Терри - сын культового фотографа Боба Ричардсона.

Боб во многом изменил всю траекторию фэшн-фото с середины/конца 1960-х, подогнав респектабельный студийный жанр глянца под нравы бушующей культурной революции. #арт

Он был наркоманом, и подсадил его на это дело никто иной как знаменитый Макс Якобсон, известный также как Dr. Feelgood - личный врач (читай диллер) президента Кеннеди, Мерлин Монро, и кучи других знаменитостей.

Боб ничтоже сумняшеся задействовал это в своих фото - его фирменным образом являются курящие девушки, причем курят они почти всегда не табак, а в лучшем случае траву. Стоит ли говорить, что редактора ведущих глянцевых журналов мира как Vogue или Bazaar, чьи обложки украшали эти снимки - об этом и не подозревали. Как и о том, что их обдолбанных моделей без сознания Боб насиловал пачками до, во время и после съемок.

В день когда Терри родился (в 1965 году), папаша Боб передознулся на работе и впал в психоз, после чего его упекли в знаменитую психиатрическую клинику Payne Whitney (куда также возили Мерлин Монро - сколько у них общего).

Тут светлое детство маленького Терри только начиналось - оба родителя (Боб и мама Норма) были свингерами, и регулярно приводили домой незнакомцев с улицы.

Однажды Боб пытался кончить жизнь самоубийством и перерезал себе вены - в таком состоянии его обнаружил малолетний Терри, и его удалось спасти. Но после этого сына годами преследовали кошмары про комнату, залитую кровью.

Когда Терри было пять, Боб бросил их с матерью и начал отношения с актрисой Анжеликой Хьюстон (ей было 17, а ему 42), и они уехали в Лондон.

Норма с сыном переехала в Вудсток к хиппи-коммуне и сошлась с английским рокером Джеки Ломаксом, соавтором Битлз. Они часто где-то пропадали, а маленький Терри был в окружении странных людей, наркоты и дебоша.

Вскоре у Боба диагностировали шизофрению, из-за постоянных скандалов он лишился работы и стал бездомным, спал на пляжах Калифорнии.

Спустя десятилетие, в ночлежке для бомжей его откопал очень важный английский арт-куратор Мартин Харрисон, его отмыли и выщипали вшей, после чего у Боба наступил краткий творческий ренессанс в 1990-х.

В это время он и начал продвигать в фэшн-кругах сынишку Терри, чем запустил его карьеру.

Боб Ричардсон - ученик великого Бродовича.

Алексей Бродович - русский белогвардеец и эмигрант, который по сути создал американский глянец и графический дизайн в его нынешнем виде.

Родился в 1898 году в деревне Оголичи Минской губернии, в дворянской семье, имевшей там поместье. Дядя Алексея, Генрих Бродович, был семейным врачом генерала Редигера, члена Государственного совета и военного министра Российской Империи в 1905–1909 годах.

В 1914–1915 годах учится в Тенишевском реальном училище (там же учились Осип Мандельштам и Владимир Набоков), но курс не заканчивает — сбегает на фронт Первой мировой.

Сначала в 1914 году, в возрасте шестнадцати лет — его ловят, возвращают назад. Потом ещё раз, через год, он опять бежит из Петербурга воевать, его опять ловят и опять возвращают назад. Алексей поступает в Пажеский корпус.

Корнет Бродович в 1917 году выходит прямиком в Февральскую революцию, в 12-й гусарский Ахтырский генерала Дениса Давыдова, Ея Императорского Высочества Великой Княгини Ольги Александровны полк. Алексей Бродович получает чин капитана и вступает в Добровольческую армию. Возле Одессы, в боях с большевиками, его тяжело ранит и молодой капитан (в 1918 году ему было 20 лет) отправляется в госпиталь в Кисловодск. После этого был Новороссийск. Оттуда - в Константинополь. На этом военная карьера Алексея закончилась.

В 1920 году Бродович перебирается в Париж, район Монпарнас, где кучковалась творческая интеллигенция со всего мира. Не имея формального художественного образования, Алексей умудряется устроится декоратором в антрепризе Сергея Дягилева в Париже, создании афиш и декораций для «Русского балета Дягилева», фотографированием артистов балета за кулисами во время репетиций и примерок.

Первую известность он приобрел в конкурсе плакатов для благотворительного бала Le Bal Banal, устроенного русскими белоэмигрантами в 1924 году. В конкурсе также учавствовал Пабло Пикассо, но русский офицер победил.

После этого - множество других побед и дизайнерских успехов. Пять медалей в Парижской международной выставке декоративных искусств. Заказы от Martini, Le Printemps и Bon Marche. В 1928 году Алексей Бродович основывает своё собственное дизайнерское агентство — «L’Atellier A.B.»

