Существенное превышение размера алиментов, установленного соглашением между супругами, относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону, может быть основанием неполного включения алиментных требований в реестр требований кредиторов (Постановление АС Московского округа по делу № А40-105789/19 от 21.09.2020)
Фабула дела:
Гражданка обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по алиментным обязательствам.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал;
🔸Суд апелляционной инстанции решение отменил, требования удовлетворил.
Суд первой инстанции исходил из того, что в материалы дела не представлено доказательств того, что должник на момент заключения указанного соглашения имел достаточный доход для осуществления предусмотренных в соглашении выплат (40 000 фунтов стерлингов в месяц), а также доказательств, что в течение длительного времени такую обязанность должник осуществлял, либо что кредитор предпринимал меры к получению с должника причитающихся платежей.
Суд апелляционной инстанции указал, что данное требование основано на нотариально удостоверенном соглашении, которое не оспорено и не признано недействительным. При этом доказательств неплатежеспособности должника на дату заключения соглашения не представлено, как и доказательств, подтверждающих, что прежний уровень обеспечения ребенка был такой, что для его сохранения достаточно содержания в размере прожиточного уровня;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В деле о банкротстве суд фактически не рассматривает спор о присуждении, а лишь правильно исчисляет размер алиментов, исходя из условий соглашения об их уплате. Следовательно, выводы суда апелляционной инстанции о том, что требования истицы подлежат удовлетворению, являются правомерными.
В то же время, хотя действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности (Определение ВС РФ по делу №А40-184304/2015 от 02.08.2018), в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону, может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии.
В такой ситуации необходимо найти баланс между интересами несовершеннолетних детей должника и интересами прочих его кредиторов. Это означает, что недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.
Для квалификации алиментного соглашения в качестве ничтожной сделки необходимо установить, что согласованный бывшими супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. В случае, если сумма алиментов явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (Постановление КС РФ от 14.05.2012 № 11-П), соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке.
Кроме того, заинтересованные лица ссылались на ряд обстоятельств (заявительница ни разу не предъявляла алиментное соглашение к принудительному исполнению, признаки неплатёжеспособности должника возникли до момента заключения соглашения), свидетельствующих о нетипичном характере соглашения об уплате алиментов и, следовательно, о злоупотреблении своими правами участниками спорного соглашения.
Фабула дела:
Гражданка обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по алиментным обязательствам.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал;
🔸Суд апелляционной инстанции решение отменил, требования удовлетворил.
Суд первой инстанции исходил из того, что в материалы дела не представлено доказательств того, что должник на момент заключения указанного соглашения имел достаточный доход для осуществления предусмотренных в соглашении выплат (40 000 фунтов стерлингов в месяц), а также доказательств, что в течение длительного времени такую обязанность должник осуществлял, либо что кредитор предпринимал меры к получению с должника причитающихся платежей.
Суд апелляционной инстанции указал, что данное требование основано на нотариально удостоверенном соглашении, которое не оспорено и не признано недействительным. При этом доказательств неплатежеспособности должника на дату заключения соглашения не представлено, как и доказательств, подтверждающих, что прежний уровень обеспечения ребенка был такой, что для его сохранения достаточно содержания в размере прожиточного уровня;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
В деле о банкротстве суд фактически не рассматривает спор о присуждении, а лишь правильно исчисляет размер алиментов, исходя из условий соглашения об их уплате. Следовательно, выводы суда апелляционной инстанции о том, что требования истицы подлежат удовлетворению, являются правомерными.
В то же время, хотя действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности (Определение ВС РФ по делу №А40-184304/2015 от 02.08.2018), в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону, может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии.
В такой ситуации необходимо найти баланс между интересами несовершеннолетних детей должника и интересами прочих его кредиторов. Это означает, что недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.
Для квалификации алиментного соглашения в качестве ничтожной сделки необходимо установить, что согласованный бывшими супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. В случае, если сумма алиментов явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (Постановление КС РФ от 14.05.2012 № 11-П), соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке.
