВАС РФ от 21.01.2014 № 11750/13).
Наступление страхового случая означает лишь возникновение права страхователя обратиться с требованием к страховщику о страховой выплате, сама же реализация права на страховую выплату осуществляется в порядке, предусмотренном договором страхования или законом.
Поэтому, если в договоре страхования или в законе установлен срок для страховой выплаты, то течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе в выплате страхового возмещения или о выплате его в неполном объеме в этот срок, а при несовершении таких действий - с момента окончания срока, установленного для страховой выплаты.
Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. Именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, так как до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и именно с этого момента у выгодоприобретателя появились основания не согласиться с решением страховщика (отказом в выплате) и обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав.
При таких обстоятельствах, принимая во внимания разъяснения, изложенные в постановлении Президиума ВАС РФ от 21.01.2014 № 11750/13, суд кассационной инстанции не может признать законными и обоснованными выводы судов об отказе в иске
О безмотивном отказе от договора оказания услуг и просрочке кредитора (Постановление АС Московского округа от 15.12.2020 по делу № А40-172431/2019)
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с исковым заявлением к акционерному обществу о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, а также процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического платежа. В обоснование заявленных требований истец указал, что ответчик уклонился от исполнения договоров, не представил письменные отчеты о своей деятельности, в связи с чем истец направил в адрес ответчика уведомление о расторжении договоров с требованиями о возврате ранее перечисленных денежных средств в счет исполнения по договора, которое ответчиком оставлено без удовлетворения.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Разрешая спор, суды исходили из того, что невозможность надлежащего оказания услуг по договорам была обусловлена не виновными действиями исполнителя, а бездействием заказчика, установив недобросовестное поведение заказчика при исполнении условий договоров, пришли к выводу, что односторонний отказ заказчика от исполнения договоров не соответствует нормам гражданского законодательства, и нарушает права и законные интересы исполнителя;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В соответствии с п. 1 ст. 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.
Суды, принимая оспариваемые судебные акты, не дали надлежащей оценки доводам истца об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих о выполнении ответчиком своих обязательств по договорам, а также доказательств понесенных расходов.
В материалах дела отсутствуют доказательства того, что исполнитель запрашивал у заказчика какую-либо информацию необходимую для исполнения договора, при этом ответчик не пояснил отсутствие каких именно документов (сведений) помешало ему исполнить обязательства по договорам.
Как следует из материалов дела ответчик представлены письма, согласно которым ответчик просил истца направить посредством электронной почты документы, указанные в пунктах 2.1.1 и 2.1.2 договоров. Вместе с тем, доказательства направления указанных писем в адрес истца в материалах дела отсутствуют, также как и отсутствуют доказательства направления в адрес истца писем от 19.10.2018, 24.11.2018, 27.11.2018 с приложениями для заполнения, в том числе опросных листов, разъяснений по ряду вопросов в рамках договоров.
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с исковым заявлением к акционерному обществу о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, а также процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического платежа. В обоснование заявленных требований истец указал, что ответчик уклонился от исполнения договоров, не представил письменные отчеты о своей деятельности, в связи с чем истец направил в адрес ответчика уведомление о расторжении договоров с требованиями о возврате ранее перечисленных денежных средств в счет исполнения по договора, которое ответчиком оставлено без удовлетворения.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Разрешая спор, суды исходили из того, что невозможность надлежащего оказания услуг по договорам была обусловлена не виновными действиями исполнителя, а бездействием заказчика, установив недобросовестное поведение заказчика при исполнении условий договоров, пришли к выводу, что односторонний отказ заказчика от исполнения договоров не соответствует нормам гражданского законодательства, и нарушает права и законные интересы исполнителя;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В соответствии с п. 1 ст. 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.
Суды, принимая оспариваемые судебные акты, не дали надлежащей оценки доводам истца об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих о выполнении ответчиком своих обязательств по договорам, а также доказательств понесенных расходов.
В материалах дела отсутствуют доказательства того, что исполнитель запрашивал у заказчика какую-либо информацию необходимую для исполнения договора, при этом ответчик не пояснил отсутствие каких именно документов (сведений) помешало ему исполнить обязательства по договорам.
Как следует из материалов дела ответчик представлены письма, согласно которым ответчик просил истца направить посредством электронной почты документы, указанные в пунктах 2.1.1 и 2.1.2 договоров. Вместе с тем, доказательства направления указанных писем в адрес истца в материалах дела отсутствуют, также как и отсутствуют доказательства направления в адрес истца писем от 19.10.2018, 24.11.2018, 27.11.2018 с приложениями для заполнения, в том числе опросных листов, разъяснений по ряду вопросов в рамках договоров.
