Cкифский лучник, служивший в экклесии в Афинах. Краснофигурная живопись на блюде. Вульчи, около 520–500 годов до н. э.

Экклесия — высший государственный орган в Афинах, народное собрание.

🏛️ Записки об Античности

Греческий полис
Ч.1

Цивилизации Древней Греции и Древнего Рима объединяются общим поня­тием — «античная цивилизация». Главным объединяющим началом является то, что структурообразующим элементом и греческой, и римской цивилизации была гражданская община. В Греции эта община называлась термином «по­лис», в Риме она определялась термином «цивитас».

Наиболее распространенным является определение, что полис — это город-государство. И в этом определении заключена одна очень важная характерная черта для античной цивилизации. То, что эта цивилизация городская, урба­нистическая, что сближает ее с современной западной цивилизацией.

Второй момент, который заключен в этом определении, — то, что греческие по крайней мере государства — а греческая модель развития гражданского общества несколько отличается от римской — были очень небольшими по своей территории. Греческие полисы, как правило, составлялись из двух основных частей: это городской центр и окружающая сельскохозяйственная территория, которая по-гречески называется хора.

как правило, греческие полисы были очень незначительны по своей терри­тории — и, значит, в них проживало очень небольшое количество насе­ления. Обычный типовой греческий полис занимал территорию приблизи­тельно в 100–200 квадратных километров, а многие полисы были и гораздо меньшего размера. Такие полисы-монстры, как Афины и Спарта, были, конечно, больше: Афинское государство занимало 2,5 тысячи квадратных километров, а Спарта в то время, когда она владела соседней Мессенией, — 8,4 тысячи квадратных километров.

Скажем, была такая знаменитая область в Центральной Греции — Фокида, очень небольшая, меньше, чем Аттика. Она прославилась тем, что там был Дельфийский оракул, и поэтому туда все время стекались паломники со всех концов света. Так вот, на этой территории — меньшей, чем террито­рия Афинского государства, — было 22 государства. В 2004 году вышло иссле­дование Копенгагенского центра по изучению полиса, по данным кото­рого после Великой греческой колонизации, когда греки распространились по всему Средиземноморью и Причерноморью, греческий мир насчитывал 1035 грече­ских полисов. Если сравнить это с тем, что сейчас в Организации Объединен­ных Наций всего около 200 государств, разница покажется очень значитель­ной.

главное для греческой модели — это существование огромного количе­ства небольших политических организмов. Население в греческих полисах тоже было достаточно ограниченным. Обычно количество граждан, то есть мужчин старше 20 лет, колебалось в пределах 5–10 тысяч человек. Такой монстр, как Афины, во второй половине V века до н. э. насчитывал прибли­зи­тельно 35–36 тысяч граждан. Обычно население даже самых крупных полисов, включая детей, женщин, неполноправные категории населения, которых в Гре­ции обычно называли метеками, а также рабов, не превышало двести тысяч человек.

Вторая очень важная черта для понимания, что есть полис — это статус его гражданина. Гражданин полиса назывался polit (кста­ти говоря, отсюда происходит термин «политика» — наука о государствен­ном управлении), и гражданский статус определяли три основные сущности.

Для античной цивилизации очень важно понятие «автаркия», то есть само­достаточность. С точки зрения и грека, и римлянина, экономически незави­симым человеком может быть только крестьянин, который производит все необходимое на своем собственном участке. Территории греческих полисов были очень незначительными, и расширяться они могли только за счет своих соседей. Но поскольку соседние полисы были приблизительно одинаковой силы, то достаточно рано оказалось, что путь внешней экспансии был невоз­можен. Это значило, что земельная собственность внутри полиса не могла расти.

Поэтому право на землю, то есть фактически на крестьянский труд, было только у граждан. Главная ценность в полисе — и в этом принципиальное отличие от современного общества — это земля.

Самым престижным видом труда для любого римлянина или гражданина любого греческого полиса было занятие сельским трудом. Крестьянами могли быть только граждане того или иного государства.