Кроме того, заинтересованные лица ссылались на ряд обстоятельств (заявительница ни разу не предъявляла алиментное соглашение к принудительному исполнению, признаки неплатёжеспособности должника возникли до момента заключения соглашения), свидетельствующих о нетипичном характере соглашения об уплате алиментов и, следовательно, о злоупотреблении своими правами участниками спорного соглашения.
При прекращении исполнительного производства по инициативе взыскателя срок на принудительное исполнение судебного решения продолжает своё течение за вычетом периода принудительного исполнения (Постановление АС Московского округа по делу № А40-200419/19 от 23.09.2020)
Фабула дела:
Гражданин обратился в суд с требованием о признании своего должника банкротом и о включении своих требований в реестр требований кредиторов. Требования гражданина подтверждались судебным актом, ранее уже предъявлявшимся к принудительному исполнению, которое было, однако, прекращено по инициативе взыскателя.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Оценивая доводы должника о пропуске истцом срока на предъявление исполнительного листа к принудительному исполнению, суды указали, что в случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня возвращения исполнительного документа взыскателю;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Для случаев, когда исполнение по ранее предъявленному исполнительному документу было окончено в связи с отзывом взыскателем исполнительного документа, ч. 3.1 ст. 22 Закона «Об исполнительном производстве» установлено, что период со дня предъявления данного исполнительного документа к исполнению до дня окончания по нему исполнения вычитается из срока предъявления исполнительного документа к исполнению (Обзор судебной практики ВС РФ №2 от 22.07.2020).
Если на основании представленных взыскателем доказательств судом будет установлено, что возврат исполнительного документа обусловлен действиями должника (например, произошел из-за обещания должника исполнить судебный акт или заключить мировое соглашение под условием предварительного отзыва исполнительного документа), ненадлежащим исполнением своих обязанностей органами принудительного исполнения, иными подобными обстоятельствами, свидетельствующими о вынужденном характере отзыва исполнительного документа взыскателем, срок предъявления исполнительного документа исчисляется без учета особенностей, установленных ч. 3.1 ст. 22 названного закона.
При рассмотрении вопроса о соблюдении предельного срока предъявления исполнительного листа к исполнению судам необходимо было сложить два периода:
первый - со дня возникновения права на принудительное исполнение судебного акта и до дня, предшествующего дню возбуждения исполнительного производства;
второй - со дня, следующего за днем окончания исполнительного производства по инициативе взыскателя, и до дня повторного обращения за принудительным исполнением посредством подачи в суд заявления в рамках дела о банкротстве, а затем выяснить, превысила ли их суммарная продолжительность три года.
Фабула дела:
Гражданин обратился в суд с требованием о признании своего должника банкротом и о включении своих требований в реестр требований кредиторов. Требования гражданина подтверждались судебным актом, ранее уже предъявлявшимся к принудительному исполнению, которое было, однако, прекращено по инициативе взыскателя.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Оценивая доводы должника о пропуске истцом срока на предъявление исполнительного листа к принудительному исполнению, суды указали, что в случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня возвращения исполнительного документа взыскателю;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Для случаев, когда исполнение по ранее предъявленному исполнительному документу было окончено в связи с отзывом взыскателем исполнительного документа, ч. 3.1 ст. 22 Закона «Об исполнительном производстве» установлено, что период со дня предъявления данного исполнительного документа к исполнению до дня окончания по нему исполнения вычитается из срока предъявления исполнительного документа к исполнению (Обзор судебной практики ВС РФ №2 от 22.07.2020).
Если на основании представленных взыскателем доказательств судом будет установлено, что возврат исполнительного документа обусловлен действиями должника (например, произошел из-за обещания должника исполнить судебный акт или заключить мировое соглашение под условием предварительного отзыва исполнительного документа), ненадлежащим исполнением своих обязанностей органами принудительного исполнения, иными подобными обстоятельствами, свидетельствующими о вынужденном характере отзыва исполнительного документа взыскателем, срок предъявления исполнительного документа исчисляется без учета особенностей, установленных ч. 3.1 ст. 22 названного закона.
