Привет, это Андрей!
Мне почти сорок, и, кажется, у меня кризис среднего возраста. Хотя это не точно — может, просто плохо спал последние лет пять. Но что-то определённо происходит, и я решил разбираться с этим вслух. Тут. Вместе с Вами.
Начнём со скучного, но неизбежного: кто я вообще такой. Если убрать профессию, обязанности и весь список «надо», остаётся человек под сорок, который слишком много думает и, кажется, наконец придумал, куда это деть. Не эксперт, не гуру, не коуч по осознанной жизни. Просто человек, который вслух разбирается с тем, что с ним творится, и подозревает, что вам это тоже знакомо.
Теперь — почему вдруг отдельный канал.
Вообще-то блог у меня уже есть. Мы с Полиной ведём «Совсем переехавшие!» — про то, как мы сорвались из Красноярска в Краснодар, и про поездки и путешествия, которые из этого выросли. Хорошая история, я её люблю. Только в последнее время я стал замечать, что тащу туда всё подряд: мысли про возраст, ворчание про современное кино, приступы рефлексии в три часа ночи. А это, если честно, уже не про «мы переехали и путешествуем». Это про меня одного.
Вот я и решил вынести личное в отдельный дом. Чтобы Полине не приходилось соседствовать с моим кризисом, а вам — продираться через него, если вы пришли за путешествиями.
О чём тут будет.
Обо всём, что меня занимает, а занимает меня многое. Кино и сериалы — с честным мнением, а не «шедевр, всем советую». Книги. Музыка — та, под которую я рос и которую до сих пор гоняю по кругу. Фотография и видео: я снимаю и, да, наконец собираюсь завести влог — обещал себе давно, а теперь вот сказал вслух, при свидетелях, деваться некуда. Игры, спорт, работа. И поверх всего — мысли про то самое: возраст, время и куда оно так подозрительно быстро утекает.
По-крупному у меня тут две задачи. Первая — летопись: записать свою обычную, не глянцевую жизнь, пока она не стёрлась. А она стирается, я проверял — но это отдельная большая история, я рассказал её целиком, она ниже. Вторая — саморефлексия: не просто зафиксировать, а понять, что со мной вообще творится. Летопись — про «что было». Рефлексия — про «что это, чёрт возьми, значит».
Чего я не обещаю.
Не обещаю быть полезным. Не будет лайфхаков, как жить эту жизнь правильно, — я и со своей-то пока не до конца разобрался. Не будет глянца и историй успеха при выгодном свете.
А будет честно. С иронией, местами с чёрным юмором, иногда с сарказмом, за который мне потом бывает слегка неловко. Я не на сцене — я в том же зале, что и вы, просто зачем-то говорю всё это вслух.
Ну что, давайте знакомиться. Расскажите в комментариях, кто вы и откуда. И раз уж мы тут, похоже, заодно: как у вас с этим самым кризисом среднего возраста — уже заглядывал? Как переживаете? Или у вас всё спокойно, и это я тут панику развёл?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #закулисье #знакомство #сорок #летопись # начало #кризиссреднеговозраста
Мне почти сорок, и, кажется, у меня кризис среднего возраста. Хотя это не точно — может, просто плохо спал последние лет пять. Но что-то определённо происходит, и я решил разбираться с этим вслух. Тут. Вместе с Вами.
Начнём со скучного, но неизбежного: кто я вообще такой. Если убрать профессию, обязанности и весь список «надо», остаётся человек под сорок, который слишком много думает и, кажется, наконец придумал, куда это деть. Не эксперт, не гуру, не коуч по осознанной жизни. Просто человек, который вслух разбирается с тем, что с ним творится, и подозревает, что вам это тоже знакомо.
Теперь — почему вдруг отдельный канал.
Вообще-то блог у меня уже есть. Мы с Полиной ведём «Совсем переехавшие!» — про то, как мы сорвались из Красноярска в Краснодар, и про поездки и путешествия, которые из этого выросли. Хорошая история, я её люблю. Только в последнее время я стал замечать, что тащу туда всё подряд: мысли про возраст, ворчание про современное кино, приступы рефлексии в три часа ночи. А это, если честно, уже не про «мы переехали и путешествуем». Это про меня одного.
Вот я и решил вынести личное в отдельный дом. Чтобы Полине не приходилось соседствовать с моим кризисом, а вам — продираться через него, если вы пришли за путешествиями.
О чём тут будет.
Обо всём, что меня занимает, а занимает меня многое. Кино и сериалы — с честным мнением, а не «шедевр, всем советую». Книги. Музыка — та, под которую я рос и которую до сих пор гоняю по кругу. Фотография и видео: я снимаю и, да, наконец собираюсь завести влог — обещал себе давно, а теперь вот сказал вслух, при свидетелях, деваться некуда. Игры, спорт, работа. И поверх всего — мысли про то самое: возраст, время и куда оно так подозрительно быстро утекает.
По-крупному у меня тут две задачи. Первая — летопись: записать свою обычную, не глянцевую жизнь, пока она не стёрлась. А она стирается, я проверял — но это отдельная большая история, я рассказал её целиком, она ниже. Вторая — саморефлексия: не просто зафиксировать, а понять, что со мной вообще творится. Летопись — про «что было». Рефлексия — про «что это, чёрт возьми, значит».
Чего я не обещаю.
Не обещаю быть полезным. Не будет лайфхаков, как жить эту жизнь правильно, — я и со своей-то пока не до конца разобрался. Не будет глянца и историй успеха при выгодном свете.
А будет честно. С иронией, местами с чёрным юмором, иногда с сарказмом, за который мне потом бывает слегка неловко. Я не на сцене — я в том же зале, что и вы, просто зачем-то говорю всё это вслух.
Ну что, давайте знакомиться. Расскажите в комментариях, кто вы и откуда. И раз уж мы тут, похоже, заодно: как у вас с этим самым кризисом среднего возраста — уже заглядывал? Как переживаете? Или у вас всё спокойно, и это я тут панику развёл?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #закулисье #знакомство #сорок #летопись # начало #кризиссреднеговозраста
❤3👍1
Мне скоро 40, и я почти не помню собственную жизнь (часть 1)
Я до сих пор наизусть помню слова песен, которые слушал ещё в девятом классе. Помню дурацкие считалки, рекламные джинглы из девяностых, случайные фразы двадцатилетней давности — голова бережно хранит килограммы совершенно бесполезной ерунды и делает это с завидной надёжностью. А вот что я делал в прошлом году? Честно — не вспомню. Не «подзабыл детали», а вообще, крупными мазками.
Но по-настоящему меня добило другое. В прошлом году у нас было трёхмесячное путешествие по Азии. Три месяца жизни: другая страна, другие города, другая еда, сотни мелочей, которые тогда казались страшно важными. А сейчас в голове — обрывки. Занятно, что помнится при этом всякая ерунда: как хозяин кафешки в Дананге каждый раз встречал нас одной и той же фразой, или вкус ананаса с солёным острым перцем, от которого я поморщился. А вот целые дни — как корова языком слизала.
И тут меня накрыл вопрос, из которого, собственно, и вырос этот блог: а что вообще остаётся от жизни, если её никак не фиксировать? Фотографии в телефоне, которые ты больше никогда не откроешь? Пара сторис, растаявших за сутки? Дежурное «да, было классно»? А где во всём этом я сам — тот, что думал, боялся, перживал, чему-то радовался и на что-то злился?
Самое смешное, что записывать я уже пробовал. Причём дважды.
