Араи думает

✨

☺️

✨

🔤

🔤u 🌟Иной век🌟

Шелковистые русые волосы небрежно, но так естественно обрамляли лицо молодой дамы, так и напрашиваюсь подчеркнуть её магнитные голубо-синие глаза. Черная шляпка с светло-сиреневым цветком розы сбоку, словно сшитая на заказ, идеально подходили к её острому, как лезвие топора, взгляду, к скулам и худому лицу, ровно также подходил и шикарный воротник с пленительным бирюзовым камнем посередине изящно завязанного банта с золотым отблеском вокруг. Дорогостоящее платье, облегавшее во всех нужных местах, подчёркивая прекрасную женскую фигуру, которой найдешь не у каждой чудесной дамы, отражалось на свету темно-зелёным оттенком, особенно у самого ворота, начинавшегося не у самой шеи, но и не у самых плеч — самое лучшее начало одеяния, открывавшего ключицы, прикрытые раннее описанным бантом воротника, и проблеск груди. Маска с золотистыми узорами в её худых пальцах не менее очаровывала, чем всеобщая картина. Девушка всегда держала эту маску при себе, не надевая её на лицо только во время танцев.

Влиятельный молодый человек был привлечен неземной красотой дамы, каковой он никогда не видывал; она выделялась, будто белая ворона, но для других она была такой же, как и все. Только ему она показалась другой, что аж ноги подкосились от этого величия в её стане. Этот мужчина, как поговаривали, был чересчур увлечен религией, его в каком-то смысле прозвали "священником", а кто-то называл его даже "святым отцом". Как богохульно называть левого мужчину отцом святым и проповедником создателя нашего! Но да ладно, им же, дуракам, виднее.

Религиозный мужчина осмелился подойти к своему объекту очарования и протянуть девушке руку, с надеждой и мольбой в глазах предлагая повальсировать хотя бы в первый и последний раз, на что дама, немного поколебавшись, всё-таки дала ему свою руку, пока ей шептали отовсюду, что этот молодой человек очень и очень влиятелен и богат, такому грех отказать в одном вальсе. Ручка с маской в руке тут же оказалась в крепкой хватке другой руки; палочка, удерживающая маску, оказалась зажата между двумя конечностями. Поначалу удивлённый взгляд дамы сменился тем же холодным и сдержанным, как и у "священника". Они стали вальсировать, кружить, словно делали это миллионы раз, привлекая всеобщее внимание к сей сцене. Многие и подумали бы об их прошлых совместных танцах, но большинство понимали и осознавали, что впервые видят их вместе; к тому же мужчина редко появлялся на подобных мероприятиях. Его поразительно зелёные глаза пронзали девушку насквозь, словно видели в ней каждую мелочь и деталь, из-за чего её взгляд сам слегка смягчился, стал более обворожительным, словно она была готова слушать его и зайти дальше, чем просто один танец. Может, несколько танцев или даже познакомиться с ним ближе.

Оба были холодны и надменны, вокруг них словно трепещало колкое разбитое стекло. Но отличие состояло в том, что "священник" был таким по натуре, а дама лишь притворялась таковой. Они бы ни за что не сблизились, но судьба — жестокая повелительница наших жизней. Вальс поднимал их, воспевал и подстилался под ноги, чтобы те взлетели в этом ритме. Как вдруг мужчина заговорил тихим, низким голосом.
— Как вас зовут? — слышалась ожидаемая холодность.
— Моё имя — Маргарет Митчелл. И я бы предпочла узнать и ваше имя тоже. Я в целом хочу знать о вас больше. — последнее предложение она добавила практически шёпотом.
Они сделали круг.
— Натаниэль. Натаниэль Готорн,— небольшое молчание, — Вы поразили меня с первого взора, хотя другим до вас нет дела. Почему так, не соизволите поразмышлять над этим вопросом?
— Надо же, как быстро вы загнали меня тупик, — она вспыхнула, — даже и представить не в силах, почему именно я была награждена танцем с таким, как вы.
— Прошу, не льстите.
— Никак нет, я говорю только истину. — она слегка сильнее сжала свою ручку, на что получила ответное сжатие.
— Вы прекрасны и обворожительны. Ни за что бы не поверил, что вас обходят стороной, если бы не увидел это собственными глазами.

Please open Telegram to view this post