В случае, когда Росреестр приостанавливает регистрацию права собственности на недвижимость ввиду неподтверждения оснований возникновения такого права, надлежащим способом защиты является обращение с иском о признании права собственности к предшествующему правообладателю (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А40-42391/2019)

Фабула дела:

Конкурсный управляющий общества обращается в суд с иском о признании за обществом права собственности на два объекта недвижимости, мотивируя требования тем, что право собственности у истца возникло в силу заключения и исполнения договора, в качестве альтернативного основания возникновения права истец ссылается также на приобретательскую давность.

Позиции судов:

🔸Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал;

🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.

Суды, отказывая в удовлетворении иска, исходили из того, что требования истца, по сути, направлены на оспаривание действий Управления Росреестра, на основании которых последний отказал истцу в регистрации права собственности; истец не обосновал предъявление требований к Департаменту, в связи с чем иск заявлен к ненадлежащему ответчику и является ненадлежащим способом защиты нарушенного права. Кроме того, судами принято во внимание, что в рамках дела о признании истца несостоятельным определениями Арбитражного суда Нижегородской области от приняты обеспечительные меры, которыми МООИП УФССП России по Москве, и Управлению Росреестра по Москве запрещены любые действия со спорным имуществом. Также суды не установили оснований для признания права собственности за истцом по приобретательной давности;

🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.

1. В данном случае судами не учтены разъяснения, приведенные в п. 59 Постановления ПП ВС И ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22, и сделан неверный вывод о том, что ООО «Консорциум» не вправе обратиться с иском о признании права собственности на спорный объект.

Противоречат имеющимся в деле доказательствам выводы судов о том, что требования истца направлены на оспаривание отказа Управления Росреестра в государственной регистрации права на спорный объект, поэтому истец избрал неверный способ защиты. Согласно материалам дела, Управлением Росреестра по Москве приняты решения о приостановлении государственной регистрации, тогда как сведения об отказе регистрирующим органом в государственной регистрации прав истца на спорное имущество отсутствуют.

Как указывает истец, исходя из содержания уведомлений Управления Росреестра по Москве о приостановлении государственной регистрации права на здания, регистрирующий орган ссылается на неподтверждение обществом оснований возникновения прав на спорный объект, а именно имеется неопределенность в той части, какой именно объект был приобретен, несоответствие приобретения объекта законодательству о приватизации, действовавшему в момент передачи объекта, не представление оригиналов документов, отсутствие акта приемочной комиссии, распоряжения Префекта, предоставление договора аренды земельного участка в копии, несоответствие возведенных объектов назначению земельного участка. В данном случае выбранный способ защиты, как предъявление иска о признании права, обусловлен тем, что истец находится в процедуре банкротства и конкурсный управляющий не располагает всей необходимой документацией и оригиналами документов для устранения препятствий в регистрации права.

Суд кассационной инстанции полагает, что с учетом фактических обстоятельств настоящего дела, указанный способ защиты является правильным и единственно возможным в рассматриваемой ситуации, поскольку установить основания возникновения или отсутствия права у истца на спорный объект, в отношении которого заявлен настоящий иск, может только суд путем исследования представленных в дело доказательств, а не регистрирующий орган (определение ВС РФ от 20.11.2015 по делу № 306-ЭС15-7435).

2. Ссылки судов на принятие в рамках дела о банкротстве ООО «Консорциум» обеспечительных мер о запрете Управлению Росреестра по Москве в осуществлении регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества суд кассационной инстанции считает неверными, так как данное обстоятельство не препятствует признанию права.

3. Также суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов о том, что Департамент является ненадлежащим ответчиком. Поскольку право собственности на спорное имущество не зарегистрировано в установленном Законом № 122-ФЗ порядке, настоящий иск предъявлен истцом к известному прежнему собственнику имущества.

В условиях действия принципа платности землепользования незаключение договора аренды земельного участка, находящегося в государственной собственности, не освобождает арендатора от обязанности заплатить за пользование таким участком (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А40-275295/2019)

Фабула дела:

Общество обратилось в суд с заявлением к Департаменту городского имущества города Москвы о признании незаконными действий, выразившихся в начислении арендной платы за землю, пени за просрочку платежей, об обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Позиции судов:

🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил.

🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.

Суды, удовлетворяя заявленные требования, пришли к выводу, что заявитель не является стороной по договору аренды на земельный участок, арендные отношения не оформлены по независящим от заявителя причинам, в связи с чем правовые основания для начисления сумм исходя из претензии, отсутствуют.

🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.

Одним из принципов земельного законодательства является принцип платности использования земли, согласно которому любое использование земли осуществляется за плату.

Судами установлено, что заявитель не является стороной по договору аренды. Вместе с тем, у истца зарегистрировано право собственности на нежилое здание, расположенное на спорном земельном участке.

Таким образом, фактически установив нахождение на спорном земельном участке объекта недвижимости, принадлежащего истцу, суды пришли к выводу о правомерности требований заявителя по оспариванию действий, выразившихся в начислении арендной платы за землю, пени за просрочку платежей, об обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, то есть фактически лишили Департамент возможности права требования платы за земельный участок в указанный период, освободили заявителя от обязанности вносить плату за пользование земельным участком, что противоречит действующему законодательству, в том числе вышеуказанным нормам ЗК РФ.

На поставщике по государственному контракту лежит обязанность проверять содержание предоставляемой банковской гарантии на соответствие требованиям законодательства о контрактной системе (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А40-272834/2019)

Фабула дела:

Общество обратилось в суд с заявлением к УФАС по Москве о признании недействительными его решения о проведении проверки по факту уклонения от заключения государственного контракта в связи с тем, что в установленные в Законе о контрактной системе сроки истец не представило надлежащее обеспечение исполнение контракта.

Позиции судов:

🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования.

🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из того, что у управления отсутствовали основания для включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков, поскольку не доказано наличие вины общества по смыслу п. 1 ст. 401 ГК РФ.

Суды указали, что общество могло только запросить необходимую банковскую гарантию, и при наличии односторонней воли банка на выдачу такой гарантии, исполнив условия о финансовом урегулировании, оно могло получить гарантию. Поскольку банк являлся профессиональным участником рынка возмездного предоставления обеспечения исполнения договорных обязательств, то общество, получив, банковскую гарантию от банка и предоставив ее заказчику торгов в установленном порядке, уже считается надлежащим образом исполнившим свое обязательство по предоставлению обеспечения исполнения государственного контракта.

Таким образом, проверка обществом условий полученной банковской гарантии не может рассматриваться действием, в зависимости от наличия или отсутствия которого квалифицируется поведение победителя торгов, как надлежащее или ненадлежащее. В противном случае, такой участник торгов привлекается к гражданско-правовой ответственности за не совершение им действий, которые в силу особенностей правоотношений по выдаче банковской гарантии находятся вне его контроля, как участника таких правоотношений;

🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.

На основании ч. 6 ст. 45 Закона о контрактной системе установлено, что основанием для отказа в принятии банковской гарантии заказчиком является, в том числе, несоответствие банковской гарантии условиям, указанным в ч. 2 и 3 настоящей статьи; несоответствие банковской гарантии требованиям, содержащимся в извещении об осуществлении закупки, приглашении принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документации о закупке, проекте контракта, который заключается с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Частью 2 ст. 45 Закона о контрактной системе установлен перечень информации, которая должна содержать банковская гарантия.

В силу ч. 3 ст. 45 Закона о контрактной системе в случае, предусмотренном извещением об осуществлении закупки, документацией о закупке, проектом контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), в банковскую гарантию включается условие о праве заказчика на бесспорное списание денежных средств со счета гаранта, если гарантом в срок не более чем пять рабочих дней не исполнено требование заказчика об уплате денежной суммы по банковской гарантии, направленное до окончания срока действия банковской гарантии.

В абз. 4 п. 25 Обзора судебной практики, утв. Президиумом ВС РФ 28.06.2017, разъяснено, что участник закупки имеет возможность заблаговременно проверить правильность содержания банковской гарантии, полученной от банка.

В этой связи, согласно абз. 6 п. 25 указанного Обзора судебной практики неисполнение требований ч. 6 ст. 45, ч. 3 и 5 ст. 96 Закона о контрактной системе является основанием для отказа в принятии банковской гарантии заказчиком, а участник, представивший банковскую гарантию с недостатками, считается уклонившимся от заключения контракта.
В связи с тем, что общество является стороной по заключаемому контракту, на нем в силу норм действующего законодательства лежит обязанность представить заказчику надлежащее обеспечение исполнения контракта, соответствующее требованиям закона.