🏛️ Записки об Античности

Греческий полис
Ч.2

Античную форму собственности можно определить как частную соб­ственность, ограниченную рамками гражданского коллектива. Внутри грече­ского полиса были частнособственнические отношения: человек мог сдать свою землю в аренду, мог ее продать, он мог не заниматься сам земледелием на своем участке. Но только граждане могли иметь доступ к этой земле. Любой иноземец, представитель другого гражданского коллектива, другого государ­ства, даже обладая деньгами, никогда ни за какую сумму не мог приобрести земельный участок на чужой территории. Причем это касается не только кре­стьянских наделов, но и вообще недвижимости.

Скажем, в Афинах проживало достаточно большое количество неграждан — метеков. Они жили там из поколения в поколение, но дома, в которых они жили, юридически им не принадлежали. Как правило, их записывали на сосе­дей, которые имели гражданский статус. Земля, недвижимость — это высшая ценность в греческом полисном мире.

Эта самая экономическая независимость, которая, с точки зрения и грека, и римлянина, могла быть присуща только крестьянину, в античном обществе считалась необходимой предпосылкой политической свободы. Гражданское общество может состоять только из коллектива независимых самодостаточных собственников.

Второй момент, который характеризует гражданское общество, — то, что эти государства были очень маленькими и, соответственно, обладали не такими большими возможностями — особенно по сравнению с древне­восточными державами: с Египтом, с Персией, Ассирией, Нововавилонским царством и так далее. А одна из главных обязанностей любого государства — это защищать свою территорию, защищать свой гражданский коллектив. Поэтому и в гре­ческих полисах, и в Риме складывается очень важная харак­терная черта: все граждане-мужчины являются в течение своей жизни гарантами существования своего государства. То есть каждый гражданин является воином.

Вначале гражданский статус в греческих полисах определялся по отцу: матери могли быть разного происхождения, особенно в греческих колониях. Но позд­нее, в V веке до н. э., в Греции утверж­дается система, согласно которой гражданский статус получает только ребе­нок, ро­жденный в законном браке от гражданина и гражданки. Стать граж­данином можно было по рождению; получить гражданский статус было практически невозможно. Были случаи, когда органы государственной власти даровали гражданские права иноземцам, но это были редчайшие исключения. Поэтому гражданин, который не защитил свое государство, конечно, мог уехать в дру­гой греческий полис, но в другом греческом полисе он бы никогда не смог полу­чить статус гражданина. Он бы мог заниматься любыми делами, в том числе банковской деятельностью, ремеслом, торговлей, — но с точки зрения грека он был неполноценным человеком. Поэтому потеря граж­данского статуса для грека практически равнялась потере смысла жизни, и на войне он защищал свой гражданский статус, свою землю, свою семью, могилы своих предков.

И третья категория, которая характеризует гражданский статус, — это то, что в гражданском обществе каждый человек является участником политиче­ской жизни. Дело в том, что в обществе, которое состоит из собственников, то есть из экономически независимых людей, в обществе, где каждый граж­данин является воином, надавить на такого гражданина с помощью каких-то средств насилия невозможно. Да полисы и не обладали средствами принуж­дения. Это только богатые государства могут себе позволить такие органы, которые могут человека принуждать что-то сделать.

В Афинах были средства принуждения, была полиция. Было 600 рабов-скифов, которых купило государство, и они наводили порядок. Неграждане были поли­цейскими. Гражданин не имеет права толкнуть или схватить за руку: его при­влекут в суд за моральный ущерб. А раб имеет на это право, поскольку он не граж­да­нин, он не свободен. Он — орудие закона.

Каждый гражданин и в Греции, и в Риме имел право принимать участие в работе самого главного органа законодательной власти — народного собра­ния. В принципе, участие в политической жизни было правом, но не обязан­ностью.

Римская модель гражданства

Если греческая модель — это существование единого греческого этноса в политическом многообразии, то римская модель вообще не предполагает понятие этноса, народа. Римское государство развивается не на базе одного этноса — Рим с самого начала созда­вали представители разных этносов. Уже в раннюю эпоху, в эпоху царского Рима, Рим населяли — и составляли в нем гражданский коллектив — предста­вители трех народов: латинов, сабинов и этрусков. И в дальнейшем Рим будет расширяться — и расширяться будет не только его территория, но прежде всего состав его гражданского коллектива.

