Сегодня сделал интересное открытие: проходя мимо хижины одного туземца, я обратил внимание на его занятия. Перед ним стояла чаша, сделанная из большого кокосового ореха; другая с отверстием посредине — тоже скорлупа ореха — имела дно, покрытое слоем тонкой травы. Поставив вторую на первую, он из третьей налил на траву какую-то темно-зеленую густую жидкость, которая профильтровывалась в нижнюю. Когда я спросил, что это такое, он мне ответил, подавая кусок корня: «Кеу», и показал мне, что, выпив эту жидкость, он заснет.
Хотя я не видал листьев этого «кеу», но я думаю, что это не что иное, как Piper methysticum, или полинезийская кава. Насколько я знаю, употребление кавы туземцами Новой Гвинеи до сих пор было неизвестно.

Миклухо-Маклай Н.Н. Собрание сочинений: В 6 т. 2-е изд., испр. и доп. — Том 1. — СПб., 2020. — XXXIV. — С. 164-165.

Жизнь моя проистекает на третьем этаже в блоке Д следственного изолятора Бялоленка. Это длинное прямоугольное здание. По одной стороне идет широкая галерея с небольшими окнами, а по другую в ряд расположены камеры. Всего их штук 20, но не все используются для заключенных. В противоположном торце находится лестница, которая, в частности, ведёт в полуподвал, соединяющий блоки по подземному, точнее, полуподземному, ходу, а совсем под землёю можно выйти в здание, где я встречаюсь с адвокатом.

Нас трое. Подавляющее большинство нашего времени мы проводим в камере. Это помещение 6 на 3 метра, рассчитано на четырёх человек, но может жить и двое. По одному нельзя, так как нет камеры слежения. Камеры могут быть левосторонние и правосторонние — в зависимости от расположения туалета. У стены, где нет туалета, стоят двухъярусные железные койки. Я живу на верхней койке у окна, мне там нравится. Вижу над собой потолок, а не железный низ верхней койки. Окно закрыто решёткой: снаружи большой и маленькой, и ещё одной внутри, которая даёт возможность только дотянуться до ручки. <...>

Под шкафчиком стоит большой стол с железными ножками. Он тяжёлый, но двигать его можно. Вокруг четыре табурета. У них ножки из трубок и деревянный верх — из одной, двух или четырёх досок. К одной мы привязали две полуторалитровые бутылки с водой и используем её в качестве гантели, даже скорее штанги. В туалете есть шкафчик с полкой, железный унитаз, железная раковина. Вода в раковине тоже включается нажатием примерно на литр. Три раза в день на час-два она становится горячей. Таков наш нехитрый дом.
~~~~~~~~~~
Подъём в 6 утра, завтрак, прогулка, обед, через несколько часов ужин, в 22:00 — отбой. И так день за днем. Два раза в неделю дают помыться 10 минут (вода обычно как кипяток, не регулируется) и также два раза в неделю — поразмяться игрой в пинг-понг по одному часу.

Еду привозят прямо в камеру на тележке. Это тоже делают заключённые, которых здесь называют кайфусами. У каждого из нас зелёная пластмассовая чашка, миска, нож, вилка и ложка. Пластмасса очень прочная. Мы в миске кипятильником самодельным кипятим воду, и нормально.

Гуляем обычно час в день в любую погоду. Можно отказаться, но я не пропускаю. Сегодня я, наконец-то, получил куртку, которую вы передавали. Куртка отличная, жалко, что здесь уже весна. За зиму научился бороться с холодом.
~~~~~~~~~~
Книгами сразу очень увлекаешься, читаешь прямо-таки по капле в день, но они все равно слишком быстро заканчиваются. Здесь сидишь, как в коробке, что где происходит — неясно, что с тобой будет — неясно, события непонятны. Ощущение бесконечного плацкарта, так как сплю на верхней полке.

Я здоров и могу думать о делах, а это плохо, так как вижу, как теряю время безвозвратно. Хочется работать, а здесь это полноценно совершенно невозможно, и связь затруднена чрезвычайно.
~~~~~~~~~~
День проходит за днем, прерываясь приходами охраны, свиданиями с адвокатом и секретарем посольства. Все в тюрьме идет медленно, ничего не делается сразу, бумажки улетают как будто в бездну. Ответ приходит не всегда — пишешь снова. Сидишь как в безвремении.
~~~~~~~~~~
Бывает очень тоскливо. Периодически приходишь к выводу, что останешься здесь навсегда и что экстрадируют. При противоположности этих идей они иногда нападают вместе, но я отбиваюсь.
Кроме полного отсутствия связи с внешним миром, очень тяжело полное отсутствие событий. За три месяца из событий были только суды и когда принесли одежду, а потом книги. Но я не жалюсь, научился бороться со скукой.
~~~~~~~~~~
Я здесь уже две книги написал. Остались ещё всякие вступления, заключения. Там, конечно, кучу всего нужно проверять, потому что пишу по памяти. Книга № 1 называется «Искусство с точки зрения археологии». Книга №2 — «Древняя Греция в 50 предметах. От амфоры до Антикиферы».

Ещё пишу рассказы и стихи. Иногда ощущение, что мне начинает не хватать времени для своих дел. Везде одно и то же, даже в тюрьме!