Мы будем говорить с новым лицом в местной политике, кандидатом в Мосгордуму от Теплого Стана и Коньково — Глебом Бабичем, а также с опытными московскими политиками Евгением Ступиным и Юлией Галяминой. Попытаемся разобраться в том, что из себя представляет местная политика сегодня, зачем сейчас вообще идти на выборы, чем можно помочь кандидатам, а также почему демократическая политика важна даже в своем электоральном виде.

Ведет стрим Виталий Боварь — бывший муниципальный депутат из Санкт-Петербурга. Подключайтесь в 19.00 СЕГОДНЯ и узнаете, чего ждать от предстоящих российских выборов в сентябре 2024 года.

https://youtube.com/live/cpr0dOrgMhg?feature=share

ГЛЕБ БАБИЧ ИДЕТ В МОСГОРДУМУ https://gleb-babich.ru/
тг-канал Глеба Бабича https://t.me/gleb_babich

Первое видео для подписчиков на Бусти и Патреоне уже вышло! Дальше — больше.

https://www.patreon.com/posts/spor-o-90-kh-ne-105810617?utm_medium=clipboard_copy&utm_source=copyLink&utm_campaign=postshare_creator&utm_content=join_link

https://www.youtube.com/live/cpr0dOrgMhg?si=HPU9Up6Xzypu1oTZ Полное видео стрима уже на канале!

Как могут выглядеть левые феминистские политики?

Результаты прошедших выборов в Европейский парламент, на которых ультра-правые партии набрали убийственный процент голосов во Франции, Италии, Германии, Австрии и Голландии, заставляют отчаянно задуматься, что не так с левыми политиками сегодня? Почему в ситуации высокой свободы собраний, СМИ и ассоциаций, например, левая повестка становится все менее популярной? Какими должны быть левые феминистские политики?

Я не знаю ответа, но собираю примеры действий и мысли, из которых, надеюсь, однажды что-то сложится. Так вот одно из важных замечаний разочарования в прогрессивной повестке часто связывают с тем, что она не всегда сопровождается соответствующей экономической политикой перераспределения. Как пишет Елена Захаренко, «предлагаемые ЕС меры гендерного равенства призваны оптимизировать экономические результаты блока и эффективность рынка труда и мало интересуются продвижением репродуктивных прав или социальной справедливости.»

В России же консервативаная волна даже не опирается на провалы в политике гендерного мейнстриминга, а только миф о нем, даже не на лично переживаемое разочарование этим проектом, что иногда мне дает надежду. Но еще больше надежды мне дают товарищи, которые через практику идут к оформлению прогрессивной левой политики. Например, Глеб Бабич, теплостанский активист, который сейчас работает над предвыборной кампанией в Мосгордуму (обратите внимание те, кто в Москве, и те, у кого есть российские карточки). Его программа и опыт дарят мне много надежды, но, что еще важнее, толкают размышление о том, какими должны быть феминистские требования и политики в России.

Мы часто говорим о праве на аборт, и оно, безусловно важно, но в практике Глеба борьба за репродуктивную справедливость касается и другой, более базовой стороны — наличия женских консультаций. Глеб с командой провели успешную кампанию по возвращению женской консультации в районе, который остался без них. И это важное измерение феминистской политики — не только декларируемое право, но и материальная база, которая делает выбор возможным, а права реализуемыми.

Вот и обещанная колонка от эли!

Так уж вышло, что джинсы стали одним из главных символов капитализма, особенно в Советском Союзе. Но насколько адекватен такой взгляд на вещи? В коротком видео эля рей вспомнила некоторые распространенные стереотипы про джинсы и рассказала о том, как этот этот элемент одежды стал важной частью пропагандистских нарративов в СССР и США.

13 минут, чтобы узнать Базу про историю джинсов.

https://youtu.be/O_NJI1hHaLg

После успеха крайне правых на выборах в Европарламент Эммануэль Макрон внезапно распустил французский парламент — новые выборы назначены на 30 июня.

Согласно данным последних опросов, крайне правое "Национальное объединение" под руководством Марин Ле Пен и молодого политика Жордана Барделлы имеют самый большой процент поддержки во Франции среди всех политических сил. Тем не менее, левые показали способность к мобилизации и собрали Новый Народный Фронт, куда вошли даже лево-центристы. ННФ, согласно опросам, наступает на пятки ультраправым, разрыв всего в несколько процентов.

Как так вышло? Почему страна с сильным профсоюзным движением и богатой историей левой политики так стремительно дрейфует вправо? Почему Макрон настолько непопулярен и почему никто больше не хочет объединяться с его центристской политической платформой, даже прежние союзники? Это видео о том, что происходит в самой важной точке европейской политики прямо сейчас.

https://youtu.be/kNa3648PCnE