Дверь за ними закрылась с тяжёлым, почти неприличным вздохом. Зал’таир скинул камзол прямо на пол, не глядя, куда тот упадёт.

 
 — Ты танцевала сегодня с другим, — произнёс он так, словно это была государственная измена.  


Аэлария, уже стягивала с себя платье, усмехнулась.


— Всего один танец.

— Этот танец принадлежал мне.

— Я танцевала с тобой весь вечер. Ревнуешь к одному танцу после пяти часов, когда я висела на тебе?  


Он подошёл вплотную той самой походкой — от которой у придворных дам обычно подкашивались колени.  


— Забыл? Нет. Но я жадный. Ты должна мне танец. И я хочу компенсацию. Прямо сейчас.  


Девушка приподняла бровь. На губах дрогнула опасная улыбка. 


— И какой же размер компенсации желает Его Величество?


 Зал’таир наклонился так близко, что его дыхание коснулось её шеи.

— Станцуй для меня. Только для меня. Без платья. Без музыки. Без зрителей.  


Она тихо засмеялась

— Ты всегда был ужасным переговорщиком, любовь моя.

— Зато я чертовски хорош в сборе долгов, — он поймал её запястье, поднёс к губам и чуть задержал дыхание. — Плати. И лучше с процентами.