При рассмотрении вопроса о соблюдении предельного срока предъявления исполнительного листа к исполнению судам необходимо было сложить два периода:
первый - со дня возникновения права на принудительное исполнение судебного акта и до дня, предшествующего дню возбуждения исполнительного производства;
второй - со дня, следующего за днем окончания исполнительного производства по инициативе взыскателя, и до дня повторного обращения за принудительным исполнением посредством подачи в суд заявления в рамках дела о банкротстве, а затем выяснить, превысила ли их суммарная продолжительность три года.
Если в каждый отдельный момент времени гражданин обладал лишь одним пригодным для проживания жилым помещением, то такое жилое помещение не может быть включено в конкурсную массу при банкротстве гражданина (Постановление АС Московского округа по делу № А40-10574/2017 от 24.09.2020)
Фабула дела:
Гражданин, признанный банкротом, обратился в суд с заявлением об исключении из конкурсной массы земельного участка с жилым домом как единственного пригодного жилья. При этом этот жилой дом ранее отчуждался должником по договору купли-продажи, признанному недействительным по иску финансового управляющего. Кроме того, в собственности должника находился и второй жилой дом, к настоящему моменту отчуждённый залогодателю.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Суды, сославшись на вступившие в законную силу судебные акты, принятые в рамках настоящего дела о банкротстве, пришли к выводу о наличии в действиях должника признаков злоупотребления правом (п. 17 ПП ВС РФ от 13.10.2015 №45), с целью искусственного создания ситуации с единственным пригодным для проживания жильём, и отсутствии оснований для исключения спорного имущества из конкурсной массы. Кроме того, суды отметили, что предполагается, что должник был осведомлен о том, что дом, в котором он ранее проживал и был зарегистрирован, будет продан в порядке продажи залогового имущества, в результате чего будет лишен данного жилья;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
При рассмотрении спора об исключении из конкурсной массы должника единственного пригодного для проживания помещения арбитражный суд должен исследовать доводы кредиторов о недобросовестности должника и злоупотреблении с его стороны правом в виде создания ситуации, когда дорогостоящий объект недвижимости получает статус единственного пригодного для проживания помещения, что недопустимо (ст. 10 ГК РФ); имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении единственного жилого помещения должника не может применяться, если ранее данное жилье не являлось единственным, но в результате действий должника искусственно создано таковым (Определение ВС РФ от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724).
Ответчик пояснил, что он проживал в спорном жилом доме, пока последний не был им отчуждён по договору купли-продажи (позднее признанному недействительным по заявлению финансового управляющего). На вырученные деньги им был построен другой жилой дом, находившийся в ипотеке у банка. После того, как этот второй жилой дом был передан банку, должник продолжил жить в возвращённом ему спорном доме. Таким образом, до того, как должником был построен временный второй дом, спорный жилой дом также был для него единственным жильем, где должник стал проживать снова в связи с передачей прежнего временного жилья банку, а не в связи с тем, что финансовым управляющим было подано заявление об утверждении Положения о продаже данного имущества, как указали суды.
Обжалуемыми судебными актами должник и члены его семьи были лишены гарантированного Конституцией РФ права на жилое помещение, поскольку иное жильё, как установили сами же суды, у него отсутствует.
Ссылка судов в данном случае на правовую позицию, изложенную в Определении ВС РФ от 04.06.2018 №304-3C18-6051, является несостоятельной, поскольку в том споре судом было установлено, что вместо должника в квартире проживают квартиросъемщики, не являющиеся членами семьи должника, а сам должник проживает по иному адресу, то есть имели место иные фактические обстоятельства.