Первый раз — лет двадцать назад, в славную эпоху LiveJournal. Кто застал, тот помнит эту площадку, взаимных «френдов» и комментарии, ради которых обновляешь страницу каждые пять минут. Я вёл там что-то вроде блога: мысли, случайные истории, наблюдения, всякую всячину. И мне было абсолютно всё равно, кто это читает, красиво ли выходит и умно ли звучит. Мне было двадцать, и внутреннего цензора попросту не существовало в природе. Я просто писал.
А потом взял и всё удалил. В какой-то момент начал думать: а кто это, собственно, читает? А что подумают люди? А вдруг кто-то узнает себя в моих историях и обидится? Прилично ли это вообще для взрослого человека? И однажды стёр несколько лет записей одним движением — чтобы уж наверняка. Вот тут и кроется самое неприятное. Я ведь только что жаловался, что жизнь исчезает из памяти сама. А выходит, я не просто пассивно её забываю — однажды я своими руками, добровольно, удалил кусок собственной жизни, воспоминаний. Просто испугался чужого мнения.
Вторая попытка была ближе — в 2020-м, когда мы переехали из Сибири на юг. Я взялся за камеру: думал, вот же готовая тема — новая жизнь, Краснодар. Только включал я её и что-то говорил без сценария, без структуры и без малейшего понимания, зачем это видео вообще. Мне и самому потом было скучно это пересматривать. А если скучно автору — зрителя не проведёшь, он уходит первым. Естественно, быстро бросил и сделал удобный вывод: не моё. Хотя теперь понимаю — дело было не в «не моё», а в том, что мне попросту нечего было сказать.
И вот мне почти сорок. Со стороны это, наверное, выглядит как классический кризис среднего возраста — и спорить не буду, похоже, так и есть. Просто у одних он приходит с красным кабриолетом и мотоциклом, а у меня — с желанием всё записать, пока не стёрлось. И нет, свободного времени у меня внезапно не образовалось (спойлер: работа и быт никуда не делись). Появилось не время. Появилась причина.
Продолжение...
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #сорок #память #летопись
Я до сих пор наизусть помню слова песен, которые слушал ещё в девятом классе. Помню дурацкие считалки, рекламные джинглы из девяностых, случайные фразы двадцатилетней давности — голова бережно хранит килограммы совершенно бесполезной ерунды и делает это с завидной надёжностью. А вот что я делал в прошлом году? Честно — не вспомню. Не «подзабыл детали», а вообще, крупными мазками.
Но по-настоящему меня добило другое. В прошлом году у нас было трёхмесячное путешествие по Азии. Три месяца жизни: другая страна, другие города, другая еда, сотни мелочей, которые тогда казались страшно важными. А сейчас в голове — обрывки. Занятно, что помнится при этом всякая ерунда: как хозяин кафешки в Дананге каждый раз встречал нас одной и той же фразой, или вкус ананаса с солёным острым перцем, от которого я поморщился. А вот целые дни — как корова языком слизала.
И тут меня накрыл вопрос, из которого, собственно, и вырос этот блог: а что вообще остаётся от жизни, если её никак не фиксировать? Фотографии в телефоне, которые ты больше никогда не откроешь? Пара сторис, растаявших за сутки? Дежурное «да, было классно»? А где во всём этом я сам — тот, что думал, боялся, перживал, чему-то радовался и на что-то злился?
Самое смешное, что записывать я уже пробовал. Причём дважды.
Первый раз — лет двадцать назад, в славную эпоху LiveJournal. Кто застал, тот помнит эту площадку, взаимных «френдов» и комментарии, ради которых обновляешь страницу каждые пять минут. Я вёл там что-то вроде блога: мысли, случайные истории, наблюдения, всякую всячину. И мне было абсолютно всё равно, кто это читает, красиво ли выходит и умно ли звучит. Мне было двадцать, и внутреннего цензора попросту не существовало в природе. Я просто писал.
А потом взял и всё удалил. В какой-то момент начал думать: а кто это, собственно, читает? А что подумают люди? А вдруг кто-то узнает себя в моих историях и обидится? Прилично ли это вообще для взрослого человека? И однажды стёр несколько лет записей одним движением — чтобы уж наверняка. Вот тут и кроется самое неприятное. Я ведь только что жаловался, что жизнь исчезает из памяти сама. А выходит, я не просто пассивно её забываю — однажды я своими руками, добровольно, удалил кусок собственной жизни, воспоминаний. Просто испугался чужого мнения.
Вторая попытка была ближе — в 2020-м, когда мы переехали из Сибири на юг. Я взялся за камеру: думал, вот же готовая тема — новая жизнь, Краснодар. Только включал я её и что-то говорил без сценария, без структуры и без малейшего понимания, зачем это видео вообще. Мне и самому потом было скучно это пересматривать. А если скучно автору — зрителя не проведёшь, он уходит первым. Естественно, быстро бросил и сделал удобный вывод: не моё. Хотя теперь понимаю — дело было не в «не моё», а в том, что мне попросту нечего было сказать.
И вот мне почти сорок. Со стороны это, наверное, выглядит как классический кризис среднего возраста — и спорить не буду, похоже, так и есть. Просто у одних он приходит с красным кабриолетом и мотоциклом, а у меня — с желанием всё записать, пока не стёрлось. И нет, свободного времени у меня внезапно не образовалось (спойлер: работа и быт никуда не делись). Появилось не время. Появилась причина.
Продолжение...
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #сорок #память #летопись
❤1
Мне скоро 40, и я почти не помню собственную жизнь (часть 2)
Начало (часть 1)
Начинать сейчас, если честно, страшнее, чем в двадцать: тот самый цензор за эти годы подрос и обзавёлся мнением по любому поводу. Но в этот раз у меня хотя бы есть зачем. Я не гонюсь за просмотрами и не доказываю, что в сорок можно ворваться в блогеры. Я просто хочу задокументировать свою жизнь — обычную, без глянца — как письмо самому себе из будущего: смотри, вот таким ты был, вот об этом думал, вот здесь ошибался, вот здесь был счастлив. И формат тут, по большому счёту, не важен: этот пост, который вы читаете, — уже часть той самой летописи. Камера будет просто ещё одной дверью в тот же дом.
И очень хочу, чтобы это был разговор, а не монолог в пустоту. Поэтому вопрос к вам, и мне правда интересно:
у вас бывает так, что целые куски жизни будто выпадают из памяти, как не было? И удаляли ли вы когда-нибудь свои дневники, старые посты, фотографии — а потом жалели? Или, наоборот, ни разу не пожалели, что стёрли?
Расскажите в комментариях — почитаю каждый. А если захочется почитать полную версию, со всей историей и мыслью о том, почему в 20, 30 и 40 мы записываем себя по совершенно разным причинам, — она уже ждёт на Дзене.
Возможно, это всё перерастёт в отдельный сайт, я его только начал придумывать, пока что храню всё на Дзене.
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #сорок #память #летопись
Начало (часть 1)
Начинать сейчас, если честно, страшнее, чем в двадцать: тот самый цензор за эти годы подрос и обзавёлся мнением по любому поводу. Но в этот раз у меня хотя бы есть зачем. Я не гонюсь за просмотрами и не доказываю, что в сорок можно ворваться в блогеры. Я просто хочу задокументировать свою жизнь — обычную, без глянца — как письмо самому себе из будущего: смотри, вот таким ты был, вот об этом думал, вот здесь ошибался, вот здесь был счастлив. И формат тут, по большому счёту, не важен: этот пост, который вы читаете, — уже часть той самой летописи. Камера будет просто ещё одной дверью в тот же дом.