В 1930-е годы его приглашают в США на должность декана отделения рекламы в «Музейной школе промышленного дизайна» Филадельфии. В 1933 году он учреждает и основывает первую в Америке профессиональную школу дизайна и фотографии — «Design Laboratory», вскоре он читает лекции уже по всей стране. Там он обучает поколения фотографов и дизайнеров по французским и немецким журналам.

С 1934 по 1958 год - он арт-директор самого важного глянцевого журнала страны, Harper’s Bazaar. Управляющая должность в издании для высших сливок общества.

Именно здесь он произвел главную революцию, раз и навсегда изменив всю мировую индустрию глянца. Из журнала, который по сути являлся каталогом люкс-товаров для очень ограниченного круга самых богатых, он вместе с другими редакторами сделал локомотив всей мировой моды, самое артистически смелое и передовое издание. Именно он совершил исторический переход от иллюстраций к фотографии, вытащил моделей из студии на другие локации для съемки. Собственно, глянец во всём мире по сей день идет по вытоптанной им тропе. Модель позирующая для обложки, скажем, где-нибудь на пляже? Так придумал Бродович.

Его главный бой - вечная экспериментация, поиск новых форм, под лозунгом Дягилева: «Etonnez-moi!» (Удиви меня!). Бродович ненавидел и презирал посредственность:

Болезнь нашего века - это скука, люди перенасыщены информацией, поэтому фотограф должен постоянно сражаться за внимание, единственный путь это сделать - удивляя и изобретая новое.

Материал частично взят отсюда. Также за наводку поблагодарю канал CHUZHBINA, и замечательную книгу "Зарубежная Россия" издательства Чёрной сотни, которую всем рекомендую.

Blow-Up (1966) ("Фотоувеличение") - фильм, который кардинальным образом повлиял на целое поколение фотографов. В сущности, он создал сам типаж фотографа как Творца, а не ремесленника-журналиста на зарплате. Человека который не просто фиксирует реальность, но преломляет её, тем самым создавая свою реальность. #кино

Однако, именно в этом закралась коварная ирония этой картины, если понять о чем она на само деле.

Шедевр режиссера Антонионни, первый его англоязычный фильм, снятый в Лондоне с местными актерами. Каждый раз когда англичане сотрудничают с итальянцами на таком уровне - уделяйте этому особое внимание (как например прерафаэлитам).

Итак, сюжет крутиться вокруг одного дня из жизни фотографа по имени Томас. Он - столичная знаменитость со своей собственной студией, где он занимается профессиональной фэшн-съемкой. К нему буквально ломятся и прыгают на шею молодые амбициозные девочки-модели (одна из них Джейн Биркин, это её первая роль в кино), но он высокомерен и равнодушен, поскольку ему это всё надоело. Бесконечные телки, цветастые наряды, дорогостоящие заказы - скука.

При каждой возможности он сбегает из студии, чтобы рассекать по городу на Роллс-Ройсe с откидной крышей. Он занят своим личным проектом - авторский альбом со снимками городских низов, бомжей и пролетариев. Вот она, реальная жизнь, сермяжная правда, которую Надо Донести Людям. Это вам не каталог шмоток для скучающих домохозяек. Тут - важное дело, социальная миссия художника. Ну и новая ступень карьеры, как без этого.

Но, честно говоря, и тут особого энтузиазма нет. Угнетенные трудящиеся, бла-бла-бла, всё это уже было. Однако других идей нет. И вот прогуливаясь по парку он случайно замечает парочку любовников - молодую женщину и зрелого мужчину - которые очевидно скрываются и пытаются уединиться. Определенно, речь идет о измене. Он следит за ними и щелкает снимки из кустов, женщина это замечает, в панике гонится за ним и молит "удолить", но Томас непреклонен - нащупал остренький контент.

Позже в студии, всё оказывается ещё лучше - на проявленной плёнке при фотоувеличении он (вроде бы) разглядывает торчащую из кустов руку держающую пистолет, а также что-то напоминающее лежащее тело. Ревнующий муж расправился с любовником жены? Или это заказное убийство? Ууу, интрига! Расследование! И он единственный свидетель! Даже успел зафиксировать на камеру! Первый раз за весь фильм у него загорается огонь в глазах. Это перевернет всю его карьеру, да что там, всю жизнь! У него теперь особая Миссия: раскрыть это дело.