Фабула дела:
Гражданин, признанный банкротом, обратился в суд с заявлением об исключении из конкурсной массы земельного участка с жилым домом как единственного пригодного жилья. При этом этот жилой дом ранее отчуждался должником по договору купли-продажи, признанному недействительным по иску финансового управляющего. Кроме того, в собственности должника находился и второй жилой дом, к настоящему моменту отчуждённый залогодателю.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Суды, сославшись на вступившие в законную силу судебные акты, принятые в рамках настоящего дела о банкротстве, пришли к выводу о наличии в действиях должника признаков злоупотребления правом (п. 17 ПП ВС РФ от 13.10.2015 №45), с целью искусственного создания ситуации с единственным пригодным для проживания жильём, и отсутствии оснований для исключения спорного имущества из конкурсной массы. Кроме того, суды отметили, что предполагается, что должник был осведомлен о том, что дом, в котором он ранее проживал и был зарегистрирован, будет продан в порядке продажи залогового имущества, в результате чего будет лишен данного жилья;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
При рассмотрении спора об исключении из конкурсной массы должника единственного пригодного для проживания помещения арбитражный суд должен исследовать доводы кредиторов о недобросовестности должника и злоупотреблении с его стороны правом в виде создания ситуации, когда дорогостоящий объект недвижимости получает статус единственного пригодного для проживания помещения, что недопустимо (ст. 10 ГК РФ); имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении единственного жилого помещения должника не может применяться, если ранее данное жилье не являлось единственным, но в результате действий должника искусственно создано таковым (Определение ВС РФ от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724).
Ответчик пояснил, что он проживал в спорном жилом доме, пока последний не был им отчуждён по договору купли-продажи (позднее признанному недействительным по заявлению финансового управляющего). На вырученные деньги им был построен другой жилой дом, находившийся в ипотеке у банка. После того, как этот второй жилой дом был передан банку, должник продолжил жить в возвращённом ему спорном доме. Таким образом, до того, как должником был построен временный второй дом, спорный жилой дом также был для него единственным жильем, где должник стал проживать снова в связи с передачей прежнего временного жилья банку, а не в связи с тем, что финансовым управляющим было подано заявление об утверждении Положения о продаже данного имущества, как указали суды.
Обжалуемыми судебными актами должник и члены его семьи были лишены гарантированного Конституцией РФ права на жилое помещение, поскольку иное жильё, как установили сами же суды, у него отсутствует.
Ссылка судов в данном случае на правовую позицию, изложенную в Определении ВС РФ от 04.06.2018 №304-3C18-6051, является несостоятельной, поскольку в том споре судом было установлено, что вместо должника в квартире проживают квартиросъемщики, не являющиеся членами семьи должника, а сам должник проживает по иному адресу, то есть имели место иные фактические обстоятельства.
Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо сделки с оказанием предпочтения одному из кредиторов не подтверждают причинение такими сделками существенного вреда кредиторам для целей привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности (Постановление АС Московского округа по делу № А40-188908/2018 от 24.09.2020)
Фабула дела:
Конкурсный управляющий должника обратился в суд с требованием о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по причине неисполнения бывшим руководителем обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным, по передаче документов конкурсному управляющему должника, а также ввиду совершения сделок, признанных судом недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Судами было установлено, что бывший руководитель своевременно не исполнил обязанность по обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом (процедура была возбуждена по заявлению одного из кредиторов), а, кроме того, доказательства, свидетельствующие о наличии у должника денежных средств в размере, достаточном для исполнения долговых обязательств, в материалах дела о банкротстве отсутствуют. Также суды пришли к выводу, что бывший руководитель, заключая от имени должника сделки, позднее эффективно оспоренные конкурсным управляющим, нанёс убыток должнику, чем сделал невозможным полное погашение требований кредиторов должника;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Заявление о банкротстве должника должно быть направлено руководителем должника в суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты, когда должник начинает отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).
Вместе с тем, из содержания обжалуемых судебных актов не следует, какую именно дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности и какую именно дату возникновения у ответчика обязанности по подаче заявления установили суды в целях привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по данному основанию.
Также в судебных актах не содержится никаких выводов о том, какие именно обязательства возникли у должника после истечения месячного срока. Однако в случае отсутствия у должника таких обязательств привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по данному основанию невозможно.
2. Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него и одновременно являющиеся существенно убыточными.
При этом сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают, хотя эти факты и могут быть важны в доказывании.
3. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности. В случае, когда причиненный контролирующими лицами вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Однако суды не указали, привели ли данные сделки к объективному банкротству должника.