И очень хочу, чтобы это был разговор, а не монолог в пустоту. Поэтому вопрос к вам, и мне правда интересно:
у вас бывает так, что целые куски жизни будто выпадают из памяти, как не было? И удаляли ли вы когда-нибудь свои дневники, старые посты, фотографии — а потом жалели? Или, наоборот, ни разу не пожалели, что стёрли?
Расскажите в комментариях — почитаю каждый. А если захочется почитать полную версию, со всей историей и мыслью о том, почему в 20, 30 и 40 мы записываем себя по совершенно разным причинам, — она уже ждёт на Дзене.
Возможно, это всё перерастёт в отдельный сайт, я его только начал придумывать, пока что храню всё на Дзене.
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #сорок #память #летопись
❤2
Это не кино выдохлось, это я постарел
Саша Барон Коэн тайком снял новый фильм про Али Джи. По той же партизанской схеме, по какой снимал «Бората». Сейчас в сеть сливают каждую мелочь со съёмок, а тут целую полнометражку отсняли, и ни одна живая душа не проболталась. Персонажу, на минуточку, двадцать четыре года.
И первое чувство — не радость. Раздражение. Ну сколько можно доставать из нафталина.
Потому что смотрите, что творится. «Очень страшное кино 6» — Уэйансы вернулись спустя двадцать шесть лет. «Дьявол носит Prada 2». «Крик 7». «Гладиатор 2». This Is Spinal Tap пересобрали через сорок один год — это даже не ностальгия, а эксгумация. Куда ни плюнь — сиквел, ремейк, «переосмысление» того, что гремело в нулевые.
В общем, кризис. Индустрия выдохлась, идей нет, доскребают старое. Я это проворчал про себя раза три, с чувством морального превосходства, прежде чем написать сюда.
А потом присмотрелся к списку. И поплохело.
Али Джи, «Очень страшное кино», нулевые Коэна — это же не абстрактное «старое кино». Это ровно то, что смотрел я. Ещё в школе, лет в четырнадцать-шестнадцать, 100500 раз, с пиратской кассеты. Индустрия не выдохлась. Она добралась до моей полки.
И тут доходит простая, обидная вещь. Это не кино выдохлось. Это я постарел.
У этого, оказывается, есть занудное научное название — «пик воспоминаний». Психологи ещё в восьмидесятых заметили: у человека за сорок непропорционально много ярких воспоминаний висит на возрасте с четырнадцати до двадцати с небольшим. Музыка, которую любишь сильнее всего, — та, что играла в твои четырнадцать. С кино то же самое.
И вот что теперь смешно: мои школьные Али Джи и «Очень страшное кино» попали в этот пик почти с точностью до года. Немудрено, что спустя двадцать с лишним лет они цепляют сильнее всего.
А дальше — чистая арифметика рынка. Проходит лет двадцать-тридцать, и поколение, которое всё это любило пацанами, дорастает до денег и до кресел, где решают, что снимать. И начинает выкапывать своё. Не потому что злодеи. Потому что тоскует.
То есть я не свидетель кризиса. Я — целевая аудитория. Меня вычислили, посчитали и выставили на витрину раньше, чем я сам это заметил.
И тут, если честно, надо притормозить с брюзжанием. Потому что никакой это не кризис и не новость. Так было всегда. В нулевые переснимали семидесятые, в девяностые ловили шестидесятые — каждому поколению продают назад его же молодость, красиво упакованную. Это не поломка индустрии, а её ритм. Раз в несколько десятилетий маятник качается обратно.
Да что там индустрия. Я ведь и сам хорош. Ворчу на ремейки, а нового Али Джи включу первым же вечером, как он всплывёт где-нибудь онлайн. Никакая гордость не удержит. Потому что где-то внутри мне всё ещё шестнадцать, и этот шестнадцатилетний хочет, чтобы Али Джи снова спросил у политика какую-нибудь дичь с каменным лицом.
В сухом остатке никакого кризиса кино я больше не вижу. Вижу календарь. Он напомнил про сорок не морщиной на лице и не больной спиной, а тизером нового Али Джи.
Кто-то встречает этот возраст спорткаром, кто-то мотоциклом. Мне его подвезли в виде трейлера — и так, пожалуй, даже смешнее, чем страшно.
А вы что думаете по этому поводу?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #ещёоднусерию #кино #размышления #ностальгия #ремейки #сорок
Саша Барон Коэн тайком снял новый фильм про Али Джи. По той же партизанской схеме, по какой снимал «Бората». Сейчас в сеть сливают каждую мелочь со съёмок, а тут целую полнометражку отсняли, и ни одна живая душа не проболталась. Персонажу, на минуточку, двадцать четыре года.
И первое чувство — не радость. Раздражение. Ну сколько можно доставать из нафталина.
Потому что смотрите, что творится. «Очень страшное кино 6» — Уэйансы вернулись спустя двадцать шесть лет. «Дьявол носит Prada 2». «Крик 7». «Гладиатор 2». This Is Spinal Tap пересобрали через сорок один год — это даже не ностальгия, а эксгумация. Куда ни плюнь — сиквел, ремейк, «переосмысление» того, что гремело в нулевые.
В общем, кризис. Индустрия выдохлась, идей нет, доскребают старое. Я это проворчал про себя раза три, с чувством морального превосходства, прежде чем написать сюда.
А потом присмотрелся к списку. И поплохело.
Али Джи, «Очень страшное кино», нулевые Коэна — это же не абстрактное «старое кино». Это ровно то, что смотрел я. Ещё в школе, лет в четырнадцать-шестнадцать, 100500 раз, с пиратской кассеты. Индустрия не выдохлась. Она добралась до моей полки.
И тут доходит простая, обидная вещь. Это не кино выдохлось. Это я постарел.
У этого, оказывается, есть занудное научное название — «пик воспоминаний». Психологи ещё в восьмидесятых заметили: у человека за сорок непропорционально много ярких воспоминаний висит на возрасте с четырнадцати до двадцати с небольшим. Музыка, которую любишь сильнее всего, — та, что играла в твои четырнадцать. С кино то же самое.
И вот что теперь смешно: мои школьные Али Джи и «Очень страшное кино» попали в этот пик почти с точностью до года. Немудрено, что спустя двадцать с лишним лет они цепляют сильнее всего.
А дальше — чистая арифметика рынка. Проходит лет двадцать-тридцать, и поколение, которое всё это любило пацанами, дорастает до денег и до кресел, где решают, что снимать. И начинает выкапывать своё. Не потому что злодеи. Потому что тоскует.
То есть я не свидетель кризиса. Я — целевая аудитория. Меня вычислили, посчитали и выставили на витрину раньше, чем я сам это заметил.
И тут, если честно, надо притормозить с брюзжанием. Потому что никакой это не кризис и не новость. Так было всегда. В нулевые переснимали семидесятые, в девяностые ловили шестидесятые — каждому поколению продают назад его же молодость, красиво упакованную. Это не поломка индустрии, а её ритм. Раз в несколько десятилетий маятник качается обратно.
Да что там индустрия. Я ведь и сам хорош. Ворчу на ремейки, а нового Али Джи включу первым же вечером, как он всплывёт где-нибудь онлайн. Никакая гордость не удержит. Потому что где-то внутри мне всё ещё шестнадцать, и этот шестнадцатилетний хочет, чтобы Али Джи снова спросил у политика какую-нибудь дичь с каменным лицом.