Но тут же начинают терзать сомнения - "а был ли мальчик"? В фильме весомо присутствует употребление наркотиков (что для того времени на большом экране - дело невиданное), и некоторые сцены напоминают затянувшийся бэдтрип. Может привиделось? Антониони умышленно делает плёнку максимально зернистой, так что зритель сам начинает напряженно взглядываться в размытое изображение, пытаясь - надеясь - разглядеть что-то.

На следующее утро, просохнув после очередного кутежа, Томас отправляется в парк пофоткать труп, но обнаруживает что там ничего нет, и даже следа не осталось. Иллюзия рассеялась, Томас вынужден вернутся в унылый быт своей посредственной карьеры.

Весь фильм надувают шарик, потом его громко лопают - есть Фотограф, нет фотографа, есть Миссия - и ничего нет. Затрагивается тема самообмана, отчаянных поисков того, чего не существует, роли медиа в массовом сознании, и главным образом роли самих людей в медиа-индустрии - беспристрастных фиксаторов реальности или же тех кто ей манипулирует и трактует?

Понятно, все эти подтексты со свистом пролетели мимо голов, народ шестидесятых увидел что хотел - Роллс-Ройс, тёлки, личная студия, наркота, лайфстайл. И повалили толпой в "Творцы" со своими мыльницами.

Последствия разгребаем по сей день.

Итак, продолжаем неделю моды на Англовоче.

Возвращаясь к теме фотографии как иллюзии. А также трёх столиц.

Агент Ли Миллер: Мода, Сюрреализм и Холокост. #лонгрид

Легенда фотожурналистики, икона феминизма, первая супермодель, художник, военкор. И, естественно, кадровый агент спецслужб.

В трёх актах: I Нью-Йорк | II Париж | III Лондон.

ЧАСТЬ I: Модель

Элизабет "Ли" Миллер родилась в 1907 году в небольшом городке Покипси, штат Нью-Йорк.

Мать была медсестрой, а отец Теодор работал инженером, но его реальной страстью являлась фотография - особенно в жанре ню. Поскольку это было хобби, выбор моделей был невелик: жена да дочь. Вот их и фотографировал, особенно дочурку Ли, с самых малых лет. Иногда удавалось уговорить её привести домой подружек и пофоткать их.

Друзьям и знакомым семьи он был известен как "воинствующий атеист", но несмотря на это Теодор упорно пытался устраивать дочь исключительно в школы с религиозным уклоном, откуда её регулярно отчисляли за издевательства над одноклассниками. Одним из таких издевательств был случай, когда она подмешала девочке в напиток краситель, в результате чего её моча внезапно обрела ярко-синий цвет, что ожидаемо вызвало приступ истерики. Ну и всё в таком духе.

Когда Ли было 7 лет, родители оставили её у приехавших погостить друзей из Швеции, среди которых был молодой морячок. Оставшись с ней наедине, он решил познакомиться поближе. Домой Ли вернулась с целым букетом венерических заболеваний, которые во времена до изобретения пенициллина лечились очень плохо, поэтому мать-медсестра использовала хлорид ртути. По воспоминаниям братьев, на протяжении недель из её комнаты доносились крики агонии.

Порешав таким образом аспект здоровья физического, они занялись душевным. Поскольку папа-атеист отвергал религиозные институты, священники не рассматривались, и они обратились к услугам эксперта по психоанализу. В то время это было мягко говоря инновационная область, но и семья была очень "прогрессивная". Психоаналитик дал малолетней Ли совет, который она усвоила на всю жизнь: дабы не испытывать чувство вины за то, что с ней произошло, необходимо диссоциировать секс и любовь. Секс - это просто акт, такой же как мытье рук или завтрак утром, он не требует никакой эмоциональной привязки.

Дальнейшее образование Ли Миллер было не менее интенсивным. Поскольку многочисленные отчисления из школ оставили за собой соответствующий репутационный шлейф, поступление в университет у себя дома не представлялось возможным. Как только ей исполнилось 18, её отправили в Париж поступать в школу искусств, но по прибытию "по ошибке" вместо отеля определили... в местный бордель. Чтобы осознать "ошибку" почему-то потребовалось недели, которые она там непонятно чем занималась (хотя почему непонятно).

Думаю, не будет особым сюрпризом, что с того момента учёба её не очень интересовала, и она полностью влилась в богемную жизнь Парижа. Впрочем, продлилось этого недолго, и когда чеки от папы перестали приходить, она была вынуждена вернуться домой.

