2:10 pm. 26.01
я внезапно словил себя на отвратительной мысли. следом прозвучал мнимый вопрос: «когда ты перестал верить?» и «как ты стал тем, кого презирал?».
интуиция, самообман или реальное желание?
‘будет больно’ — это я знал точно.
и так же точно себе пообещал сделать все возможное, чтобы сохранить и добиться другой реальности.
а мои раздражающие думы, с ноткой негатива, должны были обязательно потерпеть неудачу.
вероятно, так оно и будет
я внезапно словил себя на отвратительной мысли. следом прозвучал мнимый вопрос: «когда ты перестал верить?» и «как ты стал тем, кого презирал?».
интуиция, самообман или реальное желание?
‘будет больно’ — это я знал точно.
и так же точно себе пообещал сделать все возможное, чтобы сохранить и добиться другой реальности.
а мои раздражающие думы, с ноткой негатива, должны были обязательно потерпеть неудачу.
вероятно, так оно и будет
впервые почувствовав такую растерянность, я не нашел убежище для своих чувств,
этим же вечером я выбрал остаться пустым
этим же вечером я выбрал остаться пустым
— если я в твоей жизни промежуточный, — Хосок присаживается на корточки рядом с мягким, огромным диваном, где сидит Чон, локти на колени опустив, голову не склоняет, смотрит на старшего, пока тот, выдохнув, продолжает, — значит тебя ждет что то более счастливое — Хосок еле поднимает уголок губ, свободной рукой касаясь щеки младшего, проводит большим пальцем и вновь тишину нарушает — меня успокаивает эта мысль. тогда я становлюсь безмерно радостным за будущего тебя. — старший заканчивает речь, встает и моментально скрывается в более темном коридоре, чем зал, в котором находился временем ранее, рядом с Чонгуком, лишь бы тот истинных чувств его не считал,