В сухом остатке никакого кризиса кино я больше не вижу. Вижу календарь. Он напомнил про сорок не морщиной на лице и не больной спиной, а тизером нового Али Джи.
Кто-то встречает этот возраст спорткаром, кто-то мотоциклом. Мне его подвезли в виде трейлера — и так, пожалуй, даже смешнее, чем страшно.
А вы что думаете по этому поводу?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #ещёоднусерию #кино #размышления #ностальгия #ремейки #сорок
🤔2
Мне скоро 40, и у меня нет друзей (часть 1)
Я с ними не поругался, не растерял со скандалом. Просто однажды оглянулся — а рядом много лиц, полный телефон контактов, и ни одного, кого назвал бы другом.
Знакомых-то хватает. Есть с кем пересечься, кому написать «ну что, как ты?». Затворником себя не назову. Но знакомый и друг — это две очень разные истории.
Для меня друг — это про взаимное усилие. Когда не только ты пишешь, зовёшь и помнишь, но и тебя тоже. Годами. Само собой. Знакомство не требует ничего. А дружба требует — и, похоже, поэтому знакомых у всех полно, а друзей нет.
Как-то попалась мне мысль Аристотеля, и запомнилась. Он делил дружбу на три сорта: по пользе (мы друг другу зачем-то нужны), по удовольствию (нам просто хорошо вместе что-то делать) и настоящую — где человек интересен тебе сам по себе. И чем дольше живу, тем яснее вижу: добрая половина моих «друзей» всю жизнь была дружбой по пользе или по удовольствию. Ничего постыдного. Просто не то, что я по молодости принимал за настоящее.
Кстати, никакие противоположности не притягиваются — это миф. Сходятся похожие: по ценностям, по юмору, по взгляду на важное. Друг — это чаще всего немного ты сам, только с другого края стола.
Раньше дружба получалась сама
Двор. Школа. Общага, разваренные пельмени, экзамен, который никто не сдаёт с первого раза. Ты не «поддерживал связь» — ты выходил из подъезда, и там уже кто-то был. Времени было столько, что его некуда девать.
А потом всё это кончилось. И оказалось, что дружба держалась не на тебе, а на декорациях. Убрали двор, парту, общагу — и теперь за неё надо стараться самому: помнить, звонить, выбираться, находить время.
А времени и сил нет. К вечеру не остаётся ничего, кроме дивана. Дружба требует профицита — а он весь уходит на то, чтобы дотянуть до пятницы. Есть даже красивое объяснение — число Данбара: мозг тянет примерно полторы сотни устойчивых связей, не больше. Приходят новые люди, работа, семья — и кто-то из старых потихоньку вытесняется. Не потому что стал плохим. Просто не хватило места.
Добавь, что все разъехались — кто по стране, кто по миру, да я и сам сменил город. А онлайн дружбу не держит: переписка греет, только пока за ней есть живая встреча. Нет встреч годами — остаётся обмен мемами и вечное «надо бы увидеться», которое ни к чему не ведёт.
А самое честное — я и сам устал. Устал быть тем, кто всегда пишет первым.
Но всё это — тихая версия. Так дружба уходит без скандала, сама. А бывает и громче.
Об этом — во второй части.
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #дружба #сорок #кризиссреднеговозраста
Я с ними не поругался, не растерял со скандалом. Просто однажды оглянулся — а рядом много лиц, полный телефон контактов, и ни одного, кого назвал бы другом.
Знакомых-то хватает. Есть с кем пересечься, кому написать «ну что, как ты?». Затворником себя не назову. Но знакомый и друг — это две очень разные истории.
Для меня друг — это про взаимное усилие. Когда не только ты пишешь, зовёшь и помнишь, но и тебя тоже. Годами. Само собой. Знакомство не требует ничего. А дружба требует — и, похоже, поэтому знакомых у всех полно, а друзей нет.
Как-то попалась мне мысль Аристотеля, и запомнилась. Он делил дружбу на три сорта: по пользе (мы друг другу зачем-то нужны), по удовольствию (нам просто хорошо вместе что-то делать) и настоящую — где человек интересен тебе сам по себе. И чем дольше живу, тем яснее вижу: добрая половина моих «друзей» всю жизнь была дружбой по пользе или по удовольствию. Ничего постыдного. Просто не то, что я по молодости принимал за настоящее.
Кстати, никакие противоположности не притягиваются — это миф. Сходятся похожие: по ценностям, по юмору, по взгляду на важное. Друг — это чаще всего немного ты сам, только с другого края стола.
Раньше дружба получалась сама
Двор. Школа. Общага, разваренные пельмени, экзамен, который никто не сдаёт с первого раза. Ты не «поддерживал связь» — ты выходил из подъезда, и там уже кто-то был. Времени было столько, что его некуда девать.
А потом всё это кончилось. И оказалось, что дружба держалась не на тебе, а на декорациях. Убрали двор, парту, общагу — и теперь за неё надо стараться самому: помнить, звонить, выбираться, находить время.
А времени и сил нет. К вечеру не остаётся ничего, кроме дивана. Дружба требует профицита — а он весь уходит на то, чтобы дотянуть до пятницы. Есть даже красивое объяснение — число Данбара: мозг тянет примерно полторы сотни устойчивых связей, не больше. Приходят новые люди, работа, семья — и кто-то из старых потихоньку вытесняется. Не потому что стал плохим. Просто не хватило места.
Добавь, что все разъехались — кто по стране, кто по миру, да я и сам сменил город. А онлайн дружбу не держит: переписка греет, только пока за ней есть живая встреча. Нет встреч годами — остаётся обмен мемами и вечное «надо бы увидеться», которое ни к чему не ведёт.
А самое честное — я и сам устал. Устал быть тем, кто всегда пишет первым.
Но всё это — тихая версия. Так дружба уходит без скандала, сама. А бывает и громче.
Об этом — во второй части.
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #дружба #сорок #кризиссреднеговозраста
🔥3✍2👍2
Мне скоро 40, и у меня нет друзей (часть 2)
В прошлой части говорил о том, как дружба сходит тихо на нет: время, усталость, все разъехались. Но иногда она рвётся с треском. Три истории, через которые я прошел сам.
Была дружба, где от меня всегда ждали полной отдачи: сорваться среди ночи, бросить дела, приехать. И я срывался. А когда помощь понадобилась мне — услышал: «подожди, вот разберусь со своими делами...». Разбирался он долго. На этом всё и кончилось. Не в ссоре — просто движение оказалось односторонним.
Была дружба, которую убили деньги. Хочешь потерять друга — дай ему в долг. Проверил на себе: одолжил и лишился разом и денег, и человека. Теперь правило простое — не даю вовсе или даю ту сумму, с которой готов расстаться навсегда. И дружбу из-за денег больше не терял.
И была дружба, которую забрали наркотики. Тут даже механики нет: человек уходит в это, и вас связывает уже не дружба, а что-то другое, чему ты не хочешь быть частью.
Вывод из всех трёх один: дружба — конструкция не такая прочная, как казалось в двадцать. Держит вес, пока он общий. И трещит по шву, когда наваливается на кого-то одного.
Теперь про добрый совет, который слышал сто раз: «Не жди, пиши первым. Даже если последние сто раз инициатором был ты — всё равно напиши».
