Вчера слушал интереснейший доклад Дарьи Радченко о людской привычке одомашнивать наше окружение, в том числе техническое. По итогам обсуждения вот какие мысли пришли.

Когда в советский быт стали массово внедряться телевизоры, их воспринимали как домашних питомцев, давали им ласковые прозвища и вообще как бы принимали в члены семьи. Позднее так же начали поступать - и многие поступают до сих пор - с автомобилями.

С компьютерами было чуть иначе - их тоже наделяли агентностью («он - в смысле компьютер - опять дурит»), но внутрисемейные связи возникали реже.

А сегодня настала очередь роботов-пылесосов. Они воспринимаются как домашние питомцы, даже одушевляются, как минимум наделяются отдельными человеческими чертами.

Можно заподозрить, что есть в сознании некая схема, некий когнитивный механизм. Он раз за разом нас подталкивает создавать «свой» круг из живого и неживого.

А как зовут ваш пылесос?

Вчерашние страсти по Хэллоуину предсказуемо отгремели, можно и о прочем поговорить))
Вот забавная статистика от ВЦИОМ, лишний раз доказывает, насколько текуча идентичность - и личная, и коллективная. Почему-то вспоминается «Этничность без групп» Брубейкера с идеей перехода от этничности/идентичности как категории к (само)идентификации.

Интуитивное понимание себя - по отдельности и в коллективе, - и контринтуитивные социальные нормы. Буайе, конечно, пытался объяснять религию, но этот его фрейм как будто приложим и к другим социальным явлениям.

Выходные выходными, а обед (зачеркнуто) языческий семинар - по расписанию.

Сегодня доклад «Имя Бога и Богини: конструирование символа веры в викканских текстах»

Будут рассмотрены труды основателей и идеологов викки (Дж. Гарднера, Д. Валиенте, С. Фаррара, Стархоук, Р. Бакленда, С. Каннингема и др.).
Поговорим о том, как изучать тексты такого рода, и попробуем совместить теорию с современной практикой, в том числе российской.

Запись традиционно будет.

Старая Ладога как мемориальный ландшафт.

Выбрался на денек на берега Волхова. Летнего потока экскурсантов нет и в помине, но людей все равно достаточно. Пока гулял, слушал обрывки чужих разговоров, и сравнивал суждения других со своими ощущениями.

Еще года 3 назад крепость в Старой Ладоге была единственной местной достопримечательностью, ничего другого как бы не существовало. Но сегодня вдоль реки словно протянулось общее историческое полотно - от Никольского монастыря до Успенского с крепостью посредине.

Очень многие сегодня, судя по услышанному, приезжают сюда не ради одной крепости, а ради комплексного «погружения в историю» - оставляют машину на удобной парковке у Никольского монастыря, помешает монастырь, потом идут в крепость и к памятнику Рюрику с Олегом, а потом в Успенский монастырь к келье Евдокии Лопухиной. В итоге складывается довольно цельное впечатление «историчности» места.

👇

Трудно сказать, насколько осознанно такое поведение приезжих - скорее, оно выстраивается как бы само собой под влиянием местных усилий. Оба монастыря активно восстанавливаются и превращаются в культурных акторов, а крепость, прежде главенствовавшая безраздельно, вынуждена делиться толикой внимания, и это идет на пользу месту как таковому. Краем уха слышал, как группа приезжих обсуждала - мол, раньше проводили в селе от силы час, а теперь на полдня минимум рассчитывать надо.

Напрашивается, кстати, обустройство сквозной исторической тропы вдоль реки - со стендами, площадками для селфи и прочими атрибутами. Дарю идею комитету по туризму ЛО))

Да, если будете в тех краях, не поленитесь сделать небольшой крюк, - скатайтесь на другой берег реки, к храму Василия Кесарийского, и спуститесь от него к воде. Оттуда вся историческая Старая Ладога - как на ладони.

Тоже навеяно Старой Ладогой.

Первым русским язычником, как он сам себя называл - а мы бы уточнили, что язычником современным - был этнический поляк А. Чарноцкий, больше известный под псевдонимом Зориан Доленга-Ходаковский. Этнограф-любитель и археолог-любитель - а профессионалов тогда почти и не было, - он в 1820 году взялся раскапывать т.н. Олегову могилу - староладожский курган, будто бы место погребения Олега Вещего.

Затем Доленга отправился в Новгород, где затеял раскопки «могилы Гостомысла», легендарного старейшины ильменских славян, якобы и призвавшего в свое время Рюрика на Русь.

Эти полевые вылазки Доленги изрядно взбудоражили светское общество, в котором как раз началось увлечение «русской стариной» - или «славянщиной», по выражению самого Доленги. Тогда-то и начал складываться тот мемориальный ландшафт «седой славянской древности», который и сегодня отчасти репрезентируется Старой Ладогой.

Портрет Доленги - рисунок художника К. Прека. Вторая картинка - пушкинское изображение «могилы Гостомысла». Кстати, найдете под деревом фигуру мятежного Вадима Новгородского, будто бы восставшего против узурпатора Рюрика?

А вот и запись очередного языческого доклада подоспела.

Это - про викку и про викканское «изложение веры». Существует ли оно как нечто цельное - или у каждого практика будет своим собственным? Сколько страниц в книгах Джеральда Гарднера переписала Дорин Вальенте - и зачем? Пробегал ли мимо викки Алистер Кроули? А также другие небезынтересные подробности))

В общем - велком.

https://vk.com/wall-232789530_38

Помните, сильно раньше главный парад был 7.11?