Во-первых, Рим постепенно будет осваивать окружающие территории и при­соединять земли разных народов — особенно в эпоху Римской республики, после 510 года до н. э. Когда в IV веке до н. э. будет создана римско-италийская конфеде­рация, римляне создадут идеальную модель подчинения своих союз­ников, входивших в состав этой конфедерации. Эти союзники, находясь на раз­ных ступеньках подчинения Риму, в принципе, имели возможность в итоге полу­­чить римское гражданство. Римляне уже в эпоху Республики давали пра­ва римских граждан представителям разных народов, населявших Италию, иногда индивидуально, а иногда — целым общинам.

Это первая форма расширения гражданского коллектива. Вторая форма рас­ширения заключалась в том, что в Риме, как и в греческих полисах, с самого начала, помимо собственно граждан — а эти граждане назывались патриция­ми, — постепенно увеличивалось количество негражданского населения, кото­рое называлось плебеи. Как считается, это были переселенцы из других мест, хотя есть разные теории по происхождению этой категории. Уже к концу цар­ского периода плебеи стали численно превосходить граждан. И если в грече­ских полисах они не могли дать метекам гражданские права, то римляне за счет увеличения земельных участков, которые они завоевывали в результате войн, постепенно включали плебеев в состав своего гражданского коллектива.
Борьба патрициев и плебеев продолжалась более 250 лет: с середины VI века до н. э. до 287 года до н. э., когда диктатор Гортензий окон­чательно уравнял плебеев с патрициями в гражданских правах.
Плебеев постепенно включили в военную организацию, им постепенно стали выдавать участки, и постепенно они стали включаться в структуру государ­ственного управления. Сначала из них стали выбираться так назы­ваемые плебейские трибуны, потом они вошли в сенат, потом они в принципе были допущены до участия во всех органах власти.

В 88 году до н. э., после восстания италийских союзников, римляне даровали права всему населению Италии. И если до этого римское население насчи­ты­вало приблизительно 400 тысяч человек, то после этого оно постепенно стало составлять более 4 миллионов человек. Во времена Империи иногда частным людям, иногда отдельным общинам, а иногда целым провинциям давали права римского гражданства. В 212 году император Каракалла даровал всему свобод­ному населению Римской империи, от Британии и до Сирии, права римских граждан. Правда, во времена Империи это было уже не столько право, сколько обязанность, прежде всего налоговая обязанность, но это не важно, поскольку многие люди с гордостью носили звание римского гражданина.

В греческом мире было несколько различных форм политического устройства. Все они были проанализированы Аристотелем в «Политике». В принципе, их можно свести к двум основным формам — это демократия и олигархия. Причем нужно отметить, что в современном бытовом языке эти термины получили совершенно не свойственные им изначально обозначения. Обычно демократия — хотя это проскальзывает и у античных авторов — определяется как «власть большинства». Но демос только в эпоху архаики противостоял дру­гой части населения каждого греческого полиса, которая называлась аристо­кратией, а в конце архаического периода аристократия вошла в понятие «де­мос». Так что демос — это обозначение гражданского коллектива какого-либо полиса, а демократия — власть гражданского коллектива, но где решения при­нимаются путем голосования — то есть большинством.

Слово «олигархия» у нас тоже стало пониматься иначе. У нас почему-то оли­гархами стали называть богатых людей. Но самые богатые люди жили в демо­кратических Афинах, и они дрались и часто умирали за эту самую демократию. Дело не в этом. Само слово «олигархия» имеет отношение только к форме власти: oligoi — «немногие», arkhe — «власть». Поэтому олигархами может быть только небольшая группа людей, которая связана непосредственно с властью.

Рассказывать о демократии и олигархии удобнее всего на примерах двух госу­дарств: это демократические Афины и Римская республика. Начнем с Афин.

Надо сразу отметить, что путь Афинского государства к демократии занял очень длительный промежуток времени. Обычно начало создания демократи­ческого устройства отсчитывают с реформ Солона — это 594 год до н. э. А как о сложившейся системе о демократии можно говорить в середине V века до н. э. То есть на складывание ушло 150 лет. Причем система, конечно же, никогда не была застывшей; застывшая политическая система — это смерть для государства. Конечно же, афинская система изменялась — усложнялась, совершенствовалась. Но главное, что она просуществовала очень недолго; до 322 года до н. э. И в Греции все демо­кра­тические режимы погибли в конце IV века. То есть демократический эксперимент оказался очень неудачным.