Так вот. Я бывал и тем, кто пишет первым. Всегда. Тот, кто помнит про дни рождения и предлагает увидеться. И в какой-то момент понял: если пишу только я, а в ответ — «напишу чуть позже» да смайлик, то это не дружба. Это игра в одни ворота. И я просто перестал в неё играть. Не назло — просто водить мяч в одну сторону надоедает даже самому упёртому.
К чему я пришёл
Друзей — в старом, дворовом смысле — у меня нет. И это не приговор. Долго думал, что со мной что-то не так. А это просто арифметика взрослой жизни: через тебя проходят сотни людей, а близких остаются единицы. И появляются они не по инструкции «напиши первым», а сами — когда совпадают двое, у кого ещё есть на это силы.
А ещё — дошло позже всего — один такой человек у меня всё-таки есть. Только это не друг детства и не кореш с района. Мой лучший друг — моя жена. Тот редкий случай, когда усилие идёт в обе стороны и никого не надо тянуть, потому что тянут оба.
Грустно ли? Иногда да. Но скучаю я даже не по людям — по тому, что вместе с ними ушли свидетели. Те, кто помнил меня прежним: пацаном, который был уверен, что станет великим, и тем, что неделю жил на одной гречке. Этих версий себя я и сам уже не помню, а помнить их больше некому. И вот этого немножко жаль.
Но грусть эта тихая и спокойная. Потому что с главным-то мне повезло.
А у вас как? Остался кто-то, с кем всё честно, в обе стороны? Или вы тоже устали от игры в одни ворота?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #дружба #сорок #кризиссреднеговозраста
В прошлой части говорил о том, как дружба сходит тихо на нет: время, усталость, все разъехались. Но иногда она рвётся с треском. Три истории, через которые я прошел сам.
Была дружба, где от меня всегда ждали полной отдачи: сорваться среди ночи, бросить дела, приехать. И я срывался. А когда помощь понадобилась мне — услышал: «подожди, вот разберусь со своими делами...». Разбирался он долго. На этом всё и кончилось. Не в ссоре — просто движение оказалось односторонним.
Была дружба, которую убили деньги. Хочешь потерять друга — дай ему в долг. Проверил на себе: одолжил и лишился разом и денег, и человека. Теперь правило простое — не даю вовсе или даю ту сумму, с которой готов расстаться навсегда. И дружбу из-за денег больше не терял.
И была дружба, которую забрали наркотики. Тут даже механики нет: человек уходит в это, и вас связывает уже не дружба, а что-то другое, чему ты не хочешь быть частью.
Вывод из всех трёх один: дружба — конструкция не такая прочная, как казалось в двадцать. Держит вес, пока он общий. И трещит по шву, когда наваливается на кого-то одного.
Теперь про добрый совет, который слышал сто раз: «Не жди, пиши первым. Даже если последние сто раз инициатором был ты — всё равно напиши».
Так вот. Я бывал и тем, кто пишет первым. Всегда. Тот, кто помнит про дни рождения и предлагает увидеться. И в какой-то момент понял: если пишу только я, а в ответ — «напишу чуть позже» да смайлик, то это не дружба. Это игра в одни ворота. И я просто перестал в неё играть. Не назло — просто водить мяч в одну сторону надоедает даже самому упёртому.
К чему я пришёл
Друзей — в старом, дворовом смысле — у меня нет. И это не приговор. Долго думал, что со мной что-то не так. А это просто арифметика взрослой жизни: через тебя проходят сотни людей, а близких остаются единицы. И появляются они не по инструкции «напиши первым», а сами — когда совпадают двое, у кого ещё есть на это силы.
А ещё — дошло позже всего — один такой человек у меня всё-таки есть. Только это не друг детства и не кореш с района. Мой лучший друг — моя жена. Тот редкий случай, когда усилие идёт в обе стороны и никого не надо тянуть, потому что тянут оба.
Грустно ли? Иногда да. Но скучаю я даже не по людям — по тому, что вместе с ними ушли свидетели. Те, кто помнил меня прежним: пацаном, который был уверен, что станет великим, и тем, что неделю жил на одной гречке. Этих версий себя я и сам уже не помню, а помнить их больше некому. И вот этого немножко жаль.
Но грусть эта тихая и спокойная. Потому что с главным-то мне повезло.
А у вас как? Остался кто-то, с кем всё честно, в обе стороны? Или вы тоже устали от игры в одни ворота?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #дружба #сорок #кризиссреднеговозраста
👍3🔥2❤1
Музыка в моей жизни (часть 1)
Есть у меня одна фотография. Совсем мелкий пацан стоит на крышке магнитофона «Вега» — старого, тяжёлого, со встроенным проигрывателем для пластинок. Не рядом стоит, а сверху, как на постаменте. Смотрю на неё сейчас и понимаю: наверное, отсюда всё и пошло. Я в прямом смысле вырос на музыке — стоял на ней ногами раньше, чем научился выбирать.
А выбирать было и нечего. Первую музыку не выбираешь, она достаётся, как обои в квартире, куда тебя привезли из роддома. Мне досталась родительская: Вадим Казаченко с «Фристайлом», Евгений Осин, «На-На», Михаил Муромов. «Яблоки на снегу» я орал по сто раз на дню, не попадая ни в одну ноту. Мне было всё равно, о чём песня, — нравилось, что от неё внутри что-то гудит.
Потом пришли девяностые со сборниками «Союз». На одной кассете умещалось пол-эпохи: Мурат Насыров, Профессор Лебединский, «Ляпис Трубецкой», Кай Метов, Mr. Credo — всё вперемешку, без всякой логики, и это было прекрасно. В девяносто шестом ко мне попал сборник западного, «The Best from the West», и я впервые понял, что есть и другая музыка.
А ещё тогда я нашёл дома кассету без подписи. Поставил наугад — а там «Сектор Газа». Так в мою жизнь пришёл колхозный панк: первое, что я слушал не потому, что слушали взрослые, а потому что нашёл сам. И слушал, конечно, украдкой.
Это было только начало. По-настоящему всё закрутилось в девяносто восьмом, когда до нас добрался MTV. Но об этом — во второй части.
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #музыка #меломан #воспоминания #ностальгия
Есть у меня одна фотография. Совсем мелкий пацан стоит на крышке магнитофона «Вега» — старого, тяжёлого, со встроенным проигрывателем для пластинок. Не рядом стоит, а сверху, как на постаменте. Смотрю на неё сейчас и понимаю: наверное, отсюда всё и пошло. Я в прямом смысле вырос на музыке — стоял на ней ногами раньше, чем научился выбирать.
А выбирать было и нечего. Первую музыку не выбираешь, она достаётся, как обои в квартире, куда тебя привезли из роддома. Мне досталась родительская: Вадим Казаченко с «Фристайлом», Евгений Осин, «На-На», Михаил Муромов. «Яблоки на снегу» я орал по сто раз на дню, не попадая ни в одну ноту. Мне было всё равно, о чём песня, — нравилось, что от неё внутри что-то гудит.
Потом пришли девяностые со сборниками «Союз». На одной кассете умещалось пол-эпохи: Мурат Насыров, Профессор Лебединский, «Ляпис Трубецкой», Кай Метов, Mr. Credo — всё вперемешку, без всякой логики, и это было прекрасно. В девяносто шестом ко мне попал сборник западного, «The Best from the West», и я впервые понял, что есть и другая музыка.
А ещё тогда я нашёл дома кассету без подписи. Поставил наугад — а там «Сектор Газа». Так в мою жизнь пришёл колхозный панк: первое, что я слушал не потому, что слушали взрослые, а потому что нашёл сам. И слушал, конечно, украдкой.
