Позвольте мне выругаться.

Сука, гребаные твари, когда же вы мать вашу, сдохнете!?

Спасибо.

Пока мировое внимание всех сми приковано к войне на Ближнем Востоке, в Харьковских публиках прямо сейчас мы читаем такие сообщения:

"Тело седьмого погибшего только что достали из-под завалов".

Ночью российская баллистическая ракета ударила в обыкновенный жилой дом. Подъезд пятиэтажки просто исчез, на его месте теперь груда покорёженного бетона. Спасатели всю ночь гасили пожар и разбирали завалы, тела людей находили одно за другим.

"Нашли тело третьего погибшего"
"Четвертое тело достали спасатели"
"Еще один погибший, уже пятый, найден"
"Шестой убитый – 13-летний мальчик"

Еще десять человек ранены, среди них – трое детей. Соседние дома – без стекол.

Кажется уже нет слёз, остались только маты. Ненависть, проклятия, отчаяние, бессилие.

Мы только вчера гуляли с Гектором в небольшом лесу и наслаждались весной. Первые теплые дни – вышло солнце, снег начал таять, шумно побежали ручьи по проталинам, запели птицы. Обожаю это время года. Правда, теперь во время таких прогулок приходится постоянно снимать с кроссовок, запутавшуюся леску оптоволокна. И еще держать перед глазами телефон, даже когда кормишь с руки смешную рыжую белку.

Наверное, нужно пояснить. Телефон перед глазами необходим, чтобы читать сообщения, где в реальном времени пишут, куда сейчас летит российский шахед. А они летят постоянно.

Мы гуляли с Гектором, и я вспоминала маму. Она всегда в начале марта, в такие первые теплые дни, подолгу стояла у окошка, облокотившись на подоконник. Улыбалась.

– Мамуль, ну что ты там смотришь? – искренне не понимала я, что в этой слякоти может быть приятного.

– Весна, пришла, Анют! – тепло отвечала мама. И еще говорила: "Зиму пережили, слава Богу"

Я даже немного раздражалась. Что за древнее раболепство перед природой? Конечно пережили, а что ее переживать-то? Не в землянке же сидим, дома тепло, светло...

Этой зимой я поняла мамины слова, как никогда. Просто ощутила их смысл, физически.

Так радовалась весне. И за маму тоже.

И вот эти солнечные дни, они как-то сегодня резко закончились. В городе снова пасмурно, холодно, ветер. Смерть, горе. Спасатели продолжают разбирать руины пятиэтажки, под завалами могут быть еще люди.

Девятого марта в Харькове объявят траур по мирным жителям, которых сегодня ночью убила российская ракета.

Сука, гребаные твари, когда же вы мать вашу, сдохнете!?

Гуляли с Гектором в сосновом лесу сегодня.

Я гульку на голове накрутила, чтобы клещей в волосы не насобирать. Они этой весной особенно лютые.

Идём по лесу – солнце вышло, хвоей пахнет, птички щебечут. Если бы не постоянная сирена на фоне, то было бы ощущение, что мы в той, прошлой, мирной жизни.

И вдруг я своей гулькой цепляюсь за что-то. Поднимаю глаза – леска. Первая мысль – растяжка.

Главное, я эту растяжку в глаза никогда не видела. Чего я про нее подумала? Интересно мозг устроен у жителей прифронтового города.

И этим же умом понимаю – быть такого не может, тут и оккупации-то не было, да и вообще, какая нафиг растяжка на такой высоте.

А всё равно замерла, стою.

Еще кричу Гектору "смотри, там заяц". Ну, чтоб пёс подальше от меня отбежал. Я же сейчас взрываться буду.

Ну не дурочка?

В общем постояла пару секунд и стала выпутываться, вариантов-то нет – семь утра, пустой лес.

Оказалось, леска от дронового оптоволокна.

Харьков, март 2026, обыкновенный четверг.

Любі мої харківці та харків’яни, 10 квітня я запрошую вас до театру, на виставу "Як ти там" за моєю книгою.

