#PLP_Банкротство
#PLP_Субсидиарная
#PLP_Лица

Субсидиарная ответственность бывшего руководителя требует индивидуальной оценки каждой сделки и проверки хронологии признаков банкротства по отношению к периоду его полномочий (Постановление АС МО от 25 мая 2026 года по делу № А40-44131/21).

📝

Что произошло. АО «ВНИИ НП» обратилось с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности двух контролирующих лиц ООО «Синтез БК»: бывшего генерального директора Ефремова А.А. (руководил с 21.06.2016 по 10.10.2016) и единственного участника Савинковой М.П. Нижестоящие суды привлекли Ефремова А.А. к ответственности в размере 1 334 486,33 руб., отказав в иске к Савинковой М.П.

В чём ошибка. Суды не применили нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, действовавшей на момент совершения действий Ефремовым А.А. (до введения главы III.2 Законом №266-ФЗ). Суды установили момент возникновения признаков банкротства — 06.12.2016, то есть после увольнения Ефремова А.А., однако не оценили его действия применительно к периоду фактических полномочий. Кроме того, суды не дали индивидуальной оценки каждой сделке Ефремова А.А. на предмет их вредоносности и не установили причинно-следственную связь между конкретными сделками и невозможностью погашения требований кредитора. Вывод о безвозмездном перечислении 400 000 руб. ИП Трескоф Я.М. опровергается заключением эксперта, указавшего, что услуги были оказаны и оплачены в полном объёме. Оценка действий Савинковой М.П. также неполна: не исследован вопрос, почему предоставленный ею заём не направлен на погашение долга перед кредитором и какие меры она предприняла для исполнения вступившего в силу судебного акта.

Позиция кассации. Субсидиарная ответственность по своей природе является деликтной; нормы материального права применяются в редакции, действовавшей на момент совершения действий, послуживших основанием для привлечения к ответственности. При этом суд обязан поименно устанавливать вовлечённость каждого конкретного ответчика в совершение вменяемых сделок применительно к каждой из них. Общие абстрактные выводы об их недобросовестности, основанные исключительно на статусе контролирующего лица, недопустимы. Само по себе наличие статуса контролирующего лица не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Квалифицирующим признаком сделки для презумпции доведения до банкротства являются её значимость для должника применительно к масштабам его деятельности и одновременно существенная убыточность в контексте отношений «должник — кредиторы». Также суд обязан оценить экспертное заключение, из которого следует, что признаки неплатёжеспособности у должника отсутствовали в период руководства Ефремова А.А. и появились после его увольнения.

Для практики. При предъявлении иска о субсидиарной ответственности истцу необходимо доказывать причинно-следственную связь между действиями конкретного ответчика и наступившим банкротством применительно к каждой сделке. Ответчику — акцентировать внимание суда на хронологии: если признаки банкротства возникли после прекращения полномочий, привлечение к ответственности по ст. 10 Закона о банкротстве (редакции до 266-ФЗ) требует доказывания того, что именно его действия сделали банкротство неизбежным. Экспертное заключение о финансовом состоянии должника должно быть оценено судом с точки зрения хронологии признаков кризиса относительно периода полномочий каждого ответчика. На ответчике лежит бремя опровержения презумпции виновного поведения.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Сделки
#PLP_Договорное

Исключение по п. 4.8.1.9 Правил страхования распространяется только на открытые проёмы — закрытые проемы не освобождают страховщика от выплаты (Постановление АС МО от 25 мая 2026 года по делу № А40-199958/23).

📝

Что произошло. ЗАО «Мастер» (страхователь) взыскивало с ООО «СК «Согласие» (страховщик) ущерб в размере 7 816 467,94 руб. и упущенную выгоду в размере 1 300 180,00 руб. по договору страхования имущества. Основанием послужили два затопления нежилых помещений дождевыми водами с грязью — 25.06.2021 и 04.07.2021. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске, признав события не страховыми случаями.

В чём ошибка. Суды установили, что вода поступала через входные группы и оконные проёмы, и сделали вывод о ненаступлении страхового случая вне зависимости от состояния проёмов — «независимо от состояния дверных и оконных проёмов». При этом пункт 4.8.1.9 Правил страхования прямо устанавливает исключение только для проникновения воды через «незакрытые оконные (дверные) проёмы». Наличие ключевого признака «незакрытости» было проигнорировано. Кроме того, суды сосредоточились на событии 25.06.2021 (17 мм осадков), не дав оценки событию 04.07.2021, когда, согласно данным Пермского ЦГМС, за 12 часов выпало 51 мм осадков — что соответствует критерию «очень сильный дождь» (50 мм за 12 часов). Также не оценивалась возможность квалификации ущерба по пункту 4.2.6.1 — как вреда от воды, внезапно вышедшей из системы канализации (в частности, ливневой), и не проверено, охватывается ли данное положение страховым покрытием.

Позиция кассации. Исключение, предусмотренное пунктом 4.8.1.9 Правил страхования, распространяется исключительно на случаи проникновения воды через «незакрытые оконные (дверные) проёмы». Наличие признака закрытости проёмов не исключает, но и не исключает проникновение воды через закрытые оконные (дверные) проёмы. Буквальное толкование условий договора в силу статьи 431 ГК РФ предполагает учёт общепринятого употребления слов участниками гражданского оборота, действующими разумно и добросовестно. Содержание пунктов 4.8, 4.8.1, 4.8.1.9 судами установлено ненадлежащим образом. Кроме того, при неясности условий договора страхования толкование осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект, — предполагается, что страховщик. При новом рассмотрении суду надлежит установить, через какие конкретно отверстия поступала вода, имела ли место незакрытость проёмов, а также проверить соответствие положений договора требованиям статей 1, 10, 168, 963 ГК РФ и разъяснениям Пленума ВС РФ о свободе договора.

Для практики. Страхователю при подаче иска следует настаивать на буквальном толковании исключений в правилах страхования — закрытые проёмы не подпадают под п. 4.8.1.9. Для события 04.07.2021 с 51 мм осадков за 12 часов страховщику будет затруднительно отрицать наступление страхового риска «очень сильный дождь». Также необходимо заранее подготовить доказательства состояния проёмов (закрыты/открыты) и исследовать, не подпадает ли ущерб под покрытие «повреждение водой» по п. 4.2.6.1. Страховщику при отказе в выплате следует формулировать основания отказа с указанием конкретного пункта исключения и доказывать, что проёмы были именно незакрыты, а не полагаться на общий запрет проникновения воды через проёмы без буквального соответствия формулировке правил.

Судебная практика всех остальных округов

🔝 Главное дня

#PLP_Банкротство
#PLP_АУ
#PLP_Обеспечение

Умышленный характер действий арбитражного управляющего не освобождает страховщика от выплаты выгодоприобретателю — регресс к управляющему возникает после выплаты (Постановление АС МО от 26 мая 2026 года по делу № А40-24785/25).

📝

Что произошло. ОАО «Гипатрон» (банкрот) взыскивало со страховой компании ООО «Сапфир» страховое возмещение в размере 400 000 руб. Страховой случай связан с убытками, причинёнными конкурсным управляющим Горностаевым Д.В., который по вступившему в силу определению суда возместил должнику 850 000 руб. за заключение недействительной сделки и вывод активов в пользу аффилированного лица. Страховщик отказал в выплате.