Фабула дела:
Конкурсный управляющий должника обратился в суд с требованием о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по причине неисполнения бывшим руководителем обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным, по передаче документов конкурсному управляющему должника, а также ввиду совершения сделок, признанных судом недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Судами было установлено, что бывший руководитель своевременно не исполнил обязанность по обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом (процедура была возбуждена по заявлению одного из кредиторов), а, кроме того, доказательства, свидетельствующие о наличии у должника денежных средств в размере, достаточном для исполнения долговых обязательств, в материалах дела о банкротстве отсутствуют. Также суды пришли к выводу, что бывший руководитель, заключая от имени должника сделки, позднее эффективно оспоренные конкурсным управляющим, нанёс убыток должнику, чем сделал невозможным полное погашение требований кредиторов должника;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
1. Заявление о банкротстве должника должно быть направлено руководителем должника в суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты, когда должник начинает отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).
Вместе с тем, из содержания обжалуемых судебных актов не следует, какую именно дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности и какую именно дату возникновения у ответчика обязанности по подаче заявления установили суды в целях привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по данному основанию.
Также в судебных актах не содержится никаких выводов о том, какие именно обязательства возникли у должника после истечения месячного срока. Однако в случае отсутствия у должника таких обязательств привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по данному основанию невозможно.
2. Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него и одновременно являющиеся существенно убыточными.
При этом сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают, хотя эти факты и могут быть важны в доказывании.
3. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности. В случае, когда причиненный контролирующими лицами вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Однако суды не указали, привели ли данные сделки к объективному банкротству должника.
Возможность обращения за компенсацией за нарушение права на осуществление судопроизводства в разумный срок, равно как и возможность индексации присуждённых судом сумм не препятствует защите кредитором своих имущественных интересов иными способами (Постановление АС Московского округа по делу № А40-160049/18 от 25.09.20)
Фабула дела:
Гражданин обращается в суд с заявлением о включении своих требований в реестр требований кредиторов должника.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования в части;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Суды отказали в части включения в реестр суммы процентов по ст. 395 ГК РФ, исходя из того, что по сути кредитором заявлено требование о начислении процентов за неисполнение судебного акта. Неправомерная задержка исполнения судебного решения должна рассматриваться как нарушение права на справедливое правосудие в разумные сроки, что предполагает необходимость справедливой компенсации лицу, которому причинен вред нарушением этого права. Суды указали, что одним из способов такой компенсации является индексация присужденных денежных сумм, предусмотренная ст. 183 АПК РФ и в связи с отсутствием доказательств обращения кредитора с таким заявлением, требование кредитора в указанной части не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника;
🔸Суд округа судебные акты отменил в части, в отменённой части дело направил на новое рассмотрение.
Неисполнение судебного акта или неправомерная задержка его исполнения рассматриваются как нарушение права на справедливое правосудие в разумный срок и предполагают необходимость выплаты справедливой компенсации лицу, которому причинен вред нарушением этого права (Постановления Президиума ВАС РФ от 26.11.2013 №8628/13, КС РФ РФ от 25.01.2001 №1-П). Действующее законодательство предусматривает различные механизмы такой компенсации, в том числе по Федеральному закону от 30.04.2010 №68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок».
Вместе с тем компенсация за длительное неисполнение судебного акта по своей правовой природе является компенсацией неимущественного вреда и не исключает возможности возмещения вреда в соответствии со статьями 1069, 1070 ГК РФ. Таким образом, в случае неисполнения судебного решения взыскатель вправе с целью компенсации своих потерь, как неимущественных, так и финансовых, реализовать различные механизмы возмещения вреда, не ограничиваясь лишь обращением в суд с требованием о присуждении компенсации в порядке, установленном Законом о компенсации.
В случае неисполнения должником судебного решения о взыскании денежных средств лицо, в пользу которого они взысканы, вправе требовать от должника уплаты предусмотренных ст. 395 ГК РФ процентов за пользование чужими денежными средствами независимо от того, обращалось ли оно за присуждением компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок (Постановление Президиума ВАС РФ № 8628/13от 26.11.2013).