Официальное начало модельной карьеры Ли Миллер до сих пор преподноситься в виде легенды в духе Золушки. Итак, одним прекрасным днём, прогуливаясь по оживленному Манхэттену, её чуть не сбила машина - в последний момент её одернул и тем самым спас жизнь никто иной как сам Конде Наст, основатель одноименного издательского дома, в чьи владения входит Vogue, Vanity Fair и The New Yorker. Рассказывается, что от шока она потеряла сознание прямо на его руках, и разглядывая сию спящую красавицу мсье Наст был поражен до глубины души её неземной красотой, после чего лично распорядился чтобы её незамедлительно поместили прямо на обложку Vogue. Звучит как третьесортный фанфикшн для бабонек, но уж простите - за что купил.

Тем не менее, Ли Миллер действительно стала самой знаменитой моделью Нью-Йорка, первой в таком роде. Снималась у всех влиятельных фотографов того времени, была бессменной гостьей на вечеринках высшего света проходивших дома у Конде Наста. Но эта слава была скоротечна, из-за довольно нелепой и смешной истории (оставлю в комментариях).

Продолжение ниже.

Начало.

Агент Ли Миллер

ЧАСТЬ II: Париж | Сюрреализм

1928 год. Закончив карьеру в Нью-Йорке, она раздумывает над возвращением в Париж, и тут до её сведения доводят, что сейчас там живет самый видный американский художник-сюрреалист Ман Рэй. Так созревает план по внедрению в арт-тусовку.

Первая встреча с Ман Рэем является такой же легендированной. Словив его в кафе, Ли представилась и сказала, что приехала стать одной из его учениц. Ман Рэй возразил, что у него нет учениц. Без промедления, она ответила - "теперь есть". Великий художник был поражен наглостью и самоуверенностью, "и у него не оставалось выбора кроме как взять её к себе в ассистентки". В общем, ещё один штрих к рисуемой для нас картине Волевой Женщины Которая Добивается Того Чего Хочет.

Правда, стала она не только ассистенткой, но и любовницей у неприглядного еврейского эмигранта на 17 лет её старше. Но то, как объясняется, была "великая любовь" и "творческое сотрудничество".

Сотрудничество было действительно продуктивным, Ман Рэй мыслил себя в первую очередь радикальным художником, но зарабатывать на жизнь приходилось фэшн-съемкой для журналов, и тут некогда супермодель и любимица самого Конде Наста вполне пригодилась. Но она тоже чувствовала себя не на своем месте, не желая продолжать карьеру модели, а метила в фотографы.

По одной из легенд (как вы уже поняли, её биография состоит из них чуть более чем полностью), именно Ли помогла Рэю открыть его фирменный прием "соляризации" - вторичного экспонирования фото-бумаги во время проявления, в результате которого происходит эффект "обращения", и к примеру солнце выглядит как тёмный диск. У сюрреалистов это естественно вызвало восторг.

Она прочно закрепилась в тусовке парижских художников: Пикассо, Дали, Макс Эрнст, Поль Элюар, с тех пор это всё была единая труппа.

Набравшись опыта, она открыла свою собственную студию в Париже, а затем и в Нью-Йорке. И стала получать заказы от довольно статусных клиентов, карьера была на подъеме, она добилась чего хотела, но вдруг... непонятно где и как встречает загадочного египетского миллионера по имени Азиз Бей, моментально выходит за него замуж (её первый брак после бесчисленных отношений), бросает свою студию и уезжает в Каир. Звучит как безумие - спустя годы работы сумев отточить мастерство, самостоятельно закрепиться в ещё новой сфере фотосъемки, да и во время Великой Депрессии (!) - а потом всё бросить? Нам рассказывают про импульсивную натуру Миллер, "она почувствовала порыв, страсть к приключениям"... Бла-бла. Ответ куда более прозаичный: приказ есть приказ.

Чем она занималась в Египте в период 1934-1937 толком не объясняется. Из воспоминаний Ли: "мы путешествовали по пустыне, искали оазис, давно затерянные цивилизации, экзотичные племена...". Бла-бла (х2).

Азис Бей находился в управлении "Национального агентства железных дорог Египта", из других воспоминаний, во время "странствий по пустыням" Ли со свитой "внезапно наткнулись на итальянских шпионов, маскировавшихся под арабов и разведывающих местность". Вот это уже ближе к теме. Впрочем, картина все-равно не полная, поэтому про египетские железные дороги поставьте закладку в голове - мы к ним ещё вернёмся.

Когда миссия была выполнена, Ли бросила араба и вернулась в Париж, где встретила Роланда Пенроуза, с которым также моментально завязала отношения. Пенроуз - английский аристократ, который курировал и финансировал всю тусовку сюрреалистов. О нём подробнее в отдельном посте.

В 1939 она вместе с ним переезжает в Лондон как раз к началу Второй Мировой, где всю себя отдает "защите Отечества".

Продолжение следует.