В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске, применив п. 6 ст. 24.1 Закона о банкротстве, указав, что умышленное перечисление средств аффилированному лицу не связано с профессиональными обязанностями управляющего. При этом суды не установили период действия полиса, период пребывания управляющего в должности, момент совершения незаконных действий и возникновения убытков — не провели сопоставление, необходимое для определения охвата страхованием.

Позиция кассации. Исключение из страховых рисков по п. 6 ст. 24.1 Закона о банкротстве действует только тогда, когда действия управляющего очевидно не связаны с осуществлением его полномочий в деле о банкротстве. Само по себе наличие умышленной волевой составляющей и перечисление средств аффилированному лицу не могут безусловно расцениваться как достаточное подтверждение отсутствия такой связи — доступ к денежным средствам был возможен исключительно в силу полномочий управляющего. Страховщик не вправе отказать в страховой выплате выгодоприобретателю со ссылкой на умышленный характер действий (п. 32 Обзора ВС РФ № 1 (2020), п. 1 ст. 963 ГК РФ). После выплаты страховщик защищён правом регрессного требования к управляющему в размере произведённой выплаты (п. 9 ст. 24.1 Закона о банкротстве). При новом рассмотрении суду надлежит сопоставить период действия полиса с периодами полномочий управляющего и совершения незаконных действий.

Для практики. Страховая компания, получившая отказ в выплате со ссылкой на умышленный характер действий управляющего, должна учитывать: законодательство о банкротстве предоставляет страховщику механизм регресса — возмещение убытков выгодоприобретателю не освобождает страховщика от обязанности произвести выплату. При подготовке аналогичных исков выгодоприобретателю необходимо установить и доказать хронологическое совпадение периода действия страхового полиса с периодом причинения убытков, а страховщику при отказе — обосновать очевидную не связаность действий с полномочиями, а не ограничиваться указанием на намеренный характер.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Банкротство
#PLP_61º22

При оспаривании сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве суды обязаны исследовать все обстоятельства реальности отношений сторон и экономической целесообразности, включая доводы контролирующего должника лица и доказательства, подтверждающие встречное исполнение (Постановление АС МО от 26 мая 2026 года по делу № А40-73929/21).

📝

Что произошло. Конкурсный управляющий ООО «АРКС ИНЖ» обратился с заявлением о признании недействительной сделкой перечисление 8 312 234 руб. 52 коп. с расчётного счёта должника в пользу ООО «АРКС МТ» от 27.02.2019 (аванс по договору на СМР). Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требование, признав сделку подозрительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве: безвозмездный платёж, совершённый при наличии кредиторской задолженности, со злоупотреблением правом в ущерб кредиторам. Иванов Д.П. (контролирующее должника лицо) обжаловал судебные акты в кассации.

В чём ошибка. Нижестоящие суды отказали Иванову Д.П. в привлечении третьим лицом и отклонили его ходатайство о приобщении дополнительных документов: дополнительного соглашения №1 от 25.02.2019 (основание платежа), переписки сторон, писем в АО «Мосводоканал» о допуске работников, товарной накладной о сальдировании. Суды не исследовали довод о том, что платёж совершён в рамках обычной хозяйственной деятельности для оплаты субподрядных работ, и не установили противоречие между выводами о неплатёжеспособности должника в 2019 году и позицией другого акта по тому же делу о «устойчивом финансовом состоянии» должника.

Позиция кассации. Ссылаясь на п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, АС Московского округа указал, что для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать совокупность обстоятельств: причинение вреда кредиторам, цель причинения вреда и осведомлённость контрагента. Презумпции, установленные абзацами вторым–пятым п. 2 ст. 61.2, являются опровержимыми. При разрешении подобных споров суду надлежит оценить добросовестность контрагента, сопоставив его поведение со стандартами разумного участника оборота. Суды не вправе игнорировать доводы контролирующего должника лица об экономической целесообразности и реальности отношений — отклонение таких доводов без исследования приводит к преждевременным выводам о безвозмездности и фиктивности сделки. При новом рассмотрении необходимо установить наличие или отсутствие всех признаков неплатёжеспособности с учётом противоречивых актов по иным обособленным спорам.

Для практики. Контролирующему должника лицу при оспаривании сделки по ст. 61.2 критически важно: заявлять ходатайства о приобщении доказательств реальности исполнения (договоры, переписка, акты выполненных работ, документы о сальдировании); привлекаться в процесс в качестве третьего лица; активно заявлять доводы об обычной хозяйственной деятельности и экономической целесообразности — они обязательны для исследования. Конкурсному управляющему при повторном рассмотрении необходимо доказать осведомлённость контрагента не только из формального статуса аффилированности, но и из конкретных обстоятельств, подтверждающих знание о цели причинения вреда кредиторам.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Банкротство
#PLP_Сделки

Неизвещение надлежащим образом ответчика — самостоятельное основание для отмены; добросовестность приобретателя требует судебной оценки доказательств (Постановление АС МО от 26 мая 2026 года по делу № А40-53027/20).

📝

Что произошло. Конкурсный управляющий ООО «ТОП Левел» (банкрот) обратился с заявлением о признании недействительной цепочки из двух сделок купли-продажи квартиры: первая — от 07.04.2017 (ООО «ТОП Левел» → Мнацаканян Е.Г. за 21,4 млн руб.), вторая — от 01.06.2017 (Мнацаканян Е.Г. → Усманова Я.Ф. за 20,8 млн руб.). Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявление, обязав Усманову Я.Ф. вернуть квартиру в конкурсную массу. Усманова Я.Ф. обжаловала оба акта в кассацию.

В чём ошибка. Нижестоящие суды допустили два грубых нарушения. Во-первых, извещение Усмановой Я.Ф. было направлено по адресу: Московская область, г. Балашиха, мкр. 1 Мая, д. 37, кв. 305, тогда как она зарегистрирована по месту жительства по адресу квартиры (г. Москва, ул. Мосфильмовская, д. 88, корп. 4, кв. 256), что подтверждается паспортом и адресной справкой МВД. Направление извещения не по адресу регистрации — прямое нарушение ч. 4 ст. 121 АПК РФ. Во-вторых, суды не исследовали доказательства, представленные Усмановой Я.Ф., подтверждающие возмездность сделки, приобретение на открытом рынке с привлечением агентства недвижимости и добросовестность приобретения, переложив на ответчика бремя опровержения без предоставления ей возможности участвовать в процессе.

Позиция кассации. При оспаривании сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать совокупность обстоятельств: причинение вреда кредиторам, цель причинения вреда и осведомлённость контрагента. Презумпция цели вреда при безвозмездности и неплатёжеспособности — опровержимая; контрагент вправе представить доказательства обратного. Оценка добросовестности контрагента требует сопоставления его поведения со стандартами разумного участника оборота. Вывод о недействительности сделки без исследования всех доказательств, в том числе представленных ответчиком, является преждевременным и свидетельствует о неполном выяснении обстоятельств.

Для практики. Надлежащее извещение — не формальность, а условие действительности судебного акта; неизвещение по неверному адресу — самостоятельное основание для отмены. При оспаривании цепочки сделок в банкротстве добросовестному приобретателю-контрагенту необходимо: представлять доказательства оплаты, приобретения на открытом рынке, привлечения профессиональных посредников; активная позиция с доказательствами — необходимое условие защиты. Конкурсному управляющему перед подачей заявления следует убедиться в надлежащем извещении всех соответчиков.