Выводы судов об отсутствии необходимости со стороны заявителя проверять содержание банковской гарантии на соответствие требованиям действующего законодательства ввиду того, что банк, выдающий такую гарантию, является коммерческой организацией, на профессиональной основе выступающей на рынке оказания услуг, в том числе по представлению банковских гарантий, являются ошибочными, противоречат положениям Закона о контрактной системе.

Кроме того, вывод судов о том, что непринятие заказчиком указанной банковской гарантии и не заключение контракта с обществом не повлекло для него каких-либо негативных последствий, подлежит отклонению, т.к. отсутствие негативных последствий для заказчика само по себе не свидетельствует о законности невключения сведений о победителе закупки в реестр недобросовестных поставщиков ввиду его недобросовестных действий.

Суд округа напоминает, что вопрос установления размера обязательных платежей и взносов членов товарищества собственников недвижимости относится к исключительной компетенции общего собрания членов товарищества (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А41-85136/2019)

Фабула дела:

Товарищество собственников недвижимости «Бизнес-Центр» обратилось в суд с иском к обществу о взыскании долга по оплате коммунальных услуг и расходов на содержание и текущий ремонт общего имущества в нежилом здании.

Позиции судов:

🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;

🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из того, что истцом в целях выполнения функций по обслуживанию и содержанию спорного административного здания заключены договоры с ресурсоснабжающими организациями, а также договоры на оказание услуг телефонной связи, на оказание охранных услуг, на техническое обслуживание охранного оборудования, договор банковского счета, что в период года истцом ответчику оказаны услуги по содержанию и обслуживанию его помещения и доли в административном здании, однако ответчик оплату оказанных услуг не произвел, что доказательств направления претензий по объему и качеству оказанных услуг ответчиком не представлено;

🔸Суд округа судебные акты отменил в части, принял новый судебный акт по делу.

Суд кассационной инстанции не поддерживает выводы судов первой и апелляционной инстанции в части определения размера задолженности согласно расчету истца, считает их сделанными при неправильном применении норм материального права.

Бесспорно, что согласно ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Отношения собственников помещений, расположенных в нежилом здании, возникающие по поводу общего имущества в таком здании, прямо законом не урегулированы. При этом судебной практикой допускается возможность применения к правоотношениям сторон по содержанию и обслуживанию нежилого здания норм жилищного законодательства по аналогии к тем вопросам, которые не урегулированы иным законодательством (п. 41 ПП ВС РФ от 23.07.15 №25).

Вопрос установления размера обязательных платежей и взносов членов товарищества относится к исключительной компетенции общего собрания членов товарищества (п. 4 ч. 2 ст. 145 ЖК РФ, п. 1 ст. 65.3 ГК РФ).

Между тем, судами первой и апелляционной инстанции не учтено, что протокол общего собрания членов ТСН не содержит размер ставок и тарифов на услуги по содержанию общего имущества в спорном здании. Утверждение перечня услуг обязательных платежей относится к компетенции общего собрания. Однако данное решение собрания не может быть положено в основание удовлетворения иска в связи с тем, что собранием не принято решение о размере платежей и взносов по содержанию общего имущества.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции отмечает, что, если собственники помещений в многоквартирном доме на их общем собрании не приняли решение о выборе способа управления многоквартирным домом, решение об установлении размера платы за содержание жилого помещения, такой размер устанавливается органом местного самоуправления в соответствии с ч. 4 ст. 158 ЖК РФ и определяется, исходя из ставок и тарифов, установленных органом местного самоуправления, в данном случае, постановлением Администрации городского округа Ступино N 4183-п от 14.11.2018.

В договоре перевозки могут быть предусмотрены документы, которыми должен доказываться факт исполнения перевозчиком своих обязанностей / на стороны спора не может возлагаться обязанность доказывать отрицательные факты (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А40-207699/19)

Фабула дела:

Общество обратилось в суд к своему контрагенту с иском о расторжении договора на перевозку грузов автомобильным транспортом, взыскании задолженности и неустойки по указанному договору.

Позиции судов:

🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил в части (снизил размер неустойки);

🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования частично, суды исходили из того, что истцом соблюден досудебный порядок спора, в том числе, в части расторжения договора; факт осуществления истцом перевозки грузов ответчика на заявленную в иске сумму подтвержден документально, доказательств погашения задолженности ответчиком не представлено, расчет задолженности и неустойки проверен судом и признан верным, размер неустойки снижен судом на основании ст. 333 ГК РФ по соответствующему заявлению ответчика;

🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.

