rot and mud, saltwater and dying fish

Один из моих любимых рассказов Кирнан — "Houses under the Sea" — воть он.

Искал фотографию к посту. К сожалению, фотка, где она с динозавром, слишком маленькая. В ходе поисков наткнулся на аккаунт Эллен Датлоу (супер важной редакторки в сфере современного хоррора) на фликере. Так что пусть будет «Кэтлин пролезает через окно».

🧩 Povarszkaja utca

Позавчера надо было по делам заехать в Венгерский культурный центр, где моя мама работала в 2003–2008 гг. С этим местом и фактом связан наш переезд тогда в Москву и, следовательно, вообще мое нахождение здесь с тех пор. Так что каждый раз, когда нахожусь в том районе, меня накрывает ностальгией.

Это на углу Поварской и Борисоглебской улиц (Поварская 21/17), особняк А.И. Носенкова – В.А. Балина. Здание 1887 года, по проекту Александра Степановича Каминского. Дом, который стоял здесь до пожара 1812 года, арендовала семья Пушкина, он сам там прожил в младенчестве несколько лет.

В интерьерах потихоньку завершается реставрация (сняли 14 слоев краски, восстановили, вероятно, первый + обнажились вставки из искусственного мрамора; из-за правил пожарной безопасности пришлось закрыть колоннаду парадной лестницы огнестойким стеклом), сзади пристроили симпатичную веранду, где будет пространство для выставок и перформансов, в общем, жизнь идет.

Проверка студенческих работ идет полным ходом.

“You refer to the plague, I presume?”

Сюжет в духе «Чужого» и вообще, о чуме 166 года н.э.:

Во время разрушения последнего города [Селевкии] войсками императора Вера, о чем было ранее рассказано, взята была со своего места статуя Комейского Аполлона и доставлена в Рим, где жрецы поместили ее в храме Аполлона Палатинского. Рассказывают, что, когда после похищения этой статуи солдаты подожгли город и обыскивали храм, они наткнулись на узкую щель. Ожидая найти какие-нибудь драгоценности, они расширили ее. Тут из одного закрытого тайника халдейских таинств выскочила на свет первичная чума. Заключая в себе зародыши неисцелимых болезней, она во времена того самого Вера и Марка Антонина прошлась от самых границ Персии до Рейна и Галлии, осквернив всю землю заразой и покрыв ее трупами.

Amm. Marc. 23.6.24

Было что-то роковое в том, что во все провинции, через которые [Луций Вер] возвращался, и в самый Рим он, казалось, приносил с собой заразу. Моровая язва, говорят, появилась сначала в Вавилонии, где в храме Аполлона из золотого ящика, случайно разрубленного одним воином, вырвался тлетворный дух и затем распространился по земле парфян и по всему миру.

Hist. Aug. Verus 8.1–2

О, в подборку лягушачьих заклинаний!

О том, как семена, предназначенные для посева, сохранить после посева не тронутыми <...> Апулей же говорит, что прежде, чем вскопать ниву, нужно обнести вокруг нее лягушку, посадить ее в глиняный горшок, а затем закопать его в середине нивы. Ко времени посева горшок надо откопать и выбросить прочь, чтобы зерна не стали горькими.

Geoponica 2.18.14

Бонус к обнесению лягушкой: обнесение львом.

<...> некий мард по имени Гиреад сделал попытку подняться на стену в том единственном месте акрополя, которое не охранялось. С этой стороны нельзя было когда-нибудь опасаться штурма, так как здесь скала акрополя круто спускалась вниз и была совершенно неприступной. Только в одном этом месте древний царь Сард Мелес не обнес льва, которого ему родила наложница (хотя тельмессцы предсказали ему, что Сарды будут неприступны, если льва обнесут вокруг стен). Мелес же приказал обнести льва вокруг остальной стены, где крепость была легко уязвимой для нападения. Это же место он оставил незащищенным, так как оно было неприступное и обрывистое [по природе].

Hdt. 1.84

Слушайтесь тельмессцев, не халтурьте при обнесении львом.

Дочитал The Tindalos Asset — ну, норм, неплохой конспирологический-лавкрафтианский триллер, но для Кирнан слабовата. Она сама признается, что повесть писалась с трудом и долго — “the writing of The Tindalos Asset spanned something more like four years—plus a couple of months. No, I can’t entirely explain why this one took so much time. It just fucking did” — и эта вымученность ощущается. Кирнан здесь не так изобретательна и проникновенна, как обычно, много «разогретых» образов. Кстати, как раз «псы Тиндала» присутствуют лишь номинально (это существа из иных измерений, изобретенные Фрэнком Белнэпом Лонгом в 1929 г. для одноименного рассказа). Протагонисты неплохие — выгоревшие агенты «Секретных материалов»; основной антагонист — слабое звено, не очень интересный персонаж. А тема всепоглощающего океана куда лучше дана в упомянутом выше “Houses under the Sea”. Но есть и сильные эпизоды — напр., допрос умирающего-умершего-бессознательного агента в черной-черной комнате. Не будем строго судить. Поправляйся, тетя Кэтлин, Aunt Beast, времена тяжелые.

Надо бы как-нибудь перечитать роман The Drowning Girl — первое произведение, что я читал у Кирнан (и дальше взахлеб все остальное).

Тем временем вышел новый сборник рассказов моего другого любимца, Лэрда Баррона — не подведи, дядя Лэрд!! Not a Speck of Light, называется.

Не читайте на ночь научные статьи и новый регламент аспирантуры

Сегодня приснилось, что я защищаю диссертацию. В большом клубе, с несколькими залами и барами. Неплохое место. Вот только у меня то ли нет диссертации, то ли не распечатал, то ли забыл. И тяну время. К счастью, в программе две защиты и несколько выступлений групп и диджеев. Во сне я четко видел лайнап: там точно была группа Moonshake и диджей-сэт от Феликса.

Публика - кто-то из музыкальной тусовки, кто-то из научной, много иностранных коллег (которым приходится объяснять, что защита будет на русском).

Тема диссера Фригия, судя по всему.

В какой-то момент один из залов превращается в фригийский ландшафт. С крутой скальной гробницей, но не фасадом, как обычно, а трехмерным зданием, вырезанным под большим гротом-навесом. Примерно 4 на 6 метров, высота тоже около 4, с цилиндрическим сводом. Я залез на крышу и увидел, что грот еще больше. И рядом есть второе скальное здание, но уже исламский мавзолей. Прииерно такого же размера, но с куполом. Во сне отмечаю, что круто, что более поздний памятник рядом с древним и есть переклички по форме. А потом смотрю и вижу, что грот еще больше и в дальнем углу большие фригийские надписи (собственно, вечером я смотрел статью про новые (или не очень...) чтения надписи materan на Арсланкае). Обсуждаю с коллегами.

Потом возвращаюсь в барную часть, пора начинать защиту. Коллега рад, что можно при этом выпить и берет гиннесс. Я бегаю туда-сюда, пытаюсь найти свой диссер, в итоге выхожу и начинаю что-то нести с трибуны, шутки-байки...

Там было еще что-то потом, не помню уже. И этого достаточно.