Судебная практика всех остальных округов

🔝 Главное дня

#PLP_Банкротство
#PLP_Субсидиарная

После доказывания кредитором долга, признаков недействующего ЮЛ и контроля бремя доказывания добросовестности переходит к контролирующему лицу (Постановление АС МО от 26 мая 2026 года по делу № А41-116860/24).

📝

Что произошло. ООО «Алеф Трейд Мск» обратилось с иском к двум участникам (по 50% каждый) ликвидированного ООО «ВЕГА-С» о привлечении к субсидиарной ответственности по долгу в размере 887 257 руб. Общество было исключено из ЕГРЮЛ 24.06.2024 регистрирующим органом в связи с недостоверностью сведений. Суды двух инстанций отказали в иске, указав на недоказанность кредитором причинной связи между действиями ответчиков и невозможностью расчётов.

В чём ошибка. Нижестоящие суды возложили на истца бремя доказывания того, что именно действия (бездействие) ответчиков привели к невозможности исполнения обязательств, и не дали оценки тому обстоятельству, что ответчики — единственные участники и контролирующие лица — не представили никаких пояснений о причинах прекращения деятельности общества и причинах неисполнения долга. Кроме того, суды сослались на недобросовестность самого кредитора (длительное нахождение исполнительного листа в банке), что не является обстоятельством, исключающим субсидиарную ответственность контролирующих лиц.

Позиция кассации. Согласно Обзору практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц (утверждён Президиумом ВС РФ 19.11.2025), по данной категории споров истцу достаточно доказать наличие задолженности, признаки недействующего юридического лица и контроль над должником со стороны ответчика; после этого бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий возлагается на контролирующее лицо. При уклонении контролирующих лиц от представления информации и документов презюмируется, что полное погашение задолженности стало невозможным вследствие их действий (п. 3 Обзора). Лицо, привлекаемое к ответственности, должно дать пояснения о причинах неисполнения обязательств и прекращения деятельности общества (п. 1 Обзора, п. 6 постановления КС РФ от 07.02.2023 № 6-П). Довод о недобросовестности кредитора не может исключать субсидиарную ответственность.

Для практики. Кредитору при подаче иска о субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного ЮЛ необходимо доказать три элемента: задолженность (вступивший в силу судебный акт), признаки недействующего ЮЛ (исключение из ЕГРЮЛ) и контроль ответчика над должником. После этого суд обязан переложить бремя доказывания на ответчика. Контролирующему лицу для противодействия иску недостаточно отрицать вину — необходимо активное раскрытие информации о причинах неисполнения и пояснение имущественного положения общества; уклонение влечёт презумцию виновности.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Обязательства
#PLP_Договорное

Включение объекта в территориальную схему обращения с ТКО порождает презумпцию оказания услуг региональным оператором, опровергаемую потребителем (Постановление АС МО от 27 мая 2026 года по делу № А40-188143/25).

📝

Что произошло. Региональный оператор по обращению с ТКО (ООО «Региональный оператор Севера») обратился к ОАО «РЖД» с иском о взыскании задолженности за услуги по обращению с твёрдыми коммунальными отходами за период с 01.06.2022 по 31.12.2024. Договор считался заключённым на условиях типового договора, поскольку ответчик не направил заявку в установленный срок. Суды двух инстанций отказали в иске, сославшись на недоказанность реальности оказанных услуг истцом.

В чём ошибка. Нижестоящие суды возложили бремя доказывания факта оказания услуг на регионального оператора, не применив установленную Обзором судебной практики по делам о ТКО (утв. Президиумом ВС РФ 13.12.2023) презумпцию. Суды не дали надлежащей правовой оценки представленным истцом маршрутным журналам и путевым листам, не установили, в какие периоды услуги фактически не оказывались и каков их объём, а также не проверили, осуществлял ли ответчик самостоятельный вывоз ТКО или привлекал иное лицо. Кроме того, суды ошибочно освободили ответчика от оплаты на том лишь основании, что часть объектов представляет собой гаражи-стоянки.

Позиция кассации. Согласно п. 14 Обзора судебной практики по делам о ТКО, при включении источника образования отходов и места накопления в территориальную схему обращения с отходами факт оказания услуг региональным оператором предполагается (презюмируется). Именно потребитель, возражающий против оплаты, обязан опровергнуть эту презумпцию путём представления доказательств ненадлежащего фактического оказания услуг или нарушений в организации процесса обращения с отходами. Отсутствие у ответчика собственной контейнерной площадки означает, что местом накопления ТКО для его объектов, по условиям типового договора, определяются близлежащие площадки, что не освобождает собственника от обязанности оплаты. Довод о гаражах-стоянках как источниках, не продуцирующих ТКО, не освобождает собственника от бремени доказывания невозможности использования имущества.

Для практики. Региональному оператору при взыскании задолженности с потребителя, не заключившего договор в виде единого документа, достаточно подтвердить: (1) наличие у него статуса регионального оператора, (2) включение объекта потребителя в территориальную схему, (3) направление оферты (предложения о заключении договора). Потребителю для освобождения от оплаты необходимо представить конкретные доказательства: гибель объекта, аварийное состояние, консервацию с отключением коммуникаций, наличие публичных запретов на эксплуатацию, самостоятельный вывоз ТКО специализированной организацией. При повторном рассмотрении судам надлежит оценить доказательства обеих сторон с учётом распределения бремени доказывания.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Банкротство
#PLP_Обогащение

Применение ст. 2.1 Закона 377-ФЗ в банкротстве требует комплексной проверки: статуса супруга на момент кредита, доводов о злоупотреблении правом и фактов уголовного осуждения должника (Постановление АС МО от 27 мая 2026 года по делу № А41-52599/20).

📝

Что произошло. В рамках дела о банкротстве Кульковой (Судникович) М.К. должник заявил о разногласиях с финансовым управляющим и кредиторами, потребовав исключить из конкурсной массы залоговую квартиру и исключить из реестра требование ООО «Долговой Консультант» в размере 5 928 890,38 руб. Основание — применение Федерального закона от 07.10.2022 № 377-ФЗ, прекращающего обязательства поручителя (Судникович А.В.), и, как следствие, должника как солидарногоObligation participant.

В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований должника, не исследовав ключевые обстоятельства: распространяется ли Закон 377-ФЗ на саму Кулькову с учётом того, что на момент заключения кредитного договора она состояла в браке с Судникович А.В., а также с учётом повторной регистрации брака 14.01.2026. Не дана оценка доводам кредиторов и финансового управляющего о злоупотреблении правом (развод в 2016 году и повторный брак в 2026 году как потенциально направленные на избежание обращения взыскания). Не получена и не оценена информация о привлечении должника к уголовной ответственности по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Позиция кассации. АС Московского округа указал, что для правильного разрешения спора судам необходимо проверить и оценить: возможность применения норм 377-ФЗ с учётом изменений 160-ФЗ и 391-ФЗ; характер действий должника и Судниковича А.В. — расторжение брака 30.03.2016 и повторная регистрация 14.01.2026 — в совокупности с обстоятельствами возникновения задолженности; доводы о злоупотреблении правом по ст. 10 ГК РФ; факт уголовного осуждения должника. При этом кассация подчеркнула, что не вправе устанавливать новые обстоятельства и должна ограничиться проверкой правильности применения норм, поручая исследование фактов суду первой инстанции.

