Америка

part_1

Восемнадцать лет назад в Турции я познакомился с одним из своих лучших друзей — Гришей. Он научил меня бриться, пить коктейли (ёрш) и открыл доступ к новому для меня типу музыки — группе The Doors. Через пару месяцев после поездки это знание помогло мне найти круг общения на первом курсе университета, когда дружеский круг определялся культурными предпочтениями. Все то лето и следующую осень, я непрерывно гонял в своем серебристом волкмене диск The Greatest Hits подходящего золотого цвета. Его, таким же подходящим образом, закрывала песня The End —  которую я переслушиваю сейчас. В ней лирический герой много раз бросает клич — Ride the snake! (оседлай змею — змею дороги) — пустись в путь за запад. Так шесть месяцев назад мы с Аней улетели из Парижа в Нью-Йорк. Музыка The Doors, книжки Керуака про битников путешествующих по Америке шестидесятых, и более ранние воспоминания — книги Джека Лондона о покорении Аляски, трилогия желания Драйзера о построении первых капиталистических империй — были связаны с моим внутренним образом Америки, наполненным свободой, движением по бесконечным дорогам, возможностями и смелыми людьми, строящими свои судьбы и создающими новую культуру.

Говоря о чем-то “американском” в этом тексте, я не пытаюсь равнять всех американцев под одну гребенку. Все люди разные, но в то же время, если взять двух человек из разных стран, у них может быть много общего. В этом тексте я пытаюсь обозначить те отличительные особенности, которые в моем восприятии составляют антропологический рельеф этой страны — выделить те особенности и стереотипы, о которых ожидают услышать, когда задают вопрос — ну и как там? Мы приехали в Нью-Йорк в связи с предложением работы — по приглашению. Ни я, ни Аня до этого в Америке ни разу не были, поэтому наши ожидания были основаны на картинках из фильмов и не были искажены поиском лучшей жизни или мечтой об иммиграции. Стоит заметить, что заключения эти основаны на непродолжительном пребывании в городе, который на остальную страну похож очень отдаленно.

part_2

Говорят, что Америка — страна возможностей. Это действительно так — во многих сферах существуют не то что социальные лифты, а социальные ракеты, которые позволяют, нарушив классовую принадлежность, создать капитал и примкнуть к элите, почти вне зависимости от расового или религиозного происхождения. В кино есть Голливуд, в театре — Бродвей, в спорте — NHL, NFL, NBA, в медицине — лучшие больницы и университеты, в бизнесе — Силиконовая долина и Уолл-Стрит, в науке — университеты лиги плюща. Все это существует благодаря огромному внутреннему рынку — успех быстро масштабируется на всю самую богатую в мире страну, а потом и на большую часть остального мира, тесно связанного с Америкой культурно и экономически. Будучи здесь — чувствуешь, что ты в центре мира — никто не оглядывается на другие страны, компании, все работают на свой успех. Недаром, судя по вывескам, половина пиццерий на Манхэттене — лучшие в мире, а американский конкурс красоты — мисс Вселенная.

Эти институты и среда вокруг них позволяют немногим достойным и удачливым крупно выиграть. Низкое вмешательство государства развязывает невидимую руку «свободного» рынка — позволяет победителям расти и менять сами рынки под себя, создавая фантасмагорические перегибы. Ярким примером этого является сектор здоровья — в нем значительная часть населения, которая лечение себе позволить не может и заклеивает дырки в зубах специальной жвачкой из аптеки, соседствует с лучшими в мире медицинскими учреждениями, которые почти излечили рак и ВИЧ. Последнее объясняется в два раза более высокими тратами на здоровье — страховые и фармацевтические компании и сети госпиталей вместе работают ради повышения цен, доходя до абсурда. Простой поход к врачу иногда заканчивается счетом в тысячи долларов, который можно оспорить, если хватает духа, и уменьшить в разы, угрожая судом. Другой пример — мюзикл Гамильтон — идет на Бродвее уже около пяти лет, но все еще исполняется два раза в день семь дней в неделю, сменив уже с десяток составов. И это работает — он собирает полные залы, ведь даже несмотря на уже уставших актеров, которые потеряли мотивацию на отдачу, публика все равно будет подпевать вошедшим в популярную культуру песням.

part_3

Многие услуги и объекты инфраструктуры появились или широко распространились здесь впервые — интернет, мобильная связь, современная банковская система, частные автомобили, широкий доступ к недвижимости, благодаря кредитованию. Американцы уже давно живут в будущем, но это скорее ретро-футуризм, потому что все эти новшества внедрялись в своих изначальных версиях, тогда как другие страны, благодаря отставанию, могли внедрять улучшенные версии. К этой тенденции сохранять первые версии есть другой интересный пример в Японии — дизайн большинства сайтов до сих пор оптимизирован для использования на кнопочных раскладушках из начала 2000-х. Эта организационная и промышленная инерция применима так же и к отдельным компаниям. Чем больше и успешнее компания, тем сложнее ей менять курс и привычки (см. Innovator’s dilemma). Так вот, сам факт того, что в Америке многие отрасли находятся во вчерашнем дне, тоже косвенным образом увеличивает возможности для перепридумывания и нового бешеного успеха. Таким образом, находясь на шаг позади во многих отраслях, Америка все время готовится прыгнуть вперёд.

Свободный рынок воздает по заслугам тем, кто дерзает и пробует себя. Читая о предпринимателях, которые поднимают миллионы на бизнес в долине, до переезда я обычно от этого абстрагировался — но в Америке увидел на примере нескольких человек, что это действительно дело хорошей идеи и отличного исполнения — ума, труда и удачи. Успех измеряется деньгами, а деньги позволяют потреблять. Потребление тесно привязано к американскому, а теперь и просто современному стилю жизни. В Америке видишь, что такое настоящее потребление — личное удобство превыше всего, если имеются средства. Улицы мегаполиса наполнены огромными черными грузовиками-внедорожниками — город пронизан автомагистралями, выдавливая финансирование общественного транспорта. В спортивных барах телевизоры висят каждые полтора метра — разговаривая с другом, можно не упускать из вида детали игры, а повернувшись к бармену заказать очередной напиток, не пропустив тачдаун. На одной и той же улице в ряд стоят многоквартирные дома с бассейнами, симуляторами гольфа, спортивными залами, большая часть которых простаивает. В первую неделю здесь мы ехали в такси в Икею и таксист, выходец из одной из республик СССР, сказал, что Нью-Йорк дает многое, но тут же все забирает обратно.