А вот тут можно всех посмотреть

Для всех, кто не понимает успеха «Аноры» у иностранного зрителя - сейчас все понятно объясню.

Помимо того, что это просто охуительный и душевный фильм, который пролетает на одном дыхании, он еще и истерически смешной и имеет тот самый ключик к сердцу зрителя - ЖИВОЙ. Что это значит?

Шон Бейкер как режиссер сделал ход конем, пригласив российских актеров на роль русских, а не взял русскоговорящих коллег из США. Сделайте удивленное лицо: языковая конструкция, произношение и актерская школа действительно существуют.

Наверняка, вы сейчас смотрите «Игру в Кальмара 2». Ради эксперимента, посмотрите хотя бы десять минут на языке оригинала - покажется, что все «переигрывают». Тянут гласные, повышают тон и звучат слишком эмоционально. Хотя для носителя корейской культуры - это норма.

Просто напомню, что это не японцы звучат, как персонажи аниме - это мы их так воспринимаем. Напомнить, как говорят на русском в американском кино? Kakie vashi dokazatelstva?! - Kokainum.

Шон Бэйкер мастер «живого» кино, в его фильмах часто снимаются НЕактеры, которых он «кастингует» прямо на улице. Эти люди в кадре существуют по другой схеме, не по-голливудскому стандарту. Его метод: разрешить импровизировать, меняя изначальный текст под свою органику, главное - чтобы читалась эмоция персонажа.

Бэйкер так же часто юзал в «Аноре» ручную камеру и ОЧЕНЬ часто решал сцены длиннющими дублями. Это подсознательно придает документальности происходящему, за счет ощущения реального времени, что удачно фиксирует смену эмоций в разговорах и действии.

И вот, он берет российских актеров и использует свои таланты постановщика на полную, позволяя тем играть в соответствии со своей «актерской школой» и языковой конструкцией. Так и появились Марковские «exactly бля» и Юрины «нихуясебе» вместо «impressive».

«Анора» работает так же благодаря жанру. Алексей Серебряков в «Никто» у Найшуллера и у Бэйкера играет, по сути, один типаж - криминальный авторитет. Но у первого, в угоду боевика, актер показывает типичного «russian criminal», а у второго - может вести себя тоньше и менее предсказуемо (например, начать по-доброму хохотать в накаленной ситуации). Это и разрушает привычное представление западного зрителя о том, как ведет себя «russian mafia» на экране.

И на этом построен весь шарм «Аноры». Благодаря импровизации, языку (вы же не смотрели в дубляже, надеюсь?), актерской школе, сценарию и режиссуре - все становится абсолютно уникальным опытом просмотра носителями другой культуры.

Фильм не ощущается голливудским. Он «настоящий», «документальный», упакованный «русским абсурдом и хаосом», который невозможно встретить в западном кино, где русских обычно играют люди, давно ассимилированные под другой культурный код с клюквенными сценарными деталями.

В «Аноре» же все трушное. К ссадине прикладывают "pelmeni", а герои говорят «как в жизни». И все это благодаря режиссеру и его работе с актерами. Потому Марку Эдельштейну пишут в директ с оскорблениями за поведение его Ivan. Потому что западный зритель банально не может отделить актера от персонажа. Слишком «не киношный», не голливдуский. А для нас наоборот - типичный, привычный.

И потому они там все так ахуели с Юры Борисова. Это для нас он играет типичного героя Юры Борисова, а для западного зрителя - это совершено иной уровень проживания на экране. Для них Igor - не просто russian gopnik, а полноценный невиданный зверь - представитель той самой души грустного русского, которого весь фильм пиздят, унижают, провоцируют, а он стоически сдержан, доброжелателен, живет с бабулей, требует извинений за честь дамы и вообще-то пропускает свой birthday.

Igor - та самая непостижимая «russian soul», которая так очаровывает западного человека, на протяжении столетий читающего Tolstoy и Dostoevsky. Герой Борисова - вроде бы просто штрих в дутом пухане, который в любой момент может разбить ебало без мысли о последствиях, но нет - это глубоко чувственный пацан, за справедливость и понятия, романтический герой 2024 года, когда весь мир считает тебя людоедом, а ты просто Igor.

В этом вся магия «Аноры» и конкретно героя Юры Борисова.

New Yorker на смерть Линча, улыбнуло!