Что характеризует демократию как политическую систему? Во-первых, в лю­бом нормальном государстве есть три ветви власти. Без этого невозможно. В восточной деспотии один человек объединяет все три ветви в один кулак, а демократия разделяет эти ветви государственного управления.

Главной ветвью власти является власть законодательная. Только законодатель­ная власть устанавливает правила жизни в обществе.

Во всех греческих полисах и в Риме всегда есть два органа законодатель­ной власти: народное собрание, в котором участвуют все граждане мужского пола старше 20 лет, и совет. И законными являются только те решения, которые принимаются этими двумя органами — народным собранием и советом. То, что пытались иногда принимать либо совет, либо народное собрание, счи­тается нелегитимным.

Политическая форма власти определяется соотношением полномочий совета и народного собрания. Где больше полномочий у народного собрания — там демократия. Где больше полномочий у совета и существует особая система выбора в него людей из определенного круга — там обычно олигархия.

В Афинах — как и вообще во всем Древнем мире — в народном собрании при­нимали участие, естественно, только мужчины.

Мужчины, после того как они два года, с 18 до 20 лет, отслужили в армии, име­ли право участвовать в народном собрании. Народные собрания — это орган, который действует регулярно. Заранее объявлялась повестка дня и место, где должно было проходить собрание. Чаще всего оно проходило недалеко от Акрополя, на холме Пникс, где до сих пор можно увидеть остатки сидений той трибуны, которая была внизу.

В народном собрании мог принять участие каждый афинский гражданин, хотя это не было его обязанностью. Но обязанностью в гражданском обществе является выполнение тех законов, которые приняты законодательными органами власти. Либо ты сам принимаешь участие в решении своей судьбы, судьбы своего государства, либо ты выполняешь то, что приняли для тебя другие.

Греческая демократия

Важный момент, который отличает демократию от других форм правления, скажем от Рима: в Риме в народных собраниях будет только голосование, а при демократии обязательно обсуждение. Важный принцип демократии — это исегория, принцип свободы слова. Свобода слова — это право каждого гражданина участвовать в обсуждении любого вопроса в официальных органах власти.

Кстати, с этим связан еще один очень важный момент, отличающий демо­кратию от, например, олигархии. При демократии существует право законо­дательной инициативы каждого гражданина. В Риме только высшие маги­страты имели право вносить законодательные акты. Поэтому народным собранием обсуждались все законы, постановления, вопросы войны и мира, вопросы экономического снабжения, религиозные вопросы — практически любые вопросы. И любой гражданин имел право участвовать в обсуждении этого закона. Затем происходило голосование, и то решение, за которое голосовало большинство, считалось принятым.

Второй орган законодательной власти — это совет. Зачем он был нужен и кто в него входил?

Для чего нужен совет: вот в Афинах был Совет пятисот. Он был создан еще в конце VI века до н. э., во время реформ Клисфена. Ну, сначала Солон создал Совет четырехсот, потом Клисфен реорганизовал его в Совет пятисот. В афин­ский совет попадали путем жеребьевки. Из числа лиц, которые изъявили жела­ние стать булевтами, то есть членами совета, проводилась жеребьевка, и из каждой политической единицы — в Афинах это называлось фила — выби­рали по 50 человек. Причем, поскольку не было никаких цензо­вых ограниче­ний, возрастных ограничений — человек должен только быть старше 30 лет, — то Совет по своему составу ничем не отличался от народного собрания. Это была выборка. Поэтому никогда никаких противоречий между советом и народным собранием не существовало.

Любой вопрос, который должен был обсуждаться в народном собрании, сна­чала поступал в совет. В этом органе власти, который был гораздо меньше по числу участников, было легче обсуждать любые вопросы. Сначала совет обсуждал какой-то вопрос и принимал решение, которое записывалось, — это называлось пробулевма, а затем народное собрание не просто рассуждало о том, как хорошо построить мост, а на мосту завести лавки, а обсуждало текст, который предложил совет. Поэтому, хотя каждый мог выступить по поводу этого текста, обсуждение носило конструктивный характер. Народное собрание имело право отвергнуть решение совета, но чаще всего принимало, в некото­рых случаях добавляя те пункты, которые считало нужным. Поэтому каждый законодательный акт начинался словами «Совет и народ постановили…». А в Риме — словами Senatus Populusque Romanus, то есть «Сенат и народ рим­ский постановили…».

