— Это легенда, что они на лягушек похожи, — сказала дочка. — Никто их на самом деле никогда не видел.
Отец вскипел.
— Да какая разница! Хоть бы даже и ангелоподобные были. Это наша планета, наша Земля, как хотим — так и живем. И не надо никому к нам лезть.
Он зло посмотрел на уткнувшегося в телефон сына.
— Ну вот чего ты в свой телефон уставился! Нет там теперь больше ничего интересного! Ни музыки для души, ни девок сисястых и попастых. Одно только просвещение, наука да культурка, будь они не ладны.
Он явно хотел выматериться, но не стал — то ли из-за присутствия детей, пусть уже те и взрослые, то ли из-за слуха, который гулял по соцсетям, что мат отслеживают невидимые наномикрофоны, которых выпускают в огромных количествах из летающих блюдец.
— Уж тебе-то зачем девки, — сварливо сказала мать. — Седой уже совсем ведь — а все по заднице Бузовой и Симоньян скучаешь.
— Кардашьян была с задницей, — поправил сын. — А Симоньян — это про другое.
— Не им решать, гадам межпланетным, — упрямо сказал отец. — Мы не дети, чтобы нам запрещать. Хочу шансон или Киркорова послушать, а не этих Бетховенов хреновых. Сам хочу выбирать, что смотреть — хоть даже и ту же Бузову. Это мое право, не их.
— А у нас, кстати, подпольный концерт завтра вечером, — сказал сын. — Завтра в подвале бывшего отделения полиции. Запрещенная музыка — рэп, хип-хоп, даже попса голимая. Музыка сопротивления. Так что приду поздно.
Мать забеспокоилась.
— Смотри, сынок, а если пришлые узнают? Как донесет кто? Загремишь в трансформацию — вернешься потом уродом безумным — книжки, учебники, мясо искусственное…
— Кстати… — спохватилась мать. — С первого числа сокращают опять продажу натурпродуктов.
— Зато новые пункты раздачи искусственных открывают, — сказала дочь. — По мне искусственное так даже вкуснее.
— Вот ты искусственное и лопай. — Добродушно сказал брат. — А свою квоту нормального мяса и рыбы нам с отцом. Идет?
Дочь пожала плечами.
— Забирайте, мне все равно.
— Ага, — сказал отец. — Лягушки тарелочные, значит, совсем дело к тому ведут, чтобы мы, люди, нормального мяса и рыбы не ели. Коровки, мол, плачут, когда их на убой ведут. И свиньи знают, что их зарежут. Миллион лет охотились наши предки, мясо добывали. Никому не жало не мешало. А теперь эти хотят, чтобы мы ели только гадость синтетическую. От которой, небось, вся наша ДНК изменится. И сами мы — то ли сдохнем, то ли в таких же лягушек зелёных превратимся. Лучше уж сражаться и умереть свободными людьми, чем такая жизнь.
— За Бузову и бифштекс, — не смог промолчать сын. — Все как один умрём.
— Это не важно, — сказал упрямо отец. — Хоть за Бузову, хоть за «Владимирский централ», хоть за Петросяна, хоть за мат, хоть за водку с пивом. Это и есть свобода.
Он бросил вилку, сердито встал и пошел на балкон курить самокрутку. Табак он выращивал сам, у подоконника, на полу, стояли ящики.
Дети закончили еду, разошлись по своим комнатам. Мать собрала со стола посуду и стала ее мыть.
Отец стоял на балконе, смотрел с ненавистью на черный диск висящей над городом тарелки и представлял, как проклятое блюдце расстреливают герои-летчики то ли с Севера, то ли с Антарктиды, то ли с Гималай — ходили слухи, что где-то есть какая-то свободная территория, в которой разработали или скоро разработают оружие, позволяющее на равных сражаться с инопланетной мерзостью. Впрочем, может быть, это всего только слух, придуманный людьми в порядке утешения.
Сын лежал на своей кровати, и шарился по Интернету в поисках запрещенного контента. Иногда возникали на небольшое время пиратские сайты, где можно было успеть скачать клёвую музыку, а не эту унылую муть по имени классика-джаз-рок.
Дочка в своей комнате села за компьютер, предварительно закрыв дверь на замок.
Она открыла на первый взгляд ничем не примечательную страницу на каком-то сайте, посвященном астрономии, щелкнула по одной из картинок и в образовавшемся окне начала писать:
Отец вскипел.