Для практики. Кредиторам и финансовым управляющим в аналогичных спорах следует заявлять о злоупотреблении правом и представлять доказательства целенаправленных действий должника по избежанию исполнения обязательств. Должникам, ссылающимся на 377-ФЗ, необходимо обосновывать не только формальное право на освобождение, но и отсутствие признаков недобросовестного поведения. Повторное заключение брака после развода требует дополнительного обоснования в контексте целей гражданского оборота.

Судебная практика всех остальных округов

🔝 Главное дня

#PLP_Банкротство
#PLP_61º21

При невозможности возврата выведенного из конкурсной массы имущества взысканию подлежит его актуальная рыночная стоимость, а не цена первоначальной сделки (Постановление АС МО от 27 мая 2026 года по делу № А41-4/19).

📝

Что произошло. В рамках дела о банкротстве гражданина Ерохина В.Ю. финансовый управляющий оспорил договор дарения земельного участка от 18.03.2019, заключённый между бывшей супругой должника Ерохиной Т.В. и Дроздом Г.А. Нижестоящие суды признали сделку недействительной и взыскали с Дрозда Г.А. 1 550 000 руб. в конкурсную массу, определив сумму исходя из цены последующей перепродажи участка. Кассация отменила судебные акты в части применения последствий и направила спор на новое рассмотрение.

В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций определили размер взыскания по последствиям недействительности сделки исходя из цены договора купли-продажи между Дроздом Г.А. и Барковским А.Н. (1 550 000 руб.), то есть по стоимости отчуждения, без учёта последующего изменения рыночной цены. Кроме того, суды не оценили довод финансового управляющего о солидарной ответственности обоих лиц, участвовавших в выводе имущества, и не поставили вопрос об актуальной рыночной стоимости земельного участка.

Позиция кассации. Статья 61.6 Закона о банкротстве во взаимосвязи с положениями об обязательствах из неосновательного обогащения предполагает, что при невозможности возврата имущества в натуре взысканию подлежит действительная стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки от изменения стоимости. Поскольку конкурсная масса должна быть приведена в состояние, которое существовало до совершения недействительной сделки, сумма взыскания определяется в виде рыночной стоимости имущества на момент разрешения спора, а не на момент отчуждения. Суд кассации также указал, что вред конкурсной массе причинён совместными действиями Ерохиной Т.В. и Дрозда Г.А., что влечёт их солидарную ответственность, при этом с бывшей супруги должника подлежит взысканию лишь половина стоимости — её доля в совместном имуществе.

Для практики. Финансовому управляющему при подготовке к новому рассмотрению надлежит: заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы для определения актуальной рыночной стоимости земельного участка; обосновать солидарную ответственность обоих лиц, совершивших вывод имущества; представить расчёт убытков, вызванных инфляцией и иными экономическими факторами за период с момента отчуждения до момента разрешения спора. Защите Дрозда Г.А. и Ерохиной Т.В. следует готовить альтернативный расчёт рыночной стоимости и доказательства того, что при возврате имущества в натуру должнику причиталась бы лишь половина выручки.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Банкротство
#plp_cases

Судебное почтовое отправление не вручено надлежащим образом, если оператор не оставил извещение и истёк срок хранения без повторной попытки (Постановление АС МО от 28 мая 2026 года по делу № А40-236108/23).

📝

Что произошло. В рамках дела о банкротстве ООО «БАРЛАКС ГРУПП» суд первой инстанции признал недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства (автобус СКАНИЯ) от 22.02.2022, заключённый между должником и Манушиным А.И., и обязал последнего возвратить транспортное средство в конкурсную массу. Манушин А.И., узнавший о судебном акте из постановления о возбуждении исполнительного производства 22.12.2025, уже 25.12.2025 подал апелляционную жалобу с ходатайством о восстановлении пропущенного срока. Апелляционный суд отказал в восстановлении срока, сославшись на надлежащее извещение ответчика.

В чём ошибка. Апелляционный суд не проверил, было ли извещение надлежащим. Первое почтовое отправление (20.03.2025) направлено ДО внесения определения о замене ответчика на Манушина (24.07.2025) — это не может являться надлежащим извещением надлежащего ответчика. Второе отправление (РПО 14579210449303) не было вручено: единственная попытка вручения предпринята в 17:31 рабочего дня; извещение в почтовый ящик не оставлено; срок хранения (7 дней) истёк без повторной попытки и возврат оформлен автоматически. Апелляционный суд не применил правила исчисления срока хранения почтового отправления, согласно которым нарушение обязанности уведомить адресата не позднее следующего рабочего дня влияет на течение 7-дневного срока.

Позиция кассации. Надлежащее извещение лица, участвующего в деле, требует соблюдения не только формального направления судебного акта, но и реального уведомления адресата. Однократная неудачная попытка вручения в рабочее время без оставления извещения в почтовом ящике не свидетельствует о надлежащем извещении, поскольку оператор почтовой связи обязан уведомить адресата не позднее следующего рабочего дня после поступления отправления. Несоблюдение этого требования влечёт невозможность исчисления 7-дневного срока хранения в обычном порядке. Кроме того, суд апелляционной инстанции должен был оценить доводы Манушина о том, что транспортное средство выбыло из его собственности (договор, акт приёма-передачи, ответ ГИБДД), поскольку это обстоятельство влияет на исполнимость судебного акта и на существо спора о признании сделки недействительной. Пропуск срока на подачу апелляционной жалобы при таких условиях подлежит восстановлению.

Для практики. Лицам, привлекаемым к ответственности в делах о банкротстве, следует контролировать почтовую корреспонденцию по месту жительства и отслеживать трек-номера на сайте «Мой арбитр». При получении отказа в восстановлении срока на обжалование необходимо обжаловать именно определение об отказе в восстановлении, а не дожидаться рассмотрения дела по существу. Кассация подтвердила, что отсутствие извещения в почтовом ящике при единственной неудачной попытке вручения — достаточное основание для вывода о ненадлежащем извещении, даже если отправление направлено по верному адресу.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Банкротство
#PLP_Субсидиарная

Однократная почтовая попытка вручения с сомнительным временным интервалом и без извещения не подтверждает надлежащее уведомление при субсидиарной ответственности (Постановление АС МО от 28 мая 2026 года по делу № А40-147521/20).

📝

Что произошло. Конкурсный управляющий ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» заявил о привлечении Маликова В.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Апелляционный суд, рассмотрев спор по правилам первой инстанции (часть 4 статьи 270 АПК РФ), привлёк Маликова к ответственности за непередачу документации. Маликов обжаловал постановление, заявив о ненадлежащем уведомлении и неполном исследовании обстоятельств его руководительства.

В чём ошибка. Апелляционный суд не установил надлежащее извещение Маликова В.И. о судебном разбирательстве. Почтовое извещение содержит сомнительные обстоятельства: четырёхминутный интервал между передачей письма почтальону и неудачной попыткой вручения при расстоянии ~1,5 км между отделением и адресатом; отсутствие в материалах дела отметок о возврате конверта и доказательств оставления извещения в почтовом ящике. Кроме того, апелляционный суд не дал оценки доводам Маликова о непродолжительности руководства (менее 3 месяцев), отсутствии документации у него и принятых мерах по её розыску, включая обращение в правоохранительные органы.