Знаю, багато хто з вас вже бачив цю постановку талановитого "Театру для людей". Але цього разу, виставу покажуть не "десь там у підвалі", як ви нас завжди підколювали, а у самому "оперному".

Ладно, не зовсім "у самому", але будівля одна. Вистава пройде у ТКЦ (не плутати з ТЦК 🙂

Поставновка не легка емоційно, але глядачі зазвичай кажуть, що вона не про війну, а про любов. Про Харків, про кожного з нас.

Ми з Гектором теж прийдемо. Напевно, це буде перший раз, коли на таку велику сцену вийде доберман.
Після вистави його можна буде почухати за вушком (атракціон для безстрашних), а я підпишу книжки (якщо що їх можна буде купити прямо там).

Чекаємо кожного, хто цінує звичайне життя.
10 квітня о 18.00 Харків, театрально-концентратний центр.

Квітки на виставу «Як ти там» можна придбати тут https://kharkiv.internet-bilet.ua/uk/yak-ti-tam

Ранок починається не з кави. Харківська ілюстрація.

Гектор сегодня необычно рано проснулся. Заскулил, заметался возле моей кровати. Открыла глаза, на часах 6.12.

У меня, как правило, будильник на семь заведен. Встаю неспешно, умываюсь, меняю водичку попугаю, кормлю рыбок, пью кофе. Доберман всё это время спокойно досыпает.

А тут прям мечется собака. Решила, что у него диарея, мгновенно встала, натянула куртку на пижаму, вышли.

Я спросонья не сразу сообразила, что за гул на улице. Громкий нарастающий, стремящийся прямо к нам. Повертела головой и увидела "черный самолетик". Это выражение маленького мальчика, соседа по даче. Так он назвал российский ударный дрон.

Черный самолетик, казалось, летел прямо в нас с Гектором. Это продолжалось не больше трех секунд. Показалось – вечность.

Удар был настолько звонким, что у меня заложило уши. Огонь и дым в ста метрах от нас появились мгновенно. Доберман с невероятной силой рванул поводок и потащил меня назад, к дому. Я не знаю, как удержалась на ногах, собака у меня крупная – пятьдесят два килограмма.

Пока мы бежали, краем глаза увидела, что возле троллейбусной остановки мужчина лежит на земле. Успела ужаснуться "убило осколками!?", но остановиться не смогла, пёс волок. Слава Богу уже выяснилось – все живы.
Наверное человек, как положено, лёг на землю, когда беспилотник летел над нами.

А я не сообразила. Я вообще эти три секунды ни о чем не думала. Ни единой мысли. Просто смотрела на "черный самолётик", как под гипнозом.

И знаете еще, что. Уже дома я открыла ТГ-каналы, и увидела, что предупреждение было. Черным по белому писали – летит в нашу сторону. А я даже не глянула.

А если бы даже глянула, то что? Ничего. Это Харьков, тут такое ежедневно.

Гектор до сих пор дрожит, дала успокоительные.
Я, наконец, налила себе кофе, вышла на балкон, курю.
Сегодня повезло.

Харьков, апрель 2026 года, обыкновенный четверг.

Пока мы гуляли с собакой, воздушная тревога в Харькове сработала двенадцать раз. Шесть раз завопила про угрозу ударных дронов и шесть раз прогудела отбой. Мы гуляли чуть больше часа.

Честно, голова раскалывается.

Так хотелось птиц послушать. Но нет. Их или сирена заглушает или шахеды. Последнюю неделю это бесконечное дырынчание в небе вызывает уже не страх, а раздражение. Настолько их много. И днём, и ночью.

А я первоцветов насушила, формочки перемыла, смолу приготовила. Хочется, наконец, погрузиться в творчество – сесть и долго так, вдумчиво, сочинять композицию из пролеска и калужницы болотной.

Но у меня мастерская на балконе, окна панорамные, всё дрожит, даже когда беспилотник сбивают в соседнем районе. Только выйду, перчатки надену, смолу разведу – дрожит. Но это пусть, это хорошая дрожь, добрая.