Кроме того, ст. 183 АПК РФ служит лишь дополнительной гарантией защиты прав взыскателя и не препятствует возможности возмещения его финансовых потерь по правилам, предусмотренным нормами материального права, в частности путем предъявления самостоятельного требования о применении иного способа защиты от убытков из-за инфляции (п. 2 ст. 317, ст. 393, 394, 395 ГК РФ) (Определение КС РФ от 06.10.2008 № 738-0-0).
Фабула дела:
Гражданин обращается в суд с заявлением о включении своих требований в реестр требований кредиторов должника.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции удовлетворил требования в части;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Суды отказали в части включения в реестр суммы процентов по ст. 395 ГК РФ, исходя из того, что по сути кредитором заявлено требование о начислении процентов за неисполнение судебного акта. Неправомерная задержка исполнения судебного решения должна рассматриваться как нарушение права на справедливое правосудие в разумные сроки, что предполагает необходимость справедливой компенсации лицу, которому причинен вред нарушением этого права. Суды указали, что одним из способов такой компенсации является индексация присужденных денежных сумм, предусмотренная ст. 183 АПК РФ и в связи с отсутствием доказательств обращения кредитора с таким заявлением, требование кредитора в указанной части не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника;
🔸Суд округа судебные акты отменил в части, в отменённой части дело направил на новое рассмотрение.
Неисполнение судебного акта или неправомерная задержка его исполнения рассматриваются как нарушение права на справедливое правосудие в разумный срок и предполагают необходимость выплаты справедливой компенсации лицу, которому причинен вред нарушением этого права (Постановления Президиума ВАС РФ от 26.11.2013 №8628/13, КС РФ РФ от 25.01.2001 №1-П). Действующее законодательство предусматривает различные механизмы такой компенсации, в том числе по Федеральному закону от 30.04.2010 №68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок».
Вместе с тем компенсация за длительное неисполнение судебного акта по своей правовой природе является компенсацией неимущественного вреда и не исключает возможности возмещения вреда в соответствии со статьями 1069, 1070 ГК РФ. Таким образом, в случае неисполнения судебного решения взыскатель вправе с целью компенсации своих потерь, как неимущественных, так и финансовых, реализовать различные механизмы возмещения вреда, не ограничиваясь лишь обращением в суд с требованием о присуждении компенсации в порядке, установленном Законом о компенсации.
В случае неисполнения должником судебного решения о взыскании денежных средств лицо, в пользу которого они взысканы, вправе требовать от должника уплаты предусмотренных ст. 395 ГК РФ процентов за пользование чужими денежными средствами независимо от того, обращалось ли оно за присуждением компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок (Постановление Президиума ВАС РФ № 8628/13от 26.11.2013).
Кроме того, ст. 183 АПК РФ служит лишь дополнительной гарантией защиты прав взыскателя и не препятствует возможности возмещения его финансовых потерь по правилам, предусмотренным нормами материального права, в частности путем предъявления самостоятельного требования о применении иного способа защиты от убытков из-за инфляции (п. 2 ст. 317, ст. 393, 394, 395 ГК РФ) (Определение КС РФ от 06.10.2008 № 738-0-0).
Мировое соглашение, заключённое с лицом, вскоре признанным банкротом, может быть отменено в случае, если им нарушаются интересы должника и его кредиторов (Постановление АС Московского округа по делу № А40-40539/18 от 06.11.20)
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с требованием о взыскании задолженности по договору оказания услуг. Между сторонами спора было заключено мировое соглашение. В дальнейшем в отношении ответчика была введена процедура банкротства и конкурсный управляющий ответчика обратился в суд округа, обжалуя определение суда об утверждении мирового соглашения. Он указывал, что: при утверждении мирового соглашения судом не проверялись первичные документы, свидетельствующие о фактическом выполнении истцом услуг и, как следствие, возможность требования от ответчика их оплаты спустя 6 лет после прекращения между сторонами договорных отношений; бывшее руководство ответчика, действуя недобросовестно и не в интересах общества, подписало мировое соглашение без достаточных на то оснований и не заявило о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям; в настоящее время истец обратился в суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов, ссылаясь исключительно на определение суда по настоящему делу и не представив каких-либо первичных документов в подтверждении имеющегося долга.