Это было только начало. По-настоящему всё закрутилось в девяносто восьмом, когда до нас добрался MTV. Но об этом — во второй части.
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #музыка #меломан #воспоминания #ностальгия
👍2❤1
Музыка в моей жизни (часть 2)
В девяносто восьмом до нас добрался MTV Russia, и этот канал меня буквально собрал мои музыкальные вкусы. Первым из него полез Scooter: «How Much Is the Fish?» и «Fire», которую все дружно ненавидели, но именно её постоянно просили поставить на школьных дискотеках. Просили, между прочим, у меня — музыку там частенько ставил я. Друзья прозвали меня Dj Шустрик, и не за вертушки (их у меня, конечно, не было), а за то, что быстрее всех переводил на английском. Смешно, что именно этот школьный навык потом и помогал понимать, о чём вообще поют все эти Scooter и The Offspring.
В конце того года «How Much Is the Fish?» заняла первое место в годовом хит-параде ТОП-100 — том самом, где голосовали по телефону. И я голосовал, честно накручивал за трек, который ругала вся страна, потому что это была моя музыка. А следом пришёл Bomfunk MC's, и под «Freestyler» скакала уже вся дискотека. Рядом гремели Rammstein, Korn, Limp Bizkit, «Ария», The Offspring, Green Day, P.O.D., Eminem с его «чики-чики, Слим Шэйди». И «Кино», конечно, куда без него, если во дворе хоть кто-то умел зажать три аккорда. Кассеты в плеере Sony я затирал до хрипа, а до плеера был мафон на батарейках: мы таскали его по двору, ставили на лавку, врубали на всю, и вокруг собиралась вся компания.
И вот тут самое важное. Музыка тогда была не звуком — она была меткой. Тётя привезла мне с привоза в Новосибирске футболку Scooter, с лицами всей группы во всю грудь, и я носил её как флаг. Пока не выяснилось, что за такой флаг бьют: местная гопота считала это поводом, и не раз я получал по лицу за то, что на груди у меня «не те лица». Ты слушаешь такое — значит, из этих, значит, держись своих. Музыка делила двор на стаи.
И я держался. В нулевых была стая громкого и тяжёлого: Metallica, Guns N' Roses, Nickelback, 3 Doors Down, Linkin Park, разбавленные весёлым Blink-182. А Red Hot Chili Peppers с «Californication» попали прямо в сердце — этот альбом я знал наизусть. Гремело и наше: Земфира, «Тату». Потом я перекочевал в другую стаю: сначала хип-хоп (первой была «палата 6»), а за ней рэп — 63 регион, «ЮГ», «Южный фронт», «Каста», Noize MC (мы с братом слушали его ещё до «Розыгрыша» и тайно этим гордились), «Бумбокс», «Тараканы!», «Найв», «Три15», «Мэд Дог». И каждый раз казалось, что вот теперь-то нашёл свою настоящую музыку. А почему в итоге перестал держаться за стаю — в финале.
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #музыка #меломан #воспоминания #ностальгия
В девяносто восьмом до нас добрался MTV Russia, и этот канал меня буквально собрал мои музыкальные вкусы. Первым из него полез Scooter: «How Much Is the Fish?» и «Fire», которую все дружно ненавидели, но именно её постоянно просили поставить на школьных дискотеках. Просили, между прочим, у меня — музыку там частенько ставил я. Друзья прозвали меня Dj Шустрик, и не за вертушки (их у меня, конечно, не было), а за то, что быстрее всех переводил на английском. Смешно, что именно этот школьный навык потом и помогал понимать, о чём вообще поют все эти Scooter и The Offspring.
В конце того года «How Much Is the Fish?» заняла первое место в годовом хит-параде ТОП-100 — том самом, где голосовали по телефону. И я голосовал, честно накручивал за трек, который ругала вся страна, потому что это была моя музыка. А следом пришёл Bomfunk MC's, и под «Freestyler» скакала уже вся дискотека. Рядом гремели Rammstein, Korn, Limp Bizkit, «Ария», The Offspring, Green Day, P.O.D., Eminem с его «чики-чики, Слим Шэйди». И «Кино», конечно, куда без него, если во дворе хоть кто-то умел зажать три аккорда. Кассеты в плеере Sony я затирал до хрипа, а до плеера был мафон на батарейках: мы таскали его по двору, ставили на лавку, врубали на всю, и вокруг собиралась вся компания.
И вот тут самое важное. Музыка тогда была не звуком — она была меткой. Тётя привезла мне с привоза в Новосибирске футболку Scooter, с лицами всей группы во всю грудь, и я носил её как флаг. Пока не выяснилось, что за такой флаг бьют: местная гопота считала это поводом, и не раз я получал по лицу за то, что на груди у меня «не те лица». Ты слушаешь такое — значит, из этих, значит, держись своих. Музыка делила двор на стаи.
И я держался. В нулевых была стая громкого и тяжёлого: Metallica, Guns N' Roses, Nickelback, 3 Doors Down, Linkin Park, разбавленные весёлым Blink-182. А Red Hot Chili Peppers с «Californication» попали прямо в сердце — этот альбом я знал наизусть. Гремело и наше: Земфира, «Тату». Потом я перекочевал в другую стаю: сначала хип-хоп (первой была «палата 6»), а за ней рэп — 63 регион, «ЮГ», «Южный фронт», «Каста», Noize MC (мы с братом слушали его ещё до «Розыгрыша» и тайно этим гордились), «Бумбокс», «Тараканы!», «Найв», «Три15», «Мэд Дог». И каждый раз казалось, что вот теперь-то нашёл свою настоящую музыку. А почему в итоге перестал держаться за стаю — в финале.
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #музыка #меломан #воспоминания #ностальгия
👍2
Музыка в моей жизни (часть 3)
Понимание пришло не вдруг. Просто в какой-то момент я поймал себя на том, что мне давно всё равно, из какой стаи песня. Сейчас я одинаково спокойно ставлю рок, рэп, поп, рэйв, техно — что угодно, если попадает в момент. В пятнадцать я счёл бы это предательством: настоящий фанат не скачет по жанрам. Но я вырос и понял простую вещь: вкус — это не нашивка на рюкзаке, по которой тебя принимают в стаю, а то, что откликается лично тебе, здесь и сейчас. Всеядность, которой я когда-то стыдился бы, оказалась не отсутствием вкуса, а его зрелой формой. Я перестал держаться за стаю, и вся музыка стала моей.
Слушаю я её теперь постоянно: наушники всегда с собой, в телефоне отдельно отвоёван кусок памяти под музыку, как под ключи или зарядку. Накрывает ностальгия — ставлю Муромова и снова становлюсь пацаном с яблоками на снегу. А могу прогнать всю дискографию The Offspring подряд, и «Smash» с «Americana» кручу раз по десять кряду. Живые концерты люблю отдельной любовью, хоть давно не был: до сих пор помню, какой энергетикой били Ёлка, Макс Корж, Pizza, «Каста» и НАУ — так, что пол под ногами становился той самой «Вегой», и я снова стоял на музыке. Вот что и делает меня меломаном: не коллекция винила на полке, не редкие пластинки, не умные разговоры про звук, а то, что к каждому куску жизни прикреплена своя песня, и я ношу их все с собой.