Позиция кассации. Для привлечения к субсидиарной ответственности по подпунктам 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан доказать, что отсутствие документации существенно затруднило проведение процедур банкротства (позиция Пленума ВС РФ № 53, абзацы 4–9 пункта 24). Привлекаемое лицо вправе опровергнуть презумпцию, доказав принятие всех необходимых мер для ведения, хранения и передачи документации. При новом рассмотрении судам надлежит установить добросовестность поведения ответственного лица, местонахождение документов и причинно-следственную связь между отсутствием документации и невозможностью формирования конкурсной массы.

Для практики. Конкурсному управляющему при привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документации недостаточно констатировать сам факт непередачи — необходимо доказать, как именно отсутствие документов повлияло на процедуру банкротства. Лицу, привлекаемому к ответственности за короткий период руководства, следует заблаговременно готовить доказательства: отсутствие документации на момент вступления в должность, принятые меры по розыску, невозможность передать то, чего не было. Надлежащее уведомление — не формальность, а условие допустимости рассмотрения спора в отсутствие стороны.

Судебная практика всех остальных округов

🔝 Главное дня

#PLP_Сделки
#PLP_Договорное

Банк обязан доказать высокую вероятность подозрительных операций и представить доказательства, а не перекладывать бремя доказывания на клиента (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А40-255384/24).

📝

Что произошло. ООО «ВТК» повторно обратилось в суд с иском к АО «ТБанк» о признании незаконными действий по ограничению дистанционного банковского обслуживания (ДБО), возложении обязанности по восстановлению ДБО и взыскании судебной неустойки. Ранее по делу № А40-67548/2024 суд уже признавал аналогичные действия того же банка незаконными, однако банк восстановил доступ и на следующий день после изготовления апелляционного постановления вновь ограничил ДБО по тем же основаниям. Нижестоящие суды в иске отказали.

В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций возложили бремя доказывания на клиента, сославшись на его отказ предоставить дополнительные документы и непредставление товарно-транспортных накладных. При этом суды не оценили действия банка на соответствие принципам добросовестности (ст. 1, 10 ГК РФ), не применили установленное в предшествующем деле преюдициальное обстоятельство об отсутствии признаков подозрительных операций, а также не проверили, представил ли банк доказательства, обосновывающие именно повторное ограничение ДБО на следующий день после судебного акта.

Позиция кассации. Судебный контроль за ограничением ДБО на основании Закона № 115-ФЗ не может сводиться к формальной проверке наличия у банка полномочий — он должен носить сущностный характер. Если клиент представил документы, разумно ожидаемые в подобной ситуации, бремя доказывания высокой вероятности подозрительных операций возлагается на банк, который обязан представить доказательства, подтверждающие его решение. Непредставление банком достаточных доказательств является основанием для удовлетворения требования о восстановлении ДБО. Повторное ограничение доступа на следующий день после вступления в силу судебного акта, которым установлено отсутствие признаков подозрительности, не отвечает стандарту добросовестного поведения участника гражданского оборота и может свидетельствовать о злоупотреблении правом.

Для практики. Клиенту, столкнувшемуся с ограничением ДБО по 115-ФЗ, следует требовать от банка письменного указания конкретного объёма сведений, достаточного для снятия ограничений, и фиксировать переписку. При обжаловании надлежит ссылаться на преюдициальность ранее установленного отсутствия признаков подозрительных операций (ст. 69 АПК РФ), а также на возложение бремени доказывания на банк, а не на клиента. Если банк повторно ограничивает доступ сразу после судебного акта — это дополнительный аргумент в пользу квалификации его действий как недобросовестных в понимании ст. 10 ГК РФ.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Убытки
#PLP_Вещное

Взыскание убытков вместо понуждения к акту реализации — надлежащий способ защиты при отчуждении инвестдоли третьим лицам (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А41-61472/24).

📝

Что произошло. Администрация муниципального образования обратилась к ООО «Эскиз Строй Проект» с иском об исполнении инвестиционного контракта на строительство жилого комплекса (корпус № 2), требуя передачи 4,70% жилых помещений и 13% нежилых помещений. К моменту спора помещения были реализованы третьим лицам. Администрация уточнила требование на взыскание убытков в размере рыночной стоимости доли и ходатайствовала о назначении экспертизы — суд отказал. Нижестоящие суды отказали в иске, применив срок исковой давности.

В чём ошибка. Суды двух инстанций отказали в иске по трём связанным основаниям: (1) единственный надлежащий способ защиты — понуждение к подписанию акта реализации; (2) обязанность ответчика не возникла из-за отсутствия встречного предоставления Администрации; (3) срок исковой давности исчисляется с 04.05.2016 — даты, установленной контрактом для подписания акта реализации. Эти выводы сделаны без установления обстоятельств отчуждения имущественной доли третьим лицам, без оценки доводов о злоупотреблении правом ответчиком и без определения момента, когда Администрация фактически узнала о нарушении своего права.

Позиция кассации. Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54, договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере строительства, при отсутствии иного надлежит квалифицировать как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи. После ввода дома в эксплуатацию (04.02.2016) у ответчика возникла обязанность передать Администрации причитающуюся долю (п. 1.4.12 допсоглашения от 30.07.2014 № 8). Поскольку имущественная доля реализована третьим лицам и возвращение объекта Администрации объективно невозможно, единственным эффективным способом защиты является взыскание убытков (ст. 15, 393 ГК РФ) в размере рыночной стоимости утраченной доли. При этом исчисление срока исковой давности по требованию о возмещении убытков должно исчисляться не с даты, установленной контрактом для подписания акта, а с момента, когда истец узнал о нарушении права и о том, кто является надлежащим ответчиком (п. 3 ППВС РФ от 29.09.2015 № 43, ст. 200 ГК РФ). Суды не дали оценки доводам истца о злоупотреблении правом ответчиком, в том числе о регистрации ООО «Эскиз Строй Проект» в качестве недействующего юридического лица (17.06.2016) и о регистрации прав на жилые помещения лишь в 2023 году.

Для практики. Если инвестиционная доля уже отчуждена застройщиком третьим лицам, истец не ограничен иском о понуждении к акту реализации — взыскание убытков по ст. 15 и 393 ГК РФ является допустимым и надлежащим способом защиты. При подготовке к спору необходимо фиксировать: момент, когда истец узнал о нарушении (отчуждении), а не формальную дату из контракта; действия ответчика, свидетельствующие о злоупотреблении правом (уклонение от оформления, регистрация в качестве недействующего юридического лица, длительная нерегистрация прав); представить расчёт убытков со ссылкой на рыночную стоимость аналогичных площадей на дату ввода объекта в эксплуатацию. Ходатайство о назначении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости должно быть мотивировано с учётом позиции кассации о допустимости денежной компенсации.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Агентирование
#PLP_Свобода_договора

В договоре присоединения бремя доказывания экономической обоснованности одностороннего повышения комиссии лежит на исполнителе, а не на присоединившейся стороне (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А40-172340/25).

📝

Что произошло. Индивидуальный предприниматель Скобара В.В. (продавец) взыскивал с ООО «Яндекс Маркет» неосновательное обогащение в размере 221 378,96 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 166 259 руб. Основание — маркетплейс в одностороннем порядке увеличил комиссию за перечисление продавцу его собственных денежных средств, полученных от реализации товаров, с 1,3% до 2,7%, что, по мнению истца, носит заградительный характер.