🔸Суд округа определение суда первой инстанции отменил, направил дело на новое рассмотрение.
Если конкурсные кредиторы или уполномоченные органы полагают, что их права и законные интересы нарушены мировым соглашением, утвержденным судом по другому делу в исковом процессе, в частности если такое соглашение обладает признаками, указанными в ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать определение об утверждении такого мирового соглашения (п. 1 ПП ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).
Таким образом, основанием для отмены определения суда об утверждении мирового соглашения является наличие в кассационной жалобе убедительных аргументов, свидетельствующих о возможной недействительности мирового соглашения по заявленным основаниям. Заявитель кассационной жалобы должен доказать факт нарушения мировым соглашением прав и законных интересов должника и его кредиторов.
Принимая во внимание изложенные аргументы конкурсного управляющего, учитывая, что определение об утверждении мирового соглашения по настоящему делу препятствует заявлению возражения относительно требований кредитора в деле о банкротстве ответчика, а суд первой инстанции по объективным причинам при утверждении мирового соглашения по настоящему делу вопрос обоснованности исковых требований истца фактически не исследовал, суд округа признаёт необходимым отменить обжалуемое определение.
Фабула дела:
Общество обратилось в суд с требованием о взыскании задолженности по договору оказания услуг. Между сторонами спора было заключено мировое соглашение. В дальнейшем в отношении ответчика была введена процедура банкротства и конкурсный управляющий ответчика обратился в суд округа, обжалуя определение суда об утверждении мирового соглашения. Он указывал, что: при утверждении мирового соглашения судом не проверялись первичные документы, свидетельствующие о фактическом выполнении истцом услуг и, как следствие, возможность требования от ответчика их оплаты спустя 6 лет после прекращения между сторонами договорных отношений; бывшее руководство ответчика, действуя недобросовестно и не в интересах общества, подписало мировое соглашение без достаточных на то оснований и не заявило о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям; в настоящее время истец обратился в суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов, ссылаясь исключительно на определение суда по настоящему делу и не представив каких-либо первичных документов в подтверждении имеющегося долга.
🔸Суд округа определение суда первой инстанции отменил, направил дело на новое рассмотрение.
Если конкурсные кредиторы или уполномоченные органы полагают, что их права и законные интересы нарушены мировым соглашением, утвержденным судом по другому делу в исковом процессе, в частности если такое соглашение обладает признаками, указанными в ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать определение об утверждении такого мирового соглашения (п. 1 ПП ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).
Таким образом, основанием для отмены определения суда об утверждении мирового соглашения является наличие в кассационной жалобе убедительных аргументов, свидетельствующих о возможной недействительности мирового соглашения по заявленным основаниям. Заявитель кассационной жалобы должен доказать факт нарушения мировым соглашением прав и законных интересов должника и его кредиторов.
Принимая во внимание изложенные аргументы конкурсного управляющего, учитывая, что определение об утверждении мирового соглашения по настоящему делу препятствует заявлению возражения относительно требований кредитора в деле о банкротстве ответчика, а суд первой инстанции по объективным причинам при утверждении мирового соглашения по настоящему делу вопрос обоснованности исковых требований истца фактически не исследовал, суд округа признаёт необходимым отменить обжалуемое определение.
Отсутствие экономических мотивов совершения сделки, по которой лицом было получено от кредитора должника требование, подлежащее включению в реестр требований кредиторов должника, может свидетельствовать о фактической аффилированности такого лица с прежним кредитором (Постановление АС Московского округа по делу № А40-317497/18 от 05.11.20)
Фабула дела:
Обществом по соглашению об отступном было получено требование по договору займа к должнику, находящемуся в процедуре банкротства. Общество обратилось в суд с заявлением о включении своего требования в реестр требований кредиторов должника.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Суды исходили из наличия достаточных доказательств в подтверждение обоснованности заявленного требования, в том числе платежных поручений, подтверждающих перечисление займа, а также отсутствия доказательств аффилированности истца. Экономическая целесообразность заключения соглашения об отступном не имеет правового значения для рассмотрения спора, поскольку должник стороной этой сделки не является;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Истец приобрёл требование к должнику, в отношении которого уже было открыто конкурсное производство, однако разумных экономических мотивов приобретения указанной задолженности истец не привёл.
Доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической (Определение ВС РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475). О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных независимым участникам рынка.
При этом судом оставлен без должного внимания факт непредставления третьим лицом истребованных сведений о задолженности перед истцом, которая была погашена предоставлением отступного. Ввиду отсутствия указанных сведений рассмотреть вопрос об обоснованности заявленных требований, в том числе о возможной аффилированности указанных лиц, корпоративном характере задолженности, и наличии оснований для понижения очерёдности заявленных требований не представляется возможным.
Фабула дела:
Обществом по соглашению об отступном было получено требование по договору займа к должнику, находящемуся в процедуре банкротства. Общество обратилось в суд с заявлением о включении своего требования в реестр требований кредиторов должника.
Позиции судов:
🔸Суд первой инстанции требования удовлетворил;
🔸Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.
Суды исходили из наличия достаточных доказательств в подтверждение обоснованности заявленного требования, в том числе платежных поручений, подтверждающих перечисление займа, а также отсутствия доказательств аффилированности истца. Экономическая целесообразность заключения соглашения об отступном не имеет правового значения для рассмотрения спора, поскольку должник стороной этой сделки не является;
🔸Суд округа судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Истец приобрёл требование к должнику, в отношении которого уже было открыто конкурсное производство, однако разумных экономических мотивов приобретения указанной задолженности истец не привёл.
Доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической (Определение ВС РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475). О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных независимым участникам рынка.
При этом судом оставлен без должного внимания факт непредставления третьим лицом истребованных сведений о задолженности перед истцом, которая была погашена предоставлением отступного. Ввиду отсутствия указанных сведений рассмотреть вопрос об обоснованности заявленных требований, в том числе о возможной аффилированности указанных лиц, корпоративном характере задолженности, и наличии оснований для понижения очерёдности заявленных требований не представляется возможным.
Добрый день! Начинаем новый раунд опросов! Первый вопрос такой: подлежат ли доказыванию обстоятельства, которые могут быть установлены путём обращения к открытым государственным информационным системам?
Anonymous Quiz
29%
Нет, такие обстоятельства следует считать общеизвестными
33%
Да, подлежат наравне с другими обстоятельствами
38%
Да, подлежат, но для их доказывания достаточно просить суд ознакомиться с соответствующей системой
Вправе ли временный управляющий оспорить по основаниям, предусмотренным ГК РФ, сделку должника, совершенную до принятия заявления о признании должника банкротом?
#plp_cases
#plp_cases
Anonymous Quiz
17%
Да, по любым основаниям
38%
Да, по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве
21%
Нет, сделку, совершенную до принятия заявления, нельзя ни по каким основаниям
24%
Да, по общегражданским основаниям
Могут ли при толковании договора использоваться тексты других договоров, если все эти договоры причинно связаны и регулируют связанные отношения?
#plp_cases
#plp_cases
Anonymous Quiz
11%
Нет, ст. 431 ГК РФ не предусматривает такой метод толкования
29%
Могут — в любой ситуации, так как ст. 431 ГК РФ предусматривает системное толкование
33%
Могут — при неясности условий толкуемого договора
27%
Могут, если все договоры заключены одними и теми же субъектами
Добрый день, коллеги! Продолжаем. Могут ли быть алиментные требования, установленные соглашением между бывшими супругами, быть включены в реестр требований одного из них лишь частично?
Anonymous Quiz
13%
Да, если до этого они выплачивались лишь частично
33%
Нет, интересы несовершеннолетних детей не могут быть умалены даже в банкротстве плательщика
8%
Нет, при включении в реестр требований не рассматривается спор о присуждении
45%
Да, если размер алиментов существенно превышает тот размер, который был бы установлен судом