Військові недавно насмішили. Кажуть, їм керівництво не дозволяє винаймати квартири на Салтовке. Бо небезпечний район.

Я тут даже не знаю какой смайлик поставить. Наверное, ржущий. А что плакать? Мы тут четыре года живём. И ничего.

Ну, как "ничего". У Гектора вот поседел кончик уха. Я сначала влажной салфеткой тёрла, думала мелом вымазался. Ещё гадала, ну откуда у нас мел? Оказалось седина. Молодой же еще пёс, пять с половиной лет.

Харьков.

Опять сирена вопит. Кажется "отбой". Хотя в этой какофонии уже не разобраться.

А я всё равно сегодня залила несколько украшений. Пофиг. Хочется жизни.

Подруга звонит из Европы, спрашивает "как там у вас, в Харькове?".

И я на секунду зависаю. Потому что, чтобы я не сказала, я это уже говорила. Много раз.

Мир меняется – человечество изобрело ии-капсулы для мытья собак, умные беруши и роботов, которые одевают людям носки.

И только в Ха – завидное постоянство. Стабильность ёптыть.

Сирена орёт с утра до вечера. Такое ощущение, что она не тревогу объявляет, а просто стоит на таймере – автоматическое включение каждые десять минут.

Еще год назад, я знавала людей, которые ну, не то, чтобы в убежище шли, но хотя бы в тамбур выходили. Сегодня таких зубров уже не найти.

Никто. Никак. Не реагирует на тревогу.

Ни взрослые, ни дети, ни животные. Этот звук – просто фон, постоянный белый шум Харькова.

В прошлом году Новая Почта, кажется, пыталась закрываться во время сирены. Поигрались пару месяцев и плюнули. Думаю, сотрудники просто замахались бегать к дверям.

Вчера ездила на встречу с американскими журналистами. Такие приятные хлопчики, посидели в центре, кофе выпили. Они всё восхищались мужеством жителей нашего города. И не скажешь же иностранцам, что это не совсем "мужество". Я, кстати, не знаю, как на английский перевести словосочетание "вынужденый пофигизм".

Ну, а что? Во вторник гуляли с Гектором, летит российский беспилотник. Я ещё глянула, он далеко. Ну и хрен с ним, думаю.
Тут автоматная очередь раздаётся – наши хлопцы, красавы, сбивают. И слышу такой свист тоненький и негромкий "тыц". Перед носом пуля в асфальт врезалась. Наклонилась, посмотрела и дальше пошла. Даже не сфоткала. Ну пофигизм же.

Скучно.

Я, кстати, подписалась на львовский паблик. У них там змеи и котики. Серьёзно. Заголовки: "У Львові зникла рижо-сіра кицька" или "У Рясному в парку помітили змію". Я хочу такие новости!

А то тут вечно – параллельный мир. Перемирия какие-то обсуждаются, режимы тишины. Об окончании войны снова говорят. Где-то.

И только у нас в Ха всё стабильно.

Сейчас ракета прошелестела над домом. Как в детской игре "морской бой" – мимо.

В общем, подруге я сказала, что у нас всё хорошо. Лето. Гектор в купальнике😊

День матері.

Зранку я – до мами на кладовище з квітами. Ввечері мені – посильний з букетом від донечки.

В обох випадках "Мам, я дуже тебе люблю".

В першому – зі сльозами біля хреста. В другому – повідомленням в месенджері з сердечком.

Так влаштований світ. Так він повинен бути влаштований. Мамина любов – це всесвіт, який тримає, рухає, береже.

Кожного разу здригаюся, колу чую чи читаю історії про матір, яка била, принижувала, знущалась. Навіть зараз пишу і ком у горлі. Як таке можливо?

Для мене мама – це про тепло, затишок, турботу. Про запах яблучного пирога, про пов’язаний на шию шарф, про непомітно покладене до сумки яблучко. Не знаю, про що я для своєї доньки. Напевно про цілеспрямованість, силу, підтримку.

Головне, сьогодні почути "мам, я люблю тебе" з усіх світів.

І не тільки сьогодні.