В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске, сославшись на то, что право одностороннего изменения комиссии предусмотрено договором, истец был уведомлён об изменениях и не воспользовался правом на расторжение договора. При этом суды возложили на истца бремя доказывания несоразмерности и заградительного характера комиссии. Суды не дали надлежащей правовой оценки договору как договору присоединения (ст. 428 ГК РФ), не установили, являлся ли истец слабой стороной, и не проверили, не являются ли условия одностороннего изменения тарифов явно обременительными.

Позиция кассации. Договор № 7910104/23 является договором присоединения: условия разработаны маркетплейсом в одностороннем порядке, истец не имел возможности влиять на содержание и мог только присоединиться к ним в целом. В силу разъяснений, содержащихся в п. 9, 10 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 и в п. 23 Обзора практики Верховного Суда РФ № 2,3 (2024), при осуществлении права на одностороннее изменение комиссионного вознаграждения агент (маркетплейс) не вправе вводить комиссию заградительного характера, препятствующую совершению клиентом экономически обоснованных операций. Именно на ответчике как на лице, реализовавшем право на одностороннее изменение, лежит бремя доказывания экономической обоснованности увеличения комиссии и отсутствия заградительного характера — вопреки выводам нижестоящих судов, возложивших это бремя на истца. Кроме того, право на расторжение договора не может считаться эффективным механизмом защиты слабой стороны, если его реализация влечёт значительные убытки, а доводы истца о невозможности расторжения из-за необходимости вывоза товаров со складов маркетплейса не были проверены.

Для практики. Продавцам на маркетплейсах при получении уведомлений о повышении комиссии следует фиксировать и сохранять доказательства экономической необоснованности повышения, несоразмерности комиссии и невозможности расторжения договора без существенных убытков. Юристу, представляющему истца, надлежит обосновать договор как договор присоединения и сослаться на разъяснения п. 23 Обзора ВС РФ № 2,3 (2024). Ответчику (маркетплейсу) для устойчивости позиции при новом рассмотрении необходимо представить доказательства экономической обоснованности комиссии: расчёты издержек, данные о рыночных условиях, объективные причины повышения. При отсутствии таких доказательств взыскание неосновательного обогащения, с высокой вероятностью, будет удовлетворено.

Судебная практика всех остальных округов

🔝 Главное дня

#PLP_Кредит
#PLP_Неустойка
#PLP_Обогащение

Повышение процентов по кредитному договору при просрочке — санкция, подлежащая проверке на соразмерность по ст. 333 ГК; добровольное погашение не лишает права на снижение (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А40-201478/25).

📝

Что произошло. ООО «Индексстрой» (заёмщик) взыскивало с АО «Банк Финсервис» неосновательное обогащение в виде излишне уплаченных процентов, начисленных после одностороннего повышения ставки по кредитному договору (договор об открытии кредитной линии) с 11% до 25%, а также пеню на просроченную комиссию. Общая сумма заявленных требований превышала 21 млн руб.

В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске, сославшись на свободу договора (заёмщик подписал договор с условием о праве банка на одностороннее повышение ставки), а также на добровольный характер перечисления заёмщиком повышенных процентов. Суды не применили предписания ст. 431 ГК РФ о толковании договора и не дали содержательной оценки условиям п. 2.10.5 кредитного договора с учётом правовых позиций Обзора № 147 (п. 13) и Постановления Пленума ВС РФ № 49, не проверели расчёты сторон по правилам ст. 319 ГК РФ и не оценили довод о недобровольности уплаты повышенных процентов. Кроме того, суды ошибочно сочли, что добровольное перечисление процентов лишает должника права ходатайствовать о снижении неустойки.

Позиция кассации. В силу п. 13 Обзора № 147 (письмо ВАС РФ от 13.09.2011 № 147) повышение процентов за пользование кредитом в случае нарушения заёмщиком обязательства по возврату кредита представляет собой меру ответственности должника, в связи с чем суд вправе снизить размер таких процентов по правилам ст. 333 ГК РФ. Буквальное содержание условия договора само по себе не освобождает суд от обязанности дать содержательную оценку договорённостям с учётом толкования по ст. 431 ГК РФ и разъяснений Постановления № 49. Согласно п. 79 Постановления № 7 снижение перечисленной должником неустойки допускается, если будет доказана её недобровольность, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением. Из материалов дела следует, что Общество неоднократно обращалось в Банк с требованием о снижении процентов и предлагало дополнительное соглашение, что свидетельствует о последовательной позиции относительно несоразмерности финансовой санкции. Довод о добровольности погашения задолженности при наличии таких обстоятельств не может быть безусловным основанием для отказа.

Для практики. При споре о повышенных процентах по кредитному договору юристу надлежит: (1) квалифицировать повышение ставки по п. 2.10.5 как меру ответственности, а не как плату за пользование кредитом, со ссылкой на п. 13 Обзора № 147; (2) заявить о снижении несоразмерной неустойки по ст. 333 ГК с доказательствами её явной несоразмерности последствиям нарушения; (3) доказывать недобровольный характер уплаты, если перечисление было вынужденным в условиях правовой неопределённости или злоупотребления доминирующим положением кредитора, со ссылкой на п. 79 Постановления № 7. При новом рассмотрении суду надлежит провести системное толкование договора, пересчитать обязательства по правилам ст. 319 ГК РФ и оценить довод о возникновении неосновательного обогащения.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Банкротство
#PLP_Сделки
#PLP_170

Кредитор в банкротстве вправе ссылаться на вновь открывшиеся обстоятельства о мнимости сделки, если сведения получены из публичных ресурсов после утверждения мирового соглашения (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А41-79769/22).

📝

Что произошло. ООО «Ремстройтранс» взыскало задолженность с ООО «Стиль» по договору поставки, утверждено мировое соглашение, произведено процессуальное правопреемство — ответчик заменён на Артемова В.Ю. и ООО «Инстрэл». ИП Ильин С.В., являясь кредитором ООО «Инстрэл» в деле о банкротстве, подал заявление о пересмотре этих судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам в порядке п. 12 ст. 16 Закона о банкротстве. Заявитель сослался на сведения из БФО ФНС России о том, что стороны сделки фактически не вели деятельность, не имели расчётных счетов, сделки выходят за пределы ОКВЭД.

В чём ошибка. Нижестоящие суды отказали в пересмотре, указав, что финансовое положение сторон не влияет на оценку воли сторон при заключении сделки, а длительное непредставление отчётности само по себе не подтверждает мнимость. Ключевая ошибка: суды не дали оценки доводам кредитора по существу, ограничившись формальным выводом о том, что обстоятельства не являются «вновь открывшимися», без проверки, могли ли эти сведения быть известны заявителю на момент принятия обжалуемых актов.

Позиция кассации. Согласно п. 46 Постановления Пленума ВС РФ от 17.12.2024 № 40 и п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 № 52, заявление по п. 12 ст. 16 Закона о банкротстве подлежит удовлетворению, если приведенные доводы и доказательства указывают на наличие существенных для дела обстоятельств, которые не были известны суду на момент принятия акта и способны повлечь иное решение. Суд кассации указал, что сведения из ресурса БФО ФНС России, свидетельствующие о фактическом отсутствии хозяйственной деятельности сторон и мнимости сделки, подлежали детальному исследованию. Ссылка судов на недопустимость представления «новых доказательств» по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам несостоятельна — речь идёт не о новых доказательствах, а о новых обстоятельствах, обнаруженных после вступления судебных актов в законную силу.