Правда, есть и оборотная сторона, о которой в пятнадцать не думаешь. Саундтрек твоей жизни собран из живых людей, а они уходят. Ещё в двухтысячном не стало Юры Хоя — того самого «Сектора Газа» с найденной мной кассеты. Потом Михей, Мурат Насыров с обложки «Союза», Горшок из «Короля и Шута», Децл — прямо на сцене, в тридцать пять. На Западе за один только 2017-й ушли сразу двое, чьи голоса звучали в наушниках: Крис Корнелл и Честер из Linkin Park. Следом Кит Флинт из The Prodigy, гитарист 3 Doors Down, барабанщик Foo Fighters. Каждый раз будто выключают ещё одну лампочку в комнате, где ты вырос. И бьёт сильнее всего вот что: почти никто из наших не дожил до сорока — Хою было тридцать пять, Децлу тридцать пять, Горшку тридцать девять, Михею и вовсе тридцать один. Я стою на своей «Веге» сорокалетним и понимаю неуютное: я уже пережил по возрасту многих из тех, кто написал мою юность.
И всё же вот что я понял. Если музыка — это жизнь, то в ней есть место и смерти, но песни продолжают играть и тогда, когда людей уже нет. Голос Честера всё так же рвётся из колонок, Хой всё так же хрипит с той кассеты — в этом смысле они никуда не делись. Может, поэтому я так за всё это держусь: музыка едва ли не единственная часть жизни, которую время не стирает. В пятнадцать она делила мир на своих и чужих. В сорок — сшивает мою жизнь в одно целое, от родительской «Веги» до плейлиста в телефоне, где вперемешку живые и те, кого уже нет. И все эти дворы, стаи и потасовки оказываются не разными людьми, а одним мной, просто на разной громкости. Я люблю музыку. А музыка — это жизнь, как поётся у «Без Билета», и к сорока я понял, что это не красивая фраза из песни, а буквально то, как у меня всё устроено: пока играет музыка, никто из них не ушёл до конца.
А какая песня для вас работает как машина времени?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #музыка #меломан #воспоминания #ностальгия
Понимание пришло не вдруг. Просто в какой-то момент я поймал себя на том, что мне давно всё равно, из какой стаи песня. Сейчас я одинаково спокойно ставлю рок, рэп, поп, рэйв, техно — что угодно, если попадает в момент. В пятнадцать я счёл бы это предательством: настоящий фанат не скачет по жанрам. Но я вырос и понял простую вещь: вкус — это не нашивка на рюкзаке, по которой тебя принимают в стаю, а то, что откликается лично тебе, здесь и сейчас. Всеядность, которой я когда-то стыдился бы, оказалась не отсутствием вкуса, а его зрелой формой. Я перестал держаться за стаю, и вся музыка стала моей.
Уже потом я узнал, что у этого есть имя — «пик воспоминаний». Музыка, которая въедается навсегда, почти у всех приходит в одно окно, лет с тринадцати до двадцати с небольшим: мозг в эти годы жаднее всего ловит новое, а первые влюблённости и компании случаются на такой громкости, что песня рядом впаивается намертво — вместе с местом, запахом и человеком. Оттого я помню, кто что заказывал у меня на дискотеке, но убей не вспомню ни одного правила с тех уроков английского. Крепко сидит в нас и музыка родителей. Выходит, и «Вега», и Муромов застряли во мне не случайно. Мы не выбираем эту музыку — скорее она выбирает нас.
Слушаю я её теперь постоянно: наушники всегда с собой, в телефоне отдельно отвоёван кусок памяти под музыку, как под ключи или зарядку. Накрывает ностальгия — ставлю Муромова и снова становлюсь пацаном с яблоками на снегу. А могу прогнать всю дискографию The Offspring подряд, и «Smash» с «Americana» кручу раз по десять кряду. Живые концерты люблю отдельной любовью, хоть давно не был: до сих пор помню, какой энергетикой били Ёлка, Макс Корж, Pizza, «Каста» и НАУ — так, что пол под ногами становился той самой «Вегой», и я снова стоял на музыке. Вот что и делает меня меломаном: не коллекция винила на полке, не редкие пластинки, не умные разговоры про звук, а то, что к каждому куску жизни прикреплена своя песня, и я ношу их все с собой.
Правда, есть и оборотная сторона, о которой в пятнадцать не думаешь. Саундтрек твоей жизни собран из живых людей, а они уходят. Ещё в двухтысячном не стало Юры Хоя — того самого «Сектора Газа» с найденной мной кассеты. Потом Михей, Мурат Насыров с обложки «Союза», Горшок из «Короля и Шута», Децл — прямо на сцене, в тридцать пять. На Западе за один только 2017-й ушли сразу двое, чьи голоса звучали в наушниках: Крис Корнелл и Честер из Linkin Park. Следом Кит Флинт из The Prodigy, гитарист 3 Doors Down, барабанщик Foo Fighters. Каждый раз будто выключают ещё одну лампочку в комнате, где ты вырос. И бьёт сильнее всего вот что: почти никто из наших не дожил до сорока — Хою было тридцать пять, Децлу тридцать пять, Горшку тридцать девять, Михею и вовсе тридцать один. Я стою на своей «Веге» сорокалетним и понимаю неуютное: я уже пережил по возрасту многих из тех, кто написал мою юность.
И всё же вот что я понял. Если музыка — это жизнь, то в ней есть место и смерти, но песни продолжают играть и тогда, когда людей уже нет. Голос Честера всё так же рвётся из колонок, Хой всё так же хрипит с той кассеты — в этом смысле они никуда не делись. Может, поэтому я так за всё это держусь: музыка едва ли не единственная часть жизни, которую время не стирает. В пятнадцать она делила мир на своих и чужих. В сорок — сшивает мою жизнь в одно целое, от родительской «Веги» до плейлиста в телефоне, где вперемешку живые и те, кого уже нет. И все эти дворы, стаи и потасовки оказываются не разными людьми, а одним мной, просто на разной громкости. Я люблю музыку. А музыка — это жизнь, как поётся у «Без Билета», и к сорока я понял, что это не красивая фраза из песни, а буквально то, как у меня всё устроено: пока играет музыка, никто из них не ушёл до конца.
А какая песня для вас работает как машина времени?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #музыка #меломан #воспоминания #ностальгия
👍3❤1
Мы снимаем тысячи фотографий, но всё равно теряем собственную жизнь
Привет, это Андрей!
В прошлом году мы вернулись из Вьетнама и заехали в гости к дяде. Во время семейного застолья он достал старые фотоальбомы.
Мы начали листать их прямо за столом. Молодой дядя, молодые родители, свадьбы, поездки, застолья и совсем бытовые моменты. Люди стоят возле машины, смеются во дворе, просто сидят на кухне. Были даже фотографии с похорон. Раньше документировали не только красивое.
На одном снимке я увидел себя совсем маленьким. Рядом стояли мои родители, примерно того возраста, до которого я уже успел дорасти и немного перерасти.
Мне скоро сорок. И я уже старше, чем они на многих фотографиях из этих альбомов.
Сидишь за столом, вокруг всё те же родные люди (кого-то уже нет рядом), но на снимках они моложе, а ты меньше. И особенно ясно чувствуешь, как быстро прошло время. Родители стареют, родные стареют, ты сам стареешь. Ничего нового, конечно. Но старая фотография напоминает об этом убедительнее любых рассуждений.
В тот вечер я поймал себя на интересной мысли: детство и юность я помню лучше, чем последние 20 лет.