О зачёте при совершении уступки права (Постановление АС Московского округа от 15.12.20 по делу № А40-36948/2020)
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с исковым заявлением о взыскании задолженности и пени по договору подряда. При этом истец получил требование к ответчику вследствие уступки права из договора.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суды пришли к выводу о документальном подтверждении факта ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по оплате работ, выполненных подрядчиком (цедентом) и невозможности прекращения спорного обязательства путем зачета взаимных требований сторон, поскольку они не являются однородными, не доказана бесспорность требований, предъявленных к зачету, при этом истец не является стороной по договорам, из которых проистекает противопоставленное требование, приобрел право требования о взыскании задолженности путем заключения договора цессии и ему как новому кредитору было неизвестно о наличии у ответчика права на прекращение обязательства в целом или части зачетом;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Суды, оценивая довод ответчика о наличии у подрядчика задолженности перед ним по иным договорам на дату зачета, указали на отсутствие однородности и бесспорности встречных требований.
Вместе с тем, бесспорность засчитываемых требований и отсутствие возражений сторон относительно как наличия, так и размера требований не определены ГК РФ в качестве условий зачета. Следовательно, наличие спора в отношении засчитываемых требований не препятствует подаче заявления о зачете при условии, что по обязательствам, на прекращение которых направлены засчитываемые требования, на момент заявления о зачете не возбуждено производство в суде.
Ст. 410 ГК РФ допускает, в том числе зачет активного и пассивного требований, которые возникли из разных оснований. Критерий однородности соблюдается при зачете требования по уплате основного долга (например, покупной цены по договору купли-продажи) на требование об уплате неустойки, процентов или о возмещении убытков (например, в связи с просрочкой выполнения работ по договору подряда) (п. 12 ПП ВС РФ от 11.06.20 № 6).
Таким образом, встречные требования об уплате неустойки и о взыскании задолженности являются, по существу, денежными, то есть однородными, и при наступлении срока исполнения могут быть прекращены зачетом по правилам ст. 410 ГК РФ.
Зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования (п. 2 ст. 412 ГК РФ).
В силу указанной нормы новый кредитор, приобретая право требования у первоначального кредитора, обязан согласиться с зачетом требования со стороны должника (при наличии предусмотренных законом условий) и в результате такого зачета может получить исполнение меньшее, чем он мог бы рассчитывать, что является предпринимательским риском цессионария.
Таким образом, выводы судов о неправомерности заявленного ответчиком зачета по мотивам несогласия с ним другой стороны, неоднородности, предъявленных к зачету требований, а также невозможности зачета требований к первоначальному кредитору против требований к новому кредитору не основаны на вышеуказанных положениях действующего законодательства; ответчик в настоящем деле вправе возражать относительно исковых требований со ссылкой на состоявшийся зачет.
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с исковым заявлением о взыскании задолженности и пени по договору подряда. При этом истец получил требование к ответчику вследствие уступки права из договора.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Суды пришли к выводу о документальном подтверждении факта ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по оплате работ, выполненных подрядчиком (цедентом) и невозможности прекращения спорного обязательства путем зачета взаимных требований сторон, поскольку они не являются однородными, не доказана бесспорность требований, предъявленных к зачету, при этом истец не является стороной по договорам, из которых проистекает противопоставленное требование, приобрел право требования о взыскании задолженности путем заключения договора цессии и ему как новому кредитору было неизвестно о наличии у ответчика права на прекращение обязательства в целом или части зачетом;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Суды, оценивая довод ответчика о наличии у подрядчика задолженности перед ним по иным договорам на дату зачета, указали на отсутствие однородности и бесспорности встречных требований.
Вместе с тем, бесспорность засчитываемых требований и отсутствие возражений сторон относительно как наличия, так и размера требований не определены ГК РФ в качестве условий зачета. Следовательно, наличие спора в отношении засчитываемых требований не препятствует подаче заявления о зачете при условии, что по обязательствам, на прекращение которых направлены засчитываемые требования, на момент заявления о зачете не возбуждено производство в суде.
Ст. 410 ГК РФ допускает, в том числе зачет активного и пассивного требований, которые возникли из разных оснований. Критерий однородности соблюдается при зачете требования по уплате основного долга (например, покупной цены по договору купли-продажи) на требование об уплате неустойки, процентов или о возмещении убытков (например, в связи с просрочкой выполнения работ по договору подряда) (п. 12 ПП ВС РФ от 11.06.20 № 6).
