[MY archive] 📝 09.01.19
Я бы сейчас села в самолет и отправилась туда, где я когда-то посеяла надежду и свою мечту. Туда, где она сможет вырасти и обязательно вырастит, распуская свои плоды.
Я бы темным вечером вышла на улицу; я бы не брала с собой карту этого города и не спрашивала бы дорогу у прохожих; я не зная этих мест шла бы туда, куда вел мой непоколебимый взгляд.
Я бы останавливалась временами, вдыхая этот воздух, такой другой, но почему-то такой нужный и долгожданный, словно снег зимой в южных странах, неуверенно спрашивая себя «почему именно здесь», а затем продолжая идти по темной улице с крутым спуском вниз, освещенной тусклыми фонарями; я бы посетила каждый уголок этих узких переулков, с многочисленными круглосуточными кафешками и магазинчиками, прошла бы столько шагов, сколько посчитать не по силам самому мудрому, сколько бы он не пытался.
Я бы не смотрела на время, с непониманием разглядывая проезжающие и сигналящие мне вслед машины, и лишь потом бы до меня дошло, что я шагаю не по тротуару, предназначенному для пешехода;
я бы искала ответы в небе, в безэмоциональных прохожих, в длинных улицах, высоких зданиях и напротив, в низких, расположенных вдоль улицы, по правой стороне от меня, домиков, и в огромной полной луне. Она тут значительно больше и ближе,
а я, свободнее и счастливее.
Я бы сейчас села в самолет и отправилась туда, где я когда-то посеяла надежду и свою мечту. Туда, где она сможет вырасти и обязательно вырастит, распуская свои плоды.
Я бы темным вечером вышла на улицу; я бы не брала с собой карту этого города и не спрашивала бы дорогу у прохожих; я не зная этих мест шла бы туда, куда вел мой непоколебимый взгляд.
Я бы останавливалась временами, вдыхая этот воздух, такой другой, но почему-то такой нужный и долгожданный, словно снег зимой в южных странах, неуверенно спрашивая себя «почему именно здесь», а затем продолжая идти по темной улице с крутым спуском вниз, освещенной тусклыми фонарями; я бы посетила каждый уголок этих узких переулков, с многочисленными круглосуточными кафешками и магазинчиками, прошла бы столько шагов, сколько посчитать не по силам самому мудрому, сколько бы он не пытался.
Я бы не смотрела на время, с непониманием разглядывая проезжающие и сигналящие мне вслед машины, и лишь потом бы до меня дошло, что я шагаю не по тротуару, предназначенному для пешехода;
я бы искала ответы в небе, в безэмоциональных прохожих, в длинных улицах, высоких зданиях и напротив, в низких, расположенных вдоль улицы, по правой стороне от меня, домиков, и в огромной полной луне. Она тут значительно больше и ближе,
а я, свободнее и счастливее.
«Твой путь, который ты построил у себя в уме, никогда не будет опрометчивым. Доверяйте своим мыслям и делайте то, что пожелаете. Именно тогда вы будете проживать жизнь, которой искренне наслаждаетесь, и просто испытывать счастье.»
Jeon Hoseok, from BTS
Jeon Hoseok, from BTS
Forwarded from rkive by blue side
Нам просто нужно немного времени. Неважно, насколько большой кажется проблема, просто нужно время, чтобы понять ее настоящие масштабы. Потом мы посмеемся над этим. Вот как надо справляться, думаю, нужно просто переждать
by mon amour
by mon amour
« Мой ангел хранитель, наверное, Люцифер.
Когда он приходит, мир пахнет табачным дымом.
О, как безгранична ирония высших сфер, смотрящих сквозь нас бессердечно-неумолимо.
«Мой ангел, – прошу я, – ты должен меня спасти!»
За створкой зрачка отвращение вьётся коброй.
Мой ангел давно просто ненависть воплоти.
За каждый вопрос мне положен кулак под рёбра. Куда б я ни шёл, он всегда за моей спиной.
Хватает за локоть и дышит пьянящим хмелем.
За жалобы мне полагается лишь пинок.
Никак не пойму, кто мой ангел на самом деле?
Он вечно шипит, что меня здесь никто не ждёт,
я – ноль, я – обуза, пародия на уродца.
Он мне предлагает билеты на самолёт, который, возможно, сегодня же разобьётся.
Но я не сдаюсь, ведь без боя я не умру.
Пускай себе злится, покуда я жив и весел.
Когда нам обоим наскучит играть в игру, я думаю, он непременно меня повесит.
Но мы пока вместе. Он держит в руке кинжал,
А я под джинсовкой таскаю резак из стали.
От вечного стресса ладони мои дрожат,
но я ещё жду, ведь когда нибудь он устанет.
День сходит на убль. Сегодня была ничья.
Сижу у окна и смотрю, как вскипает чайник.
В кассетнике «kiss» вновь беснуются и кричат,
Все прочие звуки стихают необычайно.
Пьяной горечью пахнет опущенный в чай тимьян.
Ангел снова заводит одну из своих нотаций:
«Ты пойми, этот мир бьет намного сильней, чем я,
Вот поэтому я и учу тебя защищаться.» »
NN
Когда он приходит, мир пахнет табачным дымом.
О, как безгранична ирония высших сфер, смотрящих сквозь нас бессердечно-неумолимо.
«Мой ангел, – прошу я, – ты должен меня спасти!»
За створкой зрачка отвращение вьётся коброй.
Мой ангел давно просто ненависть воплоти.
За каждый вопрос мне положен кулак под рёбра. Куда б я ни шёл, он всегда за моей спиной.
Хватает за локоть и дышит пьянящим хмелем.
За жалобы мне полагается лишь пинок.
Никак не пойму, кто мой ангел на самом деле?
Он вечно шипит, что меня здесь никто не ждёт,
я – ноль, я – обуза, пародия на уродца.
Он мне предлагает билеты на самолёт, который, возможно, сегодня же разобьётся.
Но я не сдаюсь, ведь без боя я не умру.
Пускай себе злится, покуда я жив и весел.
Когда нам обоим наскучит играть в игру, я думаю, он непременно меня повесит.
Но мы пока вместе. Он держит в руке кинжал,
А я под джинсовкой таскаю резак из стали.
От вечного стресса ладони мои дрожат,
но я ещё жду, ведь когда нибудь он устанет.
День сходит на убль. Сегодня была ничья.
Сижу у окна и смотрю, как вскипает чайник.
В кассетнике «kiss» вновь беснуются и кричат,
Все прочие звуки стихают необычайно.
Пьяной горечью пахнет опущенный в чай тимьян.
Ангел снова заводит одну из своих нотаций:
«Ты пойми, этот мир бьет намного сильней, чем я,
Вот поэтому я и учу тебя защищаться.» »
NN