В одном современном романе из числа тех, где герой переносится в тело советского ребенка времен застоя - а в последние лет 5-7 такие романы составили целый поджанр альтернативной фантастики, - персонаж оказался зрителем парада на 7 ноября. Автор долго расписывает, с каким восторгом ребенок наблюдает за прохождением пехоты и техники по Красной площади.

Ну, не знаю… Меня привели на КП в начальной школе - отец где-то раздобыл пригласительные в ряды зрителей у ГУМа (где-то под Лениным на картинке).

Помню жуткую толпу на Никольской (тогда улице 25 октября), кордон с проверкой документов, изрядную холодрыгу - не то что сейчас - и полное ощущение тягомотины: время шло, мы стояли, а парад никак не начинался))

В общем, прохождения техники не дождались, ушли сильно раньше. Было откровенно скучно.

Воображаемый СССР - он такой воображаемый…

Не смог пройти мимо такой прелести)) вот они, выверты символической политики и всякого пост- - от постпамяти до постмодернизма. Ну красиво же!
👇

Попросил нейросеть нарисовать иллюстрацию к событиям 7 ноября 1917 года. По-идее, что проще - визуального материала вагон.
Но вот, сами видите. Мужик с бородой и в фуражке появился, когда попросил добавить в кадр Ленина.

Судя по всему, такая же картинка и в голове новых поколений.

Сегодня понедельник - значит, очередной доклад на семинаре по язычеству.

Роман Шиженский представит свою книгу «Третья сила: русские язычники в СВО (книга первая)». Работа опиpаeтся на интеpвью с учaстниками СВО и экспертaми.

Источниковую базу составили материалы интервью с носителями славянского (родноверие) и скандинавского (асатру, одинизм) направлений современного российского языческого движения. Доклад на презентации будет посвящен созданию социального портрета и мировоззренческих особенностей язычников – участников специальной военной операции (СВО). Особое внимание будет уделено изучению вопросов, связанных с индивидуальным опытом вхождения бойцов в «традицию», военному пантеону, ритуально-обрядовым практикам, специфике символики в зоне проведения СВО, прогнозам развития языческого движения после окончания боевых действий (в том числе, с учетом взаимодействия язычников-участников военного конфликта с представителями «мирного» социума российских религиозных нативистов).

«Вы язычник? - Нет, я о них рассказываю. - Красивое».

Наверное, как-то так на жаргоне современных мемов. Вчера наконец забрал авторские своей книжки о язычестве. Выглядит привлекательно, не хуже, чем на продажных картинках с маркетплейсов.

Кстати, тут недавно промелькнула статистика: уже больше 50 процентов продажи книг идет через маркеты, а традиционные магазины потихоньку превращаются в выставочные пространства для досуга.

Презентации пока обсуждаются. Рискну предположить, что они будут, но конкретика еще впереди.

Поправка: почти 60% продаж, по статистике от издательства Эксмо.

Про картинки.

Опознать ту, что с деревом, не составило труда. А вот вторая вызвала изрядный разброс мнений, и никто при этом не приблизился к верному ответу))

На обеих иллюстрациях - остров Буян. На первой - с «дубом мокрецким» и камнем Алатырем. А на второй - в парафразе отрывка из Голубиной книги:

«Посреди моря океанского
Выходила церковь соборная,
Соборная, богомольная,
Святого Климента, попа римского:
На церкви главы мраморные,
На главах кресты золотые.
Из той из церкви из соборной,
Из соборной, из богомольной,
Выходила Царица Небесная;
Из океана-моря она омывалася,
На собор-церковь она Богу молилася,-
От того океан всем морям мати».

Надеюсь, скоро смогу показать еще несколько работ Екатерины. Все они будут контршмуцами к моей новой книге.

О современной религиозности - снова.

Наблюдал на днях возле Александро-Невской лавры, как молодая пара под 30 спорила, можно ли заходить на территорию монастыря в худи с языческим - псевдо-языческим, конечно, из разряда модного славянского крафта - принтом. Мужчина доказывал, что нельзя, его спутница активно возражала.

Чем дело кончилось, не знаю.

Вспомнилось собственное детство: нас из пионерлагеря возили на экскурсию в Загорск, он же Сергиев Посад. В парадной форме с пионерскими галстуками - выезд же. Кто-то из пацанов наболтал, что в галстуках в церковь нельзя, и хорошо помню, как весь отряд - минимум мальчишки - сразу принялись снимать галстуки и воровато прятать в карманы. А потом, у ворот монастыря, повязывали обратно, чтобы вожатые не ругались.

Похоже, нет?

А вот так ИИ понимает запрос «пионерский галстук»))

Вчера тайное стало явным: Чебурашка - сами знаете кто, оказывается.

Тут же вспомнился анекдот конца 90-х, когда компьютеры перестали быть диковинкой и превратились в полезные повседневные инструменты: мол, загрузили в компьютер все известные советские анекдоты и поручили создать на этой базе новый, а машина выдала - лежат в постели 3 еврея: Василь Иваныч, поручик Ржевский и Чебурашка.

Есть в фольклористике и социальной антропологии такое понятие - остензия: когда фольклорные и постфольклорные сюжеты воплощаются в реальной жизни. Как писали Линда Дег и Эндрю Важони, нарратив становится фактом, а факт превращается в нарратив.

Повседневность не перестает доказывать, что нет таких остензивных крепостей, которые не взяли бы большевики.