— Да какая разница! Хоть бы даже и ангелоподобные были. Это наша планета, наша Земля, как хотим — так и живем. И не надо никому к нам лезть.
Он зло посмотрел на уткнувшегося в телефон сына.
— Ну вот чего ты в свой телефон уставился! Нет там теперь больше ничего интересного! Ни музыки для души, ни девок сисястых и попастых. Одно только просвещение, наука да культурка, будь они не ладны.
Он явно хотел выматериться, но не стал — то ли из-за присутствия детей, пусть уже те и взрослые, то ли из-за слуха, который гулял по соцсетям, что мат отслеживают невидимые наномикрофоны, которых выпускают в огромных количествах из летающих блюдец.
— Уж тебе-то зачем девки, — сварливо сказала мать. — Седой уже совсем ведь — а все по заднице Бузовой и Симоньян скучаешь.
— Кардашьян была с задницей, — поправил сын. — А Симоньян — это про другое.
— Не им решать, гадам межпланетным, — упрямо сказал отец. — Мы не дети, чтобы нам запрещать. Хочу шансон или Киркорова послушать, а не этих Бетховенов хреновых. Сам хочу выбирать, что смотреть — хоть даже и ту же Бузову. Это мое право, не их.
— А у нас, кстати, подпольный концерт завтра вечером, — сказал сын. — Завтра в подвале бывшего отделения полиции. Запрещенная музыка — рэп, хип-хоп, даже попса голимая. Музыка сопротивления. Так что приду поздно.
Мать забеспокоилась.
— Смотри, сынок, а если пришлые узнают? Как донесет кто? Загремишь в трансформацию — вернешься потом уродом безумным — книжки, учебники, мясо искусственное…
— Кстати… — спохватилась мать. — С первого числа сокращают опять продажу натурпродуктов.
— Зато новые пункты раздачи искусственных открывают, — сказала дочь. — По мне искусственное так даже вкуснее.
— Вот ты искусственное и лопай. — Добродушно сказал брат. — А свою квоту нормального мяса и рыбы нам с отцом. Идет?
Дочь пожала плечами.
— Забирайте, мне все равно.
— Ага, — сказал отец. — Лягушки тарелочные, значит, совсем дело к тому ведут, чтобы мы, люди, нормального мяса и рыбы не ели. Коровки, мол, плачут, когда их на убой ведут. И свиньи знают, что их зарежут. Миллион лет охотились наши предки, мясо добывали. Никому не жало не мешало. А теперь эти хотят, чтобы мы ели только гадость синтетическую. От которой, небось, вся наша ДНК изменится. И сами мы — то ли сдохнем, то ли в таких же лягушек зелёных превратимся. Лучше уж сражаться и умереть свободными людьми, чем такая жизнь.
— За Бузову и бифштекс, — не смог промолчать сын. — Все как один умрём.
— Это не важно, — сказал упрямо отец. — Хоть за Бузову, хоть за «Владимирский централ», хоть за Петросяна, хоть за мат, хоть за водку с пивом. Это и есть свобода.
Он бросил вилку, сердито встал и пошел на балкон курить самокрутку. Табак он выращивал сам, у подоконника, на полу, стояли ящики.
Дети закончили еду, разошлись по своим комнатам. Мать собрала со стола посуду и стала ее мыть.
Отец стоял на балконе, смотрел с ненавистью на черный диск висящей над городом тарелки и представлял, как проклятое блюдце расстреливают герои-летчики то ли с Севера, то ли с Антарктиды, то ли с Гималай — ходили слухи, что где-то есть какая-то свободная территория, в которой разработали или скоро разработают оружие, позволяющее на равных сражаться с инопланетной мерзостью. Впрочем, может быть, это всего только слух, придуманный людьми в порядке утешения.
Сын лежал на своей кровати, и шарился по Интернету в поисках запрещенного контента. Иногда возникали на небольшое время пиратские сайты, где можно было успеть скачать клёвую музыку, а не эту унылую муть по имени классика-джаз-рок.
Дочка в своей комнате села за компьютер, предварительно закрыв дверь на замок.