В соответствии с п. 4.2 спорного договора размер оплаты услуг по договору определяется в зависимости от массы перевезенного груза и от расстояния между пунктами погрузки и выгрузки. В силу п. 4.4 договора документами, подтверждающими оказание услуг, являются подписанные заказчиком путевые листы, товарно-транспортные накладные, расписки о выполнении работ (услуг), акты дополнительных работ, услуг, согласованные заявки.

Приведенная судами в обжалуемых судебных актах формулировка п. 4.2 договора не соответствуют действительному содержанию данного пункта договора, равно как и иному пункту договора. Факт перевозки груза и, соответственно, наличие задолженности из договора перевозки грузов в силу положений ст. 67, 68 АПК РФ, п. 2 ст. 785 ГК РФ, п. 4.4, 5.1, 5.2 договора, должны быть подтверждены определенными доказательствами: транспортными накладными, товарно-транспортными накладными, путевыми листами, заявками на перевозку грузов.

Между тем, в материалах дела отсутствуют транспортные накладные, товарно-транспортные накладные, заявки на перевозку груза, путевые листы или иные доказательства, подтверждающие осуществление перевозки истцом для ответчика в заявленном объеме в указанный в иском заявлении период, а также судами не установлено, какими документами стороны оформляли свои правоотношения из спорного договора в предшествующий спору период.

Составленные и подписанные в одностороннем порядке истцом реестры перевозок, акты оказания услуг и сверки взаиморасчетов, не являются перевозочными документами, при этом сам факт принятия перевозчиком груза для перевозки должен быть подтвержден документом, исходящим от заказчика, учитывая, что договор перевозки является реальным, т.е. является заключенным с момента принятия груза к перевозке на основании документа, полученного от заказчика.

Кроме того, суды необоснованно возложили на ответчика обязанность доказывать отрицательные факты.

Суд не может принудить арбитражного управляющего расторгнуть договор, заключённый во исполнение его обязанностей с третьим лицом (Постановление АС Московского округа от 14.12.20 по делу № А41-69722/2018)

Фабула дела:

Банкрот-гражданин обратился в суд с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего, в которой просил истребовать до момента реализации через электронные торги переданные ранее должником транспортные средства, обязать финансового управляющего отчитаться перед судом по доводам жалобы и оплатить штрафы ГИБДД, полученные должником с камер видеофиксации нарушений, признать незаконными действия финансового управляющего, выразившиеся в умышленном затягивании процесса рассмотрения дела о банкротстве, представления в суд необоснованных сведений в отношении должника и членов его семьи, отстранить арбитражного управляющего от исполнения обязанности финансового управляющего должника.

Позиции судов:

🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования в части;

🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменений.

Судом первой инстанции в мотивировочной части определения указано на то, что финансовым управляющим ненадлежащим образом исполнены свои обязанности в части обеспечения сохранности имущества должника, что подтверждается материалами дела, в остальной части доводы жалобы должника признаны необоснованными;

🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.

1. Пунктом 4 ч. 2 ст. 125 АПК РФ предусмотрено, что выбор способа защиты нарушенного права является прерогативой истца. В соответствии со ст. 49 АПК РФ суд не вправе изменять предмет или основание иска, поскольку данное право принадлежит исключительно истцу.

В данном случае суд первой инстанции принял решение об обязании финансового управляющего расторгнуть договор ответственного хранения, в то время как данное требование должником в жалобе не заявлялось.

Также в мотивировочной части определения судом первой инстанции сделан вывод о том, что финансовым управляющим ненадлежащим образом исполнены свои обязанности в части обеспечения сохранности имущества должника.

В то же время в просительной части жалобы должника на действия финансового управляющего такого требования также не содержалось. Из материалов дела не следует, что суд первой инстанции предлагал должнику уточнить заявленные требования в порядке ст. 49 АПК РФ, ходатайство об уточнении требований в материалах дела отсутствует.

Таким образом, суд первой инстанции вышел за пределы заявленных должником требований и фактически рассмотрел требования, не заявленные в споре.

2. Обзывая финансового управляющего расторгнуть гражданско-правовой договор с иным лицом, суд первой инстанции не проанализировал условия договора, не указал, имеется ли у финансового управляющего право на одностороннее расторжение указанного договора.

Кроме того, ни определение суда первой инстанции, ни постановление суда апелляционной инстанции не содержат ссылок на нормы Закона о банкротстве, позволяющие суду обязать арбитражного управляющего расторгнуть договор, заключенный с третьим лицом.