Для практики. Кредиторам в делах о банкротстве, получившим сведения о мнимости сделок, положенных в основание требований к должнику, необходимо: во-первых, формировать доказательную базу из публичных ресурсов (БФО ФНС, ЕГРЮЛ), чтобы подтвердить невозможностьDiscoverть эти сведения ранее; во-вторых, чётко разграничивать доводы о вновь открывшихся обстоятельствах и「新доказательствах — акцент должен быть на обстоятельствах (отсутствие деятельности, расчётных счетов, несоответствие ОКВЭД), а не на документах; в-третьих, при новом рассмотрении судам надлежит оценить совокупность приведённых обстоятельств на предмет их существенности для выводов о мнимости сделки и обоснованности процессуального правопреемства.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Убытки
#PLP_Недействительность

Взыскание убытков при признании торгов недействительными должно соотноситься с последствиями, предусмотренными ст. 167 и 449 ГК РФ, а не с расчётом позитивного интереса (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А40-240936/24).

📝

Что произошло. ИП Габричидзе приобрёл нежилое помещение на торгах, проводившихся Департаментом городского имущества г. Москвы. Торги были впоследствии признаны недействительными апелляционным определением Мосгорсуда. До признания торгов Габричидзе заключил предварительный договор купли-продажи того же помещения с третьим лицом по цене 18 млн руб. (покупка обошлась в 7,864 млн руб.). Взыскивая убытки с Департамента, истец заявил реальный ущерб (740 тыс. руб.) и упущенную выгоду (10 135 200 руб. — разницу между ценой последующей продажи и ценой приобретения).

В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций взыскали с Департамента упущенную выгоду, рассчитанную как разница между согласованной с третьим лицом ценой отчуждения и ценой приобретения на торгах. При этом суды не учли, что признание торгов недействительными по п. 2 ст. 449 ГК РФ означает отсутствие договорной связи между сторонами. Взыскивая убытки как при существующих договорных отношениях, суды фактически применили модель позитивного интереса, не имея для того договорного основания. Соотношение избранного способа возмещения с последствиями недействительности, предусмотренными ст. 167 и 449 ГК РФ, судами оценено не была.

Позиция кассации. Недействительная сделка не порождает юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью (п. 1 ст. 167 ГК). Признание торгов недействительными свидетельствует об отсутствии договорной связи между Департаментом и Предпринимателем. Возмещение убытков по модели позитивного интереса допустимо при существовании между сторонами договорных правоотношений. Применяя к убыткам логику «как если бы обязательство было исполнено надлежащим образом», суды по существу признали сделку действительной, не приведя нормативного обоснования допустимости такого подхода. Суд кассационной инстанции указал на необходимость соотнести избранную меру возмещения с последствиями, установленными ст. 167 и 449 ГК РФ, и дать надлежащую правовую оценку возражениям ответчика относительно структуры и суммы убытков.

Для практики. При предъявлении убытков в связи с недействительностью торгов (или иной сделки) истцу необходимо учитывать, что взыскание разницы между ценой приобретения и hypothetical ценой последующей продажи допустимо только в рамках позитивного интереса, который требует договорного основания. Если сделка признана недействительной, надлежит исходить из негативного интереса — возврата в положение до нарушения. Ответчику в аналогичных спорах следует акцентировать суду соотношение заявленного убытка с последствиями недействительности по ст. 167 и 449 ГК, а не с гипотетическим договорным расчётом. Кассация вернула дело для переоценки структуры убытков.

Судебная практика всех остальных округов

🔝 Главное дня

#PLP_Аренда
#PLP_сроки

Начисление арендной платы после истечения срока договора при наличии возражений арендатора требует оценки добросовестности арендодателя (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А41-31067/24).

📝

Что произошло. Индивидуальный предприниматель Постникова В.В. (арендодатель) обратилась в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю Богдановой Ю.В. (арендатор) о взыскании задолженности по арендной плате и коммунальным услугам за период с 01.08.2023 по 20.10.2024 в размере 2 801 732,53 руб., неустойки за просрочку в размере 1 197 038,70 руб., а также задолженности по коммунальным платежам. Суд первой инстанции отказал в этих требованиях, сославшись на невозможность использования помещения. Апелляционный суд отменил решение, взыскав всё заявленное, и исходил из того, что договор не был расторгнут надлежащим образом, а помещение возвращено только 21.10.2024.

В чём ошибка. Апелляционный суд не дал правовой оценки юридически значимому сообщению от 25.10.2023 (отправление № 14200088050482), содержавшему акт возврата помещения и исковое заявление с намерением прекратить арендные отношения, — притом что суды не исследовали его по правилам ст. 165.1 ГК РФ и ст. 450.1 ГК РФ. Кроме того, не оценено поведение арендодателя, который продолжал начислять арендную плату после истечения 11-месячного срока договора (п. 1.4), несмотря на наличие возражений арендатора. Апелляционный суд не проанализировал, почему вскрытие помещения для возврата состоялось лишь в октябре 2024 года, хотя арендатор заявлял о прекращении отношений с осени 2023 года.

Позиция кассации. Обязанность арендатора по внесению арендной платы, производным финансовым санкциям возникает с момента передачи и сохраняется до момента возврата помещения. Однако при досрочном прекращении договора аренды и наличии возражений одной из сторон требуется оценка поведения арендодателя на предмет соответствия принципу добросовестности (ст. 1 ГК РФ). Если арендатор заявил об отказе от договора, направил акт возврата и предъявил иск, а арендодатель продолжал выставлять счета за весь период до фактического вскрытия помещения — судам надлежит определить, свидетельствует ли это о злоупотреблении правом или недобросовестном поведении. Автоматическая пролонгация по п. 7.5 договора не исключает оценки того, содействовал ли арендодатель необоснованному увеличению периода пользования объектом.

Для практики. Арендатору, намеренному досрочно расторгнуть договор, следует направлять уведомление по ст. 165.1 ГК РФ с фиксацией содержания отправления (опись вложения) и сохранять доказательства направления. Арендодателю при наличии возражений арендатора необходимо учитывать, что продолжение начисления арендной платы за весь период до фактического возврата может быть оспорено со ссылкой на недобросовестное поведение. При новом рассмотрении суду надлежит установить период, за который обоснованно могла начисляться арендная плата, исследовать всю совокупность юридически значимых сообщений и оценить действия обеих сторон на предмет добросовестности.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Лица
#PLP_Объекты
#PLP_Недействительность

Исключение иностранной компании из реестра не тождественно её ликвидации — юридический статус определяется по праву страны учреждения (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А40-38868/25).

📝

Что произошло. ООО «Веру Групп» обратилось с иском к сингапурской компании Brightwell Trading PTE. LTD. о признании недействительным договора купли-продажи от 18.09.2020. В ходе рассмотрения истец заявил ходатайство о привлечении физического лица — единственного акционера и руководителя компании — в качестве соответчика. Суд первой инстанции отказал в привлечении соответчика и прекратил производство по делу, сославшись на ликвидацию ответчика. Апелляция оставила определение без изменения.