Она открыла на первый взгляд ничем не примечательную страницу на каком-то сайте, посвященном астрономии, щелкнула по одной из картинок и в образовавшемся окне начала писать:
(продолжение, начало выше)
«А121. Срочно. Всем. Сектор Евразия. Уважаемые коллеги. Я продолжаю настаивать на коренном пересмотре нашей тактики по реморализации населения планеты. Данная тактика, на мой взгляд, является травмирующей и создает у людей, отягощенных наследием Темного Времени, условия для возникновения реваншистских настроений, могущих привести к вспышкам бессмысленного насилия и неизбежным жертвам…»
«А121. Срочно. Всем. Сектор Евразия. Уважаемые коллеги. Я продолжаю настаивать на коренном пересмотре нашей тактики по реморализации населения планеты. Данная тактика, на мой взгляд, является травмирующей и создает у людей, отягощенных наследием Темного Времени, условия для возникновения реваншистских настроений, могущих привести к вспышкам бессмысленного насилия и неизбежным жертвам…»
❤1
Цитаты из Часа быка (продолжение)
#цитата
Молодые женщины бывают внутренне больше кочевниками, чем мужчины, они больше стремятся к смене впечатлений, поэтому теснота инферно для них тяжелее.
Неожиданно оказалось, что высокий уровень воспитания творит чудеса в душах людей и в устройстве общества. Пошла триггерная реакция - лавина добра, любви, самодисциплины и заботы, сразу же поднявшая и производительные силы.
Когда человеку нет опоры в обществе, когда его не охраняют, а только угрожают ему и он не может положиться на закон и справедливость, он созревает для веры в сверхъестественное – последнее его прибежище.
Комплекс обиды и мести неизбежен для всякого, пробившегося к власти...
https://www.livelib.ru/book/1007666773/quotes-chas-byka-ivan-efremov
Тупость никогда не должна торжествовать - последствия неизменно бывают плохими.
#цитата
Молодые женщины бывают внутренне больше кочевниками, чем мужчины, они больше стремятся к смене впечатлений, поэтому теснота инферно для них тяжелее.
Неожиданно оказалось, что высокий уровень воспитания творит чудеса в душах людей и в устройстве общества. Пошла триггерная реакция - лавина добра, любви, самодисциплины и заботы, сразу же поднявшая и производительные силы.
Когда человеку нет опоры в обществе, когда его не охраняют, а только угрожают ему и он не может положиться на закон и справедливость, он созревает для веры в сверхъестественное – последнее его прибежище.
Комплекс обиды и мести неизбежен для всякого, пробившегося к власти...
https://www.livelib.ru/book/1007666773/quotes-chas-byka-ivan-efremov
www.livelib.ru
Книга «Час Быка»
"Час Быка" – роман, в котором увлекательный приключенческий сюжет гармонично сочетается с уникальной философско-этической концепцией... Читать дальше...
Начала читать: Бич времен, Василий Головачев
Что тут сказать, это «старая школа», совсем другой ритм и стиль (что не значит, будто старые авторы обязательно умели в финал).
Родился автор еще аж в 1948 году, писать начал в 1969.
Творчество сочетает в себе такие направления как космическая фантастика, эзотерика, русский национал-патриотизм и русское неоязычество и фэнтези... (Википедия, если что).
В книге хорошая, бодрая завязка.
Из странного: иногда автор увлекается метафорами и получаются загадочные вещи вроде «мороз всшершавил спину» (это как?), или «здание лаборатории, простое и незатейливое по форме, как кирпич, окончательно оделось в саван полутьмы». В общем, понимай как хочешь.
30 процентов книги, пока мало что понятно, кроме того, что ничего непонятно, но очень интересно.
Впрочем, чего я придираюсь, это же автор шикарного «Черного человека»! Ради этого ЧЧ можно скидки, несмотря на то, что далеко не все книги автора можно назвать читабельными.
Впрочем, автор вроде как еще жив и что-то пишет (роман о внешней контрразведке 24 века, третий том закончил). Родом из Брянска, награжден премией имени Ивана Ефремова.
Что тут сказать, это «старая школа», совсем другой ритм и стиль (что не значит, будто старые авторы обязательно умели в финал).
Родился автор еще аж в 1948 году, писать начал в 1969.
Творчество сочетает в себе такие направления как космическая фантастика, эзотерика, русский национал-патриотизм и русское неоязычество и фэнтези... (Википедия, если что).
В книге хорошая, бодрая завязка.
Из странного: иногда автор увлекается метафорами и получаются загадочные вещи вроде «мороз всшершавил спину» (это как?), или «здание лаборатории, простое и незатейливое по форме, как кирпич, окончательно оделось в саван полутьмы». В общем, понимай как хочешь.