при демократии каждый человек обладает правом законо­дательной инициативы. Поэтому каждый закон имел своего автора. И поэтому каждый закон начинался словами о том, что при правлении такого архонта, который считался номинальным магистратом, возглавлявшим Афинское госу­дарство в тот или иной год, в дежурство такой-то филы, при секретаре таком-то, такой-то человек внес предложение. Так вот, если закон, даже при­нятый советом и народным собранием, имел негативные последствия, отвечал за эти негативные последствия инициатор закона. Власть есть ответственность.

В Римской республике три ветви власти тоже были разделены, и внешне зако­нодательная власть напоминала афинскую. Там тоже было два законода­тель­ных органа: народное собрание, куда входили все граждане, и совет, в который входили не все, — здесь он назы­вал­ся сенат. Но, в отличие от Афин, здесь боль­ше полномочий было не у народного собрания, а у совета.

Народные собрания в Риме назывались комиции, и, что интересно, одновре­менно в эпоху Республики сосуществовали три вида народных собраний, три вида комиций. Теоретически римский гражданин мог входить в три различ­ные комиции.

Самый древний вид комиций — это куриатные комиции, которые ведут свое происхождение еще с царской эпохи, но в республиканское время они в основ­ном играли важные функции в религиозной жизни, в жизни патрицианских родов.

Учитель музыки и ученик. Краснофигурная роспись. Афины, около 480 года до н. э.

Когда мы сегодня говорим об образовании, как правило, мы имеем в виду некую подготовку к жизни, передачу профессиональных знаний и навыков. То есть, например, когда абитуриент приходит на день открытых дверей, он первым делом спрашивает: «Кем я буду работать, когда закончу ваш факультет?»

С точки зрения всей античности, с точки зрения греков и римлян, такая поста­новка вопроса свободному человеку не подобает. Она подобает рабу или ре­месленнику. А ремесло — это необязательно необходимость что-то делать рука­ми, ремесло может быть интеллектуальным, однако оно отличается имен­но своей ограниченной практической применимостью. И в силу этого подходит не для всех.

Разумеется, и в Античности были ремесленники, которые тоже чему-то учи­лись, и об этом мы тоже можем говорить как об образовании. Как правило, это была передача знаний от отца к сыну или в рамках школ — например, суще­ство­вали школы живописи или школы медицины. Но в первую очередь, когда мы говорим об образовании в Античности, имеется в виду не это.

Имеется в виду то, что греки называли пайдейя (paideia). Это воспитание сво­бодного человека, которому предстоит на общественном поприще демонстри­ровать свою доблесть, arete, иногда это переводят как «добродетель». Речь идет о том, чтобы воспитать хорошего человека и гражданина; джентльмена, мы мог­ли бы сказать, который, в зависимости от того, какой век на дворе, уже будет сам решать, чем ему дальше заняться. Как правило, это или политиче­ская деятель­ность, или государственное управление, или военная служба; впо­следствии, уже в Поздней Империи, это может быть церковная служба — но, что бы это ни было, человек, получивший хорошее образование, не заточен под решение определенного круга технических задач. Он должен в первую очередь состо­яться как человек, как разумное существо, стать мудрым, доблестным, спра­­ведливым и эти качества научиться проявлять в своих делах и речах, в чем ему помогала риторика. В этом случае он может считаться в полной мере образованным.

Разумеется, античное образование нацелено прежде всего на воспитание здо­ровой элиты, это образование элитарное. Лишь со временем этот идеал раз­вития личности через философские школы, а впоследствии через церковь проецируется на всех людей, включая рабов и женщин.

Как обучали детей в древней Греции?

Примерно до семи лет ребенка ничему специально не учили. Он нахо­дился на попе­чении женщин — матери, кормилицы или няньки, от которых никаких специальных образовательных усилий, ранних развивашек не тре­бовалось. От них требовалось, чтобы они грамотно говорили, чтобы ребенок не нахва­тался просторечных слов, от них требовалось благопристойное поведение. Конечно, философы время от времени предлагали начинать образование рань­ше, но общая практика вот такая.