В чём ошибка. Нижестоящие суды, установив факт исключения Brightwell Trading PTE. LTD. из сингапурского реестра, применили положения ст. 61, 63 ГК РФ и констатировали ликвидацию юридического лица без установления его юридического статуса по праву Сингапура. При этом истец представил доводы и доказательства, свидетельствующие о том, что по сингапурскому законодательству исключение из реестра не влечёт автоматической ликвидации и не прекращает обязательств компании, а также не исключает ответственности её учредителя и директора. Судам следовало возложить на стороны обязанность представить сведения о содержании норм сингапурского права (ч. 2 ст. 14 АПК РФ, п. 2 ст. 1191 ГК РФ), однако этого сделано не было. Оценки представленным объяснениям и доказательствам не дано. Также суды необоснованно отказали в привлечении физического лица как соответчика, сославшись на ст. 47 АПК РФ (вопрос о замене ответчика не ставился) и на отсутствие совместных обязательств, не проветив при этом довод истца о возможной ответственности директора по сингапурскому праву.

Позиция кассации. Юридический статус иностранного юридического лица определяется по праву страны его учреждения (ст. 1202 ГК РФ, п. 19 постановления Пленума ВС РФ № 23 от 27.06.2017). Суды обязаны установить содержание норм иностранного права, а не ограничиваться формальным фактом исключения из реестра. Факт прекращения деятельности сам по себе не является основанием для неисполнения или автоматического прекращения обязательств — законодательство связывает правовые последствия с соблюдением специальных процедур (ликвидация, банкротство, ответственность физического лица). Вывод об отсутствии совместных обязательств компании и привлекаемого физического лица сделан преждевременно, без исследования фактических обстоятельств и доказательств. При этом установление впоследствии отсутствия обязательств у привлекаемого лица влечёт отказ в иске, а не отказ в привлечении к участию в деле.

Для практики. При споре с иностранным контрагентом, исключённым из реестра страны регистрации, истцу необходимо заблаговременно получить и представить суду надлежащие доказательства юридического статуса иностранного лица (выписку из торгового реестра, иные эквивалентные доказательства) с разъяснением применимого иностранного законодательства о последствиях исключения. Ссылка на ст. 47 АПК РФ при привлечении соответчика ошибочна — применяется ст. 46 АПК РФ, а вопрос о совместных обязательствах требует исследования по существу, а не отказа на стадии заявления ходатайства.

Судебная практика всех остальных округов

#PLP_Банкротство
#PLP_Субсидиарная

Вина контролирующего лица при субсидиарной ответственности презюмируется — кредитор не обязан доказывать причинную связь, если ответчик уклоняется от раскрытия информации о должнике (Постановление АС МО от 29 мая 2026 года по делу № А40-184459/24).

📝

Что произошло. ООО «Экструзион» обратилось с иском о привлечении Щербаковой Е.Г. — генерального директора и участника (34,432%) ООО «Плацмаркет» — к субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве. Основание — задолженность ООО «Плацмаркет» перед истцом в размере 2 456 288 руб. 64 коп., подтверждённая вступившим в силу судебным актом. Производство по делу о банкротстве ООО «Плацмаркет» прекращено за отсутствием средств на финансирование процедуры.

В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций отказали, возложив на истца-кредитора обязанность доказать: конкретную дату объективного банкротства, причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и наступившим банкротством, а также злонамеренность его поведения. При этом суды не учли, что ответчик не представил документы о финансовом положении компании, не дал пояснений о причинах непогашения долга и не опроверг доводы истца о переводе бизнеса в аффилированное ООО «Плацпластик» и выводе активов.

Позиция кассации. Бремя доказывания вины контролирующего лица законодательством о банкротстве презюмируется и возлагается на ответчика — кредитор, как правило, лишён доступа к документам должника. Щербакова Е.Г. не подтвердила добросовестность своего поведения, не представила документы, раскрывающие имущественное положение юридического лица, не опровергла доводы об аффилированности с ООО «Плацпластик» и выводе денежных средств предоплаты от ООО «Экструзион». При отказе или уклонении контролирующего лица от представления доказательств суд вправе исходить из предположения о виновности его действий. Кроме того, суды не оценили доводы о совокупности признаков перевода бизнеса и формировании центра прибыли в аффилированном лице.

Для практики. При подаче иска о субсидиарной ответственности кредитору достаточно доказать размер убытков и статус ответчика как контролирующего лица — на ответчика возлагается доказывание добросовестности и отсутствия причинной связи. Истцу следует фиксировать уклонение ответчика от представления документов и пояснений для формирования презумпции в его пользу. Ответчику для избежания ответственности необходимо активно раскрывать информацию о финансовом положении должника, а не полагаться на недоказанность истцом причинной связи.

Судебная практика всех остальных округов

🔝 Главное дня

#PLP_Банкротство
#PLP_Субсидиарная

Размер субсидиарной ответственности можно снижать до реального вреда, а не механически приравнивать к реестру кредиторов (Постановление АС МО от 1 июня 2026 года по делу № А40-114541/20).

📝

Что произошло. В деле о банкротстве ООО «Арт Бизнес» ранее были солидарно привлечены к субсидиарной ответственности Артищев А.Б. и ООО «Мастер Осанки», а затем суды определили ее размер в 15 110 491,96 руб. исходя из непогашенного реестра и текущих платежей. Артищев обжаловал именно размер ответственности, указывая, что суды не исследовали расходы ООО «Мастер Осанки», внешние факторы банкротства и причинную связь между его действиями и всем объемом требований кредиторов.

В чём ошибка. Нижестоящие суды применили абз. 2 п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве формально и фактически отказались проверять, меньше ли причиненный ответчиком вред, чем совокупный размер реестра. Они не исполнили обязательные указания АС Московского округа из постановления от 09.03.2023: при оценке выгоды ООО «Мастер Осанки» нужно учитывать не валовой доход, а финансовый результат с вычетом понесенных расходов. Кроме того, суды не установили, какая дебиторская задолженность была реально взыскиваемой, какова рыночная стоимость программного обеспечения должника, какова причина и дата объективного банкротства и имеется ли причинно-следственная связь между конкретными нарушениями контролирующих лиц и теми требованиями, которые включены в итоговый размер ответственности.

Позиция кассации. АС Московского округа указал, что по общему правилу размер субсидиарной ответственности определяется по абз. 1 п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве как совокупность непогашенных требований кредиторов, однако абз. 2 того же пункта допускает его уменьшение, если причиненный по вине контролирующего лица вред существенно меньше объема реестра. При этом суд сослался на п. 29 Обзора практики ВС РФ по банкротству за 2022 год и абз. 3 п. 19, п. 26(6) постановления Пленума ВС РФ № 53: уменьшение возможно, в частности, при наличии внешних факторов банкротства, явной несоразмерности вреда реестру и отсутствии причинной связи между нарушением и частью требований. Недостаточно просто воспроизвести вывод о недобросовестности КДЛ и автоматически взыскать весь реестр: суды обязаны определить реальный вред кредиторам и установить, в каком объеме он находится в прямой причинно-следственной связи с конкретными действиями или бездействием ответчика. Если расчет строится через доход, необходимо учитывать и затраты, понесенные для его извлечения.

Для практики. В спорах о размере субсидиарной ответственности защите нужно добиваться отдельного исследования финансового результата, а не позволять оппоненту подменять вред валовой выручкой или полным размером реестра. Следует доказывать внешние причины банкротства, отсутствие причинной связи по отдельным требованиям, реальную взыскиваемость дебиторки и действительную стоимость активов должника. Судам надлежит устанавливать дату и причину объективного банкротства и роль каждого КДЛ в образовании конкретной части непогашенной задолженности.

Судебная практика всех остальных округов