30 процентов книги, пока мало что понятно, кроме того, что ничего непонятно, но очень интересно.
Впрочем, чего я придираюсь, это же автор шикарного «Черного человека»! Ради этого ЧЧ можно скидки, несмотря на то, что далеко не все книги автора можно назвать читабельными.
Впрочем, автор вроде как еще жив и что-то пишет (роман о внешней контрразведке 24 века, третий том закончил). Родом из Брянска, награжден премией имени Ивана Ефремова.
Telegram
Злой читатель ☕️
ВАСИЛИЙ ГОЛОВАЧЕВ, ЧЕРНЫЙ ЧЕЛОВЕК
#годнота
Я мельком глянула другие книги у Головачева: «Излом зла» и «Приключения Дениса Молодцова». В «Приключениях» автор позволяет себе расслабленный, чуть иронический стиль, а «Излом зла» — это вообще какая-то конспирологическая…
#годнота
Я мельком глянула другие книги у Головачева: «Излом зла» и «Приключения Дениса Молодцова». В «Приключениях» автор позволяет себе расслабленный, чуть иронический стиль, а «Излом зла» — это вообще какая-то конспирологическая…
⚡3
Злой читатель ☕️
Когда кто-то читает внимательно 😁 А в фильме это тоже было?
А ведь если рассматривать такие вот детали, они были случайностью? 🤔 Или все же Роулинг совсем не Садовник, а очень даже Архитектор?
Злой читатель ☕️
Начала читать: Бич времен, Василий Головачев Что тут сказать, это «старая школа», совсем другой ритм и стиль (что не значит, будто старые авторы обязательно умели в финал). Родился автор еще аж в 1948 году, писать начал в 1969. Творчество сочетает в себе…
Вот как так надо уметь: уже третья часть, а в книге до сих пор мало что понятно. Буквально в последний момент 2-й части автор быстро выдал пояснение по сторонам противостояния, ну и всё.
И при этом автор продолжает интриговать. 49 процентов книги, он вдруг выдает новую теорию того, что тут вообще происходит. Довольно оригинальную, при этом понятно, что на самом деле это не задействованная теория, просто отвлечение и обманка. Но интересно.
(продолжение, 2/5)
И при этом автор продолжает интриговать. 49 процентов книги, он вдруг выдает новую теорию того, что тут вообще происходит. Довольно оригинальную, при этом понятно, что на самом деле это не задействованная теория, просто отвлечение и обманка. Но интересно.
Наш молодой коллега Валера назвал Башню «преобразователем времени». Якобы Земля вмещает огромное количество цивилизаций, неощутимых друг для друга потому, что каждая из них существует во времени, повернутом относительно другого времени на какой-то угол. Вот с нами и хочет познакомиться одна из соседних цивилизаций, создавшая нечто вроде хрономоста из своего угла времени в наш...
Бич времен, Василий Головачев
(продолжение, 2/5)
Рекомендовали почитать фэнтезийные циклы:
Странствия законоучителя, Алан дин Форстер
Серые ублюдки, Джонатан Френч
Космическая фантастика:
Вселенная Боба, Деннис Э. Тейлор
Танцор Января (цикл: Спиральный рукав), Майкл Фрэнсис Флинн
Странствия законоучителя, Алан дин Форстер
Серые ублюдки, Джонатан Френч
Космическая фантастика:
Вселенная Боба, Деннис Э. Тейлор
Танцор Января (цикл: Спиральный рукав), Майкл Фрэнсис Флинн
⚡1
Бич времен, Василий Головачев
63 процента книги, а хорошо сюжет построен: каждая часть посвящена отдельным ключевым персонажам, а не как некоторые авторы, что любят собирать всех в одну кучу, да еще флешбеками закидывать! Так что вообще уже непонятно становится, кто там кого и зачем.
А тут все четко: сначала один, потом еще парочка, потом еще... а в финале автор явно планирует собрать их вместе для последней битвы, так сказать. Красивое, правильное построение! 👍
Надеюсь, с финалом он справится.
(продолжение, 3/5)
Что читать дальше? Как закончу с «Бичом времени», на очереди несколько циклов:
Anonymous Poll
63%
Танцор Января (потому что про космос)
13%
Вселенная Боба (тоже космос и корабли)
0%
Девятилетний капитан, от Мельникова (наш ответ Бобу?)
25%
Барон Ульрих (потому что опять попаданец)
38%
Андердог: Подземелья Кривых гор (потому что литрпг)