Скорбь о невинно убиенных, или социальный фашизм

Когда начинается разговор о расстреле Николая Романова и его семьи, тут же возникают спекуляции на тему детей. Мол, «а их-то за что, они невинные дети».

Ну, во-первых, из пятерых детей Николая II трое были совершеннолетними: Ольге — 23 года, Татьяне — 21 год, Марии — 19 лет. Анастасии было 17, Алексею — 13. Это не «невинные младенцы», а взрослые люди, прекрасно осознававшие, что такое наследственная власть и какие правила этой игры диктует история.

Во-вторых, логика наследственной власти жестока: любой живой наследник — это угроза и претендент на престол. Это прекрасно понимали сами Романовы. Когда они рвались к власти, их союзники, князья Василий Голицын и Василий Мосальский, ворвались в Кремль и зверски убили юного царя — 16-летнего Фёдора Годунова — и его мать.

Их собственное правление началось с убийства трёхлетнего Ивана «Ворёнка», сына Лжедмитрия II и Марии Мнишек. Мальчика казнили «за свои злые дела» в 1614 году. Трёхлетнего ребёнка по указанию Михаила Романова повесили около Серпуховских ворот. Петля не затянулась на шее мальчика, и он погиб от холода лишь несколько часов спустя.

Дальше больше: Петр I казнил своего сына Алексея, Император-младенец Иван Антонович был свергнут Елизаветой Петровной, провёл всю жизнь в одиночном заключениии и был убит в 23 года, Екатерина II свергла и убила мужа, а ее внук сверг и убил отца.

Но главное не в этом.

Смерть детей императора, конечно, трагедия, но вот тут Слуцкий и прочие пытаются преподнести это как

«одно из самых страшных преступлений в истории России».

Но постойте: только при Николай II были расстреляны сотни детей:

— «Кровавое воскресенье» 9 января 1905 года — расстреляны мирные рабочие с жёнами и детьми, шедшие с иконами и портретами царя к Зимнему дворцу. Погибли старики, женщины и дети.

— Москва, декабрь 1905 года. При подавлении восстания на Красной Пресне солдаты Семёновского полка, присланные усмирять мятеж, устроили кровавую бойню. Только в Москве погибло 86 детей.

А сколько детей погибло во время карательных экспедиций, когда солдаты и казаки пороли их до смерти? Сколько умерло от голода, когда их родителей расстреливали или отправляли в тюрьмы? Сколько стали случайными жертвами при подавлении крестьянских восстаний, на Ленских приисках и в Севастополе?

А сколько миллионов детей умерло в младенчестве из-за регулярного голода, когда Николай II гнал зерно на экспорт, а потом покупал жене яйца Фаберже и алмазные гарнитуры?

Эти дети — другого сорта? Их не жалко?

Напомню: Николая и его семью расстреляли в ходе братоубийственной Гражданской войны. Белые в ходе той же войны уничтожили десятки тысяч детей — сжигали и расстреливали целыми деревнями в Приморье, Сибири, на Юге России. Каратели сжигали дома дотла, заставляли сельчан копать себе ямы и расстреливали их.

Или эти тысячи детей тоже недостойны жизни? Или их вина в том, что они из семей рабочих и крестьян, а значит — «не люди» по сравнению с детьми императора?

Вот штатный пропагандист — депутат Медведев — льёт крокодиловы слёзы о «русских людях», правда, круг «русских людей» ограничен обрусевшим бароном из Дании — Врангелем.

Да, это брат того самого Врангеля, что залил кровью Новороссию и Крым. Один пример (а их сотни): при отступлении в станице Поповической на Кубани белогвардейцы по приказу Врангеля убили 1711 человек — коммунистов и сочувствующих большевикам. Эти 1711 человек для Медведева — не русские люди, их ему не жалко? Для него русский, достойный сожаления, обязательно должен перед фамилией носить приставку барон, граф, князь и тому подобное?

Всё это очень напоминает социальный фашизм. Где есть избранные социальные слои, чьи жизни стоят дорого, и есть «чернь», которую можно убивать десятками тысяч и даже не заметить. Где скорбь по двум детям из царской семьи — это повод для всенародной истерики, а гибель сотен детей из народа — просто «издержки исторического процесса».

Двойные стандарты — вот истинное лицо этой «скорби».

-----

Если что ищите меня в дзен.