Хотя всё должно быть наоборот. Раньше фотографий было мало. Плёнка ограничивала, каждый кадр стоил денег, а результат приходилось ждать. Сегодня камера всегда лежит в кармане. У меня сняты путешествия, переезд, наша с Полиной свадьба, встречи с родителями и родственниками, сотни обычных дней, когда мы были счастливы.
Только всё это лежит где-то в облаке, на телефоне и жёстких дисках. Я почти никогда к ним не возвращаюсь.
Цифровой архив напоминает огромный склад собственной жизни без табличек и навигации. Вроде бы там хранится всё, но найти что-то конкретное становится всё сложнее. И чем больше этот склад, тем меньше хочется туда заходить.
Старый альбом работает иначе. Его можно достать с полки, положить на стол и листать вместе. Остановиться на одном снимке. Спросить, кто этот человек. Вспомнить историю, которую без фотографии никто бы уже не рассказал.
Даже неудачные кадры в таком альбоме становятся важными. Кто-то всё равно выбрал эту фотографию, напечатал, принёс домой и вклеил. У снимка появился вес.
А фотография в телефоне проживает несколько секунд, после чего её накрывают следующие десять.
Мне нравится идея фотодневника. Вклеивать снимки и подписывать не только дату с местом, но и то, что происходило вокруг.
Без таких подписей со временем остаются лица и место, но исчезает всё остальное: о чём мы говорили, что чувствовали и почему вообще решили сделать этот кадр.
Есть только одна проблема. Чтобы что-то напечатать, сначала нужно разобрать фотографии.
А их тысячи. Даже не тысячи, а тысячи тысяч.
Они лежат в папках с названиями «Разобрать», «Разобрать потом» и, вероятно, «Точно разобрать». Открываешь одну такую папку, видишь несколько лет собственной жизни и закрываешь обратно. Кажется, что для этого нужен отдельный отпуск.
Наверное, я слишком долго думал, что сначала должен навести порядок во всём архиве: удалить дубли, разложить фотографии по годам, странам и событиям. И только потом выбрать лучшее.
Но до этого «потом» можно никогда не добраться.
Поэтому я хочу начать с десяти фотографий. Не самых красивых и не технически идеальных. Просто десять кадров, которые важно не потерять.
Свадьба, путешествие, встреча с родителями или обычный вечер дома. Всё, где мы живые и счастливые.
Распечатать их. Вклеить в альбом или дневник. Подписать, кто здесь, где мы были и что происходило в тот день. А потом выбрать ещё десять.
Может быть, со временем получится фотокнига за год. Может быть, несколько альбомов, которые однажды кто-то достанет с полки во время семейного застолья.
И увидит нас молодыми.
Счастливые дни нужно документировать, пока они не растворились.
А вы печатаете фотографии или ваша жизнь тоже лежит где-то в облаке с обещанием однажды всё разобрать?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #фотография #память #жизнь
Привет, это Андрей!
В прошлом году мы вернулись из Вьетнама и заехали в гости к дяде. Во время семейного застолья он достал старые фотоальбомы.
Мы начали листать их прямо за столом. Молодой дядя, молодые родители, свадьбы, поездки, застолья и совсем бытовые моменты. Люди стоят возле машины, смеются во дворе, просто сидят на кухне. Были даже фотографии с похорон. Раньше документировали не только красивое.
На одном снимке я увидел себя совсем маленьким. Рядом стояли мои родители, примерно того возраста, до которого я уже успел дорасти и немного перерасти.
Мне скоро сорок. И я уже старше, чем они на многих фотографиях из этих альбомов.
Сидишь за столом, вокруг всё те же родные люди (кого-то уже нет рядом), но на снимках они моложе, а ты меньше. И особенно ясно чувствуешь, как быстро прошло время. Родители стареют, родные стареют, ты сам стареешь. Ничего нового, конечно. Но старая фотография напоминает об этом убедительнее любых рассуждений.
В тот вечер я поймал себя на интересной мысли: детство и юность я помню лучше, чем последние 20 лет.
Хотя всё должно быть наоборот. Раньше фотографий было мало. Плёнка ограничивала, каждый кадр стоил денег, а результат приходилось ждать. Сегодня камера всегда лежит в кармане. У меня сняты путешествия, переезд, наша с Полиной свадьба, встречи с родителями и родственниками, сотни обычных дней, когда мы были счастливы.
Только всё это лежит где-то в облаке, на телефоне и жёстких дисках. Я почти никогда к ним не возвращаюсь.
Цифровой архив напоминает огромный склад собственной жизни без табличек и навигации. Вроде бы там хранится всё, но найти что-то конкретное становится всё сложнее. И чем больше этот склад, тем меньше хочется туда заходить.
Старый альбом работает иначе. Его можно достать с полки, положить на стол и листать вместе. Остановиться на одном снимке. Спросить, кто этот человек. Вспомнить историю, которую без фотографии никто бы уже не рассказал.
Даже неудачные кадры в таком альбоме становятся важными. Кто-то всё равно выбрал эту фотографию, напечатал, принёс домой и вклеил. У снимка появился вес.
А фотография в телефоне проживает несколько секунд, после чего её накрывают следующие десять.
Мне нравится идея фотодневника. Вклеивать снимки и подписывать не только дату с местом, но и то, что происходило вокруг.
«В этот день мы страшно устали, но всё равно пошли гулять».
«Брат опять сказал, что не любит фотографироваться».
«Здесь мы ещё не знали, что через месяц переедем».
Без таких подписей со временем остаются лица и место, но исчезает всё остальное: о чём мы говорили, что чувствовали и почему вообще решили сделать этот кадр.
Есть только одна проблема. Чтобы что-то напечатать, сначала нужно разобрать фотографии.
А их тысячи. Даже не тысячи, а тысячи тысяч.
Они лежат в папках с названиями «Разобрать», «Разобрать потом» и, вероятно, «Точно разобрать». Открываешь одну такую папку, видишь несколько лет собственной жизни и закрываешь обратно. Кажется, что для этого нужен отдельный отпуск.
Наверное, я слишком долго думал, что сначала должен навести порядок во всём архиве: удалить дубли, разложить фотографии по годам, странам и событиям. И только потом выбрать лучшее.
Но до этого «потом» можно никогда не добраться.
Поэтому я хочу начать с десяти фотографий. Не самых красивых и не технически идеальных. Просто десять кадров, которые важно не потерять.
Свадьба, путешествие, встреча с родителями или обычный вечер дома. Всё, где мы живые и счастливые.
Распечатать их. Вклеить в альбом или дневник. Подписать, кто здесь, где мы были и что происходило в тот день. А потом выбрать ещё десять.
Может быть, со временем получится фотокнига за год. Может быть, несколько альбомов, которые однажды кто-то достанет с полки во время семейного застолья.
И увидит нас молодыми.
Счастливые дни нужно документировать, пока они не растворились.
А вы печатаете фотографии или ваша жизнь тоже лежит где-то в облаке с обещанием однажды всё разобрать?
сайт | дзен | вк
#андрейговорит #размышления #фотография #память #жизнь
❤3
Большой текст со старыми фотографиями на Дзене 👇🏻
https://dzen.ru/a/al-EdpcZkS4zIzW5
https://dzen.ru/a/al-EdpcZkS4zIzW5
Дзен | Статьи
Мы снимаем тысячи фотографий, но всё равно теряем собственную жизнь
Статья автора «Андрей говорит!» в Дзене ✍: В прошлом году мы вернулись из Вьетнама и заехали в гости к дяде. Обычное семейное застолье: разговоры, воспоминания, кто-то уже наливает чай.
🔥1