Примерно с семи лет начиналось образование. До классической эпохи началь­ное образование заключалось в том, что мальчик посещал уроки кифариста, который учил его музыке, и уроки педотриба. Педотриб — это тот, кто учил его гимнастике, можно сказать — учитель физкультуры. Уже в классический период это образование дополняется уроками грамматиста, то есть учителя, который обучает грамоте.

Задачей воспитания является, по определению Аристотеля, деятельность, согласная с добродетелью. Поэтому все предметы так или иначе направлены на развитие добродетелей: мужества, воздержанности, мудрости и справедли­вости. Хотя Античность признавала необходимость хорошего происхождения, «природы» для того, чтобы человек мог достичь нравственного идеала, это условие считалось необходимым, но недостаточным. Поэтому образованию вообще уделялось большое внимание. Сегодня это довольно сложно себе представить, но в конечном итоге даже исследования природы, философия оказывались областью воспитания человека, развития его человечности как таковой.

Прикладное значение гимнастики и грамоты, необходимых для исполнения гражданских и военных обязанностей, вполне очевидно. Но интересно, что сами древние объясняли такой набор предметов необходимостью заботы о душе ребенка, а не прикладными целями.

В диалоге «Протагор» софист говорит о том, что родители велят учите­лям больше заботиться о благонравии, чем о грамотности или игре на кифаре. И даже спорт, прикладное значение которого связано с развитием выносли­вости, ловкости и силы, должен способствовать «правильному мышлению» и «мужеству». Эту мысль Платон повторяет и в диалоге «Государство», на этот раз устами Сократа, где Сократ говорит о том, что недостаток физической нагрузки, перекос в сторону мусической составляющей ведет к изнежен­ности, к вялости человека. То есть нравственная подготовка, развитие добро­детели даже в спорте играет определяющее значение.

Это тем более касается грамоты: когда дети усвоили буквы и могут понимать написанное, они учатся читать и заучивают творения хороших поэтов, обращая внимание в первую очередь на слова и поступки, достойные подражания.

Выбор учителей, срок пребывания в школе определялись, как правило, роди­телями. На этом этапе ребенок сначала учился читать и писать и сразу после этого знакомился с поэтами, которых, как правило, заучивали наизусть, декла­мировали и изучали всеми возможными способами — изучали различные непо­нятные слова, мифологию, связанную с поэтами, и так далее.

На изображении: Уроки литературы и математики. Краснофигурная роспись. Афины, около 480 года до н. э.

Гонки колесниц. Фрагмент росписи панафинейской амфоры. Около 520 года до н. э.

В широком смысле слова агоном в Древней Греции называлось любое состязание, спор. Чаще всего проводились спортивные состязания (атлетические соревнования, конные скачки или гонки колесниц), а также музыкальные и поэтические состязания на городских праздниках.

Кроме того, слово «агон» использовалось в более узком значении: в древнегреческой драме, особенно в древней аттической комедии, так называлась часть пьесы, во время которой на сцене происходил спор между персонажами. Агон мог разворачиваться либо между актером и хором, либо между двумя актерами и двумя полухориями, каждое из которых поддерживало точку зрения антагониста или протагониста. Таким агоном является, например, спор поэтов Эсхила и Еврипида в загробном мире в комедии Аристофана «Лягушки».

В классических Афинах агон был важной составной частью не только театрального состязания, но и дебатов об устройстве мироздания, происходивших в философ­ских школах. Структура многих философских диалогов Платона, где сталкиваются противоположные взгляды участников симпозиума (в основном это Сократ и его противники), напоминает структуру театрального агона.

Древнегреческую культуру часто называют «агональной», так как считается, что «дух соревнования» в Древней Греции пронизывал все сферы человеческой деятель­ности: агональность присутствовала в политике, на поле боя, в суде, формировала повседневную жизнь. Первым этот термин в XIX веке ввел ученый Якоб Буркхардт, который считал, что у греков было принято проводить состязания во всем, что заключало в себе возможность борьбы. Агональность действительно пронизывала все сферы жизни древнего грека, но важно понимать, что не всякого: изначально агон был важной частью жизни греческой аристократии, а простолюдины в сорев­нованиях участвовать не могли. Поэтому Фридрих Ницше называл агон высшим достижением аристократического духа.