Таким образом, встречные требования об уплате неустойки и о взыскании задолженности являются, по существу, денежными, то есть однородными, и при наступлении срока исполнения могут быть прекращены зачетом по правилам ст. 410 ГК РФ.
Зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования (п. 2 ст. 412 ГК РФ).
В силу указанной нормы новый кредитор, приобретая право требования у первоначального кредитора, обязан согласиться с зачетом требования со стороны должника (при наличии предусмотренных законом условий) и в результате такого зачета может получить исполнение меньшее, чем он мог бы рассчитывать, что является предпринимательским риском цессионария.
Таким образом, выводы судов о неправомерности заявленного ответчиком зачета по мотивам несогласия с ним другой стороны, неоднородности, предъявленных к зачету требований, а также невозможности зачета требований к первоначальному кредитору против требований к новому кредитору не основаны на вышеуказанных положениях действующего законодательства; ответчик в настоящем деле вправе возражать относительно исковых требований со ссылкой на состоявшийся зачет.
В договоре может содержаться условие, устанавливающее верхний порог начисления неустойки (Постановление АС Московского округа от 15.12.20 по делу № А40-340917/2019)
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с исковым заявлением к своему контрагенту об обязании исполнить обязательства по поставке товаров по договору в тридцатидневный срок с даты вступления в силу решения суда; взыскании пени за каждый день просрочки исполнения обязательств до дня фактического исполнения обязательства; взыскании на основании пункта 1 ст. 308.3 ГК РФ компенсации на случай неисполнения решения суда за каждый день просрочки до полного исполнения решения суда.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Удовлетворяя исковые требования, суды исходили из неисполнения ответчиком обязательства по поставке товара в сроки, установленные договором, и в связи с этим установили наличие оснований для применения ответственности в виде неустойки и применения ст. 308.3 ГК РФ на случай неисполнения указанного судебного акта;
🔸Суд округа судебные акты отменил в части размера неустойки, в соответствующей части принял новое решение.
По смыслу ст. 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки либо ее сумма может быть ограничена (п. 65 ПП ВС РФ от 24.03.16 № 7).
Как установлено судами, неустойка за просрочку поставки товара начислена на основании п. 7.4. договора. Вместе с тем, стороны предусмотрели в договоре ограничение неустойки за просрочку поставки товара не более 5 % от стоимости неисполненных обязательств.
Суд первой инстанции, вопреки разъяснениям, изложенным в абз. 2 пу. 65 ПП ВС РФ № 7, не указал в резолютивной части на ограничение начисления неустойки.
Указанное упущение может породить неопределенность на стадии исполнения судебного акта и повлечь новые споры в случае, если взыскание суммы неустойки превысит согласованный сторонами размер (5%).
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с исковым заявлением к своему контрагенту об обязании исполнить обязательства по поставке товаров по договору в тридцатидневный срок с даты вступления в силу решения суда; взыскании пени за каждый день просрочки исполнения обязательств до дня фактического исполнения обязательства; взыскании на основании пункта 1 ст. 308.3 ГК РФ компенсации на случай неисполнения решения суда за каждый день просрочки до полного исполнения решения суда.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.
Удовлетворяя исковые требования, суды исходили из неисполнения ответчиком обязательства по поставке товара в сроки, установленные договором, и в связи с этим установили наличие оснований для применения ответственности в виде неустойки и применения ст. 308.3 ГК РФ на случай неисполнения указанного судебного акта;
🔸Суд округа судебные акты отменил в части размера неустойки, в соответствующей части принял новое решение.
По смыслу ст. 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки либо ее сумма может быть ограничена (п. 65 ПП ВС РФ от 24.03.16 № 7).
Как установлено судами, неустойка за просрочку поставки товара начислена на основании п. 7.4. договора. Вместе с тем, стороны предусмотрели в договоре ограничение неустойки за просрочку поставки товара не более 5 % от стоимости неисполненных обязательств.
Суд первой инстанции, вопреки разъяснениям, изложенным в абз. 2 пу. 65 ПП ВС РФ № 7, не указал в резолютивной части на ограничение начисления неустойки.
Указанное упущение может породить неопределенность на стадии исполнения судебного акта и повлечь новые споры в случае, если взыскание суммы неустойки превысит